3. Основные типы литых икон с образом святителя Николая

На Руси с принятием христианства нагрудные литые иконки вытеснили всякого рода языческие амулеты и обереги⁹⁰, которым приписывалась сила, охраняющая от разных болезней и несчастий. Надежду на спасение и помощь люди обрели в Святой Троице и в обращении к чтимым христианским святым; как бы в подтверждение своей веры они носили небольшие иконки с их изображением⁹¹.

Со временем эти образá, став духовной необходимостью, получили широкое распространение во всех сословиях. Согласно семейным традициям, они передавались близким, посылаемым на поле брани или отправляющимся в дальнюю дорогу⁹². Их носили и представители духовенства – обычно с образом святого, которому посвящен храм или его придел по месту служения клирика.

Литые образки были особенно чтимы у старообрядцев, которые придавали им отдельный символический смысл, видя в них иконы, прошедшие «очищение огнем» (см. гл. 2.1).

Считая себя оплотом подлинного благочестия, старообрядцы ценили в таких иконках связь с древнерусскими традициями. Модели для их производства в своих «медницах» они порой создавали по имевшимся образцам, поэтому иконография, а также оформление некоторых предметов имели весьма древнее происхождение.

Среди привесок было немало иконок святителя Николая. В то же время с изображением Чудотворца бытовало много разных литых нательных крестов. Изготовление таких крестов, вероятно, было обусловлено надеждой, что молитвы грешных людей Господь скорее услышит через угодника Божия.

В табл. I показаны иконки святителя Николая XIII–XVII веков Для них характерен лаконизм и сдержанная манера пластического рисунка, несколько грубоватая и скованная трактовка фигур. Некоторые из этих предметов имеют плохо сохранившийся рельеф, но образ святого чаще всего узнаваем, прежде всего, по абрису плеч, характерному положению пальцев правой руки с благословляющим или указующим жестом, по наличию Евангелия и омофора с крестами⁹³. На иконках №№ 1 (1а) – 4, 6 и 7 образ святителя поясной, а на № 5 – оплечный.

Иконка № 1 (1а) сужается кверху и завершается овалом. На ней образ святителя со всех сторон соединен с рамкой рельефными прямыми линиями, которые, вероятно, являются геометрическим орнаментом⁹⁴. Рельеф лика и фигуры святителя невысокий и плохо различим. Особенностью иконки является надпись – «НИКОЛАИ», сделанная не на лицевой стороне, а на обороте (1б и 1в). Буквы этой надписи имеют нечеткие очертания, незначительно выступающие над плоскостью плакетки. Рамка иконки выполнена в виде пояска с обрамляющими бортиками. Ушко в поперечном сечении близко к цилиндрической форме. С лицевой стороны на нем следы ромбовидного рельефа.

Образок № 2 имеет круглую форму, издревле связываемую людьми с солярной символикой. Изображение весьма примитивно, выполнено по типу гравированного рисунка. Более тщательно передан лик святого, несколько удлиненный, с остроконечной бородой. Вокруг головы нимб неправильной формы, который подчеркивается двойными дугообразными линиями. Складки одежды показаны условно – прямыми и скругленными линиями. По сторонам нимба углубленные буквы (см. гл. 2.5, табл. IV, № 1): слева – «Н» (Николай), справа – «А» (агиос). Рамка плакетки представляет собой гладкий бортик. Ее оглавие имеет форму бусинки.

Форма плакетки № 3 подобна кресту с широкими перекладинами. Рельеф головы святителя высокий. При этом его лицо плохо различимо, но кажется удлиненным. Вокруг головы небольшой нимб и строчно-колончатая надпись: в верхнем выступе буквы – «НИК», в правом – «ОЛА» (вторая половина имени «НИКОЛА»), в левом – «АГИ» (aгиос). Все буквы выступающие (см. гл. 2.5, табл. IV, № 3). Обрамление – в виде валика, оглавие – подобие бусинки.

Плакетка № 4 такой же формы, как и № 3 (сужается кверху). Надпись на ней отсутствует. Тем не менее, на плакетке по всем признакам находится изображение святителя Николая – просматривается жест правой руки, наличие закрытой книги, признаки креста на омофоре. Рамка иконки широкая, украшена последовательным рядом углубленных перемычек – черточек. Ушко в виде цилиндрика с рельефом трех вертикальных валиков.

Иконка № 5 с оплечным образом Чудотворца имеет прямоугольную форму. На ней изображен святитель с окладистой бородой. Ее форма подобна той, что получали при стрижке в «кружок» (см. гл. 2.2). На его плечах омофор с крестами. Над нимбом святого надпись: «СТЫ НИКОЛА». Поле иконки гладкое, обрамленное валиком в виде жгутика. Ушко – узкое.

Под № 6 представлена створка двухстворчатой иконки – энколпиона. Такие образки по своим функциям близки домонгольским крестам-энколпионам, предназначенным для хранения христианских реликвий [2]. В центре указанной створки находится поясной образ святителя Николая, а вокруг фигуры «Семи спящих отроков Эфесских»⁹⁵ в полулежачих позах, как бы пребывающих во сне. На самом верху изображены лучи⁹⁶, которые, возможно, символизируют промысел Божий в длительном сне отроков. Вероятно, изображая на иконке, кроме Чудотворца, Эфесских отроков, ставили цель представить основной сюжет с событийной окраской, дополняя его одним из церковных преданий.

У плакетки пятилопастное завершение с двумя петлями для шарнирного соединения со второй створкой. Внизу сохранилась одна петля. Рамка иконки имеет широкое поле, обрамленное с двух сторон тонкими валиками. На поле рамки текст с высоким рельефом – в обронной технике: наверху – «НИКОЛА», далее слева направо имена некоторых отроков в следующем написании – «САВАТЪ», «ПРОВАТЪ», «ДИѠНИСЪ» и «ДИОѠМИДЪ»⁹⁷. Имена остальных отроков, вероятно, были указаны на рамке утерянной створки. По эпиграфическим⁹⁸ признакам надпись следует отнести к XI–XII векам, но, учитывая время изготовления самой плакетки (XIV–XV век), скорее всего, она является переливкой, осуществленной по древнему образцу.

Иконка № 7 прямоугольной (почти квадратной) формы. На ней святитель изображен с благословляющим жестом правой руки. При этом левой он как бы прижимает к себе Евангелие с углубленным начертанием креста на обложке. Подчеркнутый абрис фигуры с удлиненными пропорциями и положением рук, не выступающих за пределы ее контура, придают очертаниям колоколообразную форму. Голова святителя небольшая, несоизмеримая с размером фигуры; лицо – традиционной иконографии. На плечах – омофор с крестами.

В верхней части иконы находится некачественно отлитый текст – читаются лишь отдельные буквы: слева – «СТ…» справа – «НК…».

Плакетка окаймлена невысокой рамкой в виде валика. Поле иконы гладкое. Оглавие – граненое. В целом икона привлекает к себе внимание лаконичностью и подчеркнутой необычностью форм – мощной фигурой, как бы передающей духовную силу Чудотворца.

В табл. II представлены кресты, на которых имеется изображение святителя Николая. Они отличаются своей формой, композиционным построением и иконографией святых образов, помещенных в средокрестии и на перекладинах креста.

На крестах №№ 4 (4а) и 6 (6а)⁹⁹ образ святителя находится на лицевой стороне, а №№ 2 (2б), 3 (3б) и 5 (5б)¹⁰⁰ – на оборотной. Кресты №№ 1, 7 и 8¹⁰¹ – односторонние. У №№ 1, 3 (3б), 4 (4а), 5 (5б), 6 (6а) и 8 изображения поясные – расположены внизу вертикальной перекладины. У № 3 (3б) поясной образ святого помещен в средокрестии. На крестах №№ 6а и 8 фигуры имеют несколько вытянутые очертания. Кресты №№ 2 (2б) и 7) – с ростовыми изображениями Чудотворца, что встречается нечасто. На этих крестах святой стоит, поддерживая правой рукой Евангелие, а левой – указывая на него.

Детали лика святителя, кроме № 5б, плохо различимы. На крестах №№ 1, 3б и 5б имеются признаки омофора. На крестах №№ 1 и 5б надписи не видны. На № 4а различимы буквы «С», «Н», а у № 8 – «НИК, С».

Крест № 3б является створкой энколпиона [6]. На этой створке святитель Николай изображен с благословляющим жестом правой руки и с Евангелием в левой руке. У Чудотворца высокий лоб и окладистая борода, что зрительно удлиняет пропорции головы. По сторонам от нимба неразборчивые буквы, среди которых просматриваются слева – «СВ» и справа – «НИКОЛА».

Представленные в табл. I и II литые иконки и кресты пришли из глубины веков, и если они недостаточно интересны в художественном плане, то привлекают к себе внимание духом времени, величием простоты.

Являясь предметами личного благочестия, некоторые отливки имеют свидетельства длительного ношения – это, прежде всего, потертая поверхность и овальная форма отверстия петель для шнурка-гайтана. Вполне возможно, что многие из них бытовали не в одном поколении. Такие следы можно видеть на иконках табл. I и крестах табл. II (Рис. 1).

В XVIII–XIX веках образ Чудотворца на крестах отливали редко. Что касается нагрудных иконок с изображением святителя, то они широко тиражировались, но не отличались особым разнообразием.

Рис. 1. Примеры состояния отверстий петель для шнурка-гайтана: а – оглавие иконки № 2, табл. I; б – оглавие креста № 6, табл. I.

Большинство иконок имеет ряд общих типологических и иконографических признаков, что позволяет выделить среди них три основные группы. Несмотря на некоторые особенности в оформлении отдельных предметов, каждая из выделенных групп обладает художественно-стилевым единством. Такое деление вообще отчасти условно, поскольку между отливками внутри каждой группы имеются различия, обусловленные индивидуальными особенностями моделей. Иконки внутри каждой группы как бы выстроены в эволюционный ряд на основании некоторых изменений пластического рисунка. При этом была определена система описания этих предметов, которая обеспечила сравнительное их рассмотрение по группам.

В табл. III представлены нагрудные иконки первой из этих групп. Их характерной особенностью является одинаковая арочная форма верхней части плакеток, а также рамки с широким (относительно размера плакеток) полем, обрамленным валиками с обеих сторон. Округлое завершение данных иконок символизирует небеса, причем не как нечто внешнее, а как саму реальность жизни в Боге [7] при поддержке небесного покровителя – святителя Николая. Эту группу отливок можно считать одним из примеров стилистического и иконографического сходства, несмотря на имеющуюся на некоторых образках (№№ 5–7) многогранную цату¹⁰², которая, закрывая грудь святого с омофором, в целом меняет привычное композиционное построение пластического рисунка.

Все иконки в табл. III – с поясной фигурой Чудотворца. Рельеф – невысокий, имеет несколько скругленный переход к полю. На этих образках голова святого пропорциональна телу, и иконография лика практически везде одинакова: оно слегка удлиненное с круглыми глазами, характерными скулами и курчавой бородой. Рисунок одежды упрощенный, со складками, выполненными косыми линиями.

На плакетках №№ 1–4 абрис фигуры святителя с широкими плечами, а у №№ 5–7 плечи более покатые, причем такое восприятие усугубляется цатой.

На иконках передан энергичный жест правой руки, указывающей на закрытую книгу – Евангелие, прижатое согнутой левой рукой, которая одновременно поддерживает свисающий омофор. На омофоре и крышке Евангелия имеются углубленные изображения крестов, причем на книге просматривается восьмиконечный Голгофский крест.

У нимба святого имеется обводка в виде тонкой углубленной линии. По сторонам нимба находится надпись с именем Чудотворца. Она сделана таким образом, что буква «Н» (первая буква имени) начертана слева – «СИЫИН ИКОЛАЕ».

Цата – отличительный знак, подчеркивающий величие святого и степень его почитания. На иконках №№ 5–7 имеется ее рельефный рисунок, выглядящий как часть облачения.

Украшение живописных икон цатами получило особое распространение в XVII веке, но на изделиях меднолитой пластики встречается редко¹⁰³.

На широкой части поля отливок №№ 3–7 имеется геометрический орнамент в виде сетчатого рисунка и наклонных крестов между перемычками.

Отливки №№ 1, 2, 4, 6 и 7 имеют соединенные перемычкой прямоугольные навершия с образом «Спаса Нерукотворного» (без признаков плата). Наверху плакеток №№ 3 и 5 – узкое ушко в виде петли. У всех наверший и петель предусмотрены отверстия для шнурка.

Несмотря на сходство нагрудных иконок, представленных в табл. III, между ними имеются вариативные различия, которые заключаются не только в наличии цаты, орнамента и наверший. Это связано с тем, что популярность данного типа иконок святителя Николая привела к организации их производства на протяжении XVII–XIX веков в нескольких медницах, с использованием разных моделей, изготовленных по одному прототипу. При этом, создавая матрицу по образцу, мастера порой вносили в изображение новые детали. Кроме того, иногда данный тип плакеток отливали, применяя в качестве модели иконку, ранее изготовленную в другой мастерской¹⁰⁴, и размеры новой отливки в процессе ее изготовления получались с некоторыми отклонениями, обусловленными технологией.

Рис. 2. Иконка с образом святителя Николая (камень, резьба) XIV в. (4,4 х 3,5).

Подтверждением сказанного служат различия в размерах, казалось бы, одинаковых иконок, представленных в табл. III, а также появление на некоторых из них новых элементов оформления, например, орнамента на поле рамки. Ниже в таблице приводятся данные более детального разбора отличительных особенностей этих иконок.

Касаясь вопроса создания моделей, следует отметить, что в XVII–XVIII веках некоторые матрицы могли быть изготовлены по образцам изделий XIV–XV веков, резанных на камне¹⁰⁵, в связи с чем их иконография и оформление имеют весьма древнее происхождение. Поэтому, порой, при сравнении определенных типов литых изделий с известными каменными образками XIV–XV веков¹⁰⁶, между ними обнаруживается сходство.

В частности, сравнение иконографии и оформления группы литых плакеток в таблице III с каменной иконкой XIV века на Рис. 2 [8] позволяет сделать предположение, что эти металлические образки с арочным верхом первично были моделированы по подобию бытовавшего на протяжении столетий образа святителя Николая, выполненного в камне⁴. Возможно, поэтому старообрядцы, считая такую литую иконку древним образцом, копировали ее и тиражировали, отдавая долг старине.

Размеры и отличительные особенности нагрудных иконок, представленных в таблице III

Плакетки с образом Чудотворца рассмотренной типологической группы нередко можно встретить и сегодня в домах, а также на «развалах».

Группа нагрудных иконок святителя Николая, представленная в табл. IV, относится к наиболее традиционной иконографической разновидности изображений святого на плакетках. Эти изделия обладают достаточно выразительным рельефом. Их отливали немалым тиражом, причем производство продолжалось и в XIX веке.

На этих иконках в центре изображен Чудотворец, а по сторонам на облаках слева – Иисус Христос с Евангелием, и справа – Богоматерь с омофором. Все фигуры поясные. У святителя правая рука поднята на уровне груди в благословляющем жесте. Левой рукой с перекинутым через нее омофором он поддерживает Евангелие с восьмиконечным (Голгофским) крестом. Причем выделяющийся рельеф этого креста делает возможным его двоякое восприятие – в виде изображения на обложке книги или как отдельный предмет в руке святого. На омофоре – выступающие четырехконечные кресты.

Голова Чудотворца – непропорционально фигуре – небольшая, с открытым лбом и продолговатыми миндалевидными глазами. Борода окладистая, подстриженная «в кружок». У образа на плакетке № 5 борода сужается книзу, и лицо выглядит несколько худощавым.

Фигура святителя с покатыми плечами подобна изображению на плакетках в табл. III, №№ 5–7. Нимб Чудотворца будто не умещается в пространстве поля иконы и выступает за его пределы, как бы подчеркивая особую святость всеми почитаемого образа.

Одежда святого декорирована рельефным орнаментом: звездчатыми элементами, отдельными фигурками и линиями. На груди овал, напоминающий панагию¹⁰⁷.

Рельефы фигур Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы, а также облаков несколько выходят за пределы поля иконы. Возможно, таким художественным приемом мастер хотел подчеркнуть безграничное могущество Господа, даровавшего святителю Николаю особую Божественную благодать.

Благодаря высокому рельефу фигур Спасителя, Богоматери и Чудотворца (относительно небольшого размера плакетки) и выразительности пластического рисунка, на иконках как бы оживает «предание о Никейском чуде», раскрывается духовный смысл композиции.

На верхнем поле рамок №№ 1–4 (4а) по сторонам нимба раздельное написание имени святого: слева – «СТЫЙНИ» (слитно), справа – «КОЛАЕ». У №№ 1–3 буквы рельефные, а № 4а углубленные. На плакетках №№ 5 и 6 имя святителя Николая не указано.

Над изображениями Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы у всех иконок монограммы: «ІС ХС» и «МР ѲУ». У №№ 1–3, 5–6 надпись рельефная, а № 4а углубленная.

У некоторых иконок поле оформлено геометрическим орнаментом – раппортной сеткой, состоящей из точек в виде мини-пирамидок (см. отличительные особенности). У образа № 2 на поле нанесена двухцветная эмаль: зеленая и темно-синяя. На местах скола эмали видны непрерывные штриховые линии.

Плакетки №№ 2–5 имеют прямоугольные навершия с образом «Спаса Нерукотворного» на плате, окаймленном тонкой рамкой. У № 1 навершие комбинированное – двухъярусная надстройка с изображением «Святой Троицы» и «Спаса Нерукотворного».

На оборотной стороне иконок имеется отлитое ушко для шнурка.

Плакетка № 4 – двухсторонняя. На ее обороте имеется геометрический орнамент в виде углубленных линий, который в целом можно представить как схематичное изображение традиционного оформления обложки Евангелия дробницами, а именно: на месте имеющегося рисунка в виде квадрифолия – подразумевается накладка с Крестом-Распятием, а вместо угловых сегментов – дробницы с Евангелистами (см. гл. 2.2).

Другие (не отмеченные в тексте) различия между плакетками, представленными в табл. IV, рассмотрены ниже.

В особую (третью) типологическую группу выделены иконки святителя Николая, представленные в табл. V. На них по сторонам святителя имеются изображения поясных фигур предстоящих мучеников Тихона (слева) и Мины¹⁰⁸ (справа), особо почитаемых в северных землях.

Размеры и отличительные особенности нагрудных иконок, представленных в табл. IV (н. в. р. – наибольшая толщина, как косвенный показатель высоты рельефа)

В руках они держат четырехконечные кресты, как символ мученичества за приверженность вере в Иисуса Христа. При рассмотрении этих иконок можно видеть некоторую стилистическую разнохарактерность в оформлении, тем не менее, их можно объединить в самостоятельную группу с присущим ей определенным единством пластического рисунка – по сути дела один и тот же вариант композиции (без учета рамки).

На этих иконах представлена фигура святителя с широкими, слегка покатыми плечами. Лицо несколько удлиненное, курчавая борода. Жест правой руки Чудотворца направлен в сторону Евангелия, которое он поддерживает левой рукой с перекинутым через нее омофором. На обложке книги в прямоугольной рамке изображен восьмиконечный (Голгофский) крест. Кресты на обложке и омофоре – углубленные. Нимб святого обрамлен тонким валиком. Разделка одежды упрощенная, косыми линиями. Поле икон гладкое.

На иконах, по сторонам от фигуры Чудотворца, имеется надпись – «СТЫИ ИКОЛАЕ, которая начертана таким образом, что первая буква имени – «Н» отделена и находится на левой стороне поля. Имена святых указаны наверху иконы. Все надписи выступающие.

Наверху плакеток имеется рельефный рисунок, изменяющийся от отливки к отливке, а именно: у № 1 над головой святителя на поле изображен круг – подобие звезды, по форме напоминающий мощевик, иногда врезаемый в деревянные иконы; на иконах №№ 2 и 3 – полукружье с двумя виньетками, а у №№ 4–8 – волюта, образованная двумя спиралями, закрученными внутрь по типу эолийской капители¹⁰⁹, но в перевернутом виде. Последняя конструкция примыкает к верхней рамке.

Можно предположить, что иконка № 1 положила начало образам этой группы, и изменения указанного рисунка происходили от модели к модели в свете видения мастерами этого декоративного элемента. Его первоначальное появление, возможно, обусловлено тем, что при изготовлении модели ее прототипом являлся живописный образ Чудотворца, в поле которого наверху был врезан ковчежец-мощевик.

Иконки с рисунком наверху как на плакетке № 1 встречаются редко. Можно предположить, что их отлили как пробные экземпляры и по каким-то причинам не пустили в серийное производство. Возможно, этой причиной и являлось изображение на отливке подобия мощевика.

В средине поля икон по сторонам от фигуры святителя сделана надпись – «СТЫИ ИКОЛАЕ», которая у №№ 1, 4–8 начертана таким образом, что первая буква имени – «Н» находится на левой стороне. Имена святых указаны над ними. Все надписи выступающие.

Отливки №№ 6 и 7 служат примером изготовления иконок по одной модели (см. размеры), вероятнее всего в одной и той же мастерской (похоже на один и тот же сплав), однако навершия отличаются друг от друга.

Над всеми иконками, кроме № 1, на перемычке имеются навершия с образом «Спаса Нерукотворного» без признаков плата. У плакеток №№ 4, 5 навершия трапециевидной формы, у №№ 2, 8 – прямоугольные с ушками, над № 6 – комбинированное с изображением «Святой Троицы» и «Спаса Нерукотворного». У № 1 навершие отломано.

Несмотря на иконографическое и стилистическое родство, иконки в табл. V имеют определенные различия, рассмотренные ниже.

В целом, представленные в табл. III–V группы иконок, объединенных по ряду типологических признаков, позволяют судить об устойчивости стереотипов при производстве литых образков. Тем не менее, плакетки даже одной группы нельзя представлять как однородное явление, поскольку, они, хотя и не принципиально, но все же друг от друга отличаются.

При производстве меднолитой пластики разницу в оформлении похожих икон нередко можно связать со временем их изготовления: чем старше отливка, тем проще пластический рисунок, а порой хуже и его качество.

Рассуждая подобным образом, необходимо иметь в виду, что уровень художественной культуры и культуры исполнения многих изделий меднолитой пластики не всегда прямо связан со временем их производства. В частности, примерами совершенства являются многие из известных литых икон (икон-складней) с разными сюжетами, изготовленные выговскими мастерами в первой половине XVIII века, которые выгодно отличаются от более поздних подобных изделий второй половины XIX века.

Известны образки, которые нельзя отнести ни к одной из отмеченных типологических групп. Тем не менее, в основу большинства из них положен традиционный поясной образ святителя Николая. Примеры таких иконок приведены в табл. VI.

Иконка № 1 по стилистике и иконографии подобна плакетке № 1 в табл. V, если представить ее без фигур святых Тихона и Мины, а также без декоративного рисунка наверху поля. Почти тот же, но несколько удлиненный рисунок фигуры Чудотворца с немного покатыми плечами, такая же упрощенная разделка одежды и такое же слегка вытянутое лицо с курчавой бородой. Правая рука святителя указывает на Евангелие, которое он поддерживает левой рукой с перекинутой через нее омофором. На книге в рамке начертан восьмиконечный (Голгофский) крест. Изображение крестов на обложке книги и омофоре – углубленные. Нимб святого обрамлен валиком.

Размеры и отличительные особенности нагрудных иконок, представленных в табл. V

Рамка плакетки трехчастная, с полем между двумя валиками. Поле иконы и рамки гладкое.

Несмотря на схожесть изображения многих деталей, иконку № 1 в табл. VI отличает более высокий уровень проработки пластического рисунка и лучшее качество литья. Например, сделанная по сторонам надпись «СВТНИ КОЛАЕ» находится в рамках-картушах и выполнена в обронной технике, что дополнительно придает ей более богатое художественно-эстетическое содержание. Над иконкой на перемычке находится навершие с выступающими ушками, на котором выполнен четкий рельеф «Спаса Нерукотворного» с крестчатым нимбом и углубленными буквами монограммы Иисуса Христа – «ІС», «ХС».

По некоторым признакам, изображение святителя Николая на плакетках №№ 2 и 3 с некоторым допущением можно отнести к изводу Вятской Великорецкой чудотворной иконы. По преданию, образ Николая Великорецкого был явлен в конце XIV века на севере Вятского края на реке Великой. Этот образ служит ярким примером превращения местного почитания иконы в общерусское, поскольку с ее появлением началась целая серия массовых «оградительных» крестных ходов (например, для избавления от моровой язвы). Кроме того, распространялись списки чудотворной иконы, с которыми совершали крестные ходы на местах [12]. Сама явленная икона не дошла до наших дней, а списки с нее со временем поместили в раму с житийными клеймами Николая Мирликийского, и появилась устойчивая иконографическая композиция «святой Николай Великорецкий с житием».

Нет определенного мнения о художественно-стилистических особенностях этого образа. Тем не менее, имеется представление, что на явленной иконе «голова святителя почти совершенно круглая: из общего круга ее только немного выделяется короткая, круглая, чуть раздвоенная посредине борода святителя. Лоб составляет более половины лица и больше в ширину, нежели в длину» [13]. Кроме того на списках Великорецкой иконы на омофоре обычно изображали кресты большого размера.

На иконках №№ 2 и 3, при общем сходстве святого образа с обычным, Чудотворец изображен с большой головой, высоким лбом и близко посаженными глазами, над которыми выделяются надбровные дуги. У него слегка курчавая округлая борода. На плечах омофор с крупными рельефными крестами.

На иконке № 2 – фигура святого укороченная поясная, а на № 3 – почти оплечная. Изображение благословляющего жеста и Евангелия в руке святого – традиционны, при этом на иконе № 3 видны лишь сложенные для благословения персты и небольшая часть книги. Над головой святого узкий нимб, причем на плакетке № 2 этот нимб как бы упирается в рамку. На обеих иконках отсутствует надпись с именем святителя.

Наверху в углах плакетки № 2 находятся поясные изображения Иисуса Христа и Богоматери. Ниже начертаны монограммы: «ІС ХС» и «МР ѲУ» (буквы рельефные).

Поле иконки № 2 оформлено штриховыми линиями, а снаружи окаймлено тонкой рамкой со следами рисунка «жгутик».

На поле плакетки № 3 имеется рисунок в виде неровных рядов углубленных точек. Рамка иконки трехчастная – средняя часть с орнаментом в виде виньеток обрамлена тонкими плоскими бортиками.

Над плакетками №№ 2 и 3 имеется узкое ушко с отверстием для шнурка.

Плакетка № 4 представляет собой пример небольшого нательного литого образка, которые выпускали во второй половине XIX века наряду с металлическими штампованными иконками, впоследствии их полностью вытеснившими¹¹⁰.

Поэтому литые образки этих времен не отличаются разнообразием и немногочисленны. Их изготавливали либо в старообрядческих «медницах», либо в монастырских мастерских, где было принято выпускать для паломников небольшие иконки с образом святого, особо почитаемого в обители (обычно святого, чьи мощи хранятся в монастыре).

На указанной иконе – традиционное поясное изображение Чудотворца с благословляющим жестом. Надпись отсутствует. Поле плакетки гладкое, обрамленное прямоугольным бортиком. Наверху – ушко для шнурка.

Глядя на представленные в таблицах III–VI иконки, можно сделать вывод, что важной движущей силой для мастеров являлись унаследованные древние традиции. Они не только опирались на выработанный веками канон, оберегая опыт своих предшественников, но, воссоздавая рисунок литого образа Чудотворца, шли дальше и обогащали иконографию святителя новыми деталями. Несомненно, что производство этих иконок осуществлялось «духовным трудом» мастеров церковного литья, хранивших твердые устои христианской веры.

Поскольку происхождение иконок рассмотренных выше типологий связано со старообрядцами, то, естественно, приверженцы старой веры являлись и первоначальной средой бытования этих образков. Со временем «медницы» в скитских поселениях стали обеспечивать такими иконками не только свою потребность, но и спрос разных слоев населения России, чему, несомненно, способствовало изображение на них священного образа святителя Николая с чертами, соответствующими народному представлению о Чудотворце.

В XIX веке (особенно во второй его половине) при разработке новых моделей литых икон немало внимания уделяли тонкой прорисовке деталей, прибегая к изощренной декоративной фактуре, характерной для русского искусства того времени. Значимость сюжета, как правило, подчеркивали усилением орнаментальности, декорируя поле иконы и ее рамку, одежды, а иногда и нимб святого. Причем в стилевом отношении было немало заимствований из художественного наследия выговских мастеров; порой же использовались орнаментальные построения в византийском стиле со сложными восточными элементами (см. гл. 2.4).

Естественно, что подобная тенденция не обошла также производство литых икон Чудотворца, и плакетки в строгих пластических формах с образом святого отливали чаще всего по старым образцам.

В настоящей главе рассмотрены примеры икон второй половины XIX века с поясной фигурой Чудотворца, и для сравнения – некоторые отливки выговских мастеров XVIII–XIX веков. На этих иконах в основном представлены разные иконографические варианты установленной каноном композиции с изображением святителя Николая, Иисуса Христа и Богоматери, что свидетельствует об устойчивости данного извода.

В табл. VII показано несколько икон объединенных небольшим размером¹¹¹ и сравнительно простым декоративным оформлением. Такие образá в основном были востребованы в качестве походных святынь как предметы личного благочестия. Кроме того, их часто врезали в деревянные доски, которые помещали в домашних молельнях.

На указанных плакетках можно видеть распространенный облик Чудотворца: курчавая борода, лицо с высоким лбом, миндалевидные глаза. У образов №№ 1, 2 и 8 (8а), в отличие от других плакеток, абрис головы суживается книзу. На всех иконах нимбы рельефные, гладкие, руки святителя прижаты к телу. Омофор изображен широким с крестами большого размера. Евангелие закрытое, с имитацией дробниц на обложке (см. гл. 2.2). При этом книга имеет форму ромба, что, вероятно, свидетельствует о применении закона обратной перспективы. Разделка одежд показана весьма условно – прямыми и дугообразными линиями, а кайма широких рукавов украшена точечным орнаментом. По обе стороны плеч святителя надпись: слева – «СТ НИКОЛА», справа – «ЧУДОТВОРЧЕ» (на плакетках №№ 1 и 7 текст неразборчивый).

На облаках, обозначенных кружками (№№ 1 и 4а) и полукружиями (№№ 2, 3, 5а, 7 и 8а), присутствуют поясные образы Иисуса Христа и Богоматери, а над ними буквы: «ІС ХС» и «МР ѲУ».

У икон №№ 1, 2, 5а, 7 и 8а над головой Чудотворца расположена геометрическая фигура, состоящая из трех углов (зубцов), направленных вверх. Возможно, это символическое изображение короны, у которой зубцы являются знаком ревностной защиты святителем Николаем христианского вероучения о Пресвятой Троице¹¹².

На иконах №№ 2, 5а, 7 и 8а внизу по сторонам расположены небольшие ростовые фигуры святителя Василия Великого (слева) и преподобного Сергия Радонежского (справа)¹¹³. Эти фигуры в трехчетверном повороте как бы обращаются к центру иконы – к образу святителя Николая.

На полях рамок плакеток №№ 2, 5а и 8а находятся выполненные углубленным шрифтом надписи с именами святых: у №№ 2 и 5а слева видны буквы «С В» (5б), а справа – «С П С» (№ 5в), у № 8а внизу текст «С В ВАСИЛИЙ», «С П СЕРГИЙ» (8в).

Плакетки (кроме № 1) имеют многопрофильное обрамление, причем у № 8а между ступенями находится широкое поле.

Над №№ 3, 4а, 5а, 6, 7, 8а расположены небольшие выступы – стилизация петель, в которых при необходимости сверлили отверстие для подвешивания или крепления плакеток.

№№ 1 и 2 имеют прямоугольные навершия с изображением «Спаса Нерукотворного», причем у № 2 навершие с перемычкой.

Плакетка № 4а – двухсторонняя. На ее обороте (4б) – декоративный рисунок: картуш в форме ромба, внутри которого находится крест с перекладинами в виде лепестков, а вокруг этого креста штриховое поле. Углы декорированы раппортной сеткой.

При сопоставлении икон №№ 7 и 8а очевидно сходство их пластического рисунка, включая декор оформления, и нагляден пример того, что многообразие изделий меднолитой пластики часто достигалось подбором разных вариантов рамок (см. гл. 2.4, Рис. 6). На указанных плакетках размеры самих икон с образом святителя практически одинаковы¹¹⁴, и можно предположить, что они отлиты по одной матрице. Тем не менее, № 8а зрительно выгодно отличается от № 7 благодаря обрамлению с широким полем, которое украшено растительным орнаментом из вьющихся стеблей с трилистниками и бутонами¹¹⁵.

В дополнение к сказанному ниже приводятся некоторые ранее не отмеченные различия в оформлении плакеток в табл. VII.

Другим весьма распространенным размером литых икон с поясным образом святителя Николая являются плакетки средней величины, представленные в табл. VIII. Эти красивые, праздничные иконы отличаются тщательной моделировкой и гармоничностью пластического рисунка, тонкой, подобно иконописной, художественной проработкой всех деталей изображения, в частности, богатым оформлением архиерейской одежды, украшением иконного пространства, широким декорированным полем рамок. Их также объединяет насыщенный орнамент, привносящий дух восточной роскоши. Производство этих изделий (кроме № 3) носило массовый характер, тем не менее, каждую из встречающихся отливок характеризует высокое качество.

Рис. 3. Резная икона с поясным образом святителя Николая (из собрания Русского музея), предположительно XVII в., 30,5 х 24,0 (дерево, темпера).

Следует отметить, что известны резанные на дереве иконы с поясным образом святителя Николая. На Рис. 3 представлена резная икона XVII века [14], с которой у плакеток в табл. VIII (особенно №№ 3–6) наблюдается стилевое сходство пластических форм, в том числе декоративного оформления.

Поясная фигура Чудотворца на Рис. 3 находится в ковчежце с широкой рамкой, украшенной резным растительным орнаментом в виде переплетающихся стеблей. По краям рамки имеется бортик, напоминающий жгутик. Нахождение образа святителя в киоте вызывает мысли об обособленности и одновременно близости горнего мира – местопребывания святого, помогающего людям силою Божией благодати.

На иконах в табл. VIII иконография святителя Николая традиционна: в центре фигура Чудотворца с поднятой на уровень груди благословляющей десницей и открытым Евангелием в левой руке, через которую перекинут омофор. По сторонам находятся поясные фигуры Иисуса Христа и Богоматери.

Иконы святителя №№ 2–6, вероятнее всего, изготовлены по одной промодели и отличаются лишь нанесенной эмалью. На этих иконах черты лица Чудотворца правильны, лоб широкий с резко очерченными морщины. Его курчавая борода близка к округлой форме. Глаза миндалевидные с круглыми зрачками, и над ними – явно выраженные надбровные дуги. Нос узкий и длинный. Взгляд святителя направлен прямо и выражает спокойствие, мудрость и доброту.

Рис. 4. Прорись с живописной иконы с образом святителя Николая, XVII в.

Черты его лица можно сравнить с изображениями святителя на живописной среднерусской иконе. На Рис. 4 представлена прорись с оглавного образа Чудотворца XVII века [15]. У него такой же выдающийся большой лоб и такие же высокие скулы, линии надбровных дуг, удлиненная форма носа и окладистая борода.

На литых плакетках в табл. VIII плечи у святителя слегка покатые, силуэт ассиметричен за счет положения правой руки, которая внизу несколько выходит за абрис фигуры. Весьма выразительны благословляющие персты: пальцы очень тонкие.

Одежда святителя (саккос) на иконах №№ 1, 2, 4 и 5 украшена рельефными крестами, находящимися внутри кружков (кроме № 1), между которыми имеются выступающие точки. На плакетке № 1 кресты помещены внутри ромбовидных фигур.

Рис. 5. Фрагмент византийской ткани (парчи) с крестами в круге [17].

Крест в круге – это знак Божественного мироустройства, присутствие которого на одежде архиерея свидетельствует о его важной миссии – осуществлять волю Божию на земле. Такая декоративная фактура ткани восходит к христианским художественным традициям Византии (Рис. 5). Причем, этот тип орнамента на церковной одежде и сегодня распространен в богослужебных одеяниях православного духовенства [16].

На иконах №№ 3 и 6 одежда святого декорирована растительным орнаментом. Рельеф этого орнамента воспринимается как имитация «золотого шитья».

Нимб святителя на плакетках №№ 2–6 имеет двойное обрамление и как бы с трудом умещается на поле иконы, касаясь внутренней рамки.

На всех образáх присутствуют одинаковые рельефные надписи: на самом верху слева – «СТЫЙ НИКО» и справа – «ЛАЕ ЧУДОТВОР», ниже – номограммы «ІС ХС», «МР ѲУ». На открытом Евангелии начертаны строки текста – «Во время ѡно…» (см. гл. 2.5).

Иконография и оформление плакетки № 1 имеет свои особенности. В частности, в лике Чудотворца можно увидеть некоторые характерные черты извода, который принято называть Великорецким образом (см. гл. 3.1, табл. VI, №№ 2 и 3), – это менее вытянутый абрис головы и небольшого размера борода округлой формы. На плакетке нимб святого окантован тонким жгутиком и свободно вписывается в центральное поле.

Рамка у данной иконы трехступенчатая, с направленным к центру утолщением. На ее широком поле находится орнамент в виде стилизованных виноградных лоз с плодами на фоне темно-синей эмали. По внутренней границе этот орнамент окантован тонкой линией, а снаружи – валиком.

Поле иконы украшено рельефными звездами и двухцветной эмалью – зеленой и темно-синей. На этом поле звезда создает ощущение загадочности. В самом низу находится углубленная полоска без эмали, над которой как бы нависает выступающая фигура святителя. Эта полоска, темно-синяя эмаль со звездочками, а также слегка приподнятая (за счет утолщения) рамка над пространством иконы создают особый духовный настрой – побуждают к мысленному созерцанию Чудотворца в месте таинственного присутствия Небесного Царя¹¹⁶.

Следует отметить, что указанная выше полоска имеется также на плакетке № 2, но с орнаментом в виде черточек на фоне зеленой эмали, а сама плакетка покрыта финифтью светлых тонов. Однако, такое художественное оформление меняет характер ассоциаций, и оформление данной иконы воспринимается лишь как один из вариантов декоративного решения.

Рис. 6. Икона с поясным образом святителя Николая – подобная иконография на иконе № 1, табл. VIII (литье, медный сплав), XIX в., 8,4 х 7,4 (с учетом рамки).

Известна икона, представленная на Рис. 6, которая является аналогом плакетки № 1 в табл. VIII, если ее рассматривать без рамки. Иконное пространство этих образóв практически одного размера¹¹⁷. Плакетка на Рис. 6 характеризуется высоким качеством литья и имеет лишь незначительные отличия в деталях, например: окантовка нимба состоит из рельефных точек большего размера и поле в изображенных на саккосе ромбах – без штриховых линий. Что касается времени изготовления данной отливки, то ее меньшая толщина, гладкий фон, менее глубокие выемки рельефа, грубая обработка оборотной стороны дают основание считать, что она появилась раньше, ориентировочно в первой половине XIХ века. Данная икона могла служить прототипом при разработке плакетки № 1.

На плакетке № 3 справа находится небольшая, ростовая слегка удлиненная фигура Ангела Хранителя с крыльями за спиной. Он стоит в трехчетверном повороте к святителю Николаю, держа в правой руке крест, а в левой – меч. Над ним без интервалов рельефная надпись – «СТАНГЛЪХРАНИТЕЛЬСТАНГЛЪХРАНИТЕЛЬ».

Изображение Ангела Хранителя занимает часть рамки, не выходя за ее пределы, то есть, вероятно, создавая данную отливку, модель с Ангелом изготовили отдельно и вставили в рамку. Плакетка с такой необычной композицией, возможно, сначала была моделирована и отлита по индивидуальному заказу как именная¹¹⁸, а затем по этой модели изготовили сравнительно небольшую серию отливок. Сегодня такая икона Чудотворца встречается весьма редко.

Иконные пространства №№ 2–6 декорированы завитками, а наверху – отдельными кружочками. Кроме орнамента, №№ 2–5 украшены эмалями: № 2 – белой, зеленой, желтой, синей и темно- синей, № 3 – синей, № 4 – белой, зеленой, желтой, синей и черной, № 5 – белой, зеленой и синей.

На широких полях рамок плакеток №№ 3–6 выполнен рельефный декор в виде переплетающихся в определенном ритме стеблей. Наверху и внизу этих полей находятся стилизованные изображения четырехконечных крестов с поперечинами-лепестками. Рамки №№ 3–5 украшены эмалью: № 3 – синей (одного цвета с полем иконы), № 4 – зеленой, синей и черной, № 5 – темно-синей.

Геометрический орнамент на рамке иконы № 2 состоит из последовательного ряда фигур в виде ромбов, внутри которых имеются рельефные точки. Кроме того, рамка украшена белой и синей эмалью. Отсутствие излишеств в орнаменте и двухцветная финифть контрастируют с оформлением самой иконы Чудотворца, как бы подчеркивая аскетическую целеустремленность образа.

У №№ 2–6 поля с орнаментом окаймлены с внутренней и наружной стороны тонкими бортиками в виде жгутика или последовательного ряда рельефных точек. Наверху этих отливок имеется выступ – стилизация петли.

Икона № 6 – без эмали, с естественным бронзовым оттенком по всей ее поверхности, что не умаляет ее достоинств, а наоборот – способствует большей концентрации внимания на святом образе Чудотворца. Это наглядно иллюстрирует, что эмаль не является необходимым элементом для придания содержательной глубины изделиям меднолитой пластики, поскольку здесь имеет наибольшее значение рельеф, то есть, в отличие от живописных изображений, литые образа не теряют выразительности в монохромном исполнении.

Рис. 7. Фрагмент плакетки № 2 в табл. VIII с указанием года изготовления отливки – 1910 г.

На иконе № 2 наверху наружной части рамки имеются буквы «Г» и цифра 10 (Рис. 7). Вероятно, это указание даты изготовления плакетки – 1910 год, сделанное мастером-чеканщиком, который осуществлял художественную доводку плакетки¹¹⁹.

По богатству орнаментики и гармоничности пластического рисунка иконы в табл. VIII можно сопоставить с некоторыми изделиями выговских мастеров, созданными согласно художественным понятиям и вкусам XVII века.

В табл. IX представлены примеры поморских отливок одной иконографии. Эти иконы отличаются изяществом, а их первичная модель, вероятнее всего, была разработана в XVII веке в старообрядческих мастерских¹²⁰. Обе отливки имеют небольшую толщину¹²¹.

Композиция на этих иконах традиционна: – в левой руке Чудотворец держит открытую книгу с текстом – «Во время ѡно…». Слева от него – Иисус Христос с Евангелием, а справа – Богоматерь с омофором. Облака выполнены в виде последовательного ряда выступов сферической формы.

Голова святителя небольшая – непропорциональна относительно фигуры. Лик несколько удлиненный, что подчеркивается сужающейся книзу и раздваивающейся на конце бородой. Лоб высокий, с врезанными линиями морщин. Глаза, слегка приподнятые по краям, узкие миндалевидные, – очерчены надбровными дугами. Взгляд – сосредоточенно-созерцательный, исполненный мудрости, что нередко можно видеть на старообрядческих живописных иконах Чудотворца.

Абрис фигуры величавый, плечи покатые. Положение правой руки с Евангелием придает общему контуру ассиметричность. Нимб Чудотворца слегка выступает за пределы бортика рамки.

На святительской одежде (саккосе) растительный рисунок – подобие листьев. Его тонкий рельеф ассоциируется с техникой шитья по парче.

Наверху иконы надпись – «СТЫЙ НИКОЛАЕ ЧУДОТВОР», ниже – «ІС ХС» «МР ѲУ».

Иконное пространство и нимб декорированы витиеватым рельефным рисунком. При этом на № 1 нанесена темно-синяя, бирюзовая и зеленая эмаль. Такое сочетание цветов часто встречается на плакетках XVIII века. Икона № 2 украшена белой, голубой и желтой эмалями.

Рамка плакеток четырехчастная с широким полем, обрамленным тонкими валиками, которые у № 2 имеют вид жгутика. На этом поле – рельефный орнамент из виньеток, образующих подобие цифры восемь (см. гл. 2.4). У № 1 этот орнамент украшен темно-синей и бирюзовой финифтью. Можно предположить, что темно-синяя эмаль на Выговских изделиях как бы символически отражала суровые условия бытования старообрядцев, загнанных в труднодоступные поселения.

Широкая часть рамки иконы № 2, а также нимб святителя покрыты белой эмалью. Учитывая особую символику этого цвета (см. гл. 2.4), можно предположить особое благоговение мастера перед образом Чудотворца, что и выразилось в обрамлении эмалью цвета райской чистоты, символизирующего духовное совершенство.

На иконе № 2 находится просечное навершие с шестью херувимами на штифтах. На этом навершии в центре помещен образ «Спаса Нерукотворного» на плате, слева в трехчетверном развороте поясная фигура Архангела Михаила, а справа – Архангела Гавриила. В одной руке у архангелов зерцало, на котором различима символическая монограмма креста, читаемая как Иисус Христос, а в другой мерило. Этим навершием выговские мастера совмещали образ святого с верховными архангелами, и замыслом данной композиции, вероятно, являлось стремление показать, что святителю Николаю покровительствует Сам Господь и высшие Силы Небесные.

Таким образом, иконы второй половины XIX века (табл. VIII) по нарядности и декоративной насыщенности подобны известным медно-литым изделиям выговской школы (табл. IX), которые отличались особым своеобразием и привлекательностью. Это в немалой степени свидетельствует о преемственности художественно-эстетических традиций в нескольких поколениях мастеров церковной пластики.

Встречаются литые иконы Чудотворца, схожие по типологии с нагрудными святынями, рассмотренными в гл. 3.1. В частности, у представленных на Рис. 8 плакеток и иконки № 3 в табл. 4 (указанной главы) стилистика пластического рисунка, а также размеры фигуры святого практически не отличаются¹²². Разница состоит лишь в том, что у изделий на Рис. 8 бóльшая площадь иконного пространства в обрамлении внутренней рамки. Причем, касательно времени изготовления этих изделий, трудно с уверенностью определить, какое из них первично – возможно, они были изготовлены в одно время, но с разным назначением.

На Рис. 8 привлекает к себе особое внимание икона № 2, которая замечательна своим изяществом и по ряду признаков сходна с выговским литьем XVIII века.

Рис. 8. Иконы с поясным образом святителя Николая, по типологии сходные с нагрудными плакетками в табл. 4 (гл. 3.10) (литье, медный сплав, № 2 – эмаль), XVIII–XIX вв.

Это отливка высокого качества, на ее поле – характерная темно-синяя эмаль, рамка – с орнаментом в виде кружочков и белой финифтью, навершие с изображением «Троицы Ветхозаветной» на зеленом фоне. Причем сочленение навершия с плакеткой нетрадиционно, поскольку его нижняя часть находится на плоскости плакетки, перекрывая часть рамки. В целом его конфигурация подобна вазону с завершением в форме трилистника.

Надписи на иконе рельефные: наверху сплошным текстом – «СТЫЙНИКОЛАЕ», ниже над фигурами Иисуса Христа и Богоматери – «ІС ХС», и «МР ѲУ».

Внутреннее и по внешнему периметру обрамление сделано в виде валиков. Причем у оправы поля иконы в некоторых местах видна как бы из-под нее выступающая рамка наподобие змейки.

Пластический рисунок иконы № 8б полностью повторяет № 8а. Поле этой иконы покрыто раппортной сеткой, формируемой ромбовидными мини-фигурками. Внутренняя ее рамка имеет форму змейки, а наружная – в виде высокого бортика.

Полное сходство икон №№ 1 и 2, а также оправа-змейка свидетельствуют об их производстве по одному образцу, причем отливка № 2, возможно, была изготовлена с использованием метода каркасной комплектации плакеток (см. гл. 2.4).

К концу XIX века некоторые литые иконы святителя Николая обрели особую индивидуальность, и при их моделировании мастера следовали художественным тенденциям своего времени.

Известна отливка, представленная в табл. X, на которой пластический рисунок внешних форм, по всей видимости, формировался под влиянием популярного в искусстве тех лет русского модерна – «русского стиля»¹²³. В частности, наличие наверху указанной отливки килевидного пятиступенчатого обрамления является отчасти трансформацией киотного завершения четырех-створчатых выговских складней и некоторых икон XVIII века. Такая форма, как и купол православного храма, с древних времен символизирует мирообъемлющий небесный свод – божественную сферу бытия¹²⁴.

На иконе Чудотворец величествен и торжествен, можно сказать монументален. Лицо святителя имеет сходство с изображениями на плакетках в табл. VIII (№№ 2–6). В то же время облик святого нетрадиционен. В некоторой степени его можно сравнить со сложившимся представлением о характерной внешности русского интеллигента, жившего в заботах об отечестве на рубеже XIX–XX веков. Так, на исполненном мудрости лице Чудотворца просматривается выражение духовного усилия, напряженного мыслительного процесса, которое, вероятно, можно воспринять как озабоченность судьбой народа.

Нимб над головой святого гладкий, украшен тройной окантовкой: волнистой линией, последовательным рядом рельефных точек и тонким валиком.

Фигура святителя Николая несколько вытянута, с покатыми плечами и симметрична благодаря положению рук, не выступающих за пределы ее абриса. В левой руке на омофоре Чудотворец держит закрытое Евангелие с большим крестом на обложке. При этом толщина книги подчеркивается использованием иконописного приема обратной перспективы. Саккос святого украшен рельефными крестами в круге.

Слева и справа находятся поясные фигуры Иисуса Христа и Богоматери, парящие на облаках.

Таблица Х. Икона с образом святителя Николая с киотным завершением (литье, медный сплав, эмаль), конец XIX в., 16,9 х 13,6.

Поле иконы украшено сетчатым рисунком из ромбовидных фигур с углубленными небольшими кружками в середине. По бокам и наверху этого поля имеются узкие полоски с орнаментом в виде полукружий с кружками. Эти полоски создают впечатление раздвинутого занавеса, открывающего возможность духовного общения со святым, то есть символизируют открытость образа каждому верующему, каждому человеку, стремящемуся в лоно Церкви.

Наверху в рамке – выполненная в обронной технике надпись, состоящая из двух частей: слева – «СВ НИКОЛ», справа – «АЕ ЧУДОТ.». Ниже на фоне белой эмали буквы: «ІС ХС», и «МР ѲУ».

Рамка пятиступенчатая, состоит из широкого поля в обрамлении тонких жгутиков и двухуровневого бортика по периметру плакетки. На широком поле в стройном ритме изображен последовательный ряд чередующихся кругов и крестов (крестов на круге, см. гл 2.4), украшенный белой эмалью. Белофонное поле с таким орнаментом придает образу особый духовный строй и вызывает чувство благоговения.

Данная икона – пример художественного таланта русских мастеров: удачно соединены глубокое осмысление сюжета, тщательная проработка всех деталей рельефа и особенности декора. Глядя на эту икону, можно сказать словами священника Павла Флоренского: «“Се – Сама Онá”, не изображение Ее, а Она Сама, через посредство, при помощи иконописного искусства созерцаемая» [19]. К сожалению, такая литая икона встречается крайне редко – она не относилась к изделиям массового и даже серийного производства.

Таблица XI. Икона аналойного размера с образом святителя Николая (литье, медный сплав, эмаль), вторая половина XIX века, 27,6 х 24,3.

В табл. XI и XII представлены плакетки с образом святителя Николая необычно большого аналойного размера с декоративным оформлением, выполненным весьма изощренно. Данные отливки свидетельствуют о высоких технологических и творческих возможностях мастеров.

В каждой из этих икон видна индивидуальная трактовка тщательно моделированного лица святого, но в большинстве деталей демонстрируется власть иконографических традиций.

У святителя довольно крупная голова с высоким лбом. На лбу подчеркнуты морщины, которые в табл. XII, повторяя форму надбровных дуг, отличаются от изображения в табл. XI. Эти морщины следует рассматривать не как примету пожилого возраста, а как признак одухотворенной мыслительной работы Чудотворца.

Нос святого – удлиненный и прямой, с нарочитым рельефом ноздрей. Скулы широкие, плавно переходят в верхнюю линию бороды. Уши небольшие, декоративного очертания, по форме напоминающие скобки.

Над лбом прядь волос, а по бокам они спускаются волнами, показанными штриховкой. Усы опущены вниз и сливаются с бородой. В табл. XI борода святителя Николая округлая, ее густоту подчеркивают обрамляющие рельефные формы. В табл. XII борода святого удлиненная и на конце раздваивается, придавая лицу вытянутую клиновидную форму.

Таблица ХII. Икона аналойного размера с образом святителя Николая (литье, медный сплав, эмаль), вторая половина XIX в., 28,2 х 26,7.

Особо выделяются продолговатые глаза, глубоко посаженные, с четко очерченными зрачками и веками, а также выступающие линии бровей. Взгляд направлен прямо – святитель пристально всматривается в человека. Глаза как бы излучают духовную силу и мудрость, сердечность и сострадание. Такой лик невольно приковывает к себе внимание, доминирует на этих иконах.

Фигура Чудотворца имеет узкие покатые плечи и, благодаря положению правой руки, ассиметрична. Изображение святителя заполняет большую часть иконного пространства, а нимб, как бы не умещаясь, оказывается на обрамлении плакеток. Такой художественный прием можно рассматривать и как желание символически представить подвижника Божия преодолевающим средостение¹²⁵ между небесным и земным, чтобы донести до людей свет божественной истины.

Пальцы Чудотворца весьма выразительны – длинные и тонкие. На правой руке они сложены в благословляющем жесте, а левой святитель поддерживает раскрытое Евангелие.

На страницах книги текст: «ВОВРЕМЯ:ОНО» (см. гл. 2.5). Евангелие изображено по принципу обратной перспективы.

На иконах детально, но с некоторой условностью проработаны святительские одежды Чудотворца. На широкой полосе омофора изображены большие кресты. Одежду святителя формируют крупные складки. Она богато украшена разными видами орнаментов: геометрическим, растительным, а также узорами, состоящими из завитков, которые на саккосе напоминают персидские ткани. Ее разделка осуществлена углубленными линиями.

По сторонам в трехчетвертном повороте (как бы в неполных мандорлах¹²⁶), вместо традиционных поясных, находятся ростовые (полусидящие) фигуры Иисуса Христа и Богоматери на облаках, изображенных в виде кружочков. Богородица и Спаситель протягивают святителю Евангелие и омофор. Фон мандорлы на плакетке в табл. XI заполнен углубленными точками, а в табл. XII – горизонтальными линиями. Книга в руке Иисуса Христа повернута обложкой, на которой можно разобрать контур накладок (см. гл. 2.2, Рис. 1). Слегка склоненная голова Богоматери усиливает ощущение святости и благодатности образа Чудотворца. Пластический рисунок этих изображений отличается графичностью и детализацией.

В мандорлах находятся номограммы – «ИС ХС» и «МР ѲУ», причем у иконы в табл. XI шрифт рельефный, а в табл. XII – углубленный. На уровне плеч святителя в прямоугольных рамках обеих икон рельефные надписи: слева – «СТЫЙ НИКОЛАЕ» и справа – «ЧУДОТВОРЕЦЪ».

Оформление икон весьма насыщено декоративными элементами, и на первый взгляд может создаться впечатление нарушенной гармонии между образом и убранством, что еще усугубляется немалыми размерами плакеток. Однако, различие рисунков орнамента – ритмически построенного на широкой рамке и витиеватого на поле икон, это художественный прием, который играет конструктивно-организующую роль. Он как бы отграничивает пространство, заполненное причудливым декором, от рельефа фигуры Чудотворца, акцентируя внимание на образе святого. Поэтому излишнее, на первый взгляд, украшательство не снижает, а наоборот, обостряет восприятие главного в иконе.

Нимб святителя и поле иконы покрыты символическим растительным орнаментом в виде вьющихся стеблей. На нимбе среди этих стеблей находится изображение розеток – звездочек, которые на общем фоне напоминают цветы. Вертикальные побеги на поле иконного пространства придают композиции стройность, ощущение устремленности к возвышенному, духовному.

Рамки плакеток четырехчастны: внутренняя представляет собой тонкую зигзагообразную линию, средняя – широкое поле с орнаментом, состоящим из последовательного ряда парных завитков-восьмерок (см. гл. 2.4, описание к табл. III); наружная сама по себе двухчастна. Внешнее обрамление у иконы в табл. ХI сделано в виде ступеней, одна из которых представляет собой высокий бортик по периметру, а у плакетки в табл. XII – включает узкий жгутик и небольшой выступ наподобие валика.

На плакетку табл. ХI нанесена эмаль четырех цветов – белая, синяя, темно-синяя и зеленая. По цветовому сочетанию художественный эффект от этих эмалей весьма удачен. В табл. XII использованы синяя и темно-синяя финифть. Такую цветовую комбинацию можно представить как символику покровительства святителя Николая мореплавателям. Белая эмаль на облаках у ног Иисуса Христа и Богоматери означает божественный свет, а у головы святителя – светоносность Чудотворца. На фоне орнамента и белой эмали фигуры Иисуса Христа и Богоматери на иконе в табл. XI кажутся плывущими на облаках.

Благодаря большому формату такие плакетки могли быть использованы как живописные иконы. В дни празднования памяти святителя Николая их возлагали на аналой. В церквах эти литые иконы помещали в настенные киоты, а в домах устанавливали в моленных углах.

Следует обратить внимание на то, что при изготовлении плакетки табл. XII сначала была получена отливка с дефектом, называемым «недолив»¹²⁷ (Рис. 9а). Такой брак нередко появлялся при литье особо протяженных тонкостенных икон и заключался в образовании сквозных пустот. В случае с данной отливкой был осуществлен ее «ремонт», то есть на отсутствующий участок приварили вставку с последующей гравировкой, восстановив недостающую часть рисунка, и сделали это на таком высоком технологическом и художественном уровне, что зрительно не сразу удается вычленить правленый участок плакетки (Рис. 9б). Проделанная работа весьма трудоемка, требует большого умения, и было бы проще бракованную плакетку расплавить и отлить новую. Тем не менее, как мы видим, в «меднице» поступили иначе, а это может свидетельствовать о том, что мастера отнеслись к производству иконы святителя Николая, как к священнодействию. Вероятно, из чувства благоговения они постарались не допустить уничтожения (переплавки) полученной с дефектом, но исполненной святости плакетки.

Рис. 9. Фрагмент иконы святителя Николая (табл. XII) с вставкой, заполнившей на плакетке пустоту, образовавшуюся в результате «недолива»: а – оборотная сторона (вставка на участке «недолива»), б – лицевая сторона (указанная вставка с гравировкой)

В табл. XIII представлена икона, на которой пластический рисунок фигур Чудотворца, Иисуса Христа и Богоматери аналогичен изображению в табл. XII. Однако, плакетка в табл. XIII отличается тем, что на ней отсутствует орнамент вокруг рельефа святителя и на поле рамки. Кроме того, иконное пространство на этой плакетке меньшего размера¹²⁸.

Тем не менее, несмотря на кажущуюся простоту, икона достаточно выразительна благодаря сочетанию силуэтной строгости и монохромного исполнения. Ее естественный бронзовый оттенок передает содержательную глубину и духовный аскетизм образа.

Икона имеет двухчастную рамку: внутри – тонкая зигзагообразная линия, внешняя же часть – в виде широкого гладкого поля без традиционного бортика по периметру.

Очевидно, что иконы в табл. XII и XIII отлиты по разным моделям, но единому образцу. При этом относительно неприхотливое оформление плакетки в табл. XIII наводит на мысль, что она была изготовлена раньше.

В табл. XIV представлена икона с образом святителя Николая в центре (а), у которой на плоскости широкой части обрамления расположено восемнадцать круглых медальонов с изображением Иисуса Христа, Богоматери, Иоанна Предтечи и сонма святых. Причем среди них также находится фигура Чудотворца (б).

Иконография живописных икон с поясной фигурой святителя, окруженной клеймами с Деисусом и избранными святыми, складывается в конце XV–начале ХVI веков¹²⁹. На Рис. 10 показан пример подобной иконы [20]. Считают, что таким образом Чудотворец в центре «…представлен как великий архиерей Церкви Христовой…», о чем «…свидетельствуют образы Спаса Нерукотворного вверху и мучеников в нижней части иконы» [22].

Таблица XIII. Икона аналойного размера с образом святителя Николая (литье, медный сплав), вторая половина XIX в., 25,3 х 22,5.

При этом раскрывается основной замысел сюжета – желание подчеркнуть, что всё в руках Господних, и обращение к святым – это, прежде всего, молитва и трепетное предстояние перед Господом Богом.

Рис 10. Пример иконы святителя Николая начала XVI века с Деисусом и избранными святыми: наверху в центре Спас Нерукотворный, Богоматерь и Иоанн Предтеча, Архангелы Михаил и Гавриил. Ниже (слева – направо): Василий великий и Григорий Богослов, апостолы Петр и Павел, целители Косьма и Дамиан, первомученик архидиакон Стефан, великомученицы Параскева, Екатерина и Варвара, мученик Мина (дерево, темпера), 50 х 37,3.

На плакетке в табл. XIV святые сгруппированы в соответствии с условным делением на «разряды» святости. Попарно представлены верховные апостолы, святители, великомученики, преподобные; внизу – в центре Ангел Хранитель. Согласно народным представлениям, каждый из этих святых наделен от Бога особой благодатью помогать людям во всяческих бедах. Образы в медальонах как бы воплощают основной ряд иконостаса – расширенный Деисус. В данном ряду Николай Чудотворец, тоже одаренный Господом святитель, является главным среди всех заступнииков русского народа.

Иконография центральной иконы святителя Николая и ее декор подобны изображениям на плакетках в табл. VIII, №№ 3 и 6. Основное отличие заключается в том, что средник имеет рамку из чередующихся квадратиков, окаймленных с обеих сторон тонкими жгутиками.

Фигура святителя в медальоне – оплечная, в трехчетверном повороте к центру. На лике различимы высокий лоб, глаза ближе к округлой форме, высокие надбровные дуги, удлиненный нос и среднего размера борода. На святителе – омофор с крестами. В правой руке он держит Евангелие, на которое указывает левой рукой.

Поле широкой рамки украшено орнаментальной композицией: медальоны обвиты рельфным декором в виде растительного «бегунка» с изображением трилистников и цветов.

Наружная рамка плакетки двухступенчатая: окаймление по периметру в виде высокого бортика и примыкающая к нему более широкая полоса, на которой находятся углубленные надписи с именами святых, изображенных в медальонах.

Поле иконы и рамки покрыто темно-синей эмалью, придающей композиции строгость и аскетизм.

В целом изображение на плакетке построено таким образом, что элементы пластического рисунка взаимосвязаны, а медальоны, обрамляющие центральный образ Чудотворца – особенно вертикальный ряд круглых иконок на украшенном орнаментом поле, – придают всей композиции динамичность и выразительность.

Надо сказать, что плакетки с подобным композиционным построением выпускали и с иными сюжетами в центре (см. гл. 3.4, табл. XVI, № 4), то есть отливка в табл. XIV, вероятнее всего, получена методом каркасного моделирования литых икон.

Выговские и другие старообрядческие мастерские моделировали и изготавливали двух-и трехстворчатые иконы-складни разных размеров¹³⁰. Начало производству многих изделий положено в конце XVII – первой половине XVIII веков. Среди этих складней немало вариантов с поясным изображением святителя Николая на одной из створок.

Особое место занимали двухстворчатые миниатюры, используемые в качестве нагрудных иконок, которые, можно сказать, окончательно вытеснили энколпионы.

В табл. XV представлены примеры таких складней (№№ 1а и 2а), на правой створке которых изображен святитель Николай с благословляющим жестом и Евангелием. Слева и справа от святого – традиционные изображения Иисуса Христа и Богоматери. На плечах святителя различим омофор с крестами. Складки его одежды подчеркиваются линиями. Наверху непрерывным текстом сделана надпись: «ІСХССВЯТЫНИКОЛАЕМРѲУ».

На диптихе № 1а образ Чудотворца находится в рамке, представляющей два тонких валика. По сторонам этой рамки орнамент, напоминающий звенья цепочки. У № 2а рамка отсутствует, а наверху – декор в виде углов.

На левой створке складней №№ 1а и 2а – образ «Поклонение иконе Богоматери Одигитрии¹³¹ Cмоленской, к которой с молитвою обращены поясные фигуры преподобных Антония и Феодосия Печерских – основателей русского монашества¹³². Икона Богоматери помещена в рамку, состоящую из двойных тонких валиков. По сторонам этой рамки у диптиха № 1а выступающие буквы «МР ѲУ», а над фигурами святых углубленная надпись: слева – «ПАНТ», а справа – «П ФЕО». На левой створке складня № 2а надпись отсутствует.

Левые и правые плакетки по периметру имеют обрамление – бортик, который у диптиха № 1а более рельефен, чем у № 2а.

Декором створок с образом Богородицы является изображенное внизу подобие цветка крестообразной формы. Кроме того, у № 1а наверху имеются рельефные кружочки, а у № 2а – фрагменты ромбовидной фигуры.

На оборотной стороне правых створок находится Голгофский Крест и волнистая линия, вероятно, имитирующая позем, а на левой – рисунок, состоящий из розеток разной степени сложности. Причем у №1 линии декора выполнены в виде тонких жгутиков, напоминающих скань. Поскольку складни носили в закрытом состоянии, крестом наружу, этот крест выглядел как нательный, являясь в некотором роде отдельной святыней.

Складень № 1 украшен двухцветной эмалью: бирюзовой и темно-синей. На его обороте имеются следы темно-синей финифти.

Над створками расположены ушки с отверстиями для гайтана, причем у складня № 2 оно овальной формы, что свидетельствует о длительном ношении.

Завершая описание этих складней, следует подчеркнуть, что наличие одновременно икон Богоматери Одигитрии Смоленской и святителя Николая – любимых и особо почитаемых в русской среде – придают двухчастникам особый духовный смысл. Отмечая значимость этих óбразов, священник Павел Флоренский писал: «Можно сказать, что тип Одигитрия, среди других икон Богоматери, то же, что Николай Чудотворец среди других святых» [23]. Это объясняет большую популярность двухстворчатых миниатюр. По мере производства таких складней, они распространялись по всей России. Даже сегодня их можно встретить в самых удаленных уголках страны.

Плакетка № 3а является левой створкой триптиха. Для нее характерны тщательная проработка пластического рисунка, орнамент в виде последовательного ряда двойных кружков (меньшего в большем) и высокое качество отливки, что дает основание отнести это изделие к выговским образцам меднолитой пластики.

Иконография святителя Николая здесь традиционна. Причем изображение на створке следует отнести к одной типологической группе с более поздними иконками святого, представленными в гл. 3.1, табл. IV, №№ 1–3. Вполне вероятно, что образ Чудотворца со складня служил прототипом при изготовлении отливок этой групппы.

На створке фигуры святителя, Богоматери и Иисуса Христа означены соответствующими надписями: «СВЯТЫ НИКОЛА», «ІС ХС» и «МР ѲУ».

Плакетка украшена двухцветной эмалью: белой и темно-синей. Такое сочетание цветов подчеркивает светоносность и духовную красоту образа. На широком поле рамки видны следы практически не сохранившейся темно-синей эмали.

На обороте створки (№ 3б) изображены Голгофский Крест, крепостные стены Иерусалима с башнями, а также позем, детализованные настолько, что видна каменная кладка. Голгофский Крест подчеркивает, что Иерусалим – это место, где разворачивались события Нового Завета, совершался великий искупительный подвиг Спасителя, где зародилось христианство. Эти изображения находятся в означенном жгутиком круге, который следует рассматривать как символ Иисуса Христа – Солнца Правды. Такое оформление оборотной стороны левой створки трехчастного складня было характерно для выговских изделий XVIII века.

На трехстворчатых складнях №№ 4 и 5 образ святителя Николая находится на центральной плакетке. Его иконографию можно тоже отнести к указанной выше типологической группе. Чудотворец изображен с открытым лбом и окладистой бородой округлой формы; фигура – с покатыми плечами. На нем омофор с крестами и одеяние, декорированное комбинированным орнаментом. В левой руке он держит Евангелие с восьмиконечным крестом на обложке, а правой рукой на него указывает.

На складне № 4 наверху рельефным текстом без промежутков сделана надпись «СВЯТЫІНІКОЛАЕ». Ниже над фигурами Иисуса Христа и Богоматери монограммы «ІС ХС» и «МР ѲУ».

На поле иконы этого складня геометрический орнамент: внизу по сторонам треугольные фигуры, выше – вертикальные зигзагообразные линии, а еще выше два ряда направленных вниз углов. Около нимба и над ним изображены кружочки.

Над центральной створкой расположено двухъярусное навершие: наверху – образ «Спаса Нерукотворного» с признаками плата и буквами «ІС ХС», ниже – «Троица Ветхозаветная» с надписью «СВЯТЫЯ ТРОИЦА», по бокам – два херувима на штифтах.

Центральная икона на складне № 5 находится в трехчастной рамке: внутренняя и наружная – в виде тонких жгутиков, между которыми широкое поле. На полях иконы и обрамления имеются рельефные полоски, а на них точки.

Наверху слева и справа буквы, начертанные углубленным шрифтом: «СВЯТЫН ІКОЛА» и ниже – «ІС ХС» и «МР ѲУ».

Над плакеткой имеется навершие прямоугольной формы с образом «Спаса Нерукотворного» и изображением плата.

Боковые створки складней №№ 4 и 5 примерно равны половине центральной. На них у № 4 в рамках находятся четыре клейма (по два на каждой боковине) с рельефным изображением избранных двунадесятых праздников¹³³, а у № 5 шесть клейм с поясными фигурами святых в трехчетверном повороте к центру¹³⁴. Святые избраны не случайно – им часто молились в народе о помощи в разных житейских ситуациях, с верой в их ходатайство перед Господом Богом.

На складне № 6 пластический рисунок образа святителя Николая полностью повторяет изображения на иконах в табл. IX, отлитых в выговских традициях. Они отличаются лишь размерами иконного пространства¹³⁵.

Центральная створка этого складня украшена геометрическим орнаментом в виде разнонаправленных треугольников. Такие же фигуры изображены на рамках боковин с сюжетами двунадесятых праздников (см. № 4). На створки нанесена эмаль синего цвета.

Над образом святителя Николая в обрамлении килевидной формы, украшенном растительным орнаментом, на облаках изображен Иисус Христос – Царь Царей, с благословляющим жестом обеих рук. Изображение Чудотворца в такой композиции символично и как бы подчеркивает, что святой является защитником людей по воле Господа.

Особенностью складня № 6 является то, что верхние части боковых створок при их сложении образуют килевидное завершение, причем, наверху створ находятся фрагменты сюжета «Благовещение»: на правой – образ Девы Марии, а на левой – Архангела Гавриила. В закрытом складне эти фрагменты, оказываясь внутри, объединяются – Архангел Гавриил является Деве Марии, то есть образуется полная композиция на тему указанного сюжета¹³⁶.

Сюжеты на створках двух триптихов – №№ 7а и 8а не отличаются. В центре – икона Богоматери «Всех скорбящих Радость», на левой створке – образ святителя Николая, а на правой – икона с ростовыми фигурами Василия Великого, Иоанна Златоуста, святых мучеников Кирика и Иулитты, а также поясных фигур святых мучениц Параскевы, Евдокии и Варвары. Различие этих складней – в особенностях композиций на створке с образом Чудотворца и в оформлении их оборотных сторон.

В частности, на иконе святителя Николая складня № 7а внизу расположены ростовые фигуры: слева – святителя Василия Великого, а справа преподобного Сергия Радонежского. Иконография этой иконы подобна изображению на вершковой плакетке, рассмотренной в гл. 3.2 (см. табл. VII, № 5а). Что касается пластического рисунка на левой створке складня № 8а, то он не отличается от изображения на иконе № 4а той же таблицы (они имеют практически одинаковые размеры¹³⁷.

На складне № 7а распространенная на выговских изделиях комбинация двух цветов эмали – темно-синей и белой. У № 8а эмаль одноцветная – синяя.

На обороте створки № 7б находится изображение Голгофского Креста и стен Иерусалима в круге, как на № 3б. На обороте № 8б – рельеф Голгофского Креста в овальном медальоне, окруженном орнаментом из виньеток с крестообразными фигурами по бокам.

На многих литых иконах и иконах-складнях поясная фигура Николая Чудотворца находится среди избранных святых. Несмотря на небольшие размеры и, соответственно, условность изображений угодников Божьих, мастера-литейщики старались передать в металле смирение и духовную силу, исходящие от миниатюрных образов.

На плакетках в табл. XVI, №№ 1а и 5а в центре представлена икона пресвятой Богородицы – «Одигитрия Смоленская». Над иконой – малый Деисус, а по бокам и ниже в клеймах сонм святых с характерным молитвенным положением фигур¹³⁸. Среди них в нижнем ряду находится прямоличный поясной образ святителя Николая.

Тип икон Богоматери со святыми в клеймах вокруг, в том числе с образом Чудотворца, складывается на Руси в XV–XVI веках. Такая композиция как бы подчеркивает, что Матерь Божия есть Матерь Церкви, мать всех людей, и духовной идеей сюжета является заступничество перед Господом Богом главных покровителей и защитников рода человеческого – Богородицы, Иоанна Предтечи, и святых.

Икона № 1а изготовлена с использованием древней матрицы XV–XVI веков, возможно, новгородского происхождения, сделанной по образцу, резанному на камне.

Верхняя часть этой иконы имеет куполообразную форму. Над ней на высокой перемычке – навершие с образом «Спаса Нерукотворного». На фон плакетки нанесены ряды углубленных точек, в целом создающие ребристую поверхность (возможно, под эмаль). Рамка иконы Богоматери выполнена в виде тонкого валика и повторяет форму плакетки. Небольшое поле по ее периметру украшено орнаментом из виньеток.

Над Деисусом на арочном поле надписи: «МР ѲУ», « ГДЬВСЕДЕРЖ», «ИОАНЪ ПРЕД». В центре, рядом с Богоматерью монограмма «МР ѲУ». На горизонтальных перемычках – надписи с именами святых.

У изображения святителя Николая (№ 1б) имеются характерные признаки традиционной иконографии: различимы благословляющий жест святого и Евангелие, окладистая борода, омофор с крестами, фигура с покатыми плечами. Наверху надпись – «СТЫЙ НИКОЛ».

Икона № 5а, по сути – версия литой иконы № 1а, поскольку в данном случае создано новое художественное изделие с использованием ранее изготовленной в металле композиции. Иконография средника плакетки не отличается от извода № 1а, но ее модель, похоже, была сделана по другому, вероятнее всего, более позднему образцу. Об этом отчасти свидетельствуют разные размеры полей иконы Богоматери¹³⁹ и иное обрамление – в форме валиков с перемычками.

На самом верху арочной части рамки №5а буквы «ІС ХС». В клеймах наверху читаются надписи: в центре – « ГДЬ ВСЕД», а по сторонам – «МР ѲУ» и «ІО ПР». На надписях ниже указаны имена святых.

Плакетка №5а украшена эмалью шести цветов: белой, зеленой, желтой, синей, темно-синей и черной.

На фрагменте иконы (№5б) святитель Николай изображен традиционно. Пластический рисунок фигуры святого отличается некоторой скованностью. Наверху, частично перекрываемая нимбом, надпись – «НИКОЛАЕ».

Плакетку № 5а можно рассматривать как результат каркасного моделирования (см. гл. 2.4, Рис. 6), то есть икона с арочным верхом, находящаяся внутри прямоугольного обрамления, вставлена в богато украшенную широкую рамку с орнаментом в виде виноградных лоз и плодов.

Главным сюжетом многофигурной композиции на плакетке № 2а является сцена внизу слева: Иоанн Богослов во время ссылки на остров Патмос. По преданию, здесь ему было видение Иисуса Христа как Судии Второго Пришествия. Получив откровение от Бога, апостол Иоанн написал Апокалипсис¹⁴⁰. На данном клейме Иоанн диктует своему ученику Прохору текст «Откровения». Этот сюжет пользовался особой популярностью среди староверов-беспоповцев, которые постоянно находились в ожидании конца света и тема «Откровения» вызывала у них повышенное внимание [24].

Справа на плакетке святые мученики Кирик и Иулитта¹⁴¹. В верхнем ряду (слева – направо) – Иоанн Предтеча, святитель Николай, преподобные Сергий Радонежский и Павел Фивейский. Деление иконы на клейма осуществлено с помощью рамок в виде валиков.

Рельефы изображений святых сильно потерты, но в образе Чудотворца (№ 2б) различимы характерное положение левой руки, наличие книги и омофор. Надписи – нечитаемые.

Над иконой на ребристой перемычке находится навершие с образом «Спаса Нерукотворного» без признаков плата.

На данной плакетке святые выбраны не случайно. Скитские поселенцы считали, что угодники Божии относятся к ним с пониманием и поддержат на Страшном Суде, а изображением Кирика и Иулитты как бы напоминали о себе – преследуемых за веру сторонниках старых обрядов.

На центральной плакетке трехстворчатого складня № 2а главным является изображение малого Деисуса: Вседержителя на престоле с Богоматерью и Иоанном Предтечей. Ниже Деисуса находятся поясные фигуры святых: крайние слева и справа – преподобные Зосима и Савватий Соловецкие¹⁴², в середине святитель Николай и епископ Ростовский Леонтий (№ 3б).

На плечах Чудотворца лежит омофор, а пальцы его правой руки изображены в положении благословляющего жеста.

Боковые створки триптиха отлиты с изображением поясных фигур святых, расположенных в три ряда (см. описание к табл. XV № 5).

Над центральной плакеткой складня, на тонкой перемычке находится навершие прямоугольной формы с изображением ромбовидной звезды.

Икона № 4 с образом Иисуса Христа «Благое молчание»¹⁴³, подобно плакетке в табл. XIV, находится внутри венца медальонов. В этих медальонах наверху изображен малый Деисус, а по бокам и внизу избранные святые. Имена святых, последовательность их расположения та же, что и на указанной плакетке, то есть клеймо с поясной фигурой святителя Николая является четвертым сверху в правом ряду.

На иконе «Благое молчание» Иисус Христос изображен в виде Ангела. Его руки скрещены на груди, символизируя этим жестом

смирение, как бы подчеркивая идею молчания, с каким Спаситель перенес страдания и крестную смерть. Этот сюжет выражает богословскую мысль о том, что рождение Богочеловека явилось воплощением Божественной Премудрости на земле.

Наверху иконы начертана монограмма «ІС ХС» и ниже – надпись «БЛАГОЕ МОЛЧАНИЕ».

Плакетка украшена эмалью пяти цветов: белой, синей, голубой, зеленой, желтой и черной.

Цветовая гамма вкупе с декором оказывают сильное духовноэмоциональное воздействие, помогают проникнуться глубиной образа. При этом сама икона «Благое молчание» и изображение на полях святых Божиих угодников могут означать призыв к скромности и смирению в просительных или благодарственных молитвах к Господу.

В табл. XVII представлен значительных размеров «Крест-Собор Двунадесятых праздников и избранных святых»¹⁴⁴. На этой плакетке 24 клейма с разными сюжетами и Распятием в центре. Среди этих сюжетов имеется два поясных изображения святителя Николая.

Иконографию этой плакетки можно назвать венцом развития в меднолитейной пластике комбинированных построений вокруг Креста-Распятия, который является центром окружающих его клейм. На этих клеймах показаны сцены великих событий в Церкви Христовой – земной жизни и Крестной кончины Господа нашего Иисуса Христа, а также жития и Успения Пресвятой Богородицы. Киотное завершение креста напоминает купол храма и вызывает ассоциативную связь «Креста-Собора» с церковным иконостасом, где сам крест – это как бы Царские врата, открывающие путь в Царствие Небесное. Сонм шестикрылых серафимов наверху (на отливке их девятнадцать) подчеркивает небесную направленность идеи этой композиции, мудрость ее духовного содержания, символизирует Божие присутствие. Водруженные на длинные штифты серафимы вызывают ощущение того, что они смотрят сверху, призывая к славословию Господа. В целом праздничные сюжеты на Кресте подчинены единому строю соборности. При этом, в отличие от четырехстворчатых поморских складней, эти сюжеты расположены не по хронологии евангельских событий, а согласно богослужебному годовому кругу [27].

Духовная красота «Креста-Собора» подчеркивается белой и синей эмалью, нанесенной на все клейма.

Следует отметить, что эта непростая по технологии изготовления отливка свидетельствует о богатой творческой фантазии мастеров и виртуозности их обращения с металлом.

В качество образцов для этих клейм служили изделия меднолитой пластики, созданные в разное время и в разных мастерских, в частности, многофигурные праздники, разработанные выговскими мастерами на рубеже XVII–XVIII веков для четырехстворчатого складня.

Икона Чудотворца на клейме в табл. XVII (в) по иконографии имеет сходство с изображением святого на «вершковой» иконе в табл. VII, № 5а и на створке складня в табл. XV, № 7а, но, с учетом декоративных элементов оформления, наиболее близка № 7а в табл. XV. Тем не менее, на клейме видна более тонкая проработка деталей пластического рисунка, чем на указанных плакетках. Например, на омофоре в руках Богоматери различимо начертание креста. Над ростовыми фигурами Василия Великого и Иоанна Златоуста читаются буквы: слева – «П ВЕ» и справа – «П».

Другое изображение святителя Николая имеется наверху «Креста-Собора» в составе композиции с образом «Одигитрии» в центре и медальонами по сторонам (б). В этих медальонах находятся поясные фигуры: наверху – Иисуса Христа, внизу – Чудотворца, по сторонам – преподобных Антония и Феодосия. Образ Богоматери помещен в прямоугольную рамку, состоящую из последовательного ряда виньеток (см. описание Рис. 10).

Данная композиция с построением клейм в виде квадрифолия¹⁴⁵ считается весьма древней¹⁴⁶. В целом она символизирует образ Богородицы-Путеводительницы, ведущей к Иисусу Христу.

В медальоне с образом Чудотворца его фигура представлена почти оплечной. Изображение святого традиционно – на нем омофор, правая рука благословляющая, а в левой он держит Евангелие.

Рис. 11. Створка складня с иконой Божией Матери «Одигитрия» и образом святителя Николая в медальоне (литье, медный сплав), XVIII–XIX в., 7,1 х 5,2.

Рассмотренную выше икону Богоматери «Одигитрия» в окружении медальонов с образом Иисуса Христа и святых отливали отдельно на плакетках и створках складней. На Рис. 11 показана центральная часть складня с изображением этой композиции.

Внизу на этой створке в медальоне помещен образ святителя Николая.

Над ним читается надпись «НИКОЛА».

Икона Божией Матери «Одигитрия» находится в трехчастной рамке с широким полем. Внутренняя часть этой рамки представляет собой волнистую линию, а наружная – тонкий жгутик с каплевидными образованиями по углам. В виде жгутика выполнено также обрамление медальонов. На широком поле рамки от угловых виньеток исходят лучи – символ света истины. На иконе Богоматерь указывает правой рукой на Младенца – воплотившегося Бога как на единственный путь к спасению.

Медальоны изображены не полностью. Они находят на обрамлении композиции и, не умещаясь на нем, как бы срезаны по краям плакетки.

Над створкой имеется прямоугольное навершие с образом «Спаса Нерукотворного» на плате.

Рис. 12. Икона Божией Матери «Одигитрия» с поясным образом святителя Николая (литье, медный сплав), XVI в., 7,2 х 6,0.

Фактически изображение Чудотворца среди святых имеет древнее происхождение и является довольно распространенным на литых иконах. Наглядным примером такого образа, пришедшего из далекого прошлого, является подвесная (нагрудная) икона, показанная на Рис. 12. На ней изображены Богоматерь «Одигитрия» и фигуры предстоящих в прямоличном изводе – святителя Николая (слева) и священномученика Власия (справа). Она сделана по типу богородичных икон-оберегов, относящихся к новгородскому литью XV–XVI веков [29], и по своей форме напоминает древние змеевики с разницей в том, что на ее обороте отсутствует рисунок.

Икона на Рис. 12, вероятнее всего, относится к XVI веку и является наглядным примером преемственности сюжетов меднолитой пластики, подтверждая связь более поздних разработок и изделий с искусством предшествующих времен.

На данной иконе образ Богоматери почти ростовой, в трехчетвертном повороте. Ее голова наклонена к благословляющему Младенцу Иисусу Христу, сидящему у Нее на руке. Складки одежды показаны отдельными рельефными линиями.

Фигура святителя Николая имеет удлиненные пропорции, с узкими плечами (рельеф сильно потерт). Правая рука – благословляющая, а в левой находится Евангелие. На омофоре видны кресты.

На иконе читаются надписи: наверху – «МР ѲУ», «ІС ХС», ниже – слева «НИКОЛ», справа – «ВЛАС».

Рамка трехчастная с широким полем, обрамленным с обеих сторон тонкими жгутиками. На поле витой рисунок, напоминающий цепочку.

Навершие иконы украшено ромбовидной фигурой, внутри которой изображен шестиконечный крест.

Иконы с отдельной стоящей ростовой фигурой святителя Николая, кроме «Николая Можайского» и небольшого числа плакеток с образом «Николая Зарайского», малоизвестны. Тем не менее, нередки изображения Чудотворца в рост среди избранных святых на иконах и створках складней. Причем чаще всего знакомый облик святителя можно видеть вместе с предстоящими в Деисусном ряду, где в составе молитвенников находятся особо почитаемые святые – заступники и помощники людей.

Иконы, не связанные с темой Деисуса, с ростовой фигурой святителя среди других святых встречаются редко. Некоторые имеют довольно древнее происхождение, их можно отнести к новгородскому литью XV–XVI веков.

В табл. XVIII представлены подобные литые изделия, которые являются переливкой старинных образцов. В частности, известен прототип иконы № 1 с изображением двух святителей – Николая Чудотворца и священномученика Власия¹⁴⁷, – это образок XV–XVI веков [30]. На данной плакетке абрис слегка удлиненных ростовых фигур святых и складки их одеяний практически не отличаются. У святителей на плечах омофор с крестами, в левой руке Евангелие, а правая указывает на книгу. Их лица разнятся видом бороды: у Власия она длиннее и сужается книзу.

Наверху этой иконы сделана надпись: «СТЫ НІКОЛ» и «ВЛАСЕЙ».

Рамка иконы имеет вид жгутика с крупным плетением. Над плакеткой находится прямоугольное навершие с образом «Спаса Нерукотворного» на плате.

На иконе № 2 трехфигурная композиция: в середине прямоличный ростовой образ святителя Николая, а по сторонам в трехчетверном повороте к Чудотворцу Параскева Пятница (слева) и святой мученик Тихон (справа). Фигуры удлиненные. Линии складок одежд кажутся мягкими, отчасти из-за потертости рельефа. У святителя на плечах омофор, на котором различимы кресты. Его правая рука поднята в благословляющем жесте, а в левой он держит Евангелие.

Наверху надписи углубленным шрифтом в центре – «С НІКОЛАЕ», слева – «С ПЯТНИЦА» и справа «С ТИХОН».

Рамка трехчастная: внутренняя представляет собой тонкий жгутик, а внешняя выполнена в виде валика. У плакетки имеется навершие с образом «Спаса Нерукотворного». Верхняя часть нимба Иисуса Христа и узлы плата как бы выходят за пределы этого навершия, образуя над ним и по бокам выступы арочной формы. Икона № 3 с тремя фигурами тех же святых и в тех же позах, что и на плакетке № 2, отличается детализированным пластическим рисунком, и сами фигуры выглядят более естественными. Одежда разделана рельефными полосками в разных направлениях. Внизу – позем с растительным рисунком.

На лице святителя Николая выделяются круглые глаза со зрачками-точками, усы и борода. На окладе Евангелия нанесен рисунок, имитирующий традиционный комплект накладок.

Над фигурами святых начертаны надписи (слева-направо): «С М ПАРАСКОВІЯ П», «С Ч НІИКОЛАЕ», «С М ТИХОНЪ».

Рамка плакетки представляет собой широкое поле, обрамленное с двух сторон тонкими жгутиками. На поле орнамент из виньеток (стилизация растительного).

Над плакеткой на перемычке – прямоугольное навершие с образом «Спаса Нерукотворного» на плате. На перемычке начертана надпись – «ѠБРАЗЪ НЕРУ».

Изображение Деисуса с ростовыми фигурами избранных святых, в том числе святителя Николая, получило широкое распространение в древнерусской иконописи. На Рис. 13 новгородская икона XVI века [31]: в центре иконы на престоле восседает Судия

Рис. 13. Деисусный чин: в центре на престоле Иисус Христос, слева и справа попарно: Богоматерь и Иоанн Предтеча, архангелы Михаил и Гавриил, апостолы Петр и Павел, святитель Николай и преподобный Сергий Радонежский (дерево, темпера), вторая половина XVI в., 22,1 х 54,2.

Иисус Христос, а по сторонам в молении предстоят Богородица и святые, среди которых Чудотворец. Фигуры святых расположены согласно установленной иерархии. Этот сюжет часто использовали в малых домашних иконостасах. Позднее его стали воспроизводить на меднолитых иконах.

На литых иконах пластический рисунок на тему Деисус нередко представляет собой двухрядную композицию с ростовыми фигурами предстоящих, расположенными на нижнем уровне, – подобно изображению на плакетках с этим же сюжетом, но с поясными фигурами святых (см. табл. XVI, № 3а).

В табл. XIX (№ 1а) представлена такая икона – в верхнем ряду на богато украшенном троне восседает Иисус Христос, а по сторонам стоят Богоматерь и Иоанн Предтеча со свитками в руках. Внизу в рост расположены святые: слева и справа преподобные Зосима и Савватий Соловецкие, а в центре Ангел Хранитель и святитель Николай.

На этой иконе фронтальная фигура Чудотворца (№ 1б) имеет удлиненные пропорции. В пластике рисунка заметна некоторая скованность. Святитель с окладистой бородой стоит в епископском облачении с благословляющим жестом, поддерживая Евангелие левой рукой. На плечах у него традиционный омофор с крестами. В связи с потертостью плакетки, отсутствует возможность более подробного описания изображения.

На верхней половине иконы надписи: на рамке – « ГДЬ ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ», ниже – «МР ѲУ», «ІС ХС», «ІѠАННЕ». Внизу – надпись.

Рамка иконы имеет широкое поле, украшенное декоративным орнаментом. Видны следы эмалей бирюзового и темно-синего цвета.

На иконе «Седмица»¹⁴⁸ № 2а в центре на престоле восседает «Господь Вседержитель». Иконография образа величественна и символизирует царственное достоинство строгого Вершителя судеб. Господь изображен фронтально, Его сосредоточенный, прямо направленный взгляд неприступен. Зато благословляющий жест десницы выражает спокойствие. В левой руке Он держит раскрытое Евангелие, на страницах которого имеется выполненный углубленным шрифтом текст. Его одежда неподвижными складками облекает фигуру. Спинка престола, на котором восседает Вседержитель, богато украшена растительным орнаментом. Иисус Христос сидит, опираясь ногами на подножие. Вокруг головы Спасителя крестчатый нимб с перемычками и буквами «О ѿ Н», а выше – написано « ГДЬ ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ».

В глубоком почтении подле Господа стоят со свитками в руках Богоматерь и Иоанн Предтеча. Позади престола находятся архангелы Михаил и Гавриил, а над ними – апостолы Петр и Павел. Эту композицию дополняют: наверху слева – апостол Иоанн Богослов и справа – святитель Иоанн Златоуст, внизу – святитель Николай и Сергий Радонежский, а в самом низу – лежащие ниц преподобные Зосима и Савватий Соловецкие.

Фигура Чудотворца на иконе видна не полностью (№ 2б). В изображении передано высокое духовное напряжение святителя. В его взгляде, направленном вверх, в жесте распростертых рук – выражение особого Богопочитания, преданности Христу, собранности в молитве к Господу.

На святителе омофор с крестами. Небольшие кресты имеются и на саккосе. На нимбе, обрамленном двойным валиком, плохо различимы буквы надписи с именем Чудотворца.

Пластический рисунок плакетки в целом имеет многоплановый рельеф, и это не нарушает сюжетного единства, а наоборот, способствует передаче внутренней динамики – от низкого к высокому уровню.

Все детали композиции искусно связаны в единое целое орнаментом – геометрическими фигурами с «разбросанными» звездочками.

Композиция заключена в трехсоставную рамку: первая в виде тонкого жгутика, вторая – с декоративными углами (по типу оформления серебряных окладов икон первой половины XIX века) и широким полем с орнаментом, состоящим из виньеток; третья (наружная) – двухступенчатая.

Плакетка украшена эмалью трех цветов: белой, светло-синей и зеленой. В центральной части фон иконы декорирован белой эмалью, нанесенной в виде отдельных точек.

В оформлении данной плакетки сам ритм пластического изображения, его стройная симметрия замечательно формируют и передают высокий молитвенный настрой. А эстетика рельефного рисунка на этой иконе способна привнести в творимую перед ней молитву особенное, радостное переживание красоты и совершенства горнего мира.

Рис. 14. Икона с ростовыми фигурами Богоматери и святителя Николая. (литье, медный сплав), XVIII в., 5,3 х 3,6.

На рис 14 представлена редкая литая икона XVIII века, которая отлита по образцу XVI века с ростовым образом святителя Николая. Иконографически ее относят к теме Деисус [32]. На иконе изображены стоящие в трехчетвертном повороте Богоматерь и святитель Николай, а над ними в овале поясной рельеф отрока Христа – Спаса Эммануила с распростертыми в благословении руками¹⁴⁹.

Фигуры Богородицы и Чудотворца приземисты и статичны, с непропорционально большими руками. На плечах святого традиционный омофор с крестами.

Надголовой Христа крестчатый нимбс буквами «ОѿН», а по сторонам – «ІС» «ХС». Наверху в левом углу поля иконы монограмма «МР ѲУ» и в правом – имя святого – «НИКОЛА». Все надписи сделаны углубленным шрифтом.

У иконы плоская рамка, более широкая по бокам. Наверху – петля с отверстием.

Как отмечалось выше, образ святителя Николая помещали вместе с предстоящими на створках складней, в том числе в Деисусном ряду. В табл. XX представлены такие складни.

Триптих № 1а указанной таблицы заслуживает особого внимания, поскольку есть все основания полагать, что он изготовлен в выговской меднице в XVIII веке и является одним их характерных представителей поморского литья.

На центральной створке этого складня находится композиция малого Деисуса – в центре Господь Иисус Христос, а по сторонам в молитвенном положении Богоматерь и Иоанн Предтеча. На боковых створках в трехчетверном повороте к центру – торжественный ряд святых, особо чтимых старообрядцами: (слева-направо) святитель Филипп – митрополит Московский¹⁵⁰ (с невысокой митрой на голове), святитель Николай, Иоанн Богослов, Ангел Хранитель, преподобные Зосима и Савватий Соловецкие.

На створках складня рельефные надписи: в центре наверху – «МР ѲУ», «ІС ХС», ниже – в две строки « ГДЬ ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ». Над фигурами святых указаны их имена.

Несмотря на общее у всех святых положение фигур, каждая из них индивидуальна. В частности, святитель Николай стоит в живом развороте, так, что стопы ног почти перпендикулярны плоскости иконы (№ 1б). Фигура святого отличается несколько удлиненными пропорциями, в ней ощущается основательность. Его голова округлой формы. В согнутой левой руке он держит Евангелие в наклонном положении.

Складень сильно потерт, и разделка одежды не просматривается. Тем не менее, интересным фактом является то, что верхнее облачение святителя (в отличие от одежд других святых) в результате поднятия рук как бы обрело форму щита. Не исключено, что такой абрис одежды заимствован в иконографии святителя Николая Можайского (см. гл. 3.6).

Над фигуркой святого находится рельефная надпись – «СТЫ НІКОЛА ЧУДОТВО».

Створки триптиха обрамлены двухступенчатыми узкими рамками. По всей поверхности лицевых сторон видны остатки золочения.

На оборотной стороне складня (№ 1в) справа в картуше в виде круга находится изображение Голгофского Креста и крепостных стен Иерусалима, а по углам витиеватый орнамент. Остальные створки заполнены сложным узорчатым рисунком (розетками, выполненными в «романском» стиле). Важно отметить, что этот непростой орнамент с невысоким рельефом является отпечатком, полученным при литье, и не имеет следов доработки резцом.

Другим примером трехстворчатого складня с мотивом Деисуса и с ростовыми фигурами на створках является триптих № 2а. Этот складень относится ко второй половине XIX века, он хорошо сохранился и выгладит празднично. Состав и расположение святых, а также их пластический рисунок мало чем отличаются от складня № 1а, разве что изображением на боковинах волнообразного позема у ног святых и орнаментом в виде полукружий и звездочек.

Очертания фигуры святителя Николая (№ 2б) такие же, как на предыдущем складне, но в данном случае более отчетливо видны детали рельефа.

Створки складня окаймлены четырехчастными рамками. Складень покрыт зеленой, синей и темно-синей эмалью.

На обороте левой плакетки (№ 2в) – Голгофский крест в фигурном картуше. Поле креста украшено темно-синей и зеленой эмалью, а на остальную поверхность нанесена белая, зеленая и темно-синяя финифть.

Подобные складни изготавливали вплоть до начала XX века, преимущественно московские мастерские. Они пользовались большим спросом, привлекая к себе внимание не только главным сюжетом, но и выбором святых, которым часто молились о помощи в разных жизненных обстоятельствах.

Благодаря высокой популярности этих святых, изображения на створках использовали в качестве прототипов и изготавливали отдельные иконы (по типу «вершковых»). На Рис. 15 представлена плакетка, отлитая по образцу левой створки такого складня (№ 2а) с фигурой Чудотворца в центре.

Рис. 15. Икона с ростовыми фигурами святых:(слева-направо) святитель Филипп, митрополит Московский, святитель Николай, апостол Иоанн Богослов (литье, медный сплав. эмаль), вторая половина XIX в., 6,4 х 5,4.

Главной идеей небольшого двухчастного складня № 3а, как и рассмотренных выше, является Деисус, находящийся на правой створке. Его трактовка необычна – изображения Спасителя и Иоанна Предтечи поясные, в то время как фигура Богоматери представлена полноростовой. На левой створке в трехчетверном повороте к Спасителю стоят Ангел Хранитель и святитель Николай.

В образе Чудотворца, в отличие от его изображений на складнях №№ 1а и 2а, просматриваются черты индивидуальности. Несколько приземистая фигура святителя динамична, поднятые руки раздвигают полы облачения. В то же время, Чудотворец трепетно держит Евангелие, а его голова откинута назад, и взгляд молитвенно устремлен к небесам. Разделка одежд святителя осуществлена почти вертикальными линиями. Его облачение украшено орнаментом в виде крестов в круге.

Отсутствие позема под ногами святого и расположение его фигуры на фоне голубой, темно-синей и белой эмали создают впечатление, что святитель Николай сам находится в пространстве горнего мира.

На створках имеются надписи: справа – «МР ѲУ», «ІС ХС», «С ІО», а слева – «С НІ» «С А Х».

На оборотной стороне левой створки изображен Голгофский Крест с орнаментом, состоящим из завитков, а на правой – рисунок в виде розетки с кружочками и завитками. Орнамент начертан рельефными жгутиками, которые напоминают скань.

Обе створки с обеих сторон украшены четырехцветной эмалью: белой, светло-синей, темно-синей и зеленой.

Складень, предположительно, изготовлен выговскими мастерскими в XVIII веке. У него традиционная форма старообрядческой нагрудной двухчастной иконы с замком и просверленными петлями, а также характерный для северных изделий подбор цветов эмали. Такие складные иконки обычно использовали как нательные (см. описание к табл. XV, №№ 1а и 2а).

Главным сюжетом трехстворчатого складня № 4а является Крест-Распятие – воплощение величия Божественной жертвы. Крест изображен в традиционной иконографии. Рядом с ним предстоящии: на переднем плане – Богоматерь и Иоанн Богослов, а за ними одна из жен мироносиц и сотник Лонгин. Вокруг креста медальоны. Из них в верхних – Деисус, то есть в центре находится лик «Спаса Нерукотворного», а по сторонам поясные фигуры Богоматери и Иоанна Предтечи. Рядом с ними надписи: «ІС ХС», «МР ѲУ», «ІОАНЪ ПРЕДТ». В остальных медальонах поясные фигуры святых¹⁵¹ с соответствующими надписями.

Изображение святого Убруса над Крестом-Распятием имеет особый богословский смысл, оно напоминает, что Иисус Христос оставил людям не только Свой Завет, но и Нерукотворный Образ, как свидетельство о пребывании Богочеловека на земле.

На боковых створках находятся в позе моления фигуры тех же святых, что и на складнях №№ 1а и 2а. Над ними надписи, которые начертаны так же, как на указанных складнях.

Святитель Николай стоит на декоративном поземе (№ 4б) в той же позе и в таком же одеянии, что на складнях №№ 1а и 2а. Несмотря на миниатюрность образа, детально проработан пластический рисунок головы святого: у него широкий открытый лоб, небольшие усы и борода, глаза миндалевидные, нос правильной формы. Лицо выражает сдержанность, придающую образу особую весомость. Саккос Чудотворца украшен кружочками с точками внутри – вероятно, имитация орнамента в виде креста в круге.

На центральной створке рамка трехступенчатая, а на боковых – четырехуровневая.

На обороте левой створки (№ 4б) в картуше овальной формы. изображен Голгофский Крест, башни и стены Иерусалима. Рамка картуша и углы плакетки украшены декоративным орнаментом.

В отличие от рассмотренных выше трехстворчатых складней, триптих № 5а представляет несколько иную иконографию ростовой фигуры святителя Николая (№ 5б).

На центральной створке этого складня находится икона Иисуса Христа, называемая «Спас Смоленский». Такая икона Спасителя была написана в 1514 году в связи с освобождением Смоленска от литовских завоевателей и была помещена над Спасскими воротами Московского Кремля. Впоследствии иконография образа была дополнена коленопреклоненными фигурами преподобных Сергия Радонежского и Варлаама Хутынского, что было сделано после того, как одной инокине явилось видение этих святых, молящихся о Москве во время осады города татарами.

На складне пластический рисунок иконы «Спас Смоленский» выполнен в соответствии с традиционной иконографией, характерной для живописных икон. Спаситель стоит в полный рост, на Его груди цата, украшенная звездочками, в руках – книга. Слева и справа к нему слетаются ангелы с орудиями страстей (крестом и копием с тростью), напоминая о страданиях и подвиге Христа. Пальцы Его правой руки сложены для благословения. Наверху надпись: «ЦРЬ ІС ХС СЛАВЫ». В нижней части иконы – коленопреклоненные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский¹⁵².

На боковых створках триптиха изображены в трехчетверном повороте к Спасителю ростовые фигуры святых: на левой – в богослужебных одеждах святители Варсонофий и Гурий, Казанские чудотворцы, на правой – Иоанн Предтеча и святитель Николай. Святые подобраны не случайно – это угодники Божии, удостоенные Господом быть ходатаями пред Ним об избавлении людей от телесных недугов.

Ростовая фигура Чудотворца имеет спокойный абрис, несколько статична. Изображение традиционное: на святителе омофор с крестами, его левая рука держит Евангелие, а правая – словно лежит на книге, указывая на нее.

Лицо святого с невысоким лбом, миндалевидными глазами, округлой бородкой. Он как будто спокойно взирает на молящихся. Разделка одежды осуществлена чередующимися «мягкими» рельефными полосами. Вокруг нимба – окантовка в виде жгутика. Над фигурой святителя надпись – «НІКОЛАЕ».

В виде жгутика выполнена рамка центральной створки, на боковых же створках фигуры обрамлены валиком, над которым находится поле с надписью. Над средником имеется комбинированное навершие с изображением «Спаса Нерукотворного», «Троицы Ветхозаветной» и двух херувимов.

Ростовой образ святителя Николая изображен также на одном из клейм четырехстворчатого складня – наиболее значимого изделия в истории меднолитой пластики. Указанный складень представлен в табл. XXI.

На створках и в килевидном оглавии этого складня (а) находятся иконы праздников, в том числе всех Двунадесятых, и сюжеты с поклонением чудотворным образам Богоматери¹⁵³. Моделирование и начало производства этой развернутой и детализированной праздничной композиции следует отнести к концу XVII – началу XVIII века. Изготовление складня осуществляли первые поколения старообрядцев выговского поселения, искусство которых еще находилось под некоторым влиянием догматических и художественных традиций Православной Церкви [34].

Плоскости створок этого складня расчленены рельефными перегородками в виде прямоугольных рамок. Эти рамки напоминают тябла церковных иконостасов, на которые устанавливают иконы, прежде всего с сюжетами Двунадесятых праздников. Над левой створкой в килевидном обрамлении находится Распятие Христово. В храмах его обычно помещают на самом верху алтарной преграды.

Благодаря такой аналогии с церковным иконостасом, верующие, обращаясь к изображениям на складне, ощущали себя в храме Божьем и могли молиться в пути или в отдаленных селениях, где отсутствовали церковные приходы. Малые размеры, иконографическая простота образов и доступность делали эти створчатые святыни удобными для частной молитвенной жизни.

В стремлении отразить божественную гармонию и для придания изображениям на клеймах большей праздничности на эти складни обычно наносили эмаль и иногда золотили. Данный складень украшен финифтью пяти цветов: белой, светло-синей, темно-синей, зеленой и черной.

На крайней правой створке, на иконе «Поклонение Тихвинской иконе Божией Матери» (б) среди предстоящих находится ростовая фигура святителя Николая (в), и это не случайно, поскольку икону Чудотворца в местном ряду выговских иконостасов часто помещали рядом с Тихвинской иконой Богоматери. Иконографическая связь образа Богородицы и Чудотворца во многом обусловлена их признанием в народе как первостепенных покровителей Руси.

Кроме святителя Николая на иконе изображены: наверху – преподобные Александр Свирский и Кирилл Белозерский, внизу слева (рядом со святителем Николаем) – Василий Великий, справа в нижнем углу – Григорий Богослов и Иоанн Златоуст.

Рис. 16. Икона «Поклонение Богоматери Тихвинской» с ростовыми фигурами святых: (наверху) преподобные Александр Свирский и Кирилл Белозерский, (внизу) святители Василий Великий, Николай Мирликийский, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст (литье, медный сплав. эмаль), XVIII–XIX вв., 6,1 х 5,3.

Иконография образа Чудотворца на этой иконе практически ничем не отличается от изображения на складне в табл. XX, № 3б (см. описание).

На оборотной стороне второй слева створки (г) в картуше находится изображение Голгофского креста с орудиями страстей (копием и тростью). Над крестом в овале надпись: «Кресту твоему покланяемся, владыко и святое воскресенiе твое славим», а вокруг орнамент в виде фантастических витиеватых композиций с колонками.

Клейма этого складня также отливали отдельно, делая для каждого сюжета самостоятельную икону.

Эти иконы имели небольшие размеры (по типу «вершковых»). На Рис. 16 представлена литая плакетка с образом «Поклонение иконе Богоматери Тихвинской», изготовленная по образцу соответствующего клейма на четырехстворчатом складне.

Иконографический извод «Николай Можайский» широко представлен в меднолитой пластике. Причем литые иконы с таким сюжетом, пожалуй, встречались чаще, чем живописные. Это можно объяснить не только их массовым тиражированием, но и тем, что данная символика образа Чудотворца лучше, живее воспринимается в рельефном рисунке, нежели на плоской поверхности¹⁵⁴.

Согласно иконографии образа, святитель стоит с поднятыми руками – с жестом заступнической молитвы, раскинув фелонь¹⁵⁵, как щит, держа в правой руке меч, направленный вверх, а в левой вместо священной книги – храм, или крепость с храмом внутри (иногда условное изображение города в виде городских стен).

Складывается впечатление, что Чудотворец выступил на защиту всех, кто стоит за ним. При этом, в фигуре святого заключена не только символическая монументальность, но и динамичность.

Неслучайно такая иконография святителя была весьма популярна и во времена ордынских набегов, и в период борьбы с польскими интервентами.

Великий святой неоднократно являл знамения о том, что, согласно промыслу Божиему, он принял под свой покров нашу землю.

Одно из преданий о его милосердии относят к версии появления образа Николая Можайского в XIV веке, когда враг осадил город Можайск. Жители горячо молились святителю о спасении, и, к их радости, возникло дивное знамение – Чудотворец показался в небе, стоя над собором с грозным видом и держа в одной руке – поднятый меч, а в другой – изображение крепостных стен – своего рода символ державы, которую он защищает. Явленный образ как бы свидетельствовал, что святитель принял город под свой покров¹⁵⁶. Неприятель был настолько устрашен этим небесным видением, что снял осаду и бежал.

В благодарность за чудесную помощь благочестивые граждане города вырезали из дерева фигуру Чудотворца во весь рост, согласно явленному образу, а в память о событии в народе закрепилось ее название – Николай Можайский¹⁵⁷.

Статую поместили в килевидный киот и сначала установили на Никольских воротах крепостной стены, а позже перенесли в храм. Это древнее, необычное по канону изображение святителя Николая послужило основой для рождения нового иконографического извода, названного Николай Можайский, согласно которому в дальнейшем изготавливали деревянные скульптуры, живописные и литые иконы.

На Рис. 17а представлен сохранившийся до нашего времени, вариант резной фигуры Николая Можайского¹⁵⁸, которая, по преданию, находилась в киоте над главными крепостными воротами города Можайска. До 1933 года эта фигура святого стояла в ныне действующем соборе святителя Николая¹⁵⁹ (Рис. 18), воздвигнутом над древними каменными воротами¹⁶⁰.

Рис. 17. Иконография святителя Николая с поднятыми руками: а – резная деревянная скульптура Николая Можайского – XV в. б – фрагмент новгородской иконы «Николай Зарайский с житием» (центральное клеймо) – XIV в., в – икона – дар царя Уроша III Дечанского – 1327 г.

Рис. 18. Собор святителя Николая в городе Можайске, где до 1933 г. хранилась статуя Николая Можайского (построен в XIX в.).

Явленный образ Николая Можайского особенно значим, поскольку в данном случае, согласно Божественному завету, в благословляющую руку Мирликийского Чудотворца вложен меч, а в другую – крепость, как символ державы, которую надо защищать. Однако главным в ростовом образе Чудотворца следует считать роль святителя как наставника своей паствы, открывающего ей путь к спасению сквозь всяческие преграды.

Обладая чудотворной силой, милосердствуя по отношению к нашему отечеству, внимая молитвам православных, святитель Николай в этом образе стал воистину всенародно почитаем¹⁶¹. Считают [36], что одним из вдохновителей почитания на Руси Николая Можайского являлся преподобный Сергий Радонежский.

Своеобразие извода «Николай Можайский» – в положении его воздетых рук и изображении меча, что совсем не характерно для православных икон и редко встречается в католической иконографии¹⁶². Возможно, прототипом здесь послужил образ, называемый «Николай Зарайский» (Рис. 16б), который, по некоторым свидетельствам, был известен раньше «Можайского».

На этой иконе святитель стоит с воздетыми руками, и его верхнее облачение, соответственно, тоже приобретает форму наподобие щита. Правая рука святого с благословляющим перстосложением, а левая – держит закрытое Евангелие. Появление данного образа относят к XIII веку. Его иконография связана с изначально живописной иконой, по преданию, перенесенной в 1225 году из Корсуня (Херсона) сначала в Новгород, а затем – в Рязанские земли [38].

Между этими двумя образами можно наблюдать явное иконографическое сходство.

Следует отметить, что фигура Чудотворца на иконе с поднятыми руками известна и на Западе, в частности, имеется в виду образ, который находится в крипте Базилики святого Николая в Бари, где покоятся мощи Чудотворца (Рис. 17в)¹⁶³. На данной иконе изображена ростовая фигура Чудотворца, у которого правая рука поднята вверх с благословляющим жестом, а левая поддерживает закрытую книгу (по всей видимости – Евангелие) с изображением шестиконечной звезды, вероятно, как символа звезды Вифлиемской.

Таким образом, христиане востока и запада молились образу святителя Николая с благословляющей, высоко поднятой правой рукой, иконография которого, возможно, пришла из глубины веков. Тем не менее, в небольшом городе Можайске образ Чудотворца обрел новую символику – меч и крепость с храмом или только с храмом, как знаком «града».

Множество икон Николая Можайского были изготовлены с использованием разных техник и разошлись по Руси. Причем резные фигуры святителя как правило помещали в деревянный киот, обычно с фигурными несущими столбиками и килевидным верхом¹⁶⁴ (Рис. 19а и 19б). Очевидно, это связано с желанием с помощью киота придать более плоскостной характер изображению, будучи в затруднении воспринимать фигуру в «самостоятельной пространственной жизни» [41].

Как отмечалось выше, резная скульптура нашла отражение в объемно-трехмерной форме меднолитой пластики, где рельефный рисунок размещается на плоскости. При этом средствами художественного воплощения и с использованием определенных технологических приемов пластику такого образа переносили на литую икону, во многом сохраняя традиционную скульптурную композицию. Поэтому на некоторых литых иконах можно видеть изображение киота с имитацией резных столбиков.

Следует отметить, что несмотря на историческую связь и изобразительные аналогии Можайского святого с иконографией Николая Зарайского, известно лишь несколько вариантов литых икон с фигурой Николы Зарайского, – они были изготовлены малыми тиражами и в основном датируются XV–XVII веками. Вероятно, это можно объяснить большей близостью Можайского Чудотворца мировоззрению простого народа, в то время как Зарайский образ являлся пришедшим из далеких, для большинства неизвестных, земель.

Одна из литых икон Николая Зарайского XVI века (по иконографии XIV века) представлена на Рис. 19 [42]. На этой отливке изображена стоящая фронтально приземистая фигура святого с поднятыми выше уровня плеч руками. Правая рука благословляет, а левая держит закрытое Евангелие. На святителе омофор и саккос с крестами и широкими рукавами, которые как бы подчеркивают положение поднятых рук. Икона сильно потерта и черты лица неразборчивые – различимы лишь высокий лоб и борода.

Наверху рельефная надпись (без интервалов) «НІКОЛАЕЗАР…».

Рамка иконы с овальным верхом. На ее поле орнамент в виде ряда завитков. Над плакеткой находится оглавие с выступающими ушками. На нем изображен «Спас Нерукотворный» в овале. Перемычка имитирует шарнирное соединение оглавия с иконой.

В отличие от литых изделий с образом Николая Зарайского, на протяжении нескольких столетий было моделировано и изготовлено немало вариантов икон Николая Можайского. Люди не раз удостаивались особой благодати Божией, исходящей от этого образа.

Рис. 19. Икона с образом Николая Зарайского (литье, медный сплав) XVI в., 7,0 х 4,3

В табл. XXII представлены иконы с изображением Николая Можайского, которые имеют между собой сходство по стилистическим и типологическим признакам. Они были изготовлены по иконографии просечных (ажурных) икон XVI века. По мнению М. Бургановой [43], «Просечные иконы XVI века отличают особый художественный строй и чувство композиции, в которой сквозные элементы не случайный декор, а полноправные составляющие, обыгрывающие силуэт и ритм». Действительно, в данном случае, налицо прием создания динамичных построений, где выразительный жест воина гораздо лучше воспринимается на фоне свободного пространства. Не случайно, ажурные литые иконы защитника Николая Можайского появились почти в одно время с просечными иконами святых князей Бориса и Глеба (Рис. 20), воина Георгия Победоносца.

На всех плакетках в табл. XXII характерной особенностью пластического рисунка является как бы нарочитая архаика изображения с несоблюдением пропорций фигур.

У №№ 2 и 6 фон икон просечной, а у №№ 3–5 – плоскостной с орнаментом. Плакетка № 1 была задумана как ажурная – у нее тонкая стенка с пустотами, которая получилась из-за неверной технологии изготовления отливки. Иконы №№ 1 и 2 являются средней частью трехстворчатого складня¹⁶⁵. Отдельные створки складней (№№ 1 и 2) представлены в таблице с иконами, поскольку необычность иконографии и стилистики этих предметов обуславливают целесообразность их совместного трактования.

Рис. 20. Икона: святые благоверные князья Борис и Глеб (литье, медный сплав), XVIII–XIX вв., (по иконографии XVI в.), 13,6 х 8,8.

На плакетках святитель изображен с большой головой, которая, благодаря форме бороды, выглядит несколько удлиненной. Его нимб окантован тонким валиком. Святой стоит с широко расставленными¸ большими непропорционально телу, руками. В правой руке он держит значительных размеров меч, который на плакетках №№ 1, 2, 4 и 6 настолько велик, что выходит за пределы иконного пространства.

На распахнутом в форме щита одеянии изображены небольшие кресты, а по его краям полоски, наподобие тесьмы. Длинный омофор святого подчеркивает строго вертикальное положение его фигуры.

На иконах изображена верхняя часть крепостной стены, выложенная камнями, что условно обозначает положение явленного образа Чудотворца в пространстве. Характерно, что ступни святого находятся вне реального иконного пространства, а именно – либо ниже рамки (№№ 1–3 и 5), либо на некотором от нее расстоянии (№№ 4 и 6). Это создает впечатление отдельности от земного жития, пребывания в горнем мире.

Верхняя перекладина рамок содержит надпись (подобно обронной, без интервалов) различной сохранности, но на всех иконах, вероятно, одного содержания – «СТЫЙНИКОЛАЕМОЖА».

У всех плакеток имеются навершия с образом «Спаса Нерукотворного».

Несмотря на общие типологические признаки, каждая из икон в табл. XXII отличается стилистической индивидуальностью, рассмотренной ниже:

Таким образом, очевидно, что главным на отливках этой типологической группы является проявление мощи и духовной силы святого – небесного предстателя перед Господом Богом, и данная концепция для мастеров была более важной, чем создание пластических форм, привлекательных в эстетическом отношении. Не случайно на плакетках отсутствуют признаки киота, как детали, нарушающей духовную конкретику образа, но зато есть крепостная стена, подчеркивающая идею защиты Отечества.

В табл. XXIII представлены иконы Николая Можайского тоже без киотного обрамления, но более поздней иконографии. Плакетки №№ 1а и 2 имеют общие стилистические и типологические признаки, а № 3 от них отличается главным образом тем, что на ней основной сюжет дополнен двумя сценами из жития Чудотворца.

На всех плакетках табл. XXIII облик святого повторяет традиционный абрис фигуры Николая Можайского. В правой руке у него меч в вертикальном положении, а в левой храм. Причем достаточно подробно показана его архитектура – святитель держит шатрового типа храм¹⁶⁶ с отдельными башенками на переднем плане, характерными для крепостных стен. На плакетке № 2 над главкой различим восьмиконечный крест.

Наверху на облаках слева, между фигурой Чудотворца и мечом находится образ Иисуса Христа, а справа от святителя на поле, ограниченном храмом, – Богоматери. Над ними монограммы «ІС ХС», «МР ѲУ». У №№ 1а и 2 облака в виде полукружий, а № 3 – состоят из виньеток.

Лик святителя традиционен – различимы большой открытый лоб, миндалевидные глаза и борода. Причем у № 2 борода более короткая, округлой формы.

На плечах Николая Можайского великий омофор¹⁶⁷ с крестами. У №№ 1а и 2 висящая на руках фелонь образует овал и окантована подобием тесьмы с рисунком на ее поле из точек, обрамленных валиками. На № 3 это облачение, ниспадая с вытянутых рук, образует вертикальные линии-складки, а саккос святого украшен ромбовидными фигурами с крестами внутри. У №№ 1а и 2 на правом боку Чудотворца изображена палица¹⁶⁸.

Внизу изображен рельефный рисунок подножия. На №№ 1а и 2 оно имеет овальную форму и декорировано точками, выстроенными в ряд, между двумя валиками. По поводу подножия-овала можно предположить, что оно символизирует арку крепостных ворот, над которыми, по преданию, была установлена статуя Николая Можайского. У № 3 подножие в виде ступенек, причем они выходят за пределы иконного пространства.

Фигура Чудотворца находится на верхней ступени, что может означать восхождение и готовность святого к защите от всяческих напастей.

Поле плакетки № 1а оформлено геометрическим орнаментом в виде треугольников, а также вертикальной и горизонтальной змейками. Икона имеет трехступенчатую прямоугольную рамку. На оборотной стороне плакетки (№ 1б) находится рельефный рисунок – распустившийся цветок на фоне рапортной сетки, формируемой горизонтальными линиями.

На иконе № 2 поле гладкое, а ниже ряда «крепостной кладки» – сетчатый рисунок из треугольников, придающий изображению протяженность и объем. Наверху рельефная с непрерывным текстом надпись: «СВЯТЫИНИКОЛАЕМОЖАЙСКИ». Рамка иконы пятиступенчатая.

На иконе № 3 иконографический извод с изображением сюжетов: «Рождество святого Николы» и «Приведение на учение» (см. гл. 1.1). Это отчетливые рельефы двухфигурных композиций на фоне строений – башен. Надо сказать, что другие литые иконы Чудотворца с житийными сценами неизвестны.

Над головой святого надпись без интервалов: «ІСХРСТЕ» (слева) и «НИКОЛАЕМРѲУ» (справа).

Поле навершия над плакеткой № 3 не имеет ограничительной рамки, отделяющей его от поля иконы. На этом навершии находится изображение «Спаса Нерукотворного» и плата. Икона окаймлена валиком в виде жгутика и небольшим полем, а по периметру плакетки (включая навершие) – двухступенчатая рамка.

В табл. XXIV показаны литые иконы Николая Можайского в рамке, стилизованной под килевидный киот (ведущий происхождение от деревянной скульптуры – см. Рис. 19). На иконах изображения святителя иконографически и стилистически схожи, а у №№ 1–3 это относится и к киотному обрамлению. Основные отличия заметны в некоторых деталях орнаментального построения и в оформлении плакеток над арками киотов.

Образ Чудотворца находится как бы в глубине конструкции с верхней частью в виде трех арок (у № 4 показаны схематично), которые «опираются» на изящные колонны с резными балясинами.

Очертание арок подобны закомарам церквей.

В правой руке у Николая Можайского меч с изящной рукоятью. Левой рукой он поддерживает храм, увенчанный восьмиконечным крестом. Его архитектура напоминает шатровые церкви. Храм как бы расположен внутри крепостной стены, означенной башенками, на которых развиваются флаги с треугольным вырезом.

Такую форму имели традиционные стяги древней Руси.

По сторонам от нимба святого в медальонах находятся поясные фигуры Спасителя и Богоматери. Над ними монограммы: «ІС ХС» и «МР ѲУ».

Фигура святителя несколько удлиненная, голова с открытым лбом, окладистая борода округлой формы. На его плечах великий омофор с крестами, а у пояса сбоку висит палица. Разделка одежды осуществлена короткими линиями, образующими мягкие складки. Верхнее одеяние имеет вид щита овальной формы. У №№ 1–3 свисающая ткань окантована полосками, на которых изображен ряд кружочков, обрамленный узкими валиками.

Святитель стоит на овальном подножии, которое у № 1 расположено на фоне сетчатого рисунка с ромбовидными, а у №№ 2 и 3 – треугольными ячейками (см. описание к табл. XXIII). Причем на всех иконах ноги святителя наступают на рамку, и Чудотворец символически выходит из плоскости иконного пространства в реальный мир.

У плакеток №№ 1 и 3 размеры иконного пространства практически одинаковы, а у № 2 оно отличается меньшей величиной.

Очевидно, что №№ 1 и 3 изготавливали по одному образцу¹⁶⁹.

Свободное поле между резными столбиками богато декорировано растительным орнаментом, преимущественно округлых форм. На плакетке № 4 геометрический орнамент из четырехугольников и ломаных линий украшает свисающую одежду, часть поля иконы, широкую рамку, свободное киотное пространство. Справа и слева от фигуры святого – рельеф с растительным декором.

Под средней аркой икон в табл. XXIV двухрядная надпись: верхняя строка – «СТЫЙНИКОЛА», нижняя – «ЕМОЖАЙСКИЙ».

Икона № 1 по бокам и внизу имеет трехчастную рамку – широкое поле, окантованное с двух сторон узкими валиками. На этом поле растительный орнамент в виде виноградной лозы. У №№ 2 и 3 рамка представляет собой высокий бортик, а у № 4 – узкий валик.

Над средней аркой плакетки № 1 находится образ «Спаса Нерукотворного» на плате с выступающими узелками. По сторонам, в прямоугольных клеймах, слева – поясные фигуры Архангела Михаила и апостола Петра, а справа – Архангела Гавриила и апостола Павла. Икону завершает венец из шести херувимов. Эти клейма расположены на поле с растительным орнаментом.

Богатый орнамент на иконе № 1, размещение на ее верхней части клейм со святыми придают образу Николая Можайского особые знаки святости.

Икону № 2 венчает прямоугольное навершие с образом «Спаса Нерукотворного» и изображением узелков плата. Поле этого навершия не отделено от иконы. Такое же навершие в центре у плакетки № 3. Однако над ее аркой слева имеется клеймо с образом Архангела Гавриила, а справа – Архангела Михаила, которые сверху соединены тремя херувимами на штифтах.

У № 4 на поле киотного завершения находится изображение «Спаса Нерукотворного» (без плата). Венчают плакетку пять херувимов на штифтах.

На плакетке № 1 темно-синяя и белая эмаль, а № 4 – белая, синяя и зеленая, – это цвета эмали, которые нередко можно видеть на изделиях выговских мастерских.

Наряду с иконами изготавливали немало трехстворчатых складней с образом Николая Можайского на центральном створе. Это тип икон-триптихов, у которых ширина боковин составляет примерно половину средней плакетки. В табл. XXV представлены примеры таких складней.

На триптихе № 1 пластический рисунок Можайского Чудотворца в киоте даже в деталях совпадает с изображением на плакетках №№ 2 и 3 табл. XXIV. Однако на створке размер иконного пространства меньше, чем на указанных плакетках¹⁷⁰ .

Над фигурой святителя в килевидном завершении находится образ «Спаса Нерукотворного» на плате.

Конфигурация малых створок складня № 1 и изображения на них клейм со сценами Двунадесятых праздников, а также сюжета на тему «Благовещение», расположенного вверху боковин, в стилистическом отношении выполнены так же, как на триптихе в табл. XV, № 6 (см. описание).

Эти же праздничные композиции изображены на створках складней №№ 4 и 5. Клейма у № 1 находятся в двухступенчатых рамках. Указанные рамки и верхняя часть створ окантованы тонким жгутиком, а снаружи (по периметру) обрамлены широким гладким полем. Кроме того, верхняя (киотная) часть центральной плакетки и боковины декорированы последовательным рядом рельефных кружков и точек, соответственно.

Складни №№ 2–5 имеют разные размеры и оформление. Однако, пластический рисунок центральной композиции, за исключением некоторых деталей, практически одинаков и подобен изображению на иконах №№ 1а и 2 в табл. XXIII (см. описание). Это свидетельствует о производстве ряда икон и складней с образом Николая Можайского по матрицам со схожим рисунком.

На поле триптиха № 5 имеется орнамент в виде восходящих виноградных побегов, а в нижней части – горизонтальная полоска, декорированная кружочками.

Гаверху центровика складня №2 на узком поле рамки начертаны мелкие, углубленные буквы – «ІС ХС», «СТЫ НИКОЛАЕ», «МР ѲУ». У №№ 3 и 4 тоже на рамке надпись, но рельефным шрифтом (без интервалов) – «СТЫИНИКОЛАЕМОЖАЙСКЕ» и «СТЫНИКОЛАЕ» (соответственно), а ниже слева – «ІС ХС», и справа – «МР ѲУ».

На створках №№ 2 и 3 в трехчетверном повороте находятся поясные фигуры избранных святых (см. описание складня № 5, табл. XV).

У складней №№ 4 и 5 над центральными створками двухъярусные навершия, по бокам которых на шрифтах расположены херувимы. На верхней части наверший – образ «Спаса Нерукотворного» (у № 4 без плата). Ниже – «Троица Ветхозаветная» и надпись «СВЯТ ТРОИЦА».

Представленные в настоящей главе примеры меднолитых икон и икон-складней с образом «Николая Можайского» свидетельствуют об их многообразии. Поскольку большинство из этих предметов отлито в медницах старообрядцев, можно заключить, что образ защитника и заступника был популярен и получил широкое распространение особенно в среде русских переселенцев. Об этом свидетельствует большое количество литых изделий с изображением Можайского Чудотворца, обнаруженных в разных концах современной России.

Как проявление особого почитания, литые иконы святителя Николая врезали в плоскость деревянной доски или помещали в специально изготовленные киоты. Наибольшее распространение это получило у старообрядцев, особенно в среде купечества.

Иногда по их заказу врезали кресты и иконы, которые, переходя от поколения к поколению, становились семейной реликвией. Оформленные таким образом иконы обычно бытовали как святыни домашнего иконостаса. Между тем, некоторые дошедшие до нас врезки могли делать и для потребностей «общественного благочестия».

В табл. XXIV представлена доска с несколькими литыми вставками: в центре доски – Крест-Распятие, наверху – «Рождество Христово» и икона Богоматери «Всех Скорбящих Радость», внизу – поясная фигура Чудотворца¹⁷¹ и образ Николая Можайского¹⁷².

Особенностью этой композиции является вышитый разноцветным бисером оклад с прорезями для отливок. Крест-Распятие, плакетки и оклад относятся примерно ко второй половине XVIII века.

Выбор икон с популярными в народе сюжетами, а также самобытность декоративного оформления шитья, характерного для «монастырских работ», наводят на мысль, что эта композиция могла находиться либо в старообрядческой общине, либо в православном приходе. Бисерный оклад, подобно храмовой мозаике Византии, несет большую смысловую нагрузку, подчеркивая значимость сюжетов на литых иконах.

На Рис. 21 в плоскость деревянной доски, обтянутой тканью, вставлены «вершковая» икона с поясным образом святителя Николая и ростовыми фигурами: слева – святителя Василия Великого, справа – преподобного Сергия Радонежского (см. табл. VII)¹⁷³. На иконе четырехцветная эмаль: белая, желтая, темно-синяя и зеленая.

Ниже «вершковой» иконы находится трехстворчатый складень «деисус» с изображением Господа Вседержителя и предстоящих Богоматери и Иоанна Предтечи. Такое оформление делает доску настенной иконой с особо почитаемыми русским народом предстателями перед Господом Богом.

Таблица XXIV. Деревянная доска с врезанными Крестом-Распятием и иконами: в центре – Крест-Распятие,16, 7 х 11,2, по сторонам – плакетки с сюжетами: слева – «Рождество Христово», 6,1 х 5,7 и поясной образ святителя Николая,5,7 х 3,6, справа – «Всех Скорбящих Радость», 7,5 х 5,8 и образ Николая Можайского, 6,1 х 5,8 (литье, медный сплав, шитье, бисер) 28,5 х 25,5 XVIII в.

Рис. 21 Деревянная доска с врезанными трехстворчатым складнем с композицией «Деисус» и иконой с образом Чудотворца: складень (литье, медный сплав), XIX в., 7,9 х 19,5; икона святителя Николая (литье, медный сплав, эмаль), вторая половина XIX в., 6,5 х 5,5; доска с рамой (дерево, бархат, бумага с «золотым» тиснением), вторая половина XIX в., 25,5 х 29,5.

Литые иконы святителя Николая иногда помещали в «корабельные» киоты, которые для прочности изготавливали из металла. Их брали с собой в плавание, памятуя о помощи Чудотворца мореплавателям и веря в то, что икона поможет предотвратить кораблекрушение.

На Рис. 22 показан пример такого киота, в котором находится литая икона второй половины XIX века¹⁷⁴.

Рис. 22 Икона с образом святителя Николая в «корабельном» киоте, вторая половина XIX в.: икона (литье, медный сплав), 11,5 х 9,6;киот (сталь, дерево, ткань), 16,7 х 20,1.

Таблица XXV. Настольный киот с врезанным трехстворчатым складнем с образом святителя Николая на центральной створке: киот – XIX в. (дерево), 24,8 х 13,2; складень – XIX в. (литье, медный сплав, эмаль), 9,2 х 10,2.

В табл. XXV представлен настольный деревянный киот с колоннами (одна утеряна) и аркой, которая напоминает церковный портал, широко раскрытый снаружи и сужающийся внутрь. В этот киот врезан трехстворчатый складень с поясной фигурой Чудотворца на центральном створе. Врезка осуществлена таким образом, что средняя плакетка с образом святителя помещена в глубине, а малые створки¹⁷⁵ расположены под углом к ней, повторяя уклон боковых стенок ниши. Такая композиция как бы подводит к невидимой границе горнего мира, за которой находится место таинственного присутствия великого святого.

1. Николаева Т. В. Древнерусская мелкая пластика из камня. – М.,1983. Табл. 30, № 1. С. 90.

2. Святой Николай Мирликийский в произведениях XII–XIX столетий из собрания Русского музея / Альманах. Вып. 132. – СПб., 2006. С. 230.

3. Семь отроков Эфесских. См. сайт: http://ru.wikipedia.оrg

4. Перетц В. Н. О некоторых основаниях для датировки древнерусского медного литья. – Л., 1933. С. 46.

5. См. № 3.

6. Ханенко В. И., Ханенко В. Н. Древности Русские. Кресты и образки. – Киев, 1900. Таблица VIII, №№ 94–95.

7. Скляровская Г. Н. Словарь православной церковной культуры. – М., 2008. С. 240.

8. Рындина А. В. Древнерусская мелкая пластика. – М., 1978. С. 6.

9. См. № 1. Табл. 56, № 3. С. 131.

10. Православие. Словарь-справочник. – М., 2007. С. 563–564.

11. Буткевич Л. М. История орнамента. – М., 2008. С. 26.

12. Романов Г. А. Крестные ходы в честь святителя Николая / Добрый кормчий. Почитание святителя Николая в христианском мире. Сборник статей // Сост. и общ. Ред. А. В. Бугаевский. – М., 2010. С. 259–260.

13. Святитель Николай Чудотворец, Издательство Сретенского монастыря, 2009. С. 193.

14. См. № 2. С. 225.

15. Маркелов Г. В. Книга иконных образцов. Т. 2. – СПб., 2001. С. 272– 273.

16. Буткевич Л. М. История орнамента. – М., 2008. С. 160–161.

17. Там же.

18. См. № 11. С. 90–91.

19. Флоренский Павел, священник. Иконостас… – М., 2007. С. 81.

20. См. № 2. С. 98–99.

21. Иконы Русского севера: Двинская земля, Онега, Каргополье, Поморье: Статьи и материалы / Ред.-сост. Э. С. Смирнова. – М., 2005. С. 12.

22. См. № 2. С. 130.

23. Флоренский Павел, священник. Избранные труды по искусству. – М., 1996. С. 270.

24. Рындина А. В. Некоторые проблемы изучения старообрядческого искусства / Древнерусская скульптура. Научный сборник. Вып. 6. Проблемы иконографии. Вып. первый // Сост. А. В. Рындина, М. А. Бурганова, – М., 2009. С. 134.

25. См. № 10. С. 105.

26. Святая Русь. Большая энциклопедия Русского народа. Русское мировоззрение / Гл. ред., сост. О. А. Платонов. – М., 2003. С. 782–783.

27. Образы и символы старой веры. Памятники старообрядческой культуры из собрания Русского музея / Альманах. Вып. 217. – СПб., 2008. С.159.

28. Ханенко В. И., Ханенко В. Н. Древности России. Кресты и образки. – Киев, 1900. Табл. VIII–№ 100 и XIV–№ 157.

29. См. № 2. С. 232.

30. Там же.

31. Там же. С. 98–99.

32. Михаил Воробьев, священник. Сюжетное многообразие русского медного литья. Сайт: http://www.antiq.soldes.ru/copper_plastic/003.html

33. Митрополит Антоний (Храповицкий). Иконописцам о коленопреклоненных фигурах /Сб. Богословие образа. Икона и иконописцы. Антология. Сост. А. Н. Стрижев. – М., 2002. С. 276.

34. Петрова А. А. К вопросу о традициях и новаторстве в памятниках ранней Выговской пластики. Художественный металл России. Материалы конференции памяти Г. Н. Бочарова. Москва, 22–24 апреля 1998 г. / Ред.сост. С. В. Гнутова, Е. Я. Зотова, М. С. Шемаханская. – М., 1998. С. 398.

35. Виноградов Н. О. О древней резной чудотворной иконе святителя Христова Николая. – М., 1900. С. 8.

36. Бубенников А. Н. Можайские чудо-тайны Руси святой. Историко-публицистическая монография. – М., 2000. С. 43.

37. См. № 35. С. 14.

38. См. № 2. С. 14.

39. Семен Шуртаков. Русский Никола в Италии / Сб. У гробницы святителя Николая Чудотворца. Русские паломники в Мирах и в Бари. – М., 2005. С. 148–149.

40. 1000-летие русской художественной культуры. Каталог. – М., 1988. С. 265.

41. Дергачев Б. А. Скульптура «Николай Можайский» из села Волосово в Каргополье. / Сб. Почитание святителя Николая Чудотворца и его отражение в фольклоре, письменности и искусcтве // Под ред. А. В. Бугаевского и др. – М., 2007. С. 163.

42. Гнутова С. В., Зотова Е. Я. Кресты, иконы, складни. – М., 2000. С. 62.

43. Мария Бурганова. Русская сакральная скульптура / Московский Государственный музей «Дом Бурганова». – М., 2003. С. 157.

44. См. № 10. С. 603.

45. Там же. С. 624.