Скиф, Скифы

Скиф, Скифы (Σκύθης, Σκύθαι; Scythae; L: Scythen): 2Мак.4:47, 12:29. 3Мак.7:5. Кол.3:11. – По показаниям греческих и римских писателей Скифы первоначально были кочующие племена азиатские, которые впоследствии от Алтая распространились по северу Европы, которых пределы в разные времена были то обширнее, то теснее. Первым полным описанием земли Скифии и ее обитателей мы обязаны Геродоту, который в 4-х книгах своей истории представляет тщательные исследования о них, как в географическом и этнографическом, так и в историческом отношении, частью на основании собственного наблюдения и точных справок, и частью – других ранних источников. Границей земли, по его показанию, служат на западе Истер или Дунай с близ лежащими горами, на севере – великая пустыня, на востоке – Танаис или Дон и Меотийское озеро (Азовское), и на юге – Евкзинский понт или Черное море. Но это была только Европейская Скифия, называемая иначе Западной или древней Скифией. Другая Скифия простиралась по Азин к востоку и называлась Азиатской или Восточной Скифией. Она разделялась горой Имай на две части, из коих одна, внутренняя, граничила на севере с неизвестною землей, на востоке – с Имаем, на юге – с землей саков, и потом с Зогдианой, Маргианой и Каспийским морем, на западе – с Азиатской Сарматией, и, след., простиралась от Урала до Имая и Серики; другая, внешняя, Скифия обнимала землю на востоке от Имая, на север – от Индии, на запад – от Серики, и на юг – от великой пустыни. Страбон и другие позднейшие писатели до Помпония Мелы не определяя Скифии столь точными границами, распространяют ее почти на все народы севера без дальнего разграничения. У Мелы имя Сарматии употребляется как о части древней Скифии, и подле нее, однако же, упоминается и далеко простирающаяся Европейская Скифия, подобно как Азиатская около Оксуса и Иаксарта. Птоломей в своей Географии сначала совершенно изгоняет Скифию из Европы, и говорит только об Азиатской, но подробно описывает древнюю Скифию Геродота как Европейскую Сарматию (Herz. XIV. р. 168 и д.). О происхождении скифов предания различны. Геродот называет их переселенцами из Азии. На основании описания их врачом Иппократом, также на основании сохранившихся остатков их языка, характера и образа жизни и нравов, с достоверностью полагают, что они принадлежали к монгольскому или нижнеуральскому племени. Нибур находит в них сходство с нынешними сибирскими племенами – в доении, например, кобыл, в войлочных юртах, в неопрятности и лености. Скифы, обитавшие на берегах Борисфена (нынешнего Днепра) имели постоянные жилища и занимались землепашеством. Нибур полагает, что эти землепашцы, вероятно, составляли туземный народ, покоренный скифами, и оставшийся на тех же местах: предположение весьма правдоподобное. К востоку от них кочевали другие скифские племена, которые не сеяли и не пахали; а еще далее к востоку и в Крыму находились жилища царских скифов: сии последние составляли главное, господствовавшее племя, и, будучи многочисленнее и храбрее всех прочих, почитали их своими рабами. В числе народов, обитавших к северу и востоку от Скифской земли, Геродот отличает некоторых только по греческим именам их, как то: андрофагов (людоедов) и меланхленов (черные плащи); о первых говорит, что из всех народов они были самые дикие. На восток по ту сторону Танаиса жили савроматы или сарматы, единоплеменники скифов, а далее за ними – будины, многочисленный народ с голубыми глазами и рыжими волосами, совершенно отличные от скифов нравами и образом жизни. К северу от них, по словам греческого повествователя, обитали несколько народов, занимавшихся ловлей зверей, и, наконец, на крайней оконечности известных ему стран, жили агриппеи с лысыми головами, сплюснутыми носами и выдавшимися скулами (и след., монгольского племени); одеждой они походили на скифов, но отличались своим наречием. «Здесь находится граница известных земель и народов, – продолжает историк, – ибо до сих только мест доходят скифские караваны из греческих торговых городов. Далее же возвышаются страшные непроходимые горы. Агриппеи уверяют, что там живут люди с козьими ногами, а еще далее другие люди, которые шесть месяцев в году спят, чему, однако же, я никак не верю». Такая недоверчивость историка к этому рассказу очень замечательна. Ныне в этом рассказе каждый найдет темные сведения о продолжительности зимних ночей у народов, обитающих около полюсов, где действительно и теперь люди проводят большую часть этого времени во сне. Описывая нравы скифов, Геродот называет их диким и вместе воинственным народом. Религия их состояла в грубом многобожии и в служении природе и звездам. Они почитали божество неба и богиню земли, и особенно почитали бога войны – Арея. В каждом селении у них воздвигнуты были особенные святилища во имя его. Из связок хвороста громоздят они гору, с трех сторон отлогую, и с одной только крутую, и наверху устраивают четырехугольную площадку, здесь ставят древний железный меч, и ему, как священному изображению Арея, приносят ежегодно в жертву лошадей и других животных – в большем количестве, нежели прочим богам. И из покоренных врагов (одного из ста) они приносили в жертву богам своим. Они пили кровь человеческую. Из голов или черепов побежденных, содрав кожу, выделывали сосуды для питья, и употребляли их в домах своих. Особенно дики их нравы и обычаи при заключении союзов и при погребении царей их. Жрецов у них не было, а вместо них были волшебники и прорицатели. И против таких-то народов надобно было предпринимать войны (Сн. Бекк. Всем. Ист. ч. 1. 1843 г. стр. 182–186). Против них предпринимали походы: Дарий, Александр Македонский, греки, римляне и другие. Следы пребывания скифов в Палестине находят в имени города Скифополя (см. Скифополь) и частью в изображении страшных врагов у прор. Софонии и Иеремии (Иер.4, 5, 6 гл.); но другие в упомянутых врагах видят здесь халдеев, а не скифов. Счастливые против скифов войны вел Циаксар; он многие шайки их истребил, прочих принудил удалиться: впрочем, воспоминание об их возмутительных действиях такое глубокое оставило впечатление в обитателях, между Средиземным морем и Персией, что не только персидские цари Кир и Дарий предпринимали походы для отмщения им, но и пророк Иезекииль возвещал нашествие этих диких северных варваров на южные царства, как самое страшное наказание Божие, и имя скифов между иудеями с этого времени не иначе употреблялось, как в смысле грубого, страшного, варварского народа. В конце 7-го века они предпринимали походы в Бактрию и северо-западную Азию, где около 127 года до Р. Хр. основали индо-скифское государство (Берез. Скифия). Наконец вступил с ними в борьбу Митридат, царь Понтийский (царствовал 121 по 64 г. до Р. Хр.) и выгнал их со всего Таврического полуострова. После, когда римляне победили Митридата и царей Босфора подчинили своей власти, имя скифов исчезает в истории; их место заступили сарматы, которые покорили их и подчинили своей власти (Herz. ΧΙV. p. 168–171). Впрочем, для истории христианства имя скифов, с покорением их во времена римлян, не только не теряет своего значения, но, напротив, долго остается одним из важных пунктов. Древние христианские писатели, говоря о распространении христианства в первых веках, согласно говорят, что с самых первых веков оно проникло и в Скифию, и не только вообще говорят о веровании во Христа скифов и сарматов, как например Тертуллиан (прот. Иуд. гл. 7), Евсевий, Златоуст, Феодорит и другие; но частнее свидетельствуют об основанных церквах между скифами. Сюда в особенности относятся свидетельства о распространении христианства между скифами на юге России – от Дуная и по правую его сторону до Балкана, а по левую – до Крыма. Здесь известны были в древности епархии: Скифская, Херсонская, Сурожская, Фульская и Босфорская. Начало христианства восходит здесь к самым временам апостольским. Об этом свидетельствуют: Ипполит, еп. Портуенский (около 222 г. по Р. Хр.), бывший учеником св. Иринея, который, по собственному сознанию, пользовался долгое время особенною близостью у св. Поликарпа, и с величайшею ревностью любил расспрашивать непосредственных учеников апостольских обо всем, касающемся их божественных учителей; и знаменитый Ориген, учившийся у Климента Александрийского, который сам был учеником Пантена, и обращался с другими мужами апостольскими. Они согласно свидетельствуют, что в Скифии проповедовал Евангелие св. ап. Андрей. За сими древнейшими свидетелями следует целый ряд свидетелей, подтверждающих действительность проповеди апостола Андрея у скифов. Таковы: Дорофей, еп. Тирский, Епифаний Кипрский; Софроний, один из друзей блаж. Иеронима, Исидор Испалийский, Никита Пафлагон, и др. См. а. Мак. Введ. в Ист. Хр. в Росс. 1846 г. стр. 7 и дал.