№ 188 2001 г. 4 мая. – Заявление Службы коммуникации Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата²²⁶

«Продолжается беззаконие в отношении большинства православных жителей Эстонии»

Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата вновь отказано в регистрации

24 января с. г. Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата официально представила свой Устав для регистрации в Министерство внутренних дел Эстонской Республики. Этому предшествовали длительные консультации митрополита Таллиннского и всея Эстонии Корнилия, членов Синода и юристов Эстонской Православной Церкви с представителями МВД Эстонии. Замечания, высказанные правительственными чиновниками, были учтены в тексте документа.

Согласно закону Эстонской Республики «О Церквах и приходах» (§ 14.1), для решения вопроса о регистрации уставов религиозных объединений установлен срок в 20 рабочих дней после подачи соответствующего заявления. Однако лишь три месяца спустя, 18 апреля министр внутренних дел Эстонии Т. Лоодус направил митрополиту Корнилию письмо, в котором неожиданно выдвинуты новые требования относительно пересмотра Устава.

Устав, принятый Собором Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата в июне 2000 г. и в августе представленный на регистрацию, уже подвергался переработке по настоянию МВД Эстонии, которое отклонило прежнюю редакцию документа в сентябре. Ранее под различными предлогами эстонские власти многократно отказывали в регистрации устава ЭПЦ МП, несмотря на заявления премьер-министра Эстонской Республики М. Лаара о том, что правительство этой страны предпримет все возможное для скорейшего урегулирования юридического положения православных приходов, находящихся в каноническом ведении Московского Патриархата.

В письме министра Т. Лоодуса признание Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата в качестве наследницы канонической Церкви, существующей в Эстонии с XI в., в 1920 г. преобразованной в автономную Эстонскую Православную Церковь, а впоследствии несколько раз изменявшей свой статус, неправомерно обусловлено получением «соответствующего разрешения» от руководства ЭАПЦ – церковной структуры, находящейся в юрисдикции Константинопольского Патриархата и зарегистрированной эстонским правительством в 1993 г. Кроме того, выдвинуты процедурные требования, предъявляемые, согласно Закону о Церквах и общинах, лишь ко вновь образующимся религиозным объединениям.

В связи с очередным отказом в регистрации Устава было созвано заседание Синода Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата. Позиция Синода изложена в письме митрополита Таллиннского и всея Эстонии Корнилия министру внутренних дел Эстонской Республики от 3 мая 2001 г.

Причиной фактического срыва переговоров об урегулировании ненормального статуса Эстонской Православной Церкви, как указано в этом письме, «является не чья-либо оплошность или недоработка, не выяснение вновь открывшихся обстоятельств, а определенная деятельность влиятельных лиц, занимающих деструктивную позицию». Предстоятель ЭПЦ МП с сожалением отмечает, что решение Министерства внутренних дел «провоцирует очередной виток напряженности в области межцерковных и церковно-государственных отношений», а также вредит политическому облику Эстонии в глазах международного сообщества. Митрополит Корнилий и члены возглавляемого им Синода убеждены: «Те, кто провоцирует конфликт, искусственно политизируя ситуацию... совершают действия, позорящие Эстонию».

«Вы в очередной раз пытаетесь принудить нас регистрироваться в качестве новообразованной структуры, – говорится в письме. – На наш взгляд, неизжитый балласт тоталитарного общества... у некоторых влиятельных лиц проявляется в этом стремлении подавить и унизить Церковь».

Предложенную в письме министра Т. Лоодуса «трехстороннюю встречу между представителями государства и духовными руководителями двух православных структур разных юрисдикций» митрополит Корнилий считает действительно необходимой и предлагает соответствующие шаги по ее подготовке. Однако результативной и уместной встреча духовных руководителей двух юрисдикций может стать лишь тогда, когда Церковь, возглавляемая митрополитом Корнилием, «приобретет, наконец, тот юридический статус, которого она была лишена в нарушение как юридических, так и канонических норм».

«Итак, препятствием для начала конструктивного процесса урегулирования конфликта является продолжающееся беззаконие в отношении большинства православных жителей Эстонии», – сказано в обращении главы Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата к министру внутренних дел. «В Вашей компетенции убрать с дороги этот камень преткновения. С нашей стороны было сделано все. Учитывая Ваши прежние рекомендации, Устав ЭПЦ МП был откорректирован, и на сегодняшний день, по нашему мнению, он соответствует законодательству Эстонской Республики».

К письму приложено убедительное юридическое обоснование тех параграфов Устава, с которыми Министерство внутренних дел Эстонии выразило несогласие.

Московский Патриархат рассматривает упорное нежелание представителей эстонского правительства урегулировать юридический статус Эстонской Православной Церкви как проявление открытой дискриминации верующих, сохраняющих каноническую связь с Матерью Церковью.

Действия эстонских властей противоречат как законам Эстонской Республики, так и общепринятым нормам международного права. Должностные лица светского государства, в котором, согласно Конституции, все граждане, независимо от их вероисповедания, равны перед законом, пытаются вмешиваться в канонические проблемы юрисдикционной принадлежности, оказывая при этом явное предпочтение одной из двух существующих ныне православных церковных организаций. Структура, возникшая в Эстонии в 1993 г. благодаря вмешательству Константинопольской Патриархии, пользуется благоволением и односторонней поддержкой светских властей, о чем без стеснения говорит ее руководитель, пытающийся диктовать свои условия для государственной регистрации Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата. В число таких условий включаются изменения названия Церкви, ее канонического статуса и т. д.

Письмо министра внутренних дел Т. Лоодуса демонстрирует согласие эстонского правительства с такой позицией, поскольку в нем признание очевидного факта преемственности регистрируемой Церкви по отношению к историческому Православию в Эстонии обусловлено несообразным требованием «разрешения» со стороны ЭАПЦ Константинопольского Патриархата. При этом игнорируется сознательный выбор подавляющего большинства православных жителей страны, принадлежащих к Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата.

Даже процедурные претензии, выдвинутые в письме министра, не являются в действительности формальными. Требование нотариального заверения подписей учредителей относится, согласно эстонскому закону, лишь ко вновь учреждаемым религиозным организациям. Усилия представителей правительства на протяжении более чем семилетних переговоров о легализации ЭПЦ МП неизменно были направлены на то, чтобы представить Церковь, объединяющую сто тысяч православных христиан в Эстонии, как только что образованную религиозную общину и таким образом лишить ее возможности на законных основаниях владеть храмовыми зданиями и иным церковным имуществом, которым она ныне фактически пользуется.

Давление официальных властей не заставит верующих в Эстонии изменить выбор своей духовной и канонической принадлежности. Однако эти действия, по мнению многих общественных, религиозных и политических деятелей как в Эстонии, так и в России, нанесут неизбежный ущерб репутации эстонского государства и отрицательно повлияют на становление конструктивных отношений сотрудничества между народами наших стран.

Московский Патриархат не оставит без внимания систематическое нарушение прав своих верующих и, взаимодействуя со всеми здоровыми общественными и политическими силами как Эстонии, так и России, употребит все возможности для скорейшего и справедливого решения вопроса. Преодоление затянувшегося конфликта несомненно служило бы благу народов обеих стран. Кроме того, очевидно, что положение, при котором значительная часть жителей европейской страны в течение длительного времени не может добиться легального статуса своей религиозной общины, является вызовом цивилизованному сообществу и не может не вызвать озабоченности международных организаций.