№ 152 1999 г. 16 февраля. – Письмо архиепископа Таллиннского и всея Эстонии Корнилия главе миссии ОБСЕ в Таллинне Б. Брауну¹⁸⁹

Глубокоуважаемый господин Посол!

Ваша Миссия в минувшие годы была хорошо информирована о чрезвычайно сложном положении в Эстонии православной Церкви Московского Патриархата. Это положение сложилось с августа 1993 г., когда под названием нашей Церкви чиновники министерства внутренних дел зарегистрировали в государственном регистре другое религиозное общество, вопреки закону Эстонской Республики не имевшее епископальной структуры (т. е. поставленного какой-либо из православных Церквей правящего епископа) и с правлением, находящимся (и по сей день) вне территории Эстонии.

Прискорбно, что православная жизнь в Эстонии, таким образом, подверглась очевидной политизации. Наша Церковь могла бы смириться с тем, что не будет владеть землями, лесами или иным имуществом, которым владела до 1940 г., а также, несмотря на серьезные материальные трудности, испытываемые нами, когда некоторые священники, приезжающие для обслуживания своих приходов издалека, не имеют даже места для ночлега, когда при храме нет помещений для церковных школ, организации помощи бедным, престарелым и больным, мы могли бы смириться и с этим. Но ни при каких обстоятельствах наша Церковь не откажется от своего права владеть святынями и храмами, созданными веками молящимися в них прихожанами. Это относится и к Таллиннскому Александро-Невскому кафедральному собору, построенному на деньги православных всего Московского Патриархата. Этот храм всегда содержался и до сих пор содержится исключительно на средства своих прихожан, оставшихся верными Матери Церкви.

Верующие нашей Церкви продолжают свое жертвенное служение Богу и людям. Их трудами воздвигнуты в Эстонии новые церкви в городах Вильянди, Маарду и Силламяэ, восстановлены разрушенные храмы в селах Ямы и Васк-Нарва, а в город Нарва-Йыэсуу перевезен деревянный храм из Мерикюла. Но из-за того, что наша Церковь не признана эстонским государством, все эти храмы сегодня не принадлежат ей, т. е. юридически, приходы не являются владельцами своих церквей. Мы с тревогой думаем об этом, т. к. и в годы советской власти наша Церковь находилась в бесправном положении.

Религиозная организация, зарегистрированная под нашим историческим названием при поддержке департамента по делам вероисповеданий при МВД Эстонской Республики в 1993 г., по сей день продолжает свои действия с целью овладеть всеми нашими храмами и необходимым нам имуществом. Многое из земельного и иного имущества, принадлежавшего ЭАПЦ до 1940 г., уже пущено ею в коммерческий оборот.

За спиной прихожан Успенского собора г. Тарту и Исидоровского собора в г. Валга эти общины были зарегистрированы за Константинопольским Патриархатом и изгнаны из своих храмов, хотя по соглашению между Московским и Константинопольским Патриархатами оба прихода относятся к спорным и в них должно совершаться попеременное служение, а в действительности прихожан Успенского собора приютил эстонский Георгиевский приход, а православные Исидоровского прихода Валга сначала собирались для молитвы на кладбище, а потом в частном доме, тогда как их собор пустует, разворовывается и разрушается.

Но наша Церковь продолжает жить активной жизнью – ей принадлежит огромное большинство православных верующих Эстонии. Достаточно сказать для иллюстрации, что на празднование Пасхи и Рождества Христова в Таллиннский Александро-Невский кафедральный собор всякий год приходит до 50 тысяч человек, тогда как в таллиннском Преображенском соборе Константинопольского Патриархата на улице Суур Клоостри даже на Рождество бывает всего несколько десятков человек; в Алсксандро-Невском соборе ежедневно совершаются богослужения утром и вечером, а в Преображенском – не более пяти-шести в месяц.

Православные верующие, духовенство возглавляемой мною Церкви категорически против того, чтобы наши храмы принадлежали кому-либо, кроме самих приходов, на средства которых они содержатся. Это свое определенное мнение мы показали во время проведенных в Таллинне в 1996 г. крестных ходов, в которых приняло участие до 20 тысяч человек. Если иметь в виду, что в Таллинне проживает около 200 тысяч так называемых «русскоязычных», составляющих в основном нашу паству, то практически представитель каждой второй семьи участвовал в этих молитвенных шествиях.

Прошло уже более пяти лет упорных усилий защитить свою Церковь. Мы проявили при этом немалое долготерпение и добрую волю, но так и не увидели понимания нашего элементарного стремления сохранить за приходами их храмы и святыни и то немногое имущество, которое было создано прихожанами и до 1917 г., и до 1923 г., и до 1940 г. для того, чтобы иметь возможность помогать несчастным и обездоленным. Вся проблема могла быть решена еще в 1994 г., если бы власти Эстонской Республики прислушались к предложению генерального секретаря Всемирного совета Церквей зарегистрировать нашу Церковь под названием «Эстонская Апостольско-Православная Церковь Московского Патриархата» (ЭАПЦ МП), а отделившуюся от нас – «Эстонская Апостольская Православная Церковь Константинопольского Патриархата» (ЭАПЦ КП), ведь существуют же в Эстонии и зарегистрированы политические партии, отличающиеся в сокращенном своем названии всего одной буквой – Русская Партия Эстонии (РПЭ) и Русская Партия Единства (РПЕ).

Таким образом, христианскому миру наша позиция понятна, но министерство внутренних дел такое решение проблемы не устроило, то есть, вопреки логике восприятия светским государством религиозных обществ, факт духовной юрисдикции чиновники воспринимают, как факт светского права, и вынуждают нас перейти в Константинопольский Патриархат (прилагаю копию документа министерства внутренних дел в адрес правлений Таллиннского Александро-Невского и нарвского Воскресенского соборов).

Чиновники министерства внутренних дел Эстонии совершенно игнорируют тот очевидный для всякого юридически грамотного человека факт, что мы действуем в полном соответствии с решениями своего собора (съезда православного духовенства и представителей приходов Эстонии), состоявшегося осенью 1993 г., на котором, кстати, с правом решающего голоса присутствовали и те, кто теперь считают себя относящимися к духовной юрисдикции Константинопольского Патриархата. А этот собор постановил, что наша Церковь будет регистрироваться под своим историческим названием – «Эстонская Апостольская Православная Церковь».

В этой политической интриге власти отказываются регистрировать нашу Церковь в соответствии с решением ее собора, лишая права даже защищать себя в суде – формальная причина отказов принятия судами исков – то, что ЭАПЦ Московского Патриархата не зарегистрирована. Согласно решению расширенного заседания Синода, состоявшегося 11 февраля с. г., я буду вынужден обратиться в Европейский суд с просьбой принять к рассмотрению нашу петицию от 26 мая 1995 г., которая не была принята в связи с тем, что Эстонская Республика тогда еще не ратифицировала Конвенцию о правах человека. Мы будем продолжать и те судебные споры, которые были нами приостановлены в ожидании проявления доброй воли другой стороны.

Пять лет, прошедших с 1993 г., были временем скорби для возглавляемой мною Церкви. Положение становилось все более и более тревожным, как в отношении кафедрального Александро-Нсвского собора, так и в отношении других храмов. Больше нельзя замалчивать проблему православной Церкви в Эстонии, нельзя закрывать на это глаза и уши. От имени духовенства и своей паствы прошу Вас включить эту проблему в список вопросов, требующих справедливого решения до вступления Эстонской Республики в Европейский союз.

Прошу Вас также довести содержание этого обращения до сведения ожидаемого в ближайшее время в Вене форума ОБСЕ.

Без справедливого решения церковной проблемы, как нам кажется, интеграция общества Эстонии практически никак не может быть реальной и прочной.

С надеждой на понимание и глубоким уважением, Корнилий, архиепископ Таллиннский и всея Эстонии.