Ф

ФАВОРСКИЙ СВЕТ, свет Божественной Славы, описан в Евангелии, где он является образом, через который постигается Господь Бог: «В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков» (Ин.1:4). Пророк Иоанн Предтеча «был послан, чтобы свидетельствовать о Свете» (Ин.1:8). Сам Христос говорит о Себе: «Я свет миру» (Ин.8:12), а, обращаясь к ученикам: «Вы – свет мира» (Мф.5:14). Эта идея спасения мира через Бога, Который есть Свет, нашло выражение в принятом на Вселенских соборах в Никее (325) и Константинополе (381) Символе веры, который исповедует Иисуса Христа как «Света от Света, Бога истинного от Бога истинного». Излившийся на Христа во время Его Преображения на горе Фавор Свет стал еще одним подтверждением Божественной сущности Спасителя.

Определением понятия и природы Фаворского света занимались свт. Григорий Палама (1296–1359), а вслед за ним и др. Отцы Церкви. В 1351 Православная Церковь утвердила учение св. Григория Паламы о природе Фаворского света и Божественной Благодати, а после кончины святителя канонизировала его (1368) как «проповедника Божественного Света». Учение о Фаворском свете легло в основу богословия иконы и определило основные положения изобразительного раскрытия образа. Свет в иконописи является главным средством художественной выразительности. Он пронизывает все слои живописи и охватывает всех персонажей. Благодаря свету цвета приобретают звучность и глубину. Иконопись не знает теней. Не случайно иконописец первоначально накладывает темные цвета, а затем постепенно их высветляет, доводя образ до необычайной светоносности.

Символами света на иконе являются: нимб – ореол святости и олицетворение духовной энергии, золотые лучи и движки – потоки Божественной жизни и белые одежды. В Евангелии Преображение Христа описано так: «И просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф.17:2), «блистающими, весьма белыми как снег, как на земле белильщик не может выбелить» (Мк.9:3).

Белый цвет, суммирующий в себе все цвета спектра и противоположный черному – цвету тьмы, является символом Фаворского света. В белом одеянии, обозначающем осененность Божественным светом, изображают Богомладенца в сценах «Рождества» и на руках Пресвятой Девы на многих иконах Богоматери, и в иконографии «Спас Эммануил», «Преображение Христа», «Сошествие Христа во ад».

Еще одним обозначением Фаворского света, вечно сияющим в нетварном мире, является золотой цвет, который служит фоном многих изводов и указывает на пребывание святого в Царствии Небесном под Божией благодатью. Одним из многочисленных свидетельств Фаворского света стало благодатное сияние, исходившее от лика св. Серафима Саровского, во время его беседы со своим почитателем и другом Н.А. Мотовиловым. В рассказе старца о христианской жизни, конечным смыслом которой является стяжание Святого Духа или приобретение Божественной благодати, Мотовилов не понял ни слова. Тогда св. Серафим явил чудо – его лицо просияло столь ярко, что Мотовилов не смог различать ближайшие предметы, а его глаза нестерпимо болели от лучезарного света. Впоследствии он говорил, что старец был светлее солнца.

На Руси учение о Фаворском свете нашло наиболее яркое выражение в работах Феофана Грека, Андрея Рублева и Дионисия.

См. илл. к ст. «Преображение».

Лит.: Языкова И.К. Богословие иконы: Учебное пособие. М., 1995; Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. СПб. 1997; Кено М. Икона. Окно в вечность. М., 2001.

В. Гусакова

ФАЛЕЕВ Федор Семенов (1-я пол. XVIII в.), калужский иконописец. В 1731 писал иконы для Боголюбской церкви с. Ползикова возле г. Чернь Калужской губ. В Третьяковской галерее хранится его икона «Архангел Михаил» (1720) (см. илл. на с. 634), а в Амстердамской иконной галерее – икона «Троица» (XVIII в.).

Лит.: Кочетков И. А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

ФЕДОРОВ Андрей (упом. в 1722), иконописец к. XVII – н. XVII в. В 1722 с др. московскими мастерами работал в Новоиерусалимском монастыре по росписи изразцов для Синодального дома. Сохранилась написанная им икона «Богоматерь Боголюбская» (к. XVII в., ГТГ).

А. Федоров. Богоматерь Боголюбская. Икона. Кон. XVII в. 113x68 см. ГТГ

ФЕДОРОВ Ермолай (ПОПОВ) (1646 – после 1710), ярославский иконописец. Первые сохранившиеся сведения о написанных им иконах относятся к 1673. Вместе с Федором Савиным и Семеном Ивановым «в набережных хоромах писал Спасовы два образа, да Тихвинской Богородицы один образ, да образ Алексия Митрополита» в приделе свв. Алексия человека Божия и Марии Египетской в церковь Похвалы Богородицы, что на дворе боярина И. Д. Милославского.

В 1674 вместе с Логином Сидоровым и др. ярославскими иконописцами расписывал церковь Николы Мокрого в Ярославле по заказу ярославского купца Семена Лузина. В 1675 были посланы в Ростов, к митр. Ионе для иконного письма. Исследователи предполагают, что ярославцы расписали в Ростове церковь Спаса на Сенях. В 1679 Ермолай Федоров со своими земляками-иконописцами «писал местные иконы, деисусы, праздники, пророки и праотцы в дворцовое село Измайлово в церковь Покрова Пресвятыя Богородицы». В 1686–88 с бригадой Дмитрия Григорьева Плеханова расписывал Софийский собор в Вологде.

Лит.: Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984.

ФЕДОРОВ Иван (упом. в 1732–1746), дьякон, иконописец. Жил в Путивле. Написал икону «Богоматерь Молченская» (1732, ГЭ).

Лит.: Кочетков И. А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

ФЕДОРОВ Леонтий (1665 – после 1692), ярославский иконописец, сын Федора Карпова, брат Федора Федорова. В составе ярославской артели расписывал: в 1690–91 – Введенский собор Толгского монастыря; в 1693 – церковь Спаса на Городу в Ярославле.

Лит.: Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984.

ФЕДОРОВ Леонтий (ок. 1670 – после 1744), художник, иконописец. Работал в Оружейной палате (с 1705) в Москве, а затем переехал в Петербург. Участвовал во всех живописных работах Канцелярии от строений. В 1727–30 по вызову А. Матвеева он участвовал в написании батальных картин для летнего дворца. В 1728 Федоров «по подряду» писал картину в купол Петропавловского собора в Петербурге «Ангел Петра изведе из темницы». С 1732 по 1734 работал над иконами для церкви Симеона и Анны.

Лит.: Ильина Т. В. Русское искусство XVIII в. М., 1999.

ФЕДОРОВ Петр Александрович (1878–1942), иконописец, член общества «Икона». Родился в Кронштадте. Окончил Морское военное училище в Кронштадте. Принимал участие в русско-японской войне (1904–05). Контр-адмирал, Георгиевский кавалер. Один из лучших иконописцев Русского Зарубежья. Староста иконописной артели общества «Икона» с 1933. Автор известной книги «Техника иконописи», изданной обществом в 1947.

Один из основоположников «парижской школы» иконописи. Основные работы: иконостас церкви Успения Божией Матери в Сент-Женевьев-де-Буа, нижний ряд иконостаса церкви Серафима Саровского в Париже, иконостас в храме-памятнике в Мурмелоне и др.

Читал доклады по иконописи на собраниях общества «Икона» и в Объединении русских беженцев в Клиши, где он и жил. Организовал и вел кружок иконописи в Русском студенческом христианском движении (РСХД). Принимал участие во многих выставках общества «Икона».

Лит.: Лейкинд О.Л., Махров К.В., Северюхин Д.Я. Художники Русского Зарубежья. 1917–39. Биографический словарь. СПб., 1999.

Церковь Успения Богородицы в Сент-Женевьев-де-Буа в окрестностях Парижа. Иконостас работы П.А. Федорова. 1938–1939 гг.

ФЕДОРОВ Федор (1662[1664?]–1732), ярославский иконописец. Сын иконописца Федора Карпова, брат иконописца Леонтия Федорова. В 1679 был у стенного письма в церкви Спаса Нерукотворного образа, что у великого государя в Верху. В 1682–83 работал в Ярославле у купцов Гурьевых в церкви Рождества Христова, знаменил литературные сюжеты из «Неба Нового».

В 1690–91 с артелью Дмитрия Семенова Сибиряка расписывал Введенский собор Толгского монастыря.

В 1693 вместе с Иларионом (Лаврентием) Севастьяновым возглавляет артель иконописцев, расписывавших церковь Происхождения Честных древ в Ярославле (ныне – церковь Спаса на городу). Другие работы Федора Федорова 1690-х достоверно не известны, но В.Г. Брюсова полагает, что в 1697 он участвовал вместе с Федором Игнатьевым, ярославскими и костромскими иконописцами в росписи Покровского придела церкви Ильи Пророка в Ярославле, а затем расписал придел чудотворцев Толгского монастыря. Она же находит руку художника в росписи церкви Рождества Христова в Ярославле.

В 1705–07 Федор Федоров возглавлял ярославскую артель в церкви Николы Меленки. Существует предположение, что Федор Федоров вместе с Федором Игнатьевым расписал в 1709 церковь Благовещения в Ярославле, причем первому принадлежит роспись свода («Прославление Богоматери» и «Символ веры») и алтаря. В 1715–16 вместе с Федором Игнатьевым расписывал ярославскую Федоровскую церковь. Об этом сообщается в «Повести о начале зачатия святаго Николая Чудотворца, что на Пенье…». 17 мая – 21 сент. 1731, будучи глубоким старцем, Федоров возглавлял артель ярославских иконописцев в церкви Михаила Архангела.

Федор Федоров был одним из самых выдающихся ярославских иконописцев и внес заметный вклад в развитие русского иконописания.

Лит.: Брюсова В. Г. Русская живопись XVII в. М., 1984; Казакевич Т. Е. Западноевропейские новеллы «Неба Нового» И. Галятовского в стенописи церкви Рождества Христова в Ярославле // Научные чтения памяти И.П. Болотцевой: Сб. статей. [Вып.] 2. Ярославль, 1998.

ФЕДОРОВСКАЯ (ФЕОДОРОВСКАЯ) икона Божией Матери, иконография Богоматери, относящаяся к типу Умиление. Святыня России, покровительница династии русских царей Романовых.

Богоматерь Федоровская. Икона (без полей). 1686-я пол. XVII в. 59,5х47 см. СИХМ

Богоматерь Федоровская. Икона. 1630-е гг. 75х59 см. ГТГ

Богоматерь Федоровская. Икона. Кон. XVII – нач. XVIII в. Москва (?). Мастер круга Оружейной палаты. 89,5х70,5 см. Собрание В. Бондаренко

Богоматерь Федоровская. Икона. 1759 г. 65х50 см. ГТГ

На иконе представлено поясное изображение Богородицы с Младенцем, сидящим на Ее правой руке и обнимающим Свою Мать за шею. Пропорции фигуры Христа удлинены, а Его облачение драпировано так, что пальцы правой руки Богоматери скрыты складками, а левая ножка Младенца обнажена по колено. На оборотной стороне чудотворного образа изображена св. Параскева Пятница.

История Федоровской иконы восходит к древности. По преданию, она была моленной святыней кн. Ярослава II, отца блгв. кн. Александра Невского. Икона находилась в деревянной часовне близ с. Городец Нижегородской губ. В сер. XII в. кн. Юрий Долгорукий основал здесь Богородичный монастырь, куда поместил образ. В 1238 Городец и его окрестности были разорены войском хана Батыя, а икона исчезла. Вскоре, 16 авг. 1239 во время охоты костромской кн. Василий Ярославович, по прозвищу Квашня, нашел образ Богородицы на сосне. Он привез икону в Кострому и поставил в собор во имя св. Феодора Стратилата. Согласно преданию, в то время как князь охотился в лесу, костромичи видели, как образ Богоматери по воздуху пронес воин в богатых доспехах, похожий на вмч. Федора с храмового извода Костромского собора. С тех пор люди стали верить, что в самые тяжелые годы монгольского ига св. воин Федор Стратилат приносит эту икону Богоматери в утешение обездоленным. Отсюда произошло наименование чудотворной святыни «Федоровская», а второе название – «Федоровская-Костромская» закрепилось за ней от местопребывания в Костроме. По другой версии название иконы происходит от кн. Ярослава, в крещении Феодора, почитавшего вмч. Феодора Стратилата своим небесным покровителем.

В 1260 от иконы произошло чудо. Во время нашествия татар на Кострому русский князь повелел священникам нести Федоровский образ Богоматери за своей ратью. Когда оба войска сошлись, дивный свет от иконы ослепил врагов, и они бежали. Этот сюжет лег в основу иконографии «Чудо от иконы Богоматери Федоровская» (XVII в.), где в правом верхнем углу запечатлена святыня, а все пространство композиции заполнено сражающимися воинами: русские воины, пешие и конные на белых лошадях, стройными рядами сильно теснят беспорядочных врагов, предводитель которых изображен на черном коне.

Богоматерь Федоровская в раме со сценами чудес от иконы. Средник иконы. Кон. XVIII – нач. XIX в. Рама «Явление и чудеса Феодоровской иконы Богоматери». 1744–1745 гг. ГРМ

Богоматерь Федоровская со сказанием в 16 клеймах. Икона. 1-я пол. XIX в. 126,5х106,5 см. ГМИР

Особое почитание Федоровской иконы началось после избрания на Российский престол царя Михаила Федоровича Романова в 1613. До венчания на царство юный князь скрывался со своей матерью, инокиней Марфой, в Ипатьевском Костромском монастыре. Из Москвы к нему отправилось посольство с Владимирской иконой. В Костроме послы взяли Федоровский образ Пресвятой Богородицы. Прибыв в Ипатьевский монастырь, они стали просить Марфу благословить сына на царство, на что старица ответила решительным отказом, ссылаясь на «младые лета» Михаила и отсутствие отцовского благословения, без которого «ему Государю быти, никак не мочно». Тогда, по свидетельству летописца, «послы и всенародное множество всех православных христиан с великим слезным рыданием и воплем опять били челом Михаилу Федоровичу и его матери», а священники во главе с архиеп. Феодоритом Рязанским пали на колени со словами: «…Для чего же иконы Пресвятой Богородицы шествовали с нами в далекий путь? Ради чего Царица Небесная явилась сюда? Вот ради Нее, ради Божьей Матери, склонитесь на милость и не прогневайте Господа Бога своим отказом». После такого обращения Марфа благословила сына на царство. Михаил Федорович взял с собой в Москву список с Федоровской иконы и поставил его в придворной церкви Рождества Богородицы на Сенях. По словам Е. Поселянина, «он вообще благоговел перед Федоровской иконой». Вслед за ним все русские самодержцы почитали святыню как покровительницу династии, а последний русский имп. Николай II в особенности. В его царствование в 1909–12 в Царском Селе построили Государев Собор (архит. В.А. Покровский) с верхним храмом в честь Федоровской иконы Божией Матери и нижним, пещерным – во имя св. Серафима Саровского, а 1910–14 в С.Петербурге возвели собор при подворье Федоровского Городецкого монастыря «В память 300-летнего царствования Дома Романовых» (архит. С.С. Кричинский) с верхним храмом в честь Федоровского образа.

Богоматерь Федоровская. Икона. 1910-е гг. Москва. 29х23,3 см. Из собраний М. де Буара (Елизаветина)

Сейчас чудотворная икона, обретенная в 1239, находится в Богоявленском кафедральном соборе г. Костромы, а списки с нее распространены по всей России. Один из них, исполненный царскими иконописцами после паломничества инокини Марфы в Кострому в 1630, впоследствии находился в церкви Зимнего дворца в С.-Петербурге, а ныне – в собрании Третьяковской галереи. «Сказание о Федоровской иконе Божией Матери», составленное иеродиаконом Ипатьевского монастыря Лонгиным на основе народных преданий в 1670, представлено в росписи Федоровской церкви в Ярославле (к. XVII в.).

Празднование Федоровской иконе Божией Матери установлено 16/29 авг., в память о ее обретении на сосне в 1239, и 14/27 марта, в честь избрания на Российский престол Михаила Романова.

Лит.: Нечволодов А. Сказание о русской земле. СПб., 1913; Протопресвитер Александр Киселев. Чудотворные иконы Божией Матери в истории России. М., 2000; Поселянин Е. Богоматерь. Описание Ее земной жизни и чудотворных икон. Т. 1. М., 2002.

В. Гусакова

ФЕДОТОВ Никита (1649–1726), ярославский иконописец, сын иконописца Федота Никитина и брат иконописцев Петра и Тимофея Федотовых. В 1684 участвовал в росписи Успенского собора Троице-Сергиевой лавры, в 1709 – в росписи церкви Благовещения, а в 1711 – в церкви Рождества Богородицы в Больших Солях. В церкви Благовещения в Ярославле сохранилась его икона «Георгий с житием в 16 клеймах» XVII в.

Лит.: Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984.

ФЕДОТОВ Тимофей (1649 – после 1716), ярославский иконописец. Сын иконописца Федота Никитина. Брат иконописцев Петра и Никиты Федотовых. В 1670 был у стенного письма в ростовском Успенском соборе; в 1673 был в Москве в Страстном монастыре у починки храмовой иконы и 6 местных икон.

В 1674 вместе с Логином Сидоровым, Ермолой Федоровым и др. ярославскими иконописцами расписывал церковь Николы Мокрого в Ярославле по заказу ярославского купца Семена Лузина. Исследователи предполагают, что в Ростове ярославцы расписали церковь Спаса на Сенях. В 1679 Тимофей Федотов вместе со своими земляками иконописцами писал «местные иконы, деисусы, праздники, пророки и праотцы в дворцовое село Измайлово в церковь Покрова Пресвятыя Богородицы». В 1680 Тимофей Федотов участвовал в росписи церкви св. Илии Пророка в Ярославле. С бригадой Дмитрия Григорьева Плеханова расписывал Успенский собор Троице-Сергиевой лавры в 1684 и Софийский собор в Вологде в 1686–88. В 1717 по повелению вологодского еп. Павла написал список с чудотворной иконы «Богоматерь Владимирская» в Заоникиевскую пустынь.

Лит.: Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984.

ФЕОДОР, архиепископ Ростовский (ок. 1335–1394), из рода ростовских бояр. Постригся в 12 лет, жил в Троицком монастыре при дяде, Сергии Радонежском. Основал Симонов монастырь и вскоре стал его игуменом. Духовник вел. кн. Московского Дмитрия Донского, по его поручению ездил в Константинополь и Киев. С 1388 епископ Ростовский.

По свидетельству «Сказания о святых иконописцах» XVIII в., писал многие иконы, будучи архимандритом Симонова монастыря, в т.ч. образ Сергия Радонежского. В Москве, в церкви Николы на Болвановке, находился деисус его письма. Изображен на иконе Ростовского музея к. XVII в. и на фреске Благовещенского собора Москвы XVI в., в алтаре. Иконы его писали не позднее н. XVII в.

Лит.: Кочетков И. А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

Феодор, архиепископ Ростовский. Икона. XIX в. Ростов

ФЕОДОР НОВГОРОДСКИЙ, Христа ради юродивый († 19.01.1392), родился в Новгороде, на Торговой Стороне, в богатой семье, получил хорошее образование: изучил Священное Писание. В душу его особенно глубоко проникли слова апостольские: «Мы безумны, Христа ради» (1Кор.4:10) – и привлекли его к подвигу юродства во Христе. Святой долго к нему готовился: стал поститься до захода солнца, а по средам и пятницам не ел ничего, не пропускал ни одного богослужения, часто посещал монастыри и щедро давал милостыню, особенно юродивым во Христе. Вскоре он стал жить на улице, в полной нищете, полуодетый и босой летом и зимой. По ночам он обходил весь город и горячо молился за своих земляков. Часто приходилось терпеть ему обиды и оскорбления, но он только молился за своих обидчиков и оставался спокоен. Слова и предсказания блаженного всегда сбывались. Перед кончиной св. Феодор говорил: «Прощайте, далеко иду!» Новгородские купцы всегда считали св. Феодора своим покровителем. Память ему отмечается 19 янв./1 февр.

Блж. Феодор Новгородский

ФЕОДОР (Поздеевский) (в схиме Даниил), священномученик, архиепископ Волоколамский (21.03.1876–10[23].10.1937). Родился в семье протоиерея в Костромской губ. Окончил Казанскую духовную академию. С 1906 ректор Московской духовной семинарии, с 1909 ректор Московской духовной академии. В революционную смуту в о. Феодора стреляли, но он не пострадал, потому что его загородил собой архим. Симеон (Холмогоров), оставшийся в результате инвалидом. В 1909 совершается хиротония о. Феодора в епископа Волоколамского, управляющего Даниловым монастырем в Москве. В 1917 владыка был избран представителем на Предсоборный Совет от ученого монашества, а затем и делегатом на Поместный Собор, с некоторыми решениями которого не был согласен.

Вскоре, при Временном правительстве, святителя увольняют с поста ректора «как не соответствующего духу времени», оставляя за ним должность настоятеля Данилова монастыря.

В 1918 святитель читает курс лекций по аскетике в Высшей богословской школе, открытой им при Даниловом монастыре. В те годы именно Даниловский монастырь становится оплотом Православия. Там подолгу жили архиереи, ориентировавшиеся на церковную линию Феодора (Поздеевского), который занял бескомпромиссную позицию по всем церковным вопросам того времени. Для многих владыка стал тем столпом Православия, который помогал в водовороте событий, захвативших церковную жизнь, выбрать верную линию.

За свою веру владыка был убит большевиками.

Сщмч. Феодор (Поздеевский). Икона

ФЕОДОР РОСТИСЛАВИЧ ЧЕРНЫЙ, Смоленский, Ярославский († 19.09.1299), князь, родился в грозную годину Батыева нашествия, в 1260 женился на дочери блгв. кн. Василия Ярославского и стал князем Ярославским. У супругов родился сын Михаил, но вскоре Феодор овдовел, и сына воспитывала теща. Она же правила городом в отсутствие князя, которому часто приходилось участвовать в ратных делах, в т.ч. и в союзе с татарами, требовавшими часто от своих данников – русичей – военной помощи. Высокого роста, красивый, мужественный, кн. Феодор полюбился ордынцам. Сами воины, они оценивали людей, прежде всего, по воинской доблести. Как-то после долгого похода кн. Феодора не приняли ярославцы (их устраивал малолетний Михаил) и ему пришлось возвратиться в Орду. Здесь овдовевший к тому времени князь вступил в брак с дочерью хана Менгу-Темира, нареченной во св. крещении Анной, и этот брак имел важное политическое значение для обеих сторон. Кн. Феодор приобрел в Орде большое влияние, которое использовал во благо Церкви и Русской земли. Православие все более распространялось среди ордынцев, а русские люди – купцы, ремесленники, воины, священнослужители – исподволь начали великое миссионерское движение на восток, к берегам Тихого океана, доходя даже до Пекина. После смерти старшего сына кн. Феодор с семьей возвратился в Ярославль и ревностно заботился об усилении и благоустройстве княжества. Слава его гремела по всей России. Перед смертью он принял иноческий постриг. Церковное почитание свв. Феодора и его сыновей Давида и Константина как заступников Ярославской земли началось после их кончины, а в 1463 были обретены их мощи.

Летописец записал: «Сам же великий князь Феодор велик был ростом человек, те у него сыновья Давид и Константин, под пазухами лежали, зане меньше ростом были. Лежали же во едином гробе».

Мощи св. князей покоятся в кафедральном Феодоровском соборе г. Ярославля.

Память блгв. князьям Феодору и его чадам Давиду и Константину отмечается 19 сент./2 окт., 5/18 марта и 23 мая/5 июня.

Св. Феодор Смоленский с сыновьями Давидом и Константином, князьями Ярославскими. Икона. XVII в. 31х26 см. Музей икон в Реклингхаузене. Германия

Феодор Смоленский со своими чадами Давидом и Константином. Икона. ХХ в.

ФЕОДОР РОСТОВСКИЙ и СУЗДАЛЬСКИЙ, первый епископ Ростовский († ок. 1023), родом грек, рукоположен в 990 или 992. Святой основал в Ростове первую церковь и проповедовал там Евангелие, но язычники изгнали его, и он поселился в Суздале, бывшем тогда небольшой деревней. Когда в 1010 кн. Владимир прислал своего сына Бориса управлять Ростовом, то свт. Феодор вернулся с ним в город и продолжал свой апостольский труд. Но в 1015 вел. князь заболел и призвал своего сына Бориса в Киев. По кончине его кн. Борис был убит своим братом Святополком, и, узнав об этом, язычники вторично изгнали святителя из Ростова. Он вернулся в Суздаль и там скончался. Св. мощи его почивают в соборе. Память свт. Феодору отмечается 8/21 июня и 23 мая/5 июня.

Св. Федор, епископ Суздальский. Покров. XVI в. 194х92 см. ВСХМ

ФЕОДОР УШАКОВ, Адмирал Непобедимый, иконография святого праведного воина, знаменитого флотоводца, Федора Федоровича Ушакова (13[24].02.1745–2[14].10.1817), адмирала Российского, названного Непобедимым, потому что все его сражения увенчались доблестными победами с сохранением всех вверенных его командованию кораблей.

Русский народ почитал легендарного флотоводца не только за морские подвиги, но и за труды на ниве милосердия и благотворительности. Официальная канонизация святого адмирала состоялась 4–5 авг. 2001 в Санаксарском в честь Рождества Богородицы монастыре Саранской епархии. В этой обители подолгу молился Федор Федорович, а после кончины был там погребен.

Иконография св. Федора Ушакова основана на исторических источниках о прославленном воине и его прижизненном парадном портрете, кисти неизвестного художника. На нем Федор Федорович запечатлен в преклонных летах, с серебристой сединой на гладко зачесанных назад волосах и бакенбардах. В несколько грубоватых чертах его спокойного лица прочитываются мудрость, рассудительность и доброта. Ушаков облачен в черный адмиральский мундир, поверх которого повязана красная лента ордена Святого Александра Невского и представлены его награды: ордена Святого Александра Невского, Святого Князя Владимира, Святого Георгия, Мальтийский крест и др. В правой руке впереди себя он держит подзорную трубу так, словно только что смотрел в нее. Левая рука опущена вдоль золотой сабли – наградного оружия, полученного от греческой Республики Семи островов, в создании которой адмирал принимал непосредственное участие. Величественная фигура Ф. Ушакова четким силуэтом рисуется на фоне моря.

В 1912 русский живописец П. Баженов повторил этот портрет, но поместил адмирала на нейтральном темном фоне. Обе картины многократно копировались, литографировались, цитировались в других, дополненных повествовательными деталями (фрагментами морского боя или архитектурным пейзажем на дальнем плане) произведениях, и до сих пор воспроизводятся в репродукциях.

На иконах, получивших широкое распространение в н. XXI в., облик адмирала слегка изменен. Как правило, иконография воспроизводит поясное изображение. Св. Феодор Ушаков предстает молодым, но с сединами, в трехчетвертном повороте, одетым в мундир с наградами. Его лик спокоен, в слегка сдвинутых бровях ощутима скорбная дума о судьбе России. В правой руке флотоводец держит развернутый свиток со словами, произнесенными им в напутствие тамбовскому ополчению, уходившему на войну с Наполеоном (1812): «Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся к славе России», а левой сжимает эфес опущенной вниз сабли. По обе стороны от его фигуры идет подпись, обозначающая: «Святой праведный Феодор Ушаков адмирал флота Российского». Один из таких образов находится в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры. Иногда за спиной св. Феодора Ушакова изображают пейзаж с кораблем и ансамблем Санаксарского монастыря.

Св. Феодор Ушаков. Икона

В соборном храме Санаксарской обители над ракой с мощами адмирала, напоминающей по форме корабль, находится его резная икона. На ней он представлен по пояс, в трехчетвертном повороте, с воздетыми в молении руками, под благословляющей десницей в облачном сегменте в правом верхнем углу. За ним простирается вид на р. Мокшу с очертаниями корабля и монастыря.

Св. Феодор Ушаков. Резная икона. Санаксарский монастырь

Существуют ростовые изводы праведного адмирала. Они напоминают парадные портреты. На них св. Феодор Ушаков изображается в военной форме, с наградами, в накинутом на левое плечо и задрапированном по его фигуре плаще. Правой рукой, опущенной вниз, он держит свернутый свиток, а левой, лежащей на эфесе сабли, придерживает плащ.

Сюжет «Прославление святого праведного адмирала Феодора Ушакова» (Александро-Невская лавра, 2005) разработан художником Ф.А. Москвитиным. Его композиция восходит к западноевропейским образам «Вознесения» Христа или Девы Марии или «Асунты». На ней св. Феодор Ушаков показан стоящим на облаках, в адмиральском обмундировании, с накинутой на плечи шинелью. В правой руке, отведенной в сторону, он держит свиток с общепринятым для его иконографии текстом: «Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся к славе России». Над ним два ангела увенчивают его голову венком славы. Внизу, у его гробницы, с Андреевским флагом и императорскими знаменами предстоят прославленные адмиралы, священнослужители и миряне, участвовавшие в сохранении памяти о нем и его прославлении.

В произведении О. Маслова «Св. прав. Воин Федор (Ушаков), непобедимый Адмирал Флота Российского» святой адмирал изображен с подзорной трубой, стоящим на корабле так, что палуба служит ему пьедесталом. Заниженная линия горизонта придает образу величавость и монументальность. На одном варианте св. Феодор Ушаков показан с развивающимися флагами, на которых отмечены его выдающиеся победы. На самом большом флаге начертана фраза адмирала, вошедшая в декларацию о «Вооруженном нейтралитете» имп. Екатерины II (1780): «Чтобы флаг наш везде надлежащим образом уважаем был. Адмирал Ф.Ф. Ушаков».

Известны житийные иконы св. Феодора Ушакова. На них, в среднике запечатлен адмирал Ушаков, нередко на корабле, на фоне марины, под благословляющим с небес Спасителем или Его десницей, а в клеймах – сцены морских баталий.

В. Гусакова

ФЕОДОРИТ (упом. в 1606–1608), старец Соловецкого монастыря, иконописец. Согласно «Сказанию о Иоанне и Логине Яренских», в 1607 в Соловецком монастыре для церкви Николы в Яренге написал икону Иоанна Яренгского (мощи святого были перенесены с р. Сярты в Яренгу в 1544). Икона была написана иконописцем по повелению св. Иоанна, явившегося иноку в видении. В рассказе о чудесном видении сообщается, что Иоанн велел иконописцу «своего подобия икону написати: лице аки предтечю Иоанна, а браду аки разбойничю (аки Рах разбойник), срачицу ветку, руце его согбени». Работа была выполнена быстро: «в неделю назнамена святого, а во вторник до обедни написал икону». Однако иконописец не успел «изолифити» икону, т.к. на следующий день, в среду, умер. Икона «с великой честью» была перевезена в Яренгу и помещена в Никольской церкви рядом с мощами святого.

Лит.: Дмитриев Л. А. Житийные повести Русского Севера как памятники литературы XIII–XVII вв. Л., 1973.

ФЕОДОСИЙ (упом. 1486–1542 [1546?]), московский иконописец, младший сын великого иконописца Дионисия. Впервые упоминается в 1484–85 при исполнении работ в Успенском соборе Иосифо-Волоколамского монастыря. Среди икон местного ряда ему принадлежит образ «Богоматерь Владимирская», им же написаны клейма иконы «Рождество Богоматери» (не сохранились). В 1490 Феодосий украсил иконами церковь Одигитрии «под колоколы» Иосифо-Волоколамского монастыря, вместе с братом и учениками Дионисия писал для храма икону «Успение». Во 2-й пол. 1490-х вместе с отцом Феодосий отправился в Белозерье. Здесь он, вероятно, принимал участие в работах в Павло-Обнорском монастыре примерно в 1500 и вместе с отцом и братом расписывал Рождественский собор, писал иконы иконостаса для Ферапонтова монастыря (1495–96 или 1502– 03). В 1504 или 1506 Феодосий работал в Иосифо-Волоколамском монастыре, для Богоявленской церкви с трапезой он написал храмовую икону «Богоявление» (не сохранилась). В монастыре художник работал вместе с отцом, начиная с 1484, в монастырской описи указываются многочисленные его работы (20 икон). Несомненно, Феодосий входил в круг высокообразованных людей своего времени, он встречался со знаменитыми церковными деятелями и публицистами, сотрудничал с лучшими художниками, среди его заказчиков были великие князья и иерархи. О Феодосии дважды упоминает Крутицкий еп. Савва Черный в «Житии Иосифа Волоцкого». Автор восторгается созданными им живописными произведениями и рассказывает о его беседе с Иосифом, в которой Феодосий представляется беспощадным гонителем еретиков (рассказ о еретике – «жидовствующем» священнике). Строгим ревнителем Православия, обличающим ересь «жидовствующих», показывает себя Феодосий и в письме к волоцкому игумену.

С Иосифо-Волоколамским монастырем связь не прерывалась на протяжении всей его жизни, имя Феодосия было записано в монастырский Синодик, а в качестве вклада в обитель для вечного поминания Феодосий выполнил живописную работу, расписал церковь и передал монастырю землю. В 1507 Феодосий написал 4 миниатюры с изображениями евангелистов для Евангелия (РГБ), которое было заказано казначеем Московского Кремля боярином И.И. Третьяковым. На основании стилистической близости с живописью миниатюр ему приписывают авторство иконы «Сергий Радонежский, в житии» (н. XVI в., ЦМиАР) – см. статью «Сергий Радонежский». Вероятно, после смерти отца Феодосий стал ведущим московским иконописцем. В 1508 Феодосий. Миниатюра с изображением Евангелиста Матфея. Евангелие. 1507 г. РГБ. он возглавил артель иконописцев, которая расписывала придворный Благовещенский собор.

Лит.: Кочетков И.А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

Феодосий. Миниатюра с изображением Евангелиста Матфея. Евангелие. 1507 г. РГБ

ФЕОДОСИЙ КАВКАЗСКИЙ, преподобный (1841–8.08.1948), схимонах. В юном возрасте покинул свой дом и отправился с паломниками на Афон и поселился в монастыре Положения Пояса Божией Матери. Его благочестие и добродетели стали предметом зависти и ревности монастырской братии. Мальчика нещадно избивали, издевались над ним, но он смиренно терпел все унижения. Он перенес все и принял монашеский постриг.

Решив совершить паломничество в Святую Землю, иеромонах Феодосий отправился в Иерусалим. Побывав у многих святынь и поклонившись им, он остался служить у Гроба Господня. Здесь иеромонах Феодосий прослужил не один десяток лет, хотя неизвестны подробности этого служения. Но, вероятно, именно здесь он духовно окреп, молясь за свой народ, свою Церковь и свою Родину. Впоследствии в народе иеромонах Феодосий стал зваться Иерусалимским батюшкой и старцем Феодосием Иерусалимским.

В к. XIX в. о. Феодосий возвращается на Афон, а в 1908 – в Россию, где около г. Крымска основывает пустынь. После 1917 подвергается арестам и репрессиям безбожной власти. После освобождения из тюрьмы и ссылки преподобный приехал в Минеральные Воды и принял подвиг юродства, ходил по улицам, одетый в цветную рубашку, играл с детьми, которые называли его дедушкой Кузюкой.

За год до войны старец предсказывал: «Будет война такая страшная, как Страшный суд. Люди будут гибнуть. Разнесет их ветер, как пепел, и признака не останется. А кто будет призывать Бога, того Господь спасет от бедствий».

Мощи прп. Феодосия Кавказского покоятся в Покровской церкви г. Минеральные Воды.

Прп. Феодосий Кавказский. Икона

ФЕОДОСИЙ ПЕЧЕРСКИЙ († 3.05.1074), общих житий начальник, ученик прп. Антония, основатель уставной монастырской жизни на Руси, – третий святой (после Бориса и Глеба), канонизированный Русской Церковью, и первый ее преподобный. Он был руками Антония и сердцем устрояемой Киево-Печерской обители. Неутомимый труженик, образованный иерей, сильный молитвенник, строгий аскет, великолепный организатор и твердый руководитель – он претворил в видимые образы и формы молитвенное служение своего старца, создавая кельи, храмы, монастыри, богадельни, мастерские.

Прп. Феодосий Печерский. Фрагмент иконы. XIII в. Киев

По словам одной из летописей, Феодосий Печерский вместе с Антонием Печерским были первыми великими светочами, зажженными на земле Русской перед вселенским образом Христа.

В лице прп. Феодосия Древняя Русь нашла свой идеал святого и православного мыслителя. В его образе Древняя Русь любовалась чертами идеального инока. Сохранилось житие прп. Феодосия, написанное св. Нестором Летописцем в самом Печерском монастыре через 10 лет после его смерти. Прп. Феодосий стал первым русским святым, почитание которого было официально установлено во всей Русской церкви. Его канонизация была объявлена в 1108. Память прп. Феодосию совершается во 2-ю неделю Великого поста, 3/16 мая, 14/27 авг., 28 авг./10 сент. и 2/15 сент.

Иеромонах Иоанн (Кологривов), И. Концевич

Прп. Феодосий Печерский. Икона

ФЕОДОСИЙ СИЙСКИЙ († 9.10.1688), игумен. Родился в Холмогорах. Из духовного звания. В 18 лет пострижен монахом в Антониево-Сийский монастырь. В 1652 митр. Никон послал о. Феодосия в Кожеезерский монастырь, но через 5 лет о. Феодосий вернулся в родную обитель.

Во время игуменства Феодосия слава Сийского монастыря распространилась по всему Московскому государству. Благодаря близким отношениям старца с Патриаршим двором и Царским домом у монастыря было два подворья в Москве. При игум. Феодосии была окончена постройка нескольких храмов. Сам царь Алексей Михайлович дозволил своему иконописцу Феодору Усольцу ехать в обитель для написания там икон.

Во время губительной для Архангельского края ненастной погоды в 1672, грозившей неурожаем и голодом, по повелению игум. Феодосия окрестное духовенство устраивало дважды крестные ходы к часовне Животворящего Креста Господня, а все население, по его заповеди, строго соблюдало все церковные посты. Скоро установилась прекрасная погода, и урожай был спасен. Несомненно, это событие благотворно отозвалось на нравственном состоянии края.

Старец Феодосий был также известен как делатель Иисусовой молитвы. Он был главным инициатором канонизации прп. Евфимия, Архангельского чудотворца. Именно старцу Феодосию было поручено в 1650 освидетельствовать мощи св. угодника, и он нашел их нетленными. Св. мощи были положены в церкви Происхождения Честных Древ Креста. Также старец распорядился, с благословения митрополита, перевезти в обитель из Мензенского края. д. Ручьёв, мощи прпп. Исаии и Никанора пустынников, которые находились там в забвении. Они были поставлены в каменной палатке у Троицкого собора.

При игум. Феодосии совершилось открытие Архангельской епархии. Старец 6 лет в Холмогорах помогал архиеп. Афанасию при устроении новой епархии.

Среди учеников старца известны: Псковский митр. Иларион, игумен Троице-Сергиевой лавры Прохор, а также старец Паисий, ставший казначеем патриарха в Москве.

Старец Паисий содействовал процветанию родной обители. Именно он отправил туда в 1692 знаменитое Сийское Евангелие (1657) – самое большое Евангелие в мире, с более чем 2 тыс. украшений. Надпись на нем запрещала под страшными клятвами выносить эту святыню из обители, но в годы правления большевиков Евангелие изъяли и сейчас оно находится в библиотеке Академии наук.

Прп. Феодосий Сийский. Рисунок. Русь. XVII век. Сийский иконописный подлинник

ФЕОДОСИЙ ТОТЕМСКИЙ (Суморин), игумен (н. XVI–28.01.1568), родился в Вологде, по воле родителей вступил в брак. Однажды во время богослужения Феодосий был поражен словами Спасителя, записанными в Евангелии: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф.10:37). После смерти родителей и, вероятно, супруги, о которой ничего не известно, Феодосий упросил родственников взять дочь на воспитание и оставил им все свое состояние с тем, чтобы удалиться в Спасо-Прилуцкий монастырь. Он часто молился у гроба св. Димитрия Прилуцкого и, желая подражать преподобному, употреблял в пищу только хлеб и воду. Как самого надежного из всей братии, игумен послал Феодосия в Тотьму на соляной завод для присмотра за монастырскими солеварнями. Никогда рабочие не были так обеспечены и довольны, как при прп. Феодосии. Подолгу наблюдая за пламенем в солеварнях, св. Феодосий приводил себе на ум гееннский огонь. Пожелав создать новую обитель вблизи соляного завода, прп. Феодосий получил разрешение игумена. Он избрал для постройки возвышенное место на берегу реки и в 1554 основал Спасо-Суморин Тотемский монастырь. Из Спасо-Прилуцкого монастыря прп. Феодосий получил в благословение икону Пресвятой Богородицы, ставшую известной под именем Суморинской, или Тотемской. Мощи св. Феодосия прославились чудотворениями, а в 1798 он был причислен к лику святых.

После 1917 св. мощи прп. Феодосия были увезены, а созданный им монастырь разграблен и разрушен. По милости Божией св. мощи были возвращены Церкви 14 сент. 1994. Ныне они почивают в Троицком соборе г. Тотьмы.

Память прп. Феодосию отмечается 28 янв. /10 февр.

Прп. Феодосий Тотемский. Икона. XVIII в. Вологда

ФЕОДОСИЙ (Углицкий), святитель, архиепископ Черниговский († 5.02.1696). Происходил из заднепровского дворянского рода Углицких, получившего эту фамилию за подвиги его родоначальника при защите г. Углича. Отец его был священником.

Окончив курс Киево-Братской школы, он принял постриг в Печерской лавре с именем Феодосий в честь преподобного, которого он особенно чтил. Тяжелы были для него первые годы его иноческой жизни; он искал сосредоточенного молитвенного подвига, а ему пришлось нести обязанности наместника митрополичьего дома, и в жизнь его невольно вторгалась мирская суета шумного города. Более соответствовала его аскетической настроенности жизнь в пустынном Корсунском монастыре, куда его затем назначили настоятелем, но вскоре перевели в Выдубицкий Михайловский монастырь, совершенно разоренный войной. Св. Феодосий его восстановил и благоустроил.

В 1656 архим. Феодосий ездил в Москву с игуменом, впоследствии святителем Ростовским Димитрием с важным церковным поручением. Такие поручения давались лицам, способным к высшим должностям, чтобы представить их царю и патриарху. В результате этой поездки Южная и Северная части Русской Церкви после 200-летнего разделения были воссоединены. А в 1691 архим. Феодосий, тогда уже настоятель Черниговского Елецкого Успенского монастыря, был назначен по просьбе престарелого Черниговского архиеп. Лазаря (Барановича) его помощником и возведен в сан архиепископа. Через 2 года архиеп. Лазарь умер, и свт. Феодосий стал самостоятельным архипастырем Черниговской епархии. Он тщательно подбирал себе сотрудников из духовенства, усилил пастырскую и просветительную деятельность, устраивал монастыри, боролся с униатским влиянием и умел успокаивать волнения своевольных казаков. К бедным он был милосерд и сострадателен. Предчувствуя свою близкую кончину, свт. Феодосий посвятил иеромонаха Иоанна (Максимовича) в сан архимандрита, готовя в нем достойного преемника себе. Свт. Феодосий был погребен в Черниговском Борисоглебском соборе.

Феодосий Черниговский. Икона. XX в. 13,5х11 см. ГИМ

ФЕОДОТЬЕВСКАЯ, чудотворная икона Пресвятой Богородицы. Явилась в 1487 в пределах рязанских, на пустом месте, называемом Старое, близ с. Феодотьева, почему и названа Феодотьевской. Многие чудесные исцеления совершались благодатной силой от нее. По повелению князя Рязанского и по благословению епископа икона перенесена в Рязань для ограждения и спасения сего города и поставлена с подобающей честью в соборном храме Успения в 1611; с самой чудотворной иконы снят был список и послан в с. Феодотьево. На иконе Богомладенец изображается на левой руке Богородицы; правой рукой Он благословляет, а в левой держит свиток. Празднество Феодотьевской иконе установлено в память избавления Рязани от нашествия в 1668 запорожских черкесов помощью и заступлением Пресвятой Богородицы. В 1711 во время моровой язвы Феодотьевскую икону носили по домам города и селений. Если приносили ее в дом до появления болезни, то в этом доме не было болезни, а если болезнь уже началась, то быстро прекращалась. В Рязани эта икона весьма чтима: пред нею всегда бывало множество молящихся, ее очень часто брали в дома для совершения молебнов при начале какого-либо семейного дела, напр. женитьбы сыновей или выдачи дочерей замуж. Не раз во время бездождия с иконой совершали крестный ход, и бездождие прекращалось. Известны и многие исцеления от этой иконы. В настоящее время икона находится в Рязанском историко-архитектурном музее-заповеднике. Празднуется 2/15 июля.

Богоматерь Феодотьевская. Икона. XIII в.

Богоматерь Феодотьевская. Икона

ФЕОФАН ВЫШЕНСКИЙ ЗАТВОРНИК (в миру Говоров Георгий Васильевич), епископ (10.01.1815–10.01.1894), родился в семье сельского священника Орловской епархии, заканчивая Киевскую духовную академию, принял монашеский постриг и стал преподавателем в духовных учебных заведениях. Восемь лет иером. Феофан проходил служение в Иерусалиме и Константинополе, что имело большое значение для его духовного становления. Ревностный труженик на ниве церковной был назначен ректором Петербургской духовной академии, через 2 года хиротонисан во епископа Тамбовского, а еще через 4 года переведен на древнюю Владимирскую кафедру. Управляя епархиями, свт. Феофан показал себя неутомимым проповедником, заботливым отцом пасомых, покровителем духовных учебных заведений, активным миссионером. Но он не был удовлетворен своей деятельностью, сопряженной с административными и хозяйственными заботами. Душа его стремилась к уединенному иноческому житию. Через 25 лет беспорочной службы еп. Феофан подал прошение об увольнении и в 1866 был отправлен на покой в избранную им Успенскую Вышенскую пустынь. Он затворился в отдельном флигеле и предался молитвенным и духовным трудам. Особым подвигом была его литературно-богословская деятельность, оказавшая глубокое влияние на духовное возрождение современного ему общества. Сочинения по христианской нравственности, толкования слова Божия, переводы писаний Св. Отцов, ответы на многочисленные письма, приходившие со всех концов России, – эти творения стали для христиан практическим руководством на пути к вечной жизни. Господь призвал Своего служителя в великий праздник Богоявления. Мощи св. Феофана почивают в Свято-Успенском Вышенском монастыре Рязанской епархии.

Лит.: Смирнов П. Преосвященный Феофан. Тамбов, 1906; Ключарев А.С. Преосвященный Феофан Затворник и его пастырская деятельность // Православный собеседник. 1904. № 9–10.

Свт. Феофан Затворник. Икона. XX в. Москва

ФЕОФАН ГРЕК (1330-е – 1405[1415?]), иконописец, работавший в Византии и на Руси. Для истории древнерусского искусства Феофан имеет особое значение. Он приехал на Русь в тот момент, когда русская культура находилась на подъеме. Русские мастера сумели прекрасно использовать уроки Феофана. Его деятельность на Руси нашла широкий отклик, и сам великий Андрей Рублев испытал на себе живительное воздействие его искусства.

К сожалению, от Феофана до нас дошло крайне мало произведений, а между тем известно со слов хорошо его знавшего Епифания Премудрого, что еще до приезда в Новгород он расписал около 40 церквей. Сопоставляя факты, сообщаемые Епифанием Премудрым в письме Кириллу Тверскому (1415) с летописными известиями, можно довольно точно восстановить биографию Феофана. Наиболее вероятная дата его рождения – 30-е XIV в. До приезда на Русь Феофан работал в Константинополе, Халкидоне и Галатее, т.е. в столице Византийской империи и двух близлежащих от нее городах. Среди городов, где Феофан подвизался до приезда в Новгород, Епифаний упоминает еще Кафу (Феодосия). Какую церковь он тут расписал, неизвестно. Так как Кафа поддерживала оживленные торговые отношения с Новгородом и сюда нередко заезжали новгородские купцы, есть все основания полагать, что именно в Кафе Феофан получил приглашение посетить Новгород, где он несомненно был в 1378, когда им была расписана церковь Спаса Преображения на Ильиной улице. Епифаний утверждает, что Феофан работал также в Нижнем Новгороде, но он не называет ни одного его произведения.

Феофан Грек. Спас в Силах из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х141 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Больше всего сведений о московской деятельности Феофана. Помимо росписи церкви Рождества Богородицы (1395), а также Архангельского (1399) и Благовещенского (1405) соборов, он выполнил здесь и ряд светских заказов: во дворце серпуховско-боровского князя Владимира Андреевича Храброго (1353–1410), внука Ивана Калиты и двоюродного брата Димитрия Донского, Феофан написал на стене вид Москвы, а терем вел. князя (т.е. Василия Дмитриевича, 1389–1425) он разукрасил, как утверждает Епифаний, невиданными по своей красоте фресками. Тот же Епифаний поясняет, что в Благовещенском соборе Феофан написал «Древо Иессеево» и сцены из Апокалипсиса, а на стене Архангельского собора изобразил город.

В своем послании Епифаний называет Феофана «книги изографом нарочитым». Отсюда можно сделать вывод, что художник был не только фрескистом и иконописцем, но и занимался украшением книг. Это же, в частности, подтверждает то изображение константинопольского храма Святой Софии, которое Феофан сделал по просьбе Епифания на отдельном листе, чтобы поместить его в начале книги.

Дата смерти Феофана не известна. Последнее летописное упоминание о нем относится к 1405, когда художник находился уж в весьма преклонном возрасте. Так как в написанном ок. 1415 послании Епифаний говорит о Феофане в прошедшем времени («там проживал…»), то дату смерти Феофана следует искать между 1405 и 1415.

Епифаний характеризует Феофана как «преславного мудреца, философа зело хитрого». Во время работы Феофан, по словам Епифания, не смотрел постоянно на образцы, а непринужденно расхаживал и поддерживал разговор со всеми приходящими, что нисколько не мешало ему «обдумывать высокое и мудрое, чувственными же очами разумными разумную видеть доброту».

Феофан, родившийся в 30-х XIV столетия, вступил в полосу сознательной жизни в самый разгар исихастских споров. Суровость феофановских образов, их особая одухотворенность, их порой преувеличенная экстатичность – все это связано с исихазмом, все это вытекает из существа исихастского учения.

Творческому росту Феофана немало должна была способствовать его работа в Галате, где он вплотную соприкоснулся с западной культурой.

Точно не известно, когда Феофан покинул Византию. Вероятно, это произошло в н. 70-х XIV в., когда Феофан направился в генуэзскую колонию Кафу, через которую лежал наиболее легкий путь на Русь. Работы, исполненные Феофаном в Кафе, до нашего времени не дошли. По-видимому, Феофан украсил фресками один из тех греческих храмов, которые были построены в эпоху расцвета города и затем безвозвратно погибли.

С переездом на Русь начался новый и наиболее значительный период в жизни Феофана Грека. Хотя на Русь он попал уже немолодым (ему было, по-видимому, около 30–40 лет), тем не менее те впечатления, которые он почерпнул из русской действительности, во многом определили его дальнейшее творческое развитие. Здесь он был свидетелем блестящей победы, одержанной на Куликовом поле русскими над татарами, свидетелем быстрого подъема русской культуры, имевшего место в последней трети XIV в.

Церковь Спаса Преображения, расположенная на Торговой стороне, на Ильиной улице, была построена в 1374. Четыре года спустя Феофан получил заказ от боярина Василия Даниловича и уличан Ильиной улицы расписать этот храм, одну из самых красивых построек Новгорода. В распоряжении Феофана здесь находились большие стенные плоскости и многочисленные арки и своды, которые он призван был покрыть фресковой живописью.

В апсиде сохранились фрагменты святительского чина с обращенными к центру фигурами и разрозненные части «Евхаристии» (8 голов апостолов, остатки велума и башни), в диаконнике и на его арках – 2 полуфигуры и 3 фигуры святителей (из них могут быть опознаны св. Спиридон в шапочке и Иоанн Златоуст), на стенах и арках самой церкви – полустершиеся остатки 11 фигур святых (2 мученицы в венцах на северо-западной арке, два воина над северо-западным столбом; фигуры Иоанна Крестителя (?) и святителя и медальон с полуфигурой святителя, около которой уцелели остатки надписи, в арочном проеме над жертвенником; 2 фигуры святых в арочном проеме северной стены алтаря; фрагмент средней части фигуры святителя на прилегающей к северной стене северо-западной арке; св. Кирик (?) на прилегающей к южной стене юго-западной арке).

Гораздо лучше сохранились росписи барабана и купола. Традиционная полуфигура Пантократора окружена 4 архангелами и 4 серафимами. В простенках барабана представлены фигуры праотцев Адама, Авеля, Ноя, Сифа, Мельхиседека, Еноха, прор. Ильи и Иоанна Предтечи.

Особое место занимают росписи северо-западной угловой камеры на хорах. По низу стен шел орнаментальный фриз из платов (от него сохранился небольшой фрагмент на восточной стене); выше располагается регистр с фронтально представленными фигурами святых (все, кроме одной, почти целиком погибли), с полуфигурой Богоматери типа «Знамение» и стоящим около Нее архангелом Гавриилом (на южной стене, над входом) и с подходящими к престолу четырьмя святителями на восточной и прилегающих к ней стенах; по-видимому, здесь была представлена популярная в XIII–XIV вв. композиция «Поклонение жертве» – на престоле стоял дискос с лежащим на нем обнаженным Младенцем Христом. Над этим регистром тянулся узкий декоративный фриз, состоявший из наискось положенных кирпичиков, написанных с соблюдением всех правил перспективы; наконец, по верху шел главный и лучше всего сохранившийся пояс с 5 столпниками, знаменитой Ветхозаветной Троицей, медальонами с Иоанном Лествичником, Агафоном, Акакием и фигурой Макария Египетского.

Святым Феофана присуща одна общая черта – суровая одухотворенность. Всеми своими помыслами они устремляются к Богу, для них «мир во зле лежит». Особенно выразительны Макарий Египетский, Акакий, столпники. Все они представлены внешне совсем спокойными, с молитвенно поднятыми руками (Феофан любит изображать своих святых в позе «оранта», возвращаясь тем самым к раннехристианским традициям), с устремленным вдаль, как бы ничего не видящим взглядом. Они целиком погружены в себя, в свой внутренний мир.

Если бы суровая одухотворенность была единственным отличительным признаком феофановских образов святых, то вряд ли последние занимали бы столь исключительное место в истории византийского и русского искусства. Им присущи еще две черты, целиком отмеченные печатью феофановского дарования. Это невиданная острота индивидуальных характеристик и подлинно трагический пафос.

В манере письма Феофана есть нечто резкое, стремительное, сильное; она свидетельствует о неукротимом, страстном темпераменте художника. Феофан любит свободные, асимметричные контуры, энергичные, размашистые линии, полные динамизма формы. Он лепит свои фигуры при помощи энергичных мазков, с поразительным мастерством накладывая поверх санкирей сочные блики, придающие лицам его святых необычайную живость и способствующие достижению той напряженности выражения, которая обычно так волнует, когда смотришь на фрески угловой камеры. Эти блики далеко не всегда кладутся Феофаном на выпуклые, выступающие части. Нередко они находятся на наиболее затененных частях лица и рук (напр., на кончиках пальцев, хотя руки обращены к зрителю своей тыльной стороной). Феофановский блик – это средство для достижения нужного эмоционального оттенка, это тонко продуманный прием для усиления экспрессии образа. Блики и движки не только лепят у него форму, но и динамизируют ее; они всегда попадают в нужную точку, никогда не отклоняясь от последней ни на одну сотую миллиметра; в них, как правило, есть своя глубокая логика. Чаще всего они накладываются на сравнительно ровный тон тела в виде энергичных параллельных штрихов разной толщины и длины... При этом характерно, что блики далеко не всегда бывают белыми. Нередко они имеют голубоватый оттенок, порой серый, иногда даже ярко-красный, в зависимости от общей колористической гаммы и искомого психологического эффекта. При помощи таких живописных приемов Феофан достигает изумительной экспрессии и редкой живости, делая наглядным и образным все то, что в византийском искусстве было сугубо отвлеченным и умозрительным.

Феофан не любит ярких, пестрых красок. Его гамма скупа и сдержанна, приближаясь порой к монохромной. Он дает фигуры на серебристо-голубых фонах; в лицах, а нередко и в одеждах он охотно пользуется плотным оранжево-коричневым тоном, имеющим терракотовый оттенок; одежды он окрашивает в зеленовато-желтые, жемчужно-белые, серебристо-розовые и серебристо-зеленые тона. Поверх одеяний он кладет голубоватые пробела. Свою палитру Феофан строит на тональной основе, объединяя все краски в одну серебристую гамму. Из этой гаммы вырывается лишь столь излюбленный мастером терракотовый цвет, обладающий необычайной плотностью и весомостью.

Фрески Спаса Преображения Феофан выполнял не один. У него должны были быть помощники, тем более что обширная роспись была закончена, по свидетельству летописца, в одно лето.

Появление в Новгороде такого большого мастера, как Феофан, конечно, должно было породить живейший отклик у местных художников. Усвоив феофановскую живописную манеру, они создали ряд замечательных работ, знаменующих одну из высших точек в развитии новгородского искусства. Эти работы – росписи церкви Федора Стратилата, фрески погибшего Волотовского храма, икона Донской Богоматери, хранящаяся в ГТГ.

Для всех исследователей, занимавшихся новгородской живописью XIV в., была ясна стилистическая связь этих работ с Феофаном Греком... Это несомненно русские работы, и притом такие работы, в которых очень явственно проступают чисто новгородские черты.

Из Новгорода Феофан, по-видимому, поехал в Нижний Новгород, куда он мог попасть уже в 80-х. В 1390 Москва подчинила себе Нижний. Есть серьезные основания полагать, что именно около этого времени Феофан получил приглашение приехать в Москву.

В Москве Феофан осел надолго. Его московские работы, упоминаемые летописями, охватывают промежуток времени в 10 лет (между 1395 и 1405). И в 1395, когда Феофан расписывает церковь Рождества Богородицы, и в 1399, когда он украшает церковь Михаила, он работает не один, а, как выражается летописец, «со ученики своими». Следовательно, мастер должен был иметь в Москве свою мастерскую, несомненно, привлекавшую к себе всеобщее внимание и являвшуюся для 90-х XIV в. передовой художественной лабораторией, куда стекалась талантливая молодежь...

Епифаний называет Феофана не только «среди иконописцев отменным живописцем», но и «книги изографом нарочитым». Это означает, что Феофан был одновременно и фрескистом, и иконописцем, и миниатюристом. Так как деятельность Феофана как миниатюриста не вызывает никаких сомнений, поскольку она подтверждается свидетельством Епифания, вполне естественно было бы поискать среди московских рукописей 1390-х иллюстрированные манускрипты, по стилю близкие к Феофану. К счастью, два таких манускрипта сохранились.

Первый из этих манускриптов – т.н. Евангелие Кошки, хранящееся в РГБ. Феофану принадлежит замысел, идея, а исполнителями могли быть и ученики и помощники, как это обычно практиковалось в средневековых мастерских. Точно датированное Евангелие Кошки позволяет отнести к 90-м XIV в. еще одну рукопись, обнаруживающую к нему стилистическую близость. Это Евангелие Хитрово, хранящееся в РГБ. Как и в Евангелии Кошки, здесь также поражает разнообразие орнаментальных решений. Звери и лиственные побеги даются в самых неожиданных и остроумных сочетаниях. Преобладают инициалы, состоящие из одних побегов, причем последние очень часто образуют плетенку.

Кто же был автором заставок и миниатюр Евангелия Хитрово? Сам Феофан или один из его выдающихся русских учеников?.. Будет правильнее рассматривать весь декор Евангелия Хитрово как работу русских мастеров, обучавшихся в мастерской Феофана; работа эта исполнена под его непосредственным наблюдением.

Среди упоминаемых летописями московских работ Феофана сохранилась лишь одна – деисусный чин Благовещенского собора.

Феофан Грек. Архангел Михаил из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х121 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Богоматерь из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х109 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Иоанн Предтеча из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х109 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Архангел Гавриил из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х117 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Василий Великий из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х98,5 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Апостол Петр из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х107 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Апостол Павел из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х107 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Феофан Грек. Иоанн Златоуст из деисусного чина. Икона. 1405 г. 210х103 см. Благовещенский собор. ГМЗМК

Стремясь увеличить иконостас и сделать его композицию более внушительной, Феофан написал фигуры чина на досках высотой более двух метров и шириной более метра. Феофан выполнил чиновые фигуры не один, а с помощью своего ученика (?) и одного из сотрудничавших с ним мастеров (вероятнее всего – Прохора). Кисти Феофана принадлежат иконы Спаса, Богоматери, Иоанна Предтечи, архангела Гавриила, ап. Павла, Иоанна Златоуста и Василия Великого, отмеченные печатью одного стиля и обнаруживающие целый ряд точек соприкосновения с росписями Спаса Преображения. В них без труда опознается рука неистового Феофана, мастера волевого и полного неукротимой творческой энергии.

Создавая свой деисусный чин, Феофан решал чисто русскую задачу. Но он решал ее еще во многом греческими средствами. В своем деисусе Феофан подчеркивает не столько момент всепрощения, сколько мольбу святых за грешный человеческий род. Христос трактуется как страшный Судия мира, а не как добрый Спас, готовый прийти на помощь ближнему. Именно здесь проявляется отличие Феофана Грека от Андрея Рублева, который, как правило, всегда оттенял в Христе человеческое начало. У Феофана же весь замысел деисусного чина определяется драматической коллизией между суровым Христом, не склонным никого прощать, и молящими о Его прощении святыми.

Феофан имел на Руси одинаковый успех и как фрескист, и как иконописец, и как миниатюрист. В зависимости от индивидуальных склонностей различные мастера брали от него то, что было им ближе по духу. Новгородцам Феофан нравился гл. обр. реалистическими сторонами своего творчества, москвичам – глубиной психологических решений и совершенством художественных приемов. Столь большая действенность феофановского искусства была возможна лишь потому, что великий мастер чутко откликался на запросы русских людей и сумел проникнуться их чувствами и мыслями. Вот почему имя Феофана Грека фигурирует на страницах истории русского искусства как имя не заезжего иностранца, а одного из активных строителей русской художественной культуры.

В. Лазарев

Ист.: В.Н. Лазарев. Феофан Грек и его школа. М., 1961.

До настоящего времени сохранились следующие произведения Феофана Грека: стенные росписи церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде (1378). На основании косвенных исторических сведений, общих стилистических признаков произведений «экспрессивного» направления к. XIV – н. XV в., а также априорных умозрительных заключений к творчеству Феофана, его «мастерской» или «кругу» относили несколько икон и миниатюр. Однако исследования последних лет показали, что большая часть этих произведений может быть связана с творчеством Феофана лишь гипотетически.

1. Иконы из деисусного чина в иконостасе Благовещенского собора Московского Кремля: Спас в силах, Богоматерь, Иоанн Предтеча, Архангел Михаил, Архангел Гавриил, Апостол Петр, Апостол Павел, Василий Великий, Иоанн Златоуст.

Деисусный чин был отнесен к творчеству Феофана на основании летописной записи о росписи Благовещенского собора в 1405 Феофаном Греком, старцем Прохором с Городца и чернецом Андреем Рублевым. И.Э. Грабарь предположил, что в том же году теми же мастерами был создан также иконостас, деисусный и праздничные ряды которого сохранились в ныне существующем Благовещенском соборе. Эта атрибуция была повторена В.Н. Лазаревым, М.В. Алпатовым и др. исследователями. В 1966 А.Н. Грабар высказал сомнение относительно атрибуции деисуса, поскольку фрески церкви Спаса Преображения в Новгороде, созданные Феофаном, имеют мало общего в стиле и манере исполнения с иконами Благовещенского собора. В 1975 Л.В. Бетин, сопоставив реальные размеры расписанной в 1405 церкви Благовещения (сохранился ее подклет) с размером деисусного чина, пришел к выводу, что монументальный многофигурный Деисус не мог вместиться в маленькую бесстолпную церковь; он предположил, что деисус был исполнен Феофаном в 1399 одновременно с росписью Архангельского собора и находился в иконостасе этого собора до н. XVI в., когда его перенесли в Благовещенский собор. В н. 1980-х было установлено, что все внутреннее убранство Благовещенского собора погибло в пожаре 1547. По приказу Ивана IV в выгоревший собор были поставлены иконы, привезенные из разных русских городов; после написания новых икон привозные иконы были возвращены, но некоторые из них оставлены в придворном храме, в их числе, вероятно, и деисусный чин.

На основании стилистических особенностей основные иконы деисуса Благовещенского собора могут быть датированы посл. четв. XIV в. Большинство исследователей отождествляют автора деисуса с Феофаном Греком.

Иконы «Апостол Петр» и «Архангел Михаил» относили к творчеству либо русского мастера, либо «византийского» ученика Феофана, перенявшего русскую манеру письма. Другие исследователи не отделяют их от основных икон Деисуса. В иконе «Василий Великий» были выявлены отличия, позволяющие считать ее работой помощника главного мастера, близко следовавшего его стилю и манере.

2. Богоматерь Умиление Донская-Успение (двусторонняя икона) (90-е XIV в., ГТГ).

Согласно обоснованному предположению, икона была создана для Успенского собора в Коломне, в сер. XVI в. перенесена в Благовещенский собор Московского Кремля. И.Э. Грабарь относил произведение к творчеству Феофана на основании близкого типологического и стилистического сходства с иконой Богоматери и деисуса Благовещенского собора. В.И. Антонова полагала, что икона написана Феофаном в 1392 одновременно с фресками Успенского собора в Коломне. Большинство исследователей считают икону произведением мастера, близкого автору деисуса Благовещенского собора.

3. Иоанн Предтеча Ангел пустыни (к. XIV в.). Икона происходит из Коломны. Г.И. Вздорнов относит ее к произведениям «мастерской» Феофана на основании некоторого стилистического сходства с деисусом Благовещенского собора.

4. Четырехчастная (Четыредесятница) (к. XIV – н. XV в., ГТГ).

Найдена в 1919 на колокольне Ивана Великого в Московском Кремле. Исследователи связывали икону либо со «школой» Феофана в Новгороде, либо с произведениями его «круга». Н.Б. Салько и Г.И. Вздорнов придерживаются гипотезы о собственноручном исполнении иконы Феофаном.

5. Апостолы Петр и Павел (90-е XIV в. Успенский собор Московского Кремля).

Икона была написана для Успенского собора Московского Кремля, где в XIV в. имелся придел Поклонения веригам ап. Петра (позднее – придел Петра и Павла). По иконографии она повторяет изображение апостолов из деисуса Благовещенского собора. На этом основании, а также благодаря греческому характеру типов и стиля икону относили либо непосредственно к кисти Феофана, либо к произведениям, близким его творчеству. Другие исследователи видят в иконе произведение греческого мастера.

6. Преображение (ок. 1403, ГТГ).

Храмовый образ Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском. Икону связывали с творчеством Феофана благодаря «экспрессивному» стилю ее живописи. В.Н. Лазарев считал икону работой ученика Феофана. В.И. Антонова и К. Онаш приписывали икону Феофану. М.В. Алпатов относил икону либо к «мастерской» Феофана, либо к творчеству самого Феофана. Г.И. Вздорнов видит в иконе произведение одного из русских учеников Феофана, созданное в его мастерской.

7. Миниатюра из Псалтири Ивана Грозного (80-е XIV в., РГБ). Из собр. Троице-Сергиевой лавры.

8. Инициалы Евангелия Федора Андреевича Кошки. (90-е XIV в., РГБ).

В.Н. Лазарев первый связал оформление рукописи с «мастерской» Феофана. Г.И. Вздорнов и М.В. Алпатов отнесли инициалы Евангелия к личному творчеству Феофана, усвоившему греко-итальянский стиль в генуэзских колониях Галате и Кафе.

Лит.: Грабарь И. О древнерусском искусстве. М., 1966; Лазарев В.Н. Феофан Грек и его школа. М., 1961; Алпатов М.В. Феофан Грек. М., 1979; Вздорнов Г.Н. Феофан Грек. Творческое наследие. М., 1983.

Ист.: Кочетков И А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

ФЕРАПОНТ БЕЛОЕЗЕРСКИЙ, Можайский, Лужецкий, архимандрит (1337–27.05.1426), происходил из боярского рода Посхотиных, родился в Волоколамске, в юности поступил в московский Симонов монастырь. Новоначальный инок прошел весь монашеский искус на черных работах под руководством опытных старцев, которые научили его непрестанной молитве. Но в душе преподобного таилась жажда безмолвного пустыннического жития. В одну из поездок случилось ему посетить далекую Белоезерскую сторону. Дикая ее красота и обширные ненаселенные места привлекли внимание подвижника. После возвращения в Симонов монастырь он вместе с другом, архим. Кириллом, отправился в те места. Но вместе они были недолго: ради взыскуемого ими обоими безмолвия прп. Ферапонт отошел на 12 верст от своего попутчика. Много пришлось претерпеть святому испытаний, но молитвой своей он отражал злобу зверей, пред его кротостью смирились и разбойники. Часто посещали друг друга святые отшельники, и прп. Ферапонт стал трудиться с ними, очищая место для монастыря и ставя для них кельи. Святой очень обрадовался, когда пришел к нему один иеромонах и стал совершать Божественную службу, сам же он отказался от священного сана и настоятельства, а продолжал работать наравне с другими. Обитель прп. Ферапонта была посвящена Рождеству Пресвятой Богородицы, и в ней строго соблюдался устав, написанный самим преподобным. Когда обитель посетил боярин кн. Андрея Димитриевича Можайского, он попросил святого устроить монастырь вблизи Можайска. Недалеко от Москвы-реки прп. Ферапонт основал в честь Рождества Пресвятой Богородицы Лужецкий Богородицкий монастырь с уставом Белоезерского и был поставлен его настоятелем. Святой прожил в нем 18 лет, там и скончался.

Мощи прп. Ферапонта обретены 26 мая 1999 и ныне почивают в созданном им монастыре.

Д.К.

Почитание прп. Ферапонта началось сразу после его кончины. Вскоре над его захоронением у северной стены храма Рождества Богородицы Лужецкого монастыря возвели церковь, а в Ферапонтовом монастыре на Белом оз. были составлены житие и служба чудотворцу.

Первое изображение прп. Ферапонта частично сохранилось на фреске «Святые Ферапонт и Мартиниан, припадающие престолу Богородицы» на южной стене Рождества-Богородицкого собора Ферапонтова монастыря. Ее исполнили Дионисий с сыновьями Владимиром и Феодосием над захоронением прп. Мартиниана в 1502. В 1514 были обретены нетленные мощи чудотворца, а его канонизация состоялась на Московском Соборе 1547, накануне которого игумен Ферапонтова монастыря привез митр. Макарию житие и свидетельства о чудотворениях прп. Ферапонта.

Самой ранней сохранившейся иконой св. Ферапонта считается святыня из Богоявленской надвратной церкви Ферапонтова монастыря (сер. XVII в., КБМЗ), написанная вологодским мастером. На ней святой изображен в рост, в монашеском облачении, с непокрытой головой, с разведенными в стороны руками. Десницей он благословляет, а в левой руке держит развернутый свиток с посмертным обращением к инокам: «НЕ СКОРБИТЕ БРАТИЯ НО ПО СЕМУ РАЗО ИМЕИТЕ А ЩЕ […] ДН […]».

Прп. Ферапонт Можайский. Икона из Богоявленской надвратной церкви Ферапонтова монастыря. Сер. XVII в. КБМЗ

Прп. Ферапонта нередко изображают вместе с прп. Мартинианом. Вместе они предстают молитвенниками и заступниками за обитель. В качестве примера можно назвать извод, написанный провинциальным изографом, из Ризоположенской Бородаевской церкви Ферапонтова монастыря (XVIII в., Музей фресок Дионисия) – см. ст. «Мартиниан Белоезерский». На нем святые запечатлены седовласыми старцами, в рост, в монашеском облачении, с разведенными в стороны руками. Св. Ферапонт показан с удлиненной бородой, со свитком и четками в руках, а св. Мартиниан – с округлой бородой, благословляющим левой рукой, что, возможно, явилось результатом невнимательности иконописца. Они стоят на облаках по сторонам Ферапонтовой обители, представленной в центре с достоверной прорисовкой всех зданий. В нижней части композиции изображены Бородаевское озеро с плывущим парусником и проток с перекинутым через него дощатым мостиком; вверху в облаках – образ Богоматери «Знамение».

Известна иконография, представляющая подвижника старцем с удлиненной остроконечной бородой, в трехчетвертном повороте, устремленным ввысь взором и воздетыми в молении руками. Примером может служить образ «Ферапонт Белоезерский» из храма Пророка Илии в Можайске (н. XVIII в., прописанный мон. Иулианией в 1970-х).

Прп. Ферапонт Можайский. Икона. XVIII в. Поновлена мон. Иулианией (Соколовой) в 1970-х гг. Храм Пророка Илии в Можайске

Нередко св. Ферапонта изображают в молении, обращенным к благословляющей деснице Божией в верхнем углу композиции, на фоне монастыря. Такая икона (ХХ в.) находится над ракой с мощами святого в Лужецком монастыре.

Образ прп. Ферапонта входит в редкую иконографию «Собор Белоезерских чудотворцев», где св. основатели монастырей Белоозерья – прпп. Кирилл, Ферапонт, Мартиниан, Нил Сорский, Кирилл Новоезерский, Иродион Илоезерский, Филипп Ирапский, Даниил Шужгорский – предстоят в молении Богоматери с Младенцем в небесном сегменте, в верхнем углу композиции.

Собор Белоезерских чудотворцев. Икона. Нач. XVIII в.

Существуют житийные изводы прп. Ферапонта. Одним из последних можно назвать образ «Прп. Ферапонт в житии» с 16-ю клеймами, написанный выпускниками С.Петербургской Академии художеств для храма Рождества Богородицы Лужецкого монастыря. Его особенностью является включение в композицию 4-х клейм современников и собеседников св. Ферапонта: свт. Феодора Ростовского, прпп. Сергия Радонежского, Кирилла и Мартиниана Белозерских, и события недавнего времени, а именно второго обретения мощей прп. Ферапонта в 1999, в 16-м клейме.

Ферапонт и Мартиниан Белоезерские в житии. Икона. XIX в.

В 2002, к 190-летней годовщине победы над Наполеоном, в соборный храм Лужецкой обители в местный ряд иконостаса установили икону новой иконографии – «Можайские святые». На ней представлены небесные покровители Можайска, стоящие «на воздухе» над храмами: свт. Никола Можайский, митр. Макарий Московский, новомученик Димитрий, архиепископ Можайский; новомученик прот. Константин; блгв. кн. Феодор Смоленский и св. кн. Димитрий Донской, прп. Ферапонт Можайский и Рахиль Бородинская. Над ними изображены 2 ангела, несущие Колоцкую икону Божией Матери. Память прп. Ферапонту отмечается 27 мая/9 июня и 27 дек. /9 янв., в день обретения мощей в 1514.

В. Гусакова

ФЕРАПОНТ МОНЗЕНСКИЙ, Галичский, преподобный († 12.12.1597), около 1580 в Костромской Крестовоздвиженский монастырь вступил некий таинственный пришелец, муж преклонных лет, и принял постриг с именем Ферапонта. В монастыре он пробыл 13 лет. Подвизался он в смиренном послушании и вскоре стяжал почитание всех. Узнали о нем и в городе и стали приходить к нему. Тогда св. Ферапонт решил удалиться. В то время в Павло-Обнорском монастыре двум инокам, Адриану и Пафнутию, одновременно явился во сне неизвестный инок и повелел основать обитель на берегу р. Монзы, при впадении в Кострому, причем место это будет указано чудом и на нем явится святой. Когда монастырь на Монзе был устроен, пришел туда прп. Ферапонт, которого игум. Адриан сразу же узнал – это он явился ему во сне. Все дни святой находился в молитве и подвигах: по ночам он читал Священное Писание и жития святых. Каждый день уходил в лес для уединенной молитвы. Сильные люди обижали бедный и беззащитный монастырь, но преподобный утешал игумена и братию, говоря, что если они все претерпят твердо, не падая духом, то скоро это искушение пройдет. Так и сбылось. Причастившись Святых Таин, простившись с игуменом и братией и предсказав им свою кончину, в Воскресение Святых Праотцев прп. Ферапонт скончался. Между 1617–18 гроб прп. Ферапонта стал подниматься из земли. Когда его открыли, то обрели его св. мощи нетленными. Погребли св. мощи снова в Благовещенском соборе под спудом, где они покоятся и ныне.

Память прп. Ферапонту отмечается 12/25 дек. и 27 мая/ 9 июня.

Прп. Ферапонт Монзенский. Икона. 1708я четв. XVIII в. Галич. 134х48.5. КМЗ «Ипатьевский монастырь». Из церкви Покрова с. Пема Костромской обл.

ФИЛАРЕТ (в миру Дроздов Василий Михайлович) (26.12.1783–19.11.1867), святитель, митрополит Московский и Коломенский. Один из самых замечательных подвижников XIX в. Пастырь, выдающийся богослов, он всю жизнь свою подчинил воле Божией и трудился ради Славы Божией. За великую ревность о Господе и великие труды Бог дал свт. Филарету благодатные дары прозорливости и исцелений.

В 1858 по его настоянию был издан русский перевод Библии. Он же составлял манифест 19 февраля 1861 об освобождении крестьян. Основные труды: «Начертание церковной библейской истории», «Разговор между испытующим и уверенным о Православии восточной греко-российской церкви».

Память свт. Филарета празднуется 19 нояб. /2 дек.

В.С. Глазовская. Свт. Филарет Московский. Икона. 1990-е гг. Сергиев Посад

ФИЛАТЬЕВ Иван (ФИЛАТОВ, ЯРОСЛАВЦЕВ) (упом. в 1642–1678, ск. 5.08.1678), ярославский иконописец. Отец иконописца Филатьева Тихона Иванова. В 1642–43 был у стенного письма в Успенском соборе; в 1650 расписывал собор Рождества Богородицы в Саввино-Сторожевском монастыре; в 1652 был у стенного письма в Архангельском соборе; в 1654 участвовал в росписи Троицкого собора и церквей Калязина монастыря.

В 1657 писал стенное письмо в комнате у государя; в 1658 чинил знамена; в 1659 писал на кипарисной доске икону Богоматери Смоленской – в хоромы к вел. княжне Ирине Михайловне, «двое потешных карт» золотом и серебром и ларец во дворец; в 1660 писал потешные яички царевичу; был у стенного письма в Архангельском соборе.

В 1661 (до мая) Иван Филатов вместе с Гурием Никитиным (Кинешемцевым), Иваном Владимировым, Федором Тимофеевым, Семеном Павловым и Сергеем Рожковым писал 2 иконы для царевны Ирины Михайловны (очевидно, для ее домового храма) – местные образы Спаса Нерукотворного с 12 клеймами и Покров (высотой в 2 арш.). После 1 мая им же было велено писать киот – во главе Страсти, на створах – триодные праздники, Евангелие и Воскресение.

В апреле и мае 1662 вместе с иконописцами Троице-Сергиева монастыря писал стенопись в церкви Феодора Стратилата на Троицком Богоявленском монастыре.

Весной 1665 игумен (Парфений) и братия Пафнутиева Боровского монастыря «подрядили… государева иконнаго мастера Ивана Филатова… в монастыре писать трапезу стенным письмом». 18 мая окольничий и оружейничий Б.М. Хитрово разрешил Филатову поездку в Боровск «на время» для вышеуказанной цели, приказав ему перед отъездом туда «у церкви Благовещения Пресвятыя Богородицы, на Старом Ваганькове, починить образ, что написан на дверех». В 1665 Иван Филатов был у иконного и стенного письма в Успенском соборе.

В 1666 был у стенного письма в Архангельском соборе и в церкви Нерукотворного Спасова образа, во дворце, и у починки западных дверей в Успенском соборе. В сентябре – ноябре участвовал в украшении Оружейной палаты стенным письмом. Вместе с ним участвовали: Симон Ушаков, Федор Зубов, Кондрат Иевлев, Иван Леонтьев и травщик Авраам Тимофеев.

В янв. 1668 Иван Филатов был послан с тридцатью др. иконописцами (он был во главе) в Саввино-Сторожевский монастырь «писать в больницах травное письмо», а в июле – в с. Коломенское быть во главе иконописцев, писавших травное письмо в государевых хоромах.

В 1673 под руководством Симона Ушакова «у соборныя церкви Пресвятыя Богородицы Успения над южными дверми Спасов образ Нерукотвореннаго, также и по сторонам того Спасова образа аггелов и вверху над Спасовым же образом святителей и над святительми образ Пресвятыя Богородицы писал вновь».

В 1673 Иван Филатьев руководил стенописными работами в церкви Николая Чудотворца Гостунского. В 1673 вместе с Симоном Ушаковым, Никитой Павловцем, Федором Козловым, Георгием Зиновьевым и Андреем Ильиным Иван Филатьев писал иконы для праздничного чина церкви Покрова в подмосковном с. Братцево, построенной в 1672 боярином Б.М. Хитрово. По предположениям некоторых исследователей Филатьев принимал участие в росписи церкви Троицы в Никитниках.

Из икон, написанных Филатьевым, до нашего времени дошла только одна – «Успение» (1673, ГТГ) из праздничного чина церкви Покрова в с. Братцево Московской обл.

Лит.: Кочетков И. А. Словарь русских иконописцев… М., 2003.

Иван Филатьев. Успение из праздничного чина. Икона. 1673 г. 56x43 см. ГТГ. Из церкви Покрова в с. Братцево под Москвой

ФИЛАТЬЕВ Тихон Иванов (упом. в 1675–1731), иконописец. Сын иконописца Ивана Филатьева, после смерти которого был определен на его место в Оружейной палате. Симон Ушаков оценил его мастерство как превосходящее мастерство отца. В 1684 написал икону Божией Матери Ченстоховской (не сохр.), а в 1685 иконы «Усекновения честные главы Иоанна Предтечи, преподобныя матери Параскевии, царя Иоасафа Индийского, преподобныя матери Евфросинии Суздальския».

Запись Тихона Филатьева. Троица Ветхозаветная. Икона. XIV–XVII вв. 168х144 см. Успенский собор. ГМЗМК

Тихон Филатьев. Богоматерь Смоленская. 1689. МНДМ

Тихон Филатьев. Иоанн Предтеча в пустыне со сценами жития. Икона. 1689 г. 142х122 см. ГТГ

В 1684 (1686?) принял участие вместе с артелью иконописцев, возглавляемой Федором Зубовым, в создании 14-иконного Страстного цикла для иконостаса Смоленского собора Новодевичьего монастыря. В этот иконостас мастерами Оружейной палаты был дописан дополнительный ряд икон с изображением Страстей Христовых, одну из которых – «Христос перед Пилатом» – выполнил Тихон Филатьев (МНДМ).

В 1688 он писал 3 иконы – Воскресения Христова, Николая Чудотворца и Сергия Радонежского. Летом того же года Тихон Иванов вместе с Михаилом Милютиным и Спиридоном Григорьевым писал иконы в иконостас соборной церкви Петровского монастыря, «в апостольский, пророческий, праотеческий поясы». В апостольском поясе были помещены иконы, – в средине «образ архиерейской (т.е. «Великий Архиерей»), посторон – образ Богородицын, Иоанна Предтечи, двух архангелов, апостолов Петра, апостола Павла, апостола Иоанна, апостола Матфея, апостола Июды Ияковля, апостола Андрея, апостола Иакова Брата Господня, апостола Филимона». В пророческом поясе – «образ Воплощения Пресвятыя Богородицы, посторон – царя Давида, царя Соломона, пророка Илии, пророка Еноха, пророка Наума, пророка Аввакума, пророка Исаии, пророка Захарии». В праотеческом поясе – «в средине – образ Господа Саваофа, посторон – праотцев – Адама, Евву, Авеля, Сифа, Ноя, Авраама, Исаака, Иакова, Аминодава, Иосифа, Вениамина, Осию».

На следующий год Тихон Филатьев пишет иконы для пятиярусного иконостаса церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве, построенной дьяком Иваном Кононовым Алферьевым между 1685 и 1689. Состав иконостаса: 1-й ярус: Царские врата с шестью изображениями, над ними – «Тайная Вечеря», «Спас на троне, с припадающими Иоанном Предтечей и апостолом Петром» (соименными царям Ивану и Петру Алексеевичам), «Богоматерь Иерусалимская», храмовая икона «Митрополит Алексий» (на фоне Кремля), «Иоанн Предтеча Ангел пустыни» (на фоне пейзажа), северные и южные двери с изображением архидьяконов Стефана и Лаврентия, «Михаил Малеин» (на левом клиросе), «Преп. Сергий» (на правом клиросе); 2-й ярус: «Рождество Христово», «Благовещение», «Введение во храм», «Рождество Богоматери », «Успение Богоматери», «Крещение», «Преображение», «Вход в Иерусалим», «Воскресение», «Вознесение»; 3-й ярус: «Деисус» (в центре), «Ап. Петр», «Ап. Павел», «Ап. Иоанн», «Ап. Андрей», «Ап. Иаков», «Ап. Матфей», «Ап. Филипп», «Ап. Варфоломей», «Ап. Иаков», «Ап. Фома»; 4-й ярус: «Богоматерь на престоле с Младенцем» (в центре), «Пр. Моисей», «Царь Соломон», «Царь Давид», «Первосвященник Аарон», «Пр. Иезекииль», «Пр. Исайя», «Пр. Даниил», «Пр. Наум», «Пр. Захария», Пр. Аввакум»; 5-й ярус: «Господь Саваоф» (в центре), «Адам», «Ева», «Авель», «Сиф», «Ной», «Енох», «Мафусаил», «Авраам», «Иаков», «Иов». Венчает иконостас Распятие, с предстоящими: Богоматерью, Лонгином Сотником, Марией Магдалиной и Марией Клеоповой (церковь свт. Алексия, 1908). Все иконы иконостаса приписывались Тихону Филатьеву.

Тихон Филатьев. Богоматерь Киккская. Икона. 1690–1691 гг. 118,5x78,5 см. ГИМ

Тихон Филатьев во многом ориентировался на творчество Симона Ушакова, и не только на уровне иконографии. Среди всех художников Оружейной палаты он был самым верным последователем Ушакова в «живоподобном» письме личного, доведя его в своих произведениях до идеальной законченности.

В 1690–91 Филатьев участвует в создании пятиярусного иконостаса московской церкви Рождества Богородицы в Голутвине. Надпись на иконе Спаса из местного ряда утверждает, что все иконы церкви написаны Тихоном Филатьевым. В 1695 он «с товарищами» писал иконы в местный, праздничный, апостольский и пророческий пояса церкви мц. Наталии, что на Мясницкой, против церкви архидьякона Евпла. Тихоном Ивановым (с товарищами) в 1694 были написаны в Высокопетровский монастырь в церковь Сергия Чудотворца, «что с трапезою, местныя и в иконостас иконы и царския, северныя и южныя двери самым добрым мастерством образцом, каковы святыя иконы написаны в этом же монастыре в церкви Петра митрополита». Превосходные иконы, писанные Тихоном Ивановым, находились в московских церквах св. Алексия митрополита на Глинищах, и Косьмы и Дамиана на Большой Полянке.

Тихон Филатьев. Избранные святые. Икона. 1712 г. ГМИР

С 1698 по 1701 силами царских изографов велись работы по поновлению древних икон в Успенском соборе Московского Кремля. Тихон Филатьев полностью поновил 2 иконы XIV в. – «Троица Ветхозаветная» и «Похвала Богоматери с акафистом» (с последней живопись Филатьева была удалена при реставрации). В 1701, после пожара в дворцовой церкви Рождества Богородицы, Тихон Филатьев чинил в ней икону Спаса.

В 1703 Тихон Филатьев писал иконы для церкви Архангела Михаила в Бронницах. В 1705–07 работал в Ярославле, родном городе его отца, где участвовал в росписи церкви Николы Меленки.

В 1708 Тихон Иванов участвует в починке иконостаса Благовещенского собора. 1715 датируется написанная им икона «Богоматерь Печерская, с предстоящими святителями московскими», находившаяся в церкви Михаила Архангела в Овчинниках в Москве.

Тихон Филатьев, наряду с Кириллом Улановым, был крупнейшим художником иконописной мастерской Оружейной палаты позднего периода ее существования. В его творчестве наиболее последовательно были реализованы принципы стиля царских изографов, выработанные Симоном Ушаковым.

Тихон Филатьев. Богоматерь в рост на фоне пейзажа. Деисус трехчастный. Икона. 1697–1698 гг. 35,6х29,8х3,4 см. ГРМ

Тихон Филатьев. Иоанн Предтеча в рост, на фоне пейзажа. Деисус трехчастный. Икона. 1697–1698 гг. 35,6х29,8х3,4 см. ГРМ

До нашего времени сохранилось более 50 икон Тихона Филатьева:

1. Христос перед Пилатом (1684 или 1686). Страстной ряд иконостаса Смоленского собора Новодевичьего монастыря.

2. Иоанн Богослов в молчании (1686, ЧерМО). Из Иоанно-Богословской церкви Синозерской пустыни.

3. Иоанн Предтеча Ангел пустыни (1688–89, ГТГ). Происходит из церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве.

4. Михаил Малеин (1688–89, ГТГ). Происходит из церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве.

5. Иоанн Предтеча в пустыне, со сценами жития (1688–89, ГТГ). Происходит из церкви Козьмы и Дамиана, что в Кадашах на Большой Полянке в Москве.

6. Богоматерь Смоленская (1688–89, МНДМ). Келейная икона царевны Екатерины Алексеевны.

7. Спас Вседержитель (1690–91, ГТГ). Происходит из церкви Рождества Богородицы в Голутвине в Москве.

8. Богоматерь Киккская (1690–91, ГИМ).

9. Иоанн Богослов (1690–91, ГТГ). Происходит из церкви Рождества Богородицы в Голутвине в Москве.

10. Никола и Иоанн Предтеча Ангел пустыни (1691, ГТГ). Происходит из церкви Рождества Богородицы в Голутвине в Москве.

11. Тихон Филатьев с др. неизвестными царскими изографами. Иконостас церкви Рождества Богородицы в Голутвине (ок. 1690–91, ГТГ) с 23 иконами из церкви Рождества Богородицы в Голутвине в Москве.

12. Крещение (1695–96, ГТГ). Происходит из иконостаса церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве.

13. Деисус трехчастный (1697–98, ГРМ).

14. Троица. XIV–XVII в. Запись Тихона Филатьева (1700, ГМЗМК).

15. Богоматерь Казанская (1700, ГРМ). На полях Дионисий и Агафья.

16. Спас Вседержитель (1703, ЦМиАР). Происходит из Михайловского собора г. Бронницы.

17. Богоматерь Смоленская (1703, ЦМиАР). Происходит из Михайловского собора г. Бронницы.

18. Богоматерь Владимирская (1705). Церковь с. Красное Ярославской обл. (вотчина Племянниковых).

19. Явление Богоматери ап. Андрею на горах Киевских (1705, Москва). Местный ряд иконостаса церкви Ивана Воина на Якиманке. Ранее – в церкви Трех святителей у Красных ворот.

20. Троица Ветхозаветная (1707, ГТГ). Происходит из церкви Троицы в Ново-Голутвинском монастыре около Коломны.

21. Богоматерь с Младенцем (1708, ГТГ).

22. Похвала Богоматери, с акафистом (к. XIV в.).

23. Избранные святые (Ефрем Сирин, Антипий, Арсений и Маркел) (1712, ГМИР).

24. Никола Чудтворец (1715). Церковь Иоанна Воина на Якиманке в Москве.

25. Спас Вседержитель. Местный ряд иконостаса верхнего храма церкви Успения (Троицк) в Вешняках в Москве.

Кроме перечисленных выше икон Тихону Филатьеву приписывают еще следующие иконы:

1. Алексий митрополит (1690-е, ГТГ). Происходит из церкви Алексия митрополита на Глинищах.

2. Спас на престоле, с избранными святыми (1690, ГТГ). Происходит из местного ряда иконостаса церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве.

3. Богоматерь с Младенцем на престоле (1690-е, ГТГ). Происходит из церкви Алексия митрополита в Глинищах в Москве.

4. Сергий Радонежский (1690-е, ГТГ). Происходит из церкви Алексия митрополита на Глинищах в Москве.

5. Богоматерь Неувядаемый Цвет (1691, ГТГ). Происходит из церкви Рождества Богородицы в Голутвине в Москве.

6. Успение, с коронованием Богоматери (к. XVII–XVIII вв., ГТГ).

7. Алексий человек Божий (на фоне пейзажа) (НжХМ).

8. Складень трехстворчатый: Деисус в рост с припадающими Сергием и Никоном Радонежскими; на створках – избранные святые (к. XVII в., Музей-квартира П.Д. Корина (филиал ГТГ).

9. Спас Вседержитель (к. XVII в., Москва). Церковь Иоанна Предтечи на Пресне.

10. Богоматерь с Младенцем (к. XVII в., Москва). Церковь Иоанна Предтечи на Пресне.

11. Иоанн Предтеча в пустыне. Москва, церковь Иоанна Воина на Якиманке.

12. Иоанн Богослов (к. XVII в., МНДМ).

13. Благовещение (к. XVII в., МНДМ).

14. Богоматерь Владимирская. Местный ряд иконостаса верхнего храма церкви Успения (Троицы) в Вешняках (построена в 1644–46).

15. Богоматерь Всех скорбящих Радость (к. XVII в.; ЦМиАР).

Лит.: Успенский А.И. Царские иконописцы и живописцы XVII в. Т. 2. М., 1910; Корнеева Н.И. Иконы Кирилла Уланова и Тихона Филатьева из Архангельского собора в Бронницах // Филевские чтения. Тезисы 4-й Международной научной конференции по проблемам русской художественной культуры 2-й пол. XVII – 1-й пол. XVIII в. 16–19 мая 1995. М., 1995.

Тихон Филатьев (?). Крещение. Икона. Кон. XVII в. 75х65 см. ГТГ

ФИЛАФЕТ («Правдолюбие»), икона Божией Матери. Находилась в деревянном храме с. Башарова Весьегонского у. Тверской губ. Изображенная на этой икона Богоматерь с Предвечным Младенцем была одета или как бы окутана в фелонь. Само наименование иконы «Правдолюбие» выражало ту мысль, что как Богоматерь, так и воплотившийся от Нее Спаситель являются для нас величайшими образцами праведности, добродетели и святости. После 1917 икона утрачена.

ФИЛЕРМСКАЯ «ОДИГИТРИЯ», чудотворная икона Пресвятой Богородицы. По преданию, написана св. Евангелистом Лукой и им же препровождена в Египет к назареям, т.е. лицам, посвятившим свою жизнь иноческому подвижничеству, откуда по времени она была перенесена в Иерусалим. В V в. греческая имп. Евдокия, супруга Феодосия Младшего, посещавшая Святые места, перевезла эту икону в Константинополь, где она торжественно была поставлена во Влахернской церкви. Отсюда икона была взята в XIII в. западными христианами, когда они овладели Константинополем; после она досталась рыцарям Иоанна Иерусалимского, которые принесли ее с собой на о. Родос. Когда в н. XVII в. этот остров был взят турками и рыцари переселились на Мальту, то туда перенесли с собой и Филермскую икону. В к. XVIII в., когда французы овладели о. Мальта, рыцари прибегли под покровительство русского имп. Павла I и избрали его своим великим магистром и защитником Мальтийского ордена. В то же время 12 окт. 1799 они перенесли в Гатчину и чудотворную Филермскую икону «Одигитрии» вместе с частью древа Креста Господня и десною рукою славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. Эта святыня внесена в Гатчинскую придворную церковь, а оттуда – в Петербург, в церковь Зимнего дворца. 12 окт. 1800 установлено празднование в память перенесения из Мальты в Россию части Креста, чудотворной Филермской иконы Богородицы и правой руки Иоанна Крестителя.

После 1917 Филермская икона как собственность Императорской семьи была отправлена в Данию вдовствующей имп. Марии Федоровне, матери имп. Николая II. После ее смерти в 1928 вел. кнн. Ольга и Ксения передали святыню митр. Антонию (Храповицкому), который перевез ее в Германию, а в 1932 – в Югославию, где она затерялась. В 1994, во время визита патр. Алексия II в Югославию, Филермская икона была найдена в тайнике Цетинского монастыря в Черногории. В 2001 список с древнего образа был доставлен в собор Св. Павла в Гатчине.

На иконе представлено оплечное изображение Богоматери без Младенца. Отличительной чертой образа является изображение нимба Пречистой Девы на фоне мальтийского креста, которое было введено в иконографию по велению имп. Павла в 1799.

Празднуется 12/25 окт.

Богоматерь Филермская. Икона. XI–XII вв.

Филермская икона Божией Матери. Храм Св. Иоанна Богослова Леушинского подворья в С.-Петербурге

ФИЛИПП ИРАПСКИЙ, Череповецкий, преподобный (1482–14.11.1527). В деревне, рядом с обителью прп. Корнилия Комельского появился нищий мальчик, которого привели в монастырь. Он упал в ноги прп. Корнилию и слезно просил принять в обитель. Игумен принял его и поручил ризничему старцу Флавиану, который прежде всего научил его грамоте и Священному Писанию. Вся братия полюбила юного отрока, и через 3 года он был пострижен с именем Филипп. Он ревностно подвизался в посте, ночи до утрени проводил в молитве, потом пономарил в церкви, а днем трудился в пекарне. За свою высокую жизнь прп. Филипп был поставлен пресвитером. После видения, которое было ему ночью, он попросил благословения у настоятеля и удалился на безмолвие. Преподобный пошел в Белозерский край. Здесь, между р. Андогой и ручьем Малый Ирап, он нашел тихое место. Святой построил себе келью, затем часовню и Свято-Троицкую церковь. Народ чтил его и помогал. Возникшую обитель стали называть Красноборской. Была она расположена в 52 верстах от г. Череповца. Приходивших к нему людей преподобный учил любить родителей, помнить, что Господь любит нищих и что нищие и убогие – это наши ближние. Так прожил он 15 лет, молясь за весь мир и ободряя себя словами: «Терпи, Филипп, мужайся и крепись!» В возрасте 45 лет преподобный скончался. На др. день после кончины пришел из Троицкого Александро-Свирского монастыря иеромонах Иов и вместе с прп. Германом, учеником усопшего, похоронил прп. Филиппа. Герман пробыл на могиле 40 дней, а затем ушел в свой монастырь на Кубенском озере, и там написал житие преподобного. А на месте подвигов святого возник монастырь, где и почивали его мощи. В настоящее время мощи преподобного пребывают в часовне на Воскресенском (Советском) проспекте в г. Череповце.

Память прп. Филиппу отмечается 14/27 нояб.

Прп. Филипп Ирапский в житии. Икона. XVIII в. 138,2х101 см. Череповецкий краеведческий музей

ФИЛИПП МОСКОВСКИЙ (в крещении Феодор), митрополит (1507–23.12.1569), родился в Москве, происходил из знатного боярского рода Колычевых. Отец Федора готовил сына к государственной службе. Вел. кн. Василий III приблизил ко двору молодого боярина. С Феодором сдружился будущий царь Иоанн Грозный. Когда Феодору исполнилось 30 лет, он принял решение оставить светский мир и удалился в Соловецкий монастырь, где постригся в иноки с именем Филипп. В 1546 св. Филипп был поставлен игуменом Соловецкой обители. Он много заботился о процветании монастыря. Во время его игуменства были воздвигнуты трапезный храм Успения Божией Матери и собор Преображения Господня. Св. Филипп и сам много трудился вместе с монахами как простой рабочий, укладывая стены Преображенского собора. 25 июня 1566 – по настоянию царя Иоанна Грозного – свт. Филипп был посвящен в Московского и всея Руси митрополита. Это были тяжелые годы затянувшейся Ливонской войны, годы опричнины. Святитель не боялся говорить царю правду и обличать за жестокость. Поначалу Иоанн прислушивался к советам свт. Филиппа, но позже, не перенеся обличений, приказал взять митрополита под стражу. Свт. Филипп был схвачен по время богослужения в Успенском соборе. Преданный суду, он был приговорен к пожизненному заключению. Целый год святитель провел в заточении в Тверском Отрочь Успенском монастыре. Здесь же он был задушен опричником Малютой Скуратовым. Предвидя свою кончину, свт. Филипп за три дня до этого приготовился к ней причащением Святых Таин. Мощи свт. Филиппа, доставленные в Соловецкий монастырь, в 1652 были перенесены в Москву.

Память свт. Филиппу отмечается 9/22 янв., 3/16 июля и 5/18 окт.

Филипп Московский (с житием). Средник иконы. XVII в. 104 х 86 см. ГМЗК

Свт. Филипп, митрополит Московский, прпп. Зосима и Савватий Соловецкие. Икона. Сер. XVII в. Москва. 32,6х27,5 см. КМЗ. «Ипатьевский монастырь». Происходит из Ипатьевского монастыря

ФИЛОФЕЙ (Лещинский) (в схиме Феодор), святитель, митрополит Сибирский и Тобольский (1702) (1650–31.05.1727), просветитель сибирских инородцев. Родился в Малороссии в дворянской семье. Окончил Киевскую духовную академию. Свою просветительную деятельность митрополит Сибирский и Тобольский начал с Камчатки, куда в 1705 отправил миссионера архим. Мартиниана, после которого там был монах Игнатий (Козыревский), но проповедь их не была особенно успешной, т.к. миссионерам приходилось испытывать немало препятствий. Вторая миссия была отправлена в 1707 к остякам Березовского края, а третья – в Монголию, к тамошнему «кутухте» (первосвященнику) буддистов в Халкас.

Особенно успешна была проповедь Тобольского митрополита среди остяков, вогулов и др. сибирских инородцев. В сопровождении ничтожной свиты, при тогдашних невозможных путях сообщения, миссионер почти все время своего архипастырского служения в Сибири провел в беспрестанных путешествиях среди дикарей, то просвещая светом Евангелия самоедов, вогулов, остяков, то строя храмы на Дальнем Севере и на юге, у киргизов, на Алтае, то просвещая дальних сынов окраин Сибири, лапландцев и чукчей, помогая им духовно и материально.

За все время своего архипастырского служения он просветил и крестил до 400 тыс. инородцев, не говоря уже о том, сколько он построил храмов по Сибири, сколько основал приходов, сколько заложил краеугольных камней для распространения христианства между язычниками.

Лит.: Сулоцкий А. Святитель Филофей… просветитель сибирских инородцев. Омск, 1882.

Свт. Филофей. Икона. Тобольск (?). Нач. XX в. (?)

ФЛАВИАНА (ВОРОБЬЕВА Елена) (1899–1979), монахиня, иконописец, член общества «Икона» в Париже. Начала заниматься иконописью еще во время своего пребывания в Москве. Главным ее иконописным трудом является иконостас в монастырской церкви Богородицкого Лесненского монастыря в Провемон (Франция), куда после Второй мировой войны монастырь вынужден был перебраться из Югославии.

То, что она почила в нормандской земле, уже показывает удивительную судьбу ее общины, которая в 1914 насчитывала 500 монахинь, обучавших 400 молодых послушниц на Западной Украине.

Как Оптинская или Саровская пустыни, Лесна была одним из крупнейших религиозных центров России. Царская семья совершила туда паломничество в 1900. Иоанн Кронштадтский, знаменитый размахом вызванного им духовного возрождения, лично покровительствовал монастырю. Этот монастырь был единственным, сумевшим вывезти в изгнание свою чудотворную икону.

В 1920 монастырь обосновался в Югославии с согласия короля Александра. Возникшая тогда связь с сербским народом не ослабевала, но в 1950, после прихода к власти коммунистов, пришлось покинуть Югославию и обосноваться в Фурке, к востоку от Парижа, окончательно же, в 1967, в Провемоне, среди величественных лесов нормандского Вексена.

Мать Флавиана расписала иконостас и стены храма, который так удивительно напоминал Лесненский… Унаследовав здесь интерьер храма XVIII в., мать Флавиана сумела им воспользоваться наилучшим образом. За строгим иконостасом и тремя временными алтарями, построенными по эскизам арх. Михаила Козьмина, она обставила барочное запрестолье большим вертикальным триптихом, напоминающим своими темами и расположением византийскую апсиду собора в Монреале. Над алтарем доминирует «Тайная вечеря», окруженная изображениями Отцов Церкви, от каппадокийцев до Григория Паламы, над которыми возвышается Богоматерь Оранта.

Флавианой были написаны иконы для иконостаса Храма Всех святых, в земле Российской просиявших, в Париже.

Ист.: Общество «Икона» в Париже / Сост. Вздорнов Г.И. и др. М.; Париж, 2002. С. 200–202.

ФЛАВИЦКИЙ Константин Дмитриевич (1830–1866), художник. Закончил Академию художеств по классу Ф.А. Бруни. Известен своей картиной «Княжна Тараканова» (1864, ГТГ). Внес заметный вклад в русское религиозное искусство. Им написаны картины «Дети Иаковы продают своего брата Иосифа» (1855) и «Христианские мученики в Колизее» (1862; ГРМ).

К.Д. Флавицкий. Дети Иакова продают своего брата Иосифа. 1855 г. ГРМ

К.Д. Флавицкий. Христианские мученики в Колизее. 1862 г. ГРМ

ФЛОР И ЛАВР, святые мученики, претерпевшие гибель за веру (II в.). Русские крестьяне видели в этих святых покровителей лошадей; так, в одном стихе поется: «Попаси ему, Господь Бог (т.е. хозяину), Флор и Лавр лошадок» и т.д. Подобным образом в «Сказании о святых мучениках» Флору и Лавру полагается особая молитва от конского падежа. Отсюда и самый день свв. Флора и Лавра получил название лошадиного праздника, который во многих местах нашего Отечества совершался с большой торжественностью. Крестьяне в этот день остерегались работать лошадьми и давали им совершенный отдых, чтобы в противном случае не накликать конского падежа; во многих местах в этот день хозяева выводили своих лошадей к рекам и озерам, купали их в воде и потом завивали лентами их гривы в косы, приводили к церквам, служили над ними молебствия с водосвятием и потом окропляли их святой водой, а у старообрядцев даже окуривали ладаном. В благодарность за освящение, которое совершалось приходским священником, в некоторых внутренних губерниях России, напр. в Орловской, крестьяне пекли хлеб, оттискивали на нем знаки в виде конских копыт, и потом собирали и жертвовали священнику. На каком основании указанные верования и обычаи приурочены к имени и дню свв. Флора и Лавра – на это мы вовсе не находим никакого объяснения в житии этих св. угодников. Мало того, Димитрий Ростовский прямо замечает, что в повествовании об этих угодниках решительно нет никаких положительных данных для вышеуказанных народных верований и обычаев.

В Древней Руси на иконах рядом с ликами свв. Флора и Лавра очень часто изображались лошади, и в древних русских подлинниках именно под 18 авг. о свв. Флоре и Лавре читаем даже наставление, что «эти угодники должны быть не иначе писаны, как с этими покровительствуемыми ими животными». И в старину в России было слишком много подобного рода изображений свв. Флора и Лавра. Как на один из таких древних памятников живописи можно, между прочим, указать на икону, на которой представлены свв. Флор и Лавр, св. Власий и св. Модест, которым внизу подводят коней, и подъезжают конные воины в дорогих одеждах и доспехах. На др. иконе Флора и Лавра представлены невдалеке от них на широкой зеленой поляне гуляющими и толпящимися у ручья лошади.

Не находя прямого указания для объяснения упомянутых верований и обычаев в житии свв. Флора и Лавра, Н.М. Карамзин предполагал, что обыкновение приводить на день свв. Флора и Лавра лошадей к церкви происходило от древнего языческого обычая. И Димитрий Ростовский, обличая иконописцев за неправильное изображение свв. Флора и Лавра с лошадьми, между прочим, говорит: «И иная много обыкоша тии писати, акоже святых мученик Флора и Лавра с лошадьми, яже суть небылица».

Большинство русских икон, посвященных свв. братьям, следуют изводу, носящему название «Чудо о Флоре и Лавре». Самые ранние из этих икон были созданы в XIV в., как, напр., образ, хранящийся в Русском музее. Одна из самых красивых – икона XV в. из Третьяковской галереи, пленяющая соразмерностью, тонкостью рисунка и праздничным сочетанием цветов – золотого, алого, изумрудного, белого и черного.

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. XV в. 47х37 см. ГТГ

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. Нач. XVI в. 66,7х51,5 см. ГТГ

В основе сюжета таких икон лежит предание о том, как Флор и Лавр помогли пастуху отыскать потерявшихся коней. Изображается на иконе, впрочем, не пастух, а архангел Михаил, подающий свв. братьям поводья двух коней. Внизу конюхи Спевзипп, Елевзипп и Мелевзипп гонят к водопою табун. Эти три имени – смысловые, означают соответственно «ускоряющий бег коня» и «ухаживающий за конем». Их носители также почитаются как свв. мученики: были казнены в Каппадокии во II в. за деяние, подобное тому, что совершили Фрол и Лавр. Они сокрушили идолов в храме Немезиды, при котором служили конюхами.

Флор и Лавр. Икона. XVI в. 95х73 см. ЧерМО

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. 2-я пол. XVI в. 87х64,2 см. ГРМ

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. 1603 г. 181х130,5 см. ЧерМО

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. 2-я пол. XVII в. 90х77 см. Иркутский ОХМ

Чудо о Флоре и Лавре. Икона. XVIII в. 31,5х26 см. ГМИР

На некоторых иконах такого типа присутствуют свтт. Спиридон и Власий. Они тоже почитались на Руси как покровители домашнего скота, и поэтому представлялись рядом с Фролом и Лавром.

Ист.: Майорова Н., Скоков Г. Русская иконопись. Сюжеты и шедевры. М., 2007.

ФЛОРЕНСКИЙ Павел Александрович (9.01.1882–8.12.1937), священник, православный философ, ученый-энциклопедист, исследователь иконы. Центральный вопрос его главной работы «Столп и утверждение Истины» (1914) – обоснование истинности православной догматики, особенно Триединства. В окт. 1918 Флоренский был приглашен в Комиссию по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры. Комиссией принято и научно описано огромное историко-художественное богатство лавры и спасено национальное достояние неизмеримой духовной и материальной ценности. Вопросам философии художественного творчества посвящена работа Флоренского «Обратная перспектива» (1919), в которой разработаны понятия прямой и обратной перспективы как конкретно-исторических типов художественного изображения, соответствующих «возрожденскому» и «средневековому» миропониманию. С основными типами миросозерцания связаны средства, какими живописец символизирует пространственно-временные отношения. Соответственно этому в монографии «Иконостас» (1922) Флоренский рассматривает икону как высший художественный символ духовной реальности. Как символ Икона больше себя самой. Она не только «окно в иной мир», но и свидетельница этого мира. Символическое значение имеют вещественные составляющие иконы: доска, левкас, краски. Павел Александрович верил в возможность «райской цельности творчества» в любую эпоху и связывал ее с доступной человеку духовной гармонией, что живет в глубинах личности.

А. Стрижев

ФРЕСКА (итал. – свежий, сырой), техника живописи красками, разведенными на чистой или известковой воде, по свежей сырой штукатурке. При высыхании на поверхности стены образуется тончайшая пленка карбоната кальция, которая закрепляет краски и делает фреску долговечной.

Фресковая живопись ведет свою историю с давних времен. Она применялась в Древнем Египте, Греции, Риме, Византии и Италии в период Возрождения, а на Руси известна с XI в. Согласно летописным источникам, русский народ быстро освоил живописные приемы византийцев. Подавляющая часть росписей выполнена русскими художниками. О греках, работавших в древнерусских храмах, сохранились всего 5 упоминаний. Самое раннее из них относится к 989, когда св. кн. Владимир пригласил греческих мастеров для строительства Успенской Десятинной церкви, а уже в 1043–67 над воздвижением и украшением Софийского собора в Киеве работала смешанная артель византийских и русских мозаичистов и живописцев. В к. X–XI в., в период формирования древнерусской живописи, греки действительно приглашались для обучения русских людей и исполнения работ в церквях, но только в сотрудничестве с местными мастерами. В последующие столетия их участие в отечественном церковном искусстве становится редким. Новгородские летописи хранят единичные имена: Гречина Петровича, расписавшего Богородичную церковь «на воротех» (1196), Гречина Исаию с товарищами, выполнившими фрески храма Входа в Иерусалим (1338) и Феофана Грека, исполнившего роспись церкви Спаса Преображения (1378). Греческие мастера принимали участие в украшении Дмитриевского собора во Владимире (к. XII в.) и московских храмов XIV в. Среди них особо выделяется «Феофан иконник, Гречин философ», или Феофан Грек, имевший русских учеников и работавший вместе с Семеном Черным и Андреем Рублевым.

Фресковой живописью занимались мастера-иконописцы, которые принадлежали к ремесленной среде и пользовались особым уважением как занятые богоугодным делом. Они объединялись в мастерские, располагавшиеся при монастырях или княжеских дворах. Среди них могли быть как монахи (Андрей Рублев), так и миряне (Дионисий). Иконописцы писали образа в мастерской, а художники, получившие заказ на роспись церкви, покидали ее и объединялись в так называемую странствующую артель. Переходя из одного места в другое, артели часто меняли состав. В небольших церквах могли работать 2–3 чел., а в крупных соборах – до 10 чел. В XIV–XV вв. количество мастеров в артели увеличилось, а в XVII в., в связи с усложнением композиций, масштабы которых значительно уменьшились, число артельщиков возросло до нескольких десятков.

Апостол Иаков Алфеев. Фреска. XII в. Владимир

Св. Панкратий Тавроменийский. Фреска. XV в. Новгород

Прп. Пимен Великий. Фрагмент фрески. XV в. Успенский собор Московского Кремля

Св. Николай Чудотворец. Фреска. Собор Св. Софии в Киеве. Юго-западный угол наоса под хорами

Св. жена. Фреска. Собор Св. Софии в Киеве

Св. Георгий. Фреска. Собор Св. Софии в Киеве. Северо-западный подкупольный столб

Фресковая живопись очень трудоемка. К расписыванию храма мастера могут приступить только через год после его сооружения, когда стены хорошо просохнут. Работу начинают весной, чтобы проводить ее в теплое время года и завершить к сентябрю. Фреска требует быстрого исполнения и исключает возможность исправлений. Первоначально живописцы выполняют подготовительный эскиз композиции и ряд этюдов к нему, в которых тщательно прорабатывают все детали. Затем они изготавливают картон в масштабе, соответствующем фреске, с нанесенным на него вспомогательным рисунком. Его устанавливают на месте, предназначенном под роспись для определения взаимодействия фрески с архитектурой здания. Если размеры композиции велики, то картон разделяют на участки так, чтобы границы проходили по контурам отдельных деталей. Рисунок с картона переносится на стену двумя способами: 1) картон разрезают на отдельные фрагменты, которые прикладывают на расписываемую поверхность; 2) с рисунка снимают кальку, которую затем используют как трафарет для припороха (см.: Приемы иконописца).

При фресковой живописи применяются природные (натуральные) и искусственные щелочестойкие сухие пигменты. Из натуральных наиболее часто используются охры, сурик, сиены, умбры, цветные туфы, лазурит и малахит (см.: Краски иконописца), а из искусственных, разнообразных по цветовой гамме и позволяющих расширить колористические возможности фрески, – кадмии, кобальты, ультрамарин, марсы.

Лучшими образцами древнерусской стенописи стали фрески Снетогорского монастыря в Пскове (1313) и Ферапонтовой обители в Вологодской епархии (1502).

Лит.: Лазарев В.Н. Искусство Древней Руси. Мозаики и фрески. М., 2000.

В. Гусакова

Изменения в русской фреске в XVII–XVIII вв. Отступления от иконописного канона, предпринятые даровитыми костромскими мастерами в XVII в., не ограничились только частичными вариациями, а привели незаметно к полному перерождению фрески. Прежде всего, эти мастера отвели в своих позднейших росписях огромное место быту, давно приобретшему права гражданства в иконах, гл. обр. в житиях, окружавших центральное изображение. На стенах церкви Ильи Пророка в Ярославле, расписанных Гурием Никитиным и Силою Савиным, появляются во множестве лошадки, кибитки, современные русские и восточные костюмы. Эти фрески по-прежнему красиво переливаются розовыми, голубыми, желтыми и оранжевыми красками, но живописное задание, самый смысл его уже совершенно иной. Авторам, прежде всего, хочется рассказывать и иллюстрировать тексты Писания. Они забывают о задачах монументальной стенописи, не ищут ни больших масс, ни певучих линий. Их краски красивы, но нет прежней сгущенности гаммы: вместо 3–4 сильных основных отношений, все чаще являются десятки слегка потушенных цветов, дающих впечатление приятно подобранных, но пестрых ковров. Стремясь рассказать как можно больше, они становятся менее разборчивыми в средствах и с жадностью цепляются за малейшую подробность, иллюстрирующую рассказ. Эти подробности постепенно заполняют всю фреску, отодвигая назад, а иногда и в конец, убивая основную тему. Но этого мало: чем больше хочется рассказать, тем больше надо иметь на стене картин, – и вот вместо прежних больших фресок с крупными фигурами появляются маленькие картинки с крошечными изображениями. Некогда в храмах Византии и Киевской Руси изображений было немного, но все они колоссальных размеров и помещаются в 2, много в 3 ряда. Три пояса фресок мы видим еще и в Новгородском храме Спаса Нередицы; в позднейших Новгородских церквах и соборе Спасо-Преображенского монастыря их уже 4, в церквах XVII в. число поясов доходит до 6, а в поздних до 7 и даже 8. Стена измельчена и пестрит дробностью изображений, создавая иной раз, в самых поздних провинциальных церквах, впечатление узорных обоев. Монументальной живописи больше не стало.

Царь Михаил Палеолог. Фреска. 1666–1668 гг. Юго-западный столп Архангельского собора Московского Кремля

Надгробные портреты московских князей. Фреска. 1666–1668 гг. Архангельский собор Московского Кремля

Кн. Михаил Юрьевич. Фреска. 1666–1668 гг. Северная стена Архангельского собора Московского Кремля

Последние мастера умиравшего большого стиля, они были и первыми мастерами новой фрески, ибо в своем позднейшем искусстве навеки похоронили то, чему вначале поклонялись сами. Совершившийся переворот можно сравнить с тем, который пережила Италия в эпоху раннего Возрождения, когда грандиозный стиль, наследованный от Византии, сменился весело и пестро рассказанными картинками. Смысл переворота от Дионисия к Гурию Никитину «последней манеры» совершенно тот же. И если во фресках Ферапонтова монастыря чувствуется некий величавый дух, то в живой и бойкой росписи Ипатьевского монастыря и еще более в цикле фресок, иллюстрирующих сказание о Федоровской Божией Матери, в ярославском храме того же имени, оживает говорливый и жизнерадостный стиль кватроченто.

Битва Гедеона с мадианитянами. Фреска. 1666–1668 гг. Южная стена Архангельского собора Московского Кремля

Чудо о пастухе Василии. Фреска. 1666–1668 гг. Южная стена Архангельского собора Московского Кремля

Апостол Петр открывает двери в рай. Фреска. 1666–1668 гг. Западная стена Архангельского собора Московского Кремля. Деталь композиции «Страшный суд»

Аристотель. Фреска. 1689 г. Преображенский собор Новоспасского монастыря

Помимо измельчания фресок, была еще одна причина, оказавшая влияние на общий характер росписей к. XVII в., – новые сюжеты, которых не видели дотоле стены русских храмов. На внутренних стенах церквей появились, кроме изображений Вседержителя, Спасителя, Богоматери «с житиями» и главнейших Евангельских событий, еще такие циклы, как «Хождение Иоанна Богослова» и тому подобные. Но особенно широкое поле открылось для применения новых сюжетов с тех пор, как привился обычай расписывать паперти. По всей вероятности, это расширение допустимых в храме сюжетов произошло в эпоху Грозного, когда появились первые иллюстрации к Апокалипсису. Святые врата Ярославского Спасо-Преображенского монастыря – не храм, и естественно, что именно здесь мы видим первых страшных существ – чертей или Смерть на коне, сюжеты столь излюбленные в позднейших росписях. Появившись на церковных папертях, изображения на апокалипсические темы переходят вскоре на стены самого храма, открывая дорогу все новым светским мотивам. Но главным местом этих свободных от канона росписей служат паперти, которые в ярославских, романовских и костромских церквах сплошь покрыты фресками (см.: Ярославские фрески). В этих городах началась настоящая мода на роспись церковных стен, и надо удивляться, откуда только брались те сотни мастеров, которые были надобны для того, чтобы покрыть мелкой и сложной росписью десятки квадратных верст.

Набирая себе помощников из местных людей и наскоро обучив их основам своей художественной грамоты, иконописцы, руководившие работами, допускали их помощь, конечно, только при росписи папертей, стены же самого храма расписывали сами, вместе с лучшими из «товарищей». Отсюда разница, неизменно замечаемая между живописью церкви и паперти. В первой всегда видна опытная, гораздо более умелая рука, во второй есть след любительства.

Если искусство Гурия Никитина последних лет напоминает кватрочентистов, то росписи папертей обоих соборов Романова-Борисоглебска можно сравнить только с лубками. Наиболее типичными лубками среди всех известных нам фресок являются те, которыми неизвестный автор, явно вышедший из народа, а не из профессиональной среды иконописцев, украсил стены ярославской церкви Федоровской Божией Матери, не расписанные раньше Гурием Никитиным. При всей грубости, это – чудесное, подлинно народное искусство, напоминающее старинные расписные предметы обихода – лари, сундуки, лукошки и т.п. Лубок здесь во всем, – и в композиции, в которой мы тщетно станем искать древней симметричности и архитектурности построения, и в рисунке чисто народном – одновременно и в грубом и выразительном, и всего более в красках, примитивных до последней степени, слишком быстро найденных, но в то же время забавных, не лишенных известной остроты и местами даже сильных.

Если в самом храме нет ничего оскорбляющего глаз, то на паперти попадаются лубки, краски которых прямо неприятны, причем эти куски не всегда приходится относить на счет «убийственных поновлений» палехских мастеров. Главная ценность фресок в их бесподобной выдумке, одинаково счастливой в таких лирических темах, как «Явление Толгской Божией Матери епископу Трифону» и в таких патетических, как «Христос на поле брани». Последняя композиция сочинена с силою, которой могли бы позавидовать самые изысканные по части выдумок мастера. Как в этой фреске, так и в др., трактующих «классическую» одежду, складки намечены столь энергичными и смелыми штрихами, что до известной степени заменяют измельчавшим изображениям их утраченную монументальность. Господь Саваоф, почивающий от дел творения, несмотря на ничтожные размеры фрески, дает иллюзию величия.

Более поздние росписи становятся все мельче, и задачи декоративные окончательно уступают место повествованию. Если в Толчкове, при всех недочетах фресок, ясно видишь, что они продиктованы чисто декоративным чувством, то в близких в XVIII в. ярославских росписях, и особенно в поздних костромских не улавливаешь ни одной черты, позволяющей видеть в них нечто поднимающееся над бесхитростной иллюстрацией и добросовестной заказной работой. Только изредка какая-нибудь черточка, вроде лошадок, везущих повозку, скрашивает тоскливую пестроту стены, какой-нибудь апокалипсический, удачно выдуманный зверь остановит внимание взмахом своих семи голов и взлетом гигантского хвоста. Да счастливо удавшийся кусок узорной одежды дает впечатление подлинной декорации.

Ярославский тип фрески получил в к. XVII в. и в н. XVIII в. большое распространение по всему северу, и мы видим ярославских мастеров особенно усердно работающими в Вологде. См. также: Владимиро-Суздальские фрески, Новгородские фрески, Киевские фрески, Ярославские фрески.

Ист.: Грабарь И.Э. История русского искусства. История живописи. Т. 1. Допетровская эпоха. М., 1910–13. С. 495–511.

ФРОЛОВ Гавриил Ефимович (1854–1930), иконописец-старообрядец. Родился в Черниговской губ. в семье иконописца. В 1867 семья Фроловых переехала в Режицу – центр старообрядчества в Прибалтике. Здесь отец художника открыл иконописную мастерскую. В 1875 семья поселилась в Москве при старообрядческой общине на Преображенском кладбище, но в 1879 вновь вернулась в Режицу. В 1890, отделившись от семьи, Фролов навсегда переселился в д. Рая на берегу Чудского оз. Созданная им мастерская стала крупнейшим центром, сохранявшим традиции русского иконописания в ХХ в. Иконы Фролова находятся во многих старообрядческих общинах России, Латвии, Эстонии, а также в музейных собраниях (Музей икон, Реклингхаузен; Глиптотека Ню Карлсберг, Копенгаген и др.). Среди его учеников следует назвать П.М. Софронова, который своим искусством создал международную славу школе Фролова.

Ист.: Красилин М.М. Обследование памятников искусства на территории Латвийской ССР (древнерусское искусство и традиции). В сб.: Художественное наследие. ВНИИР. Вып. 10. М., 1985; Красилин М.М. Фролов Г.Е. // Иллюстрированный словарь русского искусства. М., 2001.

Г.Е. Фролов. Святая Троица, с деяниями 1-я четв. XX в. Москва. 106х86,7 см. Из собрания М. де Буара (Елизаветина)

Г.Е. Фролов. Николай Чудотворец. Икона

ФРЯЖСКОЕ ПИСЬМО (ФРЯЗЬ). Русские иконы, написанные в иноземном духе. «Фрязями» на Руси называли иностранцев, прежде всего, итальянцев. «Иноземщина», или «фрязь» вошла в русскую иконопись не сразу, а вливалась в нее на протяжении долгого времени. Уже строгановские мастера (см.: Строгановская школа), дожившие до воцарения Михаила Федоровича, были в значительной степени заражены фряжским духом, и с этого времени редкая русская икона вполне свободна от влияния западных форм. Даже в тех случаях, когда иконописец прибегал к намеренной архаизации и обращался к древним «переводам», он, при самом добром намерении списать точную копию со старой иконы, вносил в нее черты нового пошиба. С такой «фрязью» в Москве скоро свыклись, и не она послужила поводом к той ожесточенной борьбе, которая разыгралась несколько лет спустя после кончины Михаила Федоровича. Строгановской «фрязи» попросту не заметили, т.к. иконы строгановских мастеров, прежде всего, вполне каноничны, а тот легкий уклон в сторону «фрязи», который мы в них замечаем, необыкновенно удачно слился с преданиями новгородского искусства. Иностранцы привозили с собой «куншты» – гравюры, которые в это время получили в Европе большое распространение. Тогда-то и появились первые «латинские и Лютеровы поганые образа», вызвавшие в Москве бурю. Помимо неканоничности сюжетов, была в этих иконах еще одна черта, также немало смущавшая умы. Эту сторону новшества ярко формулировал протопоп Аввакум в своей знаменитой филиппике против «богомерзких» икон: «А все то писано по плотскому умыслу, понеже сами еретицы возлюбиша толстоту плотскую и опровергоша долу горняя».

В том противопоставлении «плотского» (материального) и «горняго» (духовного), реального и идеального, лежит суть проблемы. «Не подобает правоверному и глядеть много, не токмо кланятися таким неподобным образам», – убежденно восклицает Аввакум. По его мнению, все, что изображается на иконе, есть некий горний мир, нечто идеальное, существующее вне видимой телесной, осязаемой действительности, и всякое приближение к этой повседневности и прозе есть уже кощунство, ересь и «от диавола». Но все эти исступленные речи не могли уже остановить начавшегося движения, которому сочувствовали сам царь Алексей Михайлович и его любимец, начальник Оружейной палаты боярин Хитрово. В противоположность своему отцу, царь Алексей Михайлович был менее всего охранителем старых преданий в иконописи. Из множества сохранившихся документов Оружейной палаты видно, что его личные вкусы были совершенно определенно направлены в сторону того самого «плотского», реалистического искусства, которое привело в негодование неистового Аввакума. Поручая заведование всем иконописным делом на Руси Оружейничему Богдану Матвеевичу Хитрово, Алексей Михайлович, конечно, знал о сочувствии последнего «фряжскому делу». Но любопытнее всего то, что, может быть, самую решительную поддержку новое направление нашло в лице патр. Никона, столь горячо восставшего против «немецких» икон. В то время как Аввакум нападал гл. обр. на низведение «горнего» искусства – «долу», на его вульгаризацию, – как он сказал бы, если бы жил в современную эпоху, – патр. Никон возмущался только их «неправославием», которое усматривал исключительно в католических и лютеранских сюжетах и мыслях, перенятых русскими иконописцами у западных мастеров. Никто так охотно не позировал для портретов, никто так не ценил «живописное письмо», как именно Никон и, конечно, ему не меньше, чем царю и Хитрово, русская иконопись 2-й пол. XVII в. обязана своим полным перерождением. Но, конечно, роль этих лиц, – и царя, и Хитрово, и патр. Никона – сводилась только к покровительству новшествам. Надо было явиться иконописцу, наделенному достаточным дарованием и особым новаторским темпераментом, чтобы новым исканиям была обеспечена победа. И такой человек явился в лице знаменитого царского «изографа» Симона Ушакова, после Андрея Рублева, пожалуй, единственного общеизвестного мастера во всей истории древнерусского искусства.

Ист.: И.Э. Грабарь. История русского искусства. История живописи. Т. 1. Допетровская эпоха. М., 1910–1913. С. 425–427

ФУНТУСОВ Михаил (сер. – 2-я пол. XVIII в.), иконописец. Крепостной художник Шереметевых. Известны его подписные произведения: «Собор Пресвятой Богородицы» (1755, ГЭ), «Воскресение Христово с праздниками» (1761, ГЭ), «Богоматерь всех скорбящих Радость» (1783, ГМИР).