Литые кресты XIV-XVI веков как свидетели истории образования Московской Руси

Издание четвёртое, дополненное

Четвёртое, для пользователей интернета, дополненное новым иллюстративным материалом издание, рассказывает об истории образования Московской Руси, православных наперсных и нательных крестах, времени их бытования, технологии изготовления и многом другом. В книге представлены фотографии более двух тысяч крестов от XI до начала XVII вв. Для широкого круга читателей, интересующихся историей России.

Светлой памяти Преподобного

Сергия Радонежского,

явившего высочайший пример

служения Богу и отечеству,

посвящается.

Содержание

Князь Даниил Александрович.

Даниил Александрович родился согласно летописям в ноябре-декабре 1261, скончался 5 марта 1303 в Москве. Он был младшим сыном Александра Невского. С 1263 года, а точнее с 1277 года, является удельным князем московским. Князь Даниил родоначальник московской ветви рода Рюриковичей, князей московских и первых царей.

Уважаемый читатель! Вы не найдёте в этой книге упорядоченного рассказа об истории образования Московской Руси. Книга развивалась во времени по мере накопления и осмысления автором исторического материала. Всё начиналось с исследования одного, частного вопроса о происхождении крестов-энколпионов с килевидным окончанием, появившихся в конце XIV начале XV вв. По мере углубления в тему автору становилось ясно, что даже такое прикладное исследование невозможно без анализа исторических событий и глубинных причин, способствовавших появлению предметов личного благочестия того или иного облика, так как эти предметы отражают идеологическую направленность каждого конкретного времени. Разгром монголами русских княжеств разорвал привычные отношения между ними, хотя и разбитыми на уделы, но объединёнными единой культурной и идеологической связью. Стремление объединить Русь, так ясно выраженное в «Слове о полку Игореве», было естественным желанием народов говорящих и пишущих на одном языке, и живущих в едином культурном пространстве. Нельзя говорить об образовании Московской Руси игнорируя предысторию этого государства. А в таком, злободневном сейчас, вопросе как единство славянского мира, просто необходима историческая объективность и правда. Многовековые атаки идеологических противников привели к созданию образа Москвы как врага Украины, Польши, прибалтийских стран и Белоруссии. Коварно внушаемая молодёжи этих стран версия об их исключительности и первичности их прав на владение отдельными территориями, привела к возрождению национализма в худшем его проявлении – нацизму. История, вера и экономика, вот те «три кита», на которых покоятся противоречия между народами. Однако если больно ударить по прошлому от боли вскрикнет будущее. Иллюстрациями в этой книге являются фотографии находок любителей поиска с металлодетектором, найденных за последнее десятилетие. Эти люди в России, Украине и Белоруссии, находя предметы христианской символики, реально убеждались в общности нашей культуры и веры. Что бы ни говорили наши враги, все мы вышли из купели равноапостольного великого князя Владимира.

Разгром Киевской Руси был закономерен и неизбежен. Недолгое существование централизованной власти превратилось, благодаря архаичному наследственному праву, в институт удельного княжения, что и привело в середине XII века к раздроблению сил государства и междоусобице. В свою очередь это повлекло усиление влияния ближайших западных соседей Руси, живущих рядом с этими территориями. Со временем всё правобережье Днепра, и сама бывшая столица Киевской Руси, на столетия оказались под влиянием других народов и идеологическим давлением католицизма. Но, безусловно, главной разрушительной внешней силой для Киевской Руси стало нашествие монголов.

Вот как описывает Киев после завоевания монголами Плано-Карпини: «...они пошли против Руссии и произвели великое избиение в земле Руссии, разрушили города и крепости и убили людей, осадили Киев, который был столицей Руссии, и после долгой осады они взяли его и убили жителей города; отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили бесчисленные черепа и кости мёртвых людей, лежащие в поле; ибо город был весьма большой и очень многолюдный, а теперь он сведён почти ни на что: едва существуют там двести домов, а людей тех держат они в самом тяжёлом рабстве. Продвигаясь отсюда, они сражениями опустошили всю Руссию. Из Руссии же и из Комании (куманы – половцы) вышеназванные вожди подвинулись вперёд и сразились с Венграми и Поляками...»

Свидетельство папского посланника показывает нам Киев начинающий восстанавливаться после разгрома. Город, в котором до нашествия монголов проживало пятьдесят тысяч человек, и который уступал только Парижу по численности населения, превратился в небольшой городок. Но его историческая роль от этого не стала меньше. Киев оставался символом старшинства русских городов, «матерью городов Русских». Хан Батый передал его в правление великому князю Ярославу Всеволодовичу, а после сыну его Александру Невскому. Благодаря Печерскому монастырю продолжается летописание и литературная традиция. В это время появляется «Слово о погибели Рускыя земли», автором которого был киевлянин. Архимандрит Печерского монастыря Серапион позднее становится Владимирским епископом.

Теперь значение Киева как древней столицы было чисто номинальным. Поэтому Батый, утверждая в 1243 году владимиро-суздальского князя Ярослава старшим, передал в его правление и Киев, заведомо предполагая, что князь туда не поедет. Так и произошло, в Киев поехал наместник князя. Политика ханов: Батыя, Сартака, Улагчи, была практична назначать князей в Киев, зная, что они туда не поедут. Таким образом, Орда получала преимущество в противостоянии с Даниилом Галицким. Политика разжигания соперничества между владимирскими князьями и их южнорусскими (черниговскими и галицкими) претендентами на главенство на Руси, продолжалась и после смерти в 1264 году, князя Даниила Галицкого. Но Киев не прекратил существование и развивался даже в тяжелейших условиях второй половины XIII века. Вернулась часть ремесленников бежавших от монголов на запад. В летописи говорится: «бежаху ис татар седельници и лучници, и тульници, и кузнице железу и меди, и серебру». В сообщении Матвея Парижского упоминается, что беженцы из Киевской земли были даже в далёкой Саксонии. Многие из них осели в городах Галицко-Волынского княжества. Конечно, значение города и торгово-экономические его возможности значительно сократились, но город жил, несмотря на сильнейший гнёт, и татар, и своих феодалов. В Киеве утверждались епископы всех русских княжеств. Выдающийся сподвижник Даниила Галицкого и Александра Невского митрополит Кирилл, был сторонником единения Руси и противостояния папству и крестоносцам. В самом конце XIII века, в 1299 году, митрополит Максим перенёс свою резиденцию из Киева во Владимир-на-Клязьме. Для будущей Московской Руси это стало определяющим событием. Так была перевёрнута последняя страница истории Киевской Руси. События второй половины XIII века перекроили «лоскутное одеяло» русских княжеств, домонгольская Русь уступила место новым историческим перспективам развития будущего русского государства. Следует отметить, что одним из слагаемых, почему Москва стала центром притяжения для создания нового русского государства, была немалая заслуга московской ветви рода Рюриковичей, их целеустремлённости и последовательности, невзирая на всяческие династические коллизии.

Расцвет христианской культуры перед нашествием монголов сменился общим упадком культурной жизни, вызванным изменениями привычного уклада, разорением и обнищанием русских княжеств от поборов, оттоком квалифицированных ремесленников в Орду, а то и просто их смертью. Это и было причиной упадка ремёсел, в том числе и литья мелкой христианской пластики в первые десятилетия завоевания. Но Церковь пользовалась поддержкой ханов, которые хорошо понимали роль религии в политических играх. Не трогая веру покорённого народа, подтверждая ярлыки на митрополию выданные византийскими патриархами, они поступали очень дальновидно. Однако огромное разнообразие христианской пластики домонгольского периода кануло в прошлое. Полукустарные переливки старых образцов, робкие попытки создания нового характерны для этого периода. Отсюда и сложность в атрибутировании пластики второй половины XIII и самого начала XIV веков. В западных областях, в течение последующих столетий, происходит усиленная «латинизация» местного населения. Русскими форпостами остаются Новгород и Псков. Не разрушенными остались Полоцк и часть Смоленщины, но они входят в сферу влияния Литвы. Борьба за Смоленщину, потерявшую свою силу и значение в результате опустошительных междоусобных войн и эпидемий чумы, очень долго идёт с переменным успехом. Все эти исторические реалии нашли своё отражение и в произведениях мелкой христианской пластики. Она прекрасно отражает изменения, происходящие в обществе, объединённом одной, но не единой религией и разобщённом политически. Следует подчеркнуть, что образование русского централизованного государства проходило с неизменной поддержкой Церковью конкретных представителей княжеской власти, союз с митрополитом позволял Москве проводить свою политику централизации. Поэтому до сих пор и вызывает ненависть у наших врагов Русская Православная Церковь, что уже не одно столетие является духовным стержнем Московской Руси и оплотом православия. Эта книга позволяет взглянуть на историю возникновения Московской Руси с неожиданной стороны, через предметы личного благочестия христианина – нательные и наперсные кресты.

Крест сопровождал русского человека от рождения до смерти. Нет достоверных сведений, какие крестики одевали на крещёных младенцев в домонгольской Руси, как, впрочем, и о многих других обстоятельствах жизни в первые века принятия христианства. Мы можем предполагать и делать выводы только на основании самих крестов, найденных в земле. Объективные причины способствовали потере креста человеком, непрочность шнурка, протёртость оглавия или его поломка. Было немало и других причин, по которым крест попадал в землю. За прошедшие века в земле оказалось огромное количество предметов личного благочестия нательных и наперсных крестов. В совокупности с анализом археологического материала, статистики находок, их территориального распределения и известных исторических фактов, кресты позволяют прослеживать историю развития общества, по крайней мере, духовную составляющую этой истории, а это главный стержень, благодаря которому сохраняются и государства, и народы. На Руси таким стержнем, вот уже более тысячи лет, является Русская Православная Церковь. Сквозь бесчисленные войны, революции и агрессию внешних врагов, пронёс и сохранил русский человек веру в своего Бога, а Бог сохранил Русь. Кроме истории народа, кресты открывают нам и эстетические воззрения русских людей, их чувство прекрасного. Православная вера на Руси способствовала созданию уникального творения таланта и духа – Русскую Икону. В ней воплотились представления и мечты русского человека о Мире Божьем. В произведениях мелкой христианской пластики отражается эта иконография, а некоторые образцы имеют гениальное воплощение в металле самой сути русской иконописи. К сожалению, подавляющее количество находимых крестов имеет плохую сохранность, кроме механических повреждений, нанесённых сельскохозяйственной техникой, время и окислы сделали своё чёрное дело. И ещё, огромная часть находимых крестов является переливками, иногда переливками с переливок и правками местных мастеров. Но массовость материала позволяет подобрать пригодные для иллюстрации образцы, за исключением редких и заказных крестов. Конечно, в этой книге не представлено огромное количество крестов бытовавших на Руси, всё охватить невозможно, но основные этапы развития литья крестов за тысячу лет русской истории в ней показаны.

Мастера домонгольской Руси

Великий князь Юрий (Георгий) Даниилович.

Родился в 1281 году, умер 21 ноября 1325года.

Московский князь в 1303–1325 гг.,

великий князь Владимирский в 1318–1322 гг.

князь Новгородский в 1322–1325 гг.

Начиная рассказ со времени принятия христианства на Руси, следует обязательно сказать, что существовавшие до этого языческие верования не исчезли в одночасье. Довольно долгий период параллельно существовали две религии, этот период в исторической науке называют «двоеверие». Постепенно христианство вытесняет или приспосабливает языческие обряды к своему календарю. Таким образом, различные подвески с символикой креста, существовавшие в XI–XIII вв., были по своей сути амулетами-оберегами и во многом олицетворяли ещё древние языческие верования.

Способ ношения подвесок в ожерелье и одиночный.

Крест, как символ личного благочестия в современном понимании, получает широкое распространение в народе гораздо позднее, хотя, безусловно, служители культа и монашествующие воспринимали крест как символ личного благочестия изначально.

Став государственной религией, христианство быстро укрепляет свои позиции в древнерусском государстве. К началу монгольского завоевания, как сообщают летописи, на Руси существуют шестнадцать епархий. Митрополит имел собственную епархию с центром в Киеве. По церковно-административному делению существовали: Белгородская, Владимирская, Владимир Волынская, Галицкая, Новгородская, Переславская, Перемышльская, Полоцкая, Ростовская, Рязанская, Смоленская, Туровская, Угровская (Холмская), Черниговская, Юрьевская епархии. Князья дарят Церкви земли, положив начало церковному землевладению. Высшие церковные иерархи не отстают от «сильных мира сего»: окружают себя многочисленной свитой, строят богатые дворцы. Замечательные произведения древнерусских ювелиров в довольно большой части предназначались именно служителям Церкви.

Прежде чем говорить о продукции мастеров-литейщиков следует сказать о работе мастеров-ювелиров. Ко времени принятия христианства на территории Руси скопилось огромное количество серебра, немало было и золота. Количество куфических дирхемов, находимых в кладах, поражает воображение. Торговлей, в основном зерном, племена «Киевской культуры», жившие на этих территориях, занимались ещё с императорским Римом, о чём свидетельствуют многочисленные клады римских денариев. Тогда же были заложены и основы общерусских весовых норм. Русские меры сыпучих тел, четверик и полосмина, равны римскому амфореусу и медимну.

Типичный для племён «Киевской культуры» клад римских денариев и золотые византийские монеты из клада середины XI века.

Смешанные монетно-вещевые клады X и середины XI веков.

Примером использования древнего серебра может служить римский денарий, найденный на месте мастерской ремесленника ювелира под № 1. Регион находки, очевидно, был местом расселения ремесленников высокого уровня. Недалеко находится Великий Карабчиев, где в XIX веке был найден первый русский меч, известный как «меч из Карабчиева», датируемый первой половиной XI века. Вероятно, денарий был найден в составе клада и влился в более позднюю сокровищницу. Присутствие среди находок на месте мастерской билонных византийских монет, конца XI начала XII вв., позволяет предположить, что они использовались в качестве лигатуры для понижения пробы высокопробных денариев при изготовлении ювелирных украшений.

Инструменты ремесленника из мастерской № 1.

Изделия, найденные в мастерской № 1.

Об универсальности древних ремесленников говорят находки в этой мастерской. Это не только работы с металлом, но и стеклом, и камнем.

Изделия, найденные в мастерской № 1.

Находки из мастерской № 2 и 3.

Немало «злата» привозили с собой князья из набегов на Византию, поступало оно и от половцев. В «Угории»-Венгрии, входящей тогда во владения киевских князей, шла добыча серебра. Но нам достаточно того факта, что к принятию христианства Русь обладала большим запасом драгоценных металлов. Это позволило выпустить и первые русские монеты. Высочайший уровень византийских произведений являлся эталоном для подражания всем народам Европы и Руси в том числе. И если до принятия христианства драгоценные металлы, в основном, шли на изготовление бытовых предметов и украшений, то с его принятием князья начали состязаться в украшении храмов, икон, церковных книг и церковной утвари. В 1115 году при перенесении мощей св. Бориса и Глеба Владимир Мономах повелел «окова раце сребром и златом, и украсе гроб ею, такоже и комор покова сребром и златом». Сын Мономаха Мстислав (1125–1132) послал своего придворного Наслава в Царьград с поручением оформить Евангелие золотом и серебром. Как пишет сам Наслав: «цену же Евангелия сего один Бог ведает». Андрей Боголюбский, убегая от своего отца из Вышгорода в Суздаль, взял с собой чудотворную икону Богородицы и, как сообщает летописец, икону «Пиргиотисса», прозванную на Руси «Пирогощей», «и вскова на ню боле 30 гривен злата, проче камени дорогого и великого жемчуга».

Иконы: «Покров Богородицы» Галицкого письма XII века и Суздальская икона 1360-х годов, возможно повторяющая «Пирогощею» Андрея Боголюбского.

До нашего времени дошли только ничтожные крохи былого великолепия и богатства Киевской Руси времени её расцвета в XII – начале XIII веков. Что бы ни говорили нынешние защитники монгольского завоевания, как блага для Руси, ясно, что главным «благом» был «Ордынский выход». За период своего владычества Золотая Орда «выкачала» из Руси набранные за столетия богатства. Бесследно исчезли выдающиеся произведения лучших русских и византийских мастеров, наполнявшие храмы и сокровищницы Руси. Видимо, из этого золота и делал русский мастер Кузьма трон для монгольского хана, о котором написал бывший в Монголии в 1245 году Плано-Карпини: «и если бы Господь не предуготовал нам некоего Косьму, бывшего золотых дел мастером у императора (хана) и очень им любимого, который оказал нам кое в чём поддержку, мы, как полагаем, умерли бы, если бы Господь не оказал нам помощи через кого-нибудь другого. Косьма показал нам трон императора, который был сделан им раньше, чем тот воссел на престоле, и печать его, изготовленную им, а также разъяснил нам надписи на этой печати. И также много других тайн вышеупомянутого императора мы узнали через тех, кто прибыл с другими вождями, через многих русских и венгров, знающих по латыни и по-французски, через русских клириков и других, бывших с ними». На протяжении двух-трёх поколений, русские мастера, из учеников византийцев, превратились в мощную прослойку мастеров ремесленников очень высокого уровня, и мастерские были созданы в каждом княжестве.

Золотая подвеска {?}.

Это касается и медного литья, лили не только мелкую пластику, но и колокола для храмов и монастырей. Не очень большие, но достаточного размера для благозвучного звона, слышимого на приличном расстоянии. Лили и крупные детали для церковных паникадил-«хоросов» и многое, многое другое.

Колокол, найденный на месте Десятинной церкви (А), на территории Киева (Б) и в Черкасской области Украины (В).

Церковное паникадило-«хорос», «кацея»-кадило (курильница) с ручкой (А) и ковшик (Б).

Возвращаясь к основной теме этой книги, следует отметить, что произведения пластики, рождённые в городах, расходились в многочисленных копиях по сельским поселениям и часто только по медным переливкам можно судить – каким было первоначальное изделие из драгоценного металла. Со второй половины XII века наступает расцвет различных ремёсел в русских княжествах.

Подвес для малого «хороса».

Кресты-подвески как декоративные звенья цепи Малый «хорос» в сборе (А).

Увеличение численности населения сказалось на расширении многочисленных поселений сельского типа. Это подтверждается археологическими раскопками. В этих поселениях работали свои мастера. Наряду с кузнецом, столь необходимым для изготовления сельскохозяйственного инвентаря, оружия, ножей и т. д., в крупных поселениях работали и литейщики, копирующие городские образцы украшений, кресты, обереги. Конечно, мода не стояла на месте и с развитием общества приоритеты менялись. Прежде всего это касалось культурных центров городов, которых на Руси было много. Недаром её называли «Страной городов».

Таким образом, городская культура проникала в сельскую глубинку. Конечно, богатая деревенская прослойка могла себе позволить и изделия из драгоценных металлов, но основная масса народа пользовалась услугами литейщиков, копирующих работы ювелиров или собственные модели в дешёвом медном сплаве. Каменные формы для литья стоили дорого. Это способствовало развитию упрощённых технологий литья по оттиску в глиняные формы. Более того, самая бедная часть населения носила крестики, отлитые из оловянно-свинцового сплава. Они были самыми дешёвыми, так как свинцовыми листами покрывали крыши храмов.

«Кресты для бедных» из оловянно-свинцового сплава.

Отливки-реплики в оловянно-свинцовом (А) и медном сплавах (Б) крестов изготовленных ювелирами.

Видимо с ориентацией на небогатого потребителя применяется технология изготовления ажурных крестиков из кованной четырёхгранной проволоки, покрытой серебром. Подобные крестики достаточно широко распространены на поселениях конца XII – первой половины XIII вв.

Витые ажурные крестики из проволоки.

Редкий вариант крестика из проволоки (А), серебряные кресты, изготовленные ювелирами (Б; В; Д). Отливка в медном сплаве с ажурного креста (Г).

Подвески «Процветший крест» (Д) и навершие булавки

«Крест в сиянии» (Е).

Среди продукции литейщиков подавляющий процент составляют копии с предметов, сделанных другими людьми. Копировалось всё новое, попадавшееся в поле зрения мастера, особенно оригинальные и редкие вещи, конечно, если владелец такой вещи был согласен. Поэтому чаще всего находят переливки и не очень хорошего качества отливки. Снимали копии и с каменных крестиков с «обоймицами» (А) но, иногда, находят уникальные авторские работы или редкие первые копии с них (Б В).

Отливки с каменных крестиков с обоймицами.

Отливка-реплика с редкого крупного авторского креста (Б) и авторская работа в серебре (В).

Довольно часто встречаются кресты, подвергавшиеся ремонту при жизни владельца. В зависимости от мастерства того кто делал ремонт был и результат (А-Б).

Небольшой клад серебряных изделий крест, браслеты и бусы.

Варианты ремонта крестов при жизни владельца.

На крестах, повторяющих в медном сплаве изделия ювелиров, хорошо просматриваются все приёмы изготовления таких крестов. Это витые «сканые» проволочки «косички», шарики зерни, расклёпка или чеканка. Скань, из которой был изготовлен оригинал в серебре, очень хорошо видна на подвеске с процветшим крестом (А). Витые проволочки просматриваются на шарико-конечных крестиках. Но часто работу ювелира имитировали в каменных формах. Такие отливки характерны более грубым исполнением.

Кресты, изготовленные ювелирами из серебра.

Изделия ювелиров, отлитые в медном сплаве.

До нас дошло имя знаменитого мастера-ювелира, Лазарь Богша. Его работы считаются одной из вершин искусства XII века. Свои ведущие мастера были в Новгороде, Рязани, Галиче и других центрах, но самый мощный клан ремесленников был, конечно, в Киеве. Несмотря на то, что фактически город перестал быть столицей единого государства и разные князья периодически претендовали на него, Киев оставался крупнейшим торговым центром. Здесь найдены не только предметы, изготовленные в Византии, но и в городах Востока, Италии и французского Лиможа. Скопившие огромные богатства боярство и купечество, наряду с князьями и высшими церковными иерархами, были главными потребителям продукции мастеров-ювелиров. Работы русских мастеров со сканью славились далеко за пределами Киевской Руси. Не меньшей известностью пользовались украшения с чернью. Но требовалось всё больше товаров для массового потребления. Ориентация на массовое производство привела и к замене трудоёмкой перегородчатой эмали на эмаль выемчатую. Однако для богатых клиентов всегда наготове был весь арсенал высочайшего мастерства и сложных технологий.

Створка энколпиона и крест с противовесом «реликварием» (А). Золото. Работа византийских мастеров.

Образцы работы древнерусских ювелиров.

Колты работы древнерусских ювелиров.

«Кресты переходного периода» – так можно охарактеризовать продукцию литейщиков второй половины XIII века и периода борьбы за первенство, в самом начале века XIV. За этим периодом следует мощный всплеск расцвета набравших силу княжеств, рождение новых культурных центров и, как следствие, появление новых образцов пластики. Менялись и технические приёмы литья. Не вдаваясь в анализ различных вариантов отливки в каменные и глиняные формы, можно проиллюстрировать работу на примере двух отливок XII, XIII и XVI веков. На отливке XIII века «ёлка», как называют восковую конструкцию литейщики, напоминает современную технологию для вакуумного литья по выплавляемой восковой модели. Отливка XVI века состоит из сферического «питателя», расположенного горизонтально, заливочная воронка со стержнем крепилась к нему тонким литником. И в том и в другом случае одновременно отливались несколько изделий, что уменьшало риск неисполнения заказа из-за возможного брака. Бракованные отливки и остатки литниковой системы шли в переплавку. Подавляющее большинство массовых изделий в домонгольский период отливались в формы, изготовленные из мягкого камня.

Бронзовые матрицы (А-Б) для выколотки или формовки изображений и каменная форма для литья.

Формы для литья крестов.

Отлитые модели на литниковых системах. Брак литья.

Завоеватели относились к духовенству вполне лояльно и даже давали им привилегии, но в пылу сражений в начале, да и в дальнейшем, конечно, грабили всех подряд. Летописи содержат множество тому свидетельств. «Татары ...пошли и взяли Суздаль и разграбили церковь святой Богородицы, и двор княжеский огнём сожгли, и монастырь святого Дмитрия сожгли, а другие разграбили. Старых монахов, и монахинь, и попов, и слепых, и хромых, и горбатых, и больных, и всех людей убили, а юных монахов, и монахинь, и попов, и попадей, и дьяконов, и жён их, и дочерей, и сыновей всех увели в станы своя». В захваченном Владимире завоеватели «церковь святой Богородицы разграбили, сорвали оклад с чудотворной иконы, украшенный и золотом, и серебром, и каменьями драгоценными, разграбили все монастыри и иконы ободрали, а другие разрубили, а некоторые взяли себе вместе с честными крестами и сосудами священными, и книги ободрали, и разграбили одежды блаженных первых князей, которые те повесили в святых церквах на память о себе». Так поступали войска монголов во всех захватываемых городах. Ими были разрушены Десятинная церковь в Киеве, дворец князя в Боголюбове, церковь Михаила Архангела в Переславле Южном и многое другое.

Десятинная церковь в Киеве. Реконструкция.

Высшие духовные пастыри вели себя по-разному. В Успенском соборе сгорел заживо, защищая храм, Владимирский епископ Митрофан. И Рязанский, и Переяславский епископы пали от рук захватчиков. Без вести пропал при штурме Киева митрополит Иосиф. Но Ростовский епископ Кирилл сбежал на Белоозеро, а затем сумел поладить с монголами. После недолгого плена отпустили и епископа Черниговского.

Несмотря на привычку к княжеским раздорам, Русь восприняла нашествие монголов как Божью кару за грехи и междоусобицу. Террор завоевателей поверг народ в неописуемый страх. Как писали современники, заслышав татар, народ разбегался «абы куда». Иногда в этой напасти винили и последователей язычества. Особенно в городах эту мысль продвигали церковнослужители, призывая укрепиться в вере. Закономерно, что с этого времени уменьшается и количество находимых языческих оберегов.

Обязательно стоит отметить героическую историю Киево-Печерского монастыря. Этот островок православия мужественно сопротивлялся и захватчикам, и идеологическим козням униатов, возрождаясь после разорения. Находясь не одно столетие под давлением воинственного католицизма, монахи монастыря отстояли православную веру, чем заслужили уважение всего православного мира. Что касается центральных княжеств, то в конце XIII – начале XIV вв. возросла роль молодого Тверского княжества. Правление князя Михаила Ярославича называют «золотым веком» Твери. Скудные свидетельства летописцев донесли до нас известия, что к своим князьям у народа отношение было разное. Патриотическая позиция тверских князей вызывала сочувствие и поддержку у народа в отличие от хитрой политики князей московских. Но, конечно, рано ещё было говорить о борьбе с захватчиками или объединении Руси. Как показал исторический опыт, политика московских князей принесла к концу XIV века свои плоды. На удивление мало было внутри этой семьи междоусобных конфликтов, и генеральная линия на расширение и укрепление Московского княжества оставалась неизменной из поколения в поколение. Куликовская битва, под началом московского князя Дмитрия, положила начало освобождению Руси от монгольского ига.

Первая половина XV века ознаменовалась очередными усилиями Рима «подмять под себя» православную Русь. На середину тридцатых годов XV века существовали следующие епархии подчинявшиеся митрополиту Киевскому: на западе, в Польше и Литве: Брянская, Владимирская, Галицкая, Луцкая, Перемышльская, Полоцкая, Смоленская, Турово-Пинская, Холмская, Черниговская. В северной и центральной Руси: Владимиро-Суздальская, Новгородская, Тверская, Рязанская, Ростовская, Коломенская, Пермская. Поставление на киевский престол в 1436 году митрополита Исидора, сторонника унии с Римом, тяжело отразилось как на церкви, так и на внутренней ситуации в Московском княжестве. И без того тяжёлое для Москвы время княжения Василия Тёмного, с междоусобной борьбой внутри семьи, войной и разорением княжества, осложнилось испытанием веры. Действия Исидора стали главной причиной провозглашения автокефалии Московской метрополии в 1448 году.

Папский престол не прекращал давления на Русь. В конце XVI века, в 1596 году, была заключена Брестская уния. В разгар Смутного времени, в 1606 году Львовское Успенское Ставропигиальное братство получает право управлять Церковью на всех пределах России включая Москву. Избранный в этом году Гермоген, канонический Московский Патриарх, как мог, отстаивал интересы государства и веры, за что позже был уморён голодом в темнице.

На протяжении столетий идёт упорная борьба за разобщение русского народа и приведения, хотя бы части его, в католическую веру. Только новой династии Романовых удалось переломить это многовековое давление на Русскую Православную Церковь и народ западной и южной Руси. После великих побед Петра I притихли исконные враги Руси, но зато пошла более тонкая и коварная политика, результаты которой мы наблюдаем и сегодня.

Однако времена меняются. История, отражённая в нательных крестах носимых людьми, бесстрастно демонстрирует и покорение Польши, и вхождение её в состав Российской Империи. Католические крестики XVIII–XIX веков, частая находка на территории современных России, Украины, Белоруссии. Католиков старались не притеснять, строили костёлы в русских городах и насильно не перекрещивали в православие. При царском дворе и в армии служили польские дворяне.