профессор Сергей Леонтьевич Епифанович

Семья. Образование

Родился 15 ноября 1886 года в городе Новочеркасске Донской области в семье Леонтия Епифановича, преподавателя Донской духовной семинарии.

В 1900 году окончил Новочеркасское духовное училище, в 1906 году — Донскую духовную семинарию.

В 1906–1910 годах обучался в Киевской духовной академии (КДА), окончил с отличием и со степенью кандидата богословия за сочинение о преподобном Максиме Исповеднике, с правом защиты магистерской диссертации без экзамена.

В течение 1910/11 учебного года состоял штатным профессорским стипендиатом для подготовки к преподавательской деятельности при академии по кафедре истории древней Церкви.

Преподавание и научная работа

Летом 1911 года был утвержден в должности преподавателя Киевской духовной академии по кафедре патрологии в звании исполняющего обязанности доцента.

В 1913–1918 годах читал в КДА лекции по патрологии I – V веков; с 1917 года был назначен и преподавателем греческого языка.

В начале 1913 года защитил магистерское диссертационное исследование «Преподобный Максим Исповедник: его жизнь и творения» (в 3 т.), получившее высокую оценку Совета КДА и похвальные отзывы профессоров КДА М.Н. Скабаллановича и Н.Ф. Мухина. Современники считали, что Епифанович являл собой идеал православного церковного ученого.

В период 1-й мировой войны и последовавших революционных событий, несмотря на сложные условия, продолжал научно-преподавательскую деятельность.

На приглашение епископа Анатолия (Грисюка), профессора и ректора Казанской духовной академии, переехать в Казань ответил отказом. В 1918 году утвержден в звании доцента и избран экстраординарным профессором Киевской духовной академии.

Скончался в Киеве 28 сентября 1918 года, после болезни.

Наследие

С.Л. Епифанович — один из выдающихся отечественных патрологов конца XIX – начала XX века, наследие которого, несмотря на сравнительно небольшое число опубликованных трудов, не утратило значения до настоящего времени. Он был знатоком не только первоисточников, но и всей имеющейся на тот момент научной, в первую очередь западной литературы по патрологии и церковной истории и тем не менее являл собой образец самостоятельно мыслящего в рамках Предания Церкви ученого.

В магистерской диссертации, сохранившейся (не полностью) в рукописи, и 2-х опубликованных на ее основе книгах, «Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие» (1915) и «Материалы к изучению жизни и творений преподобного Максима Исповедника» (1917), он впервые в русской церковной науке представил учение преподобного Максима в наиболее полном объеме как целостную богословскую систему. В диссертации учтены и освещены практически все доступные отечественные (не менее 10) и зарубежные (не менее 30) научные издания, имевшие отношение к преподобному Максиму и к византийскому богословию V – VII веков в целом, проведен подробный (в том числе сравнительный) анализ данных различных житийных и иных церковно-исторических источников и на их основе осуществлена авторская реконструкция хронологии жизни и произведений преподобного Максима, включая обзор всех его сочинений, а также их многочисленных отрывков в других источниках.

С.Л. Епифанович представил преподобного Максима Исповедника как оригинального и многостороннего мыслителя, важное звено в святоотеческом Предании Церкви, показал в полном объеме различные стороны богословия преподобного: учение о Боге, о Святой Троице, о Вселенной, антропологию, психологию, учение о грехопадении и спасении, пневматологию, аскетику и эсхатологию.

Книга «Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие» является публикацией введения ко 2-му тому его диссертации.

Книга «Материалы к изучению жизни и творений преподобного Максима Исповедника» — это часть 3-го тома диссертации. По отзывам современников, она имела значение не только для российской, но и для зарубежной патрологической науки, в первую очередь источниковедческого направления, как собрание и публикация на основании подробного исследования рукописей из многих (около 10) библиотек мира, для чего он на собственные средства выписывал фотокопии рукописей. Им были опубликованы 4 главнейших греческих житийных источника жизни и деятельности преподобного Максима.

Епифанович вляется автором полного курса лекций по доникейской патрологии. Сохранились его конспекты лекций по патрологии I – III веков. Он признавал некорректным вошедшее в практику в церковной науке присвоение титула «учитель Церкви» церковным авторам (Клименту Александрийскому, Евсевию Кесарийскому, Оригену, Тертуллиану и другим), «которые погрешали в истории и не удостоены имени святых отцов... гораздо правильнее поэтому всех, не причисленных к лику отцов, называть “писателями церковными”».

Как переводчик, он продолжил начатый в 1830-х годах протоиереем Г.П. Павским перевод «Вопросоответов к Фалассию» преподобного Максима Исповедника, издав 25 из 65 «Вопросоответов» (1916–1917).

Профессор А.И. Сидоров писал о нем так: «Особо следует сказать о С.Л. Епифановиче — ученом, не дожившем и до 32 лет. После его смерти все близкие ему люди сходились в мнении, что “это был подвижник и науки, и веры. О нем говорили, как о Григории Богослове с Василием Великим в их бытность для образования в Афинах, что он знал две дороги: в Академию и храм”. Перед своей кончиной этот “светский схимник”, по выражению одного из друзей, смиренно оценивал свои научные работы так: “Много было толков, но как мало сделано. Есть кое-что из написанного, но всё это не окончено, а потому и значения никакого не имеет”. — “«Там доучусь!» — произнес как-то больной окидывая прощальным скорбным взором свои обремененные книгами полки”. Действительно, в чисто количественном отношении Сергей Леонтьевич успел сделать немного: его магистерская диссертация о преподобном Максиме Исповеднике, почти уже готовая, так и не увидела свет, а переводы творений преподобного Максима прервались, едва начавшись. Однако и 2 выдержки из диссертации С.Л. Епифановича, вышедшие отдельными выпусками, — “Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие” и “Материалы к изучению жизни и творений преподобного Максима Исповедника” — составляют целую эпоху в истории русской патрологической науки. Недаром в рецензии на первую книгу А. Прахов говорит, что она, по своему глубинному проникновению в суть богословия преподобного Максима, обнаруживает, “за исключением трудов знаменитого Болотова, беспримерную в русском богословии самостоятельность работы”. Подобное сравнение с В.В. Болотовым С.Л. Епифанович, несомненно, заслужил. Его рукописный курс патрологии подтверждает необычный Божий дар у почившего в Бозе молодого профессора, с рвением первохристианских “дидаскалов” исполнившего свое церковное служение на земле».