Священномученик Серафим, в миру Николай Иванович Звездинский, родился 7 апреля 1883 года. Отец, Иван Гаврилович Бонефатьев, первоначально принадлежал к беспоповцам, затем присоединился к единоверию, сменил фамилию на Звездинский. Стал священником, служил во Ржеве, затем в Москве, был благочинным всех единоверческих храмов. Обладал музыкальными способностями и прекрасным голосом. Умер в 1907 году. Мать — Евдокия Васильевна Славская, дочь единоверческого священника, умерла, когда сыну было 2 года.

С детства Николай присутствовал на богослужениях. Отец научил его любить церковную службу, храм, пение и чтение.

Образование. Почитание преподобного Серафима

В 1899 году окончил Заиконоспасское духовное училище (на Никольской улице в Москве), в 1905 году — Московскую духовную семинарию, через 4 года — Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия за сочинение «Учение Иоанна Златоустого о спасении». Еще в академии был известен как талантливый проповедник.

Особо почитал святого Серафима Саровского. Во время учебы в семинарии в январе 1902 года тяжело заболел — и выздоровел после молитвы к тогда еще не прославленному старцу Серафиму. После его канонизации отец Николая, священник Иван Гаврилович, по поручению Синода написал службу преподобному Серафиму.

Монашество. Священство

Во время учебы в академии, не позднее 1907 года, посетил Зосимову мужскую пустынь в честь Смоленской иконы Божией Матери во Владимирской епархии, где познакомился со старцем иеромонахом преподобным Алексием (Соловьевым), ставшим на многие годы его духовником.

В сентябре 1908 года был пострижен в монашество с именем Серафим в честь преподобного Серафима Саровского. Меньше чем через месяц рукоположен во иеродиакона, в июле 1909 года — во иеромонаха.

В последний год учебы в академии познакомился с наместником Чудова монастыря в Московском Кремле архимандритом Арсением (Жадановским).

Преподавание. Чудов монастырь

После окончания академии с 1909 по 1911 год был преподавателем церковной истории в Вифанской духовной семинарии в Сергиевском посаде (ныне город Сергиев Посад). Весной 1912 года вместе с пригласившим его в паломническую поездку архимандритом Арсением (Жадановским) посетил Святую Землю.

С сентября 1912 года — преподаватель гомилетики и соединенных с ней предметов в Московской духовной семинарии.

В июне 1914 года возведен в сан архимандрита и поставлен помощником наместника Чудова монастыря Арсения (Жадановского), недавно хиротонисанного во епископа Серпуховского.

В это время стал широко известен как духовный писатель и проповедник (его даже стали называть «московский среброуст»). Написал несколько статей (о верности Христу, о соблюдении церковных канонов, о церковном Предании, об аскетическом подвиге), опубликованных в журналах «Голос Церкви» и «Душеполезное чтение» в 1915–1917 годах. Вышли как отдельные издания работы «Ангелы: Ангельский мир по учению Православной Церкви» (1916), «Покаянный плач» (1916) и другие.

Революционные события

В ноябре 1917 года, во время боев в Москве, когда занятый юнкерами Московский Кремль подвергался артиллерийскому обстрелу со стороны большевиков, отец Серафим оставался в Чудовом монастыре. В марте 1918 года в связи с переездом в Москву советского правительства Кремль стал резиденцией В.И. Ленина. В июле 1918 года комендант Кремля вынес решение о выселении в недельный срок всех монашествующих из Чудова и Вознесенского монастырей.

С августа 1918 до декабря 1919 года отец Серафим и епископ Арсений проживали при Серафимо-Знаменском ските близ села Битягова (ныне городского округа Домодедово Московской области) в келье, предоставленной им настоятельницей обители, духовной дочерью епископа Арсения схиигуменией преподобной Фамарью (Марджановой), исповедницей. В скиту отец Серафим читал Священное Писание по правилу преподобного Серафима: за седмицу — полностью весь Новый Завет. Тогда же он составил «Акафист сестре Господней по плоти, Фамари блаженной, жене мироносице праведной». Литургию епископ Арсений и архимандрит Серафим совершали ежедневно.

Епископ Дмитровский

Осенью 1919 года отец Серафим был вызван в Москву — патриарх Тихон предложил ему принять епископский сан. В январе 1920 года хиротонисан патриархом во епископа Дмитровского, викария Московской епархии. Патриарх Тихон, напутствуя его, сказал: «Иди путем апостольским… Где придется пешком — пешком иди. Нигде ничем никогда не смущайся. Неудобств не бойся, всё терпи. Как ты думаешь, даром разве кадят архиерею трижды по трижды? Нет, недаром. За многие труды и подвиги, за исповеднические его болезни и хранение до крови веры православной».

Епископ Серафим прибыл в Дмитров в январе 1920 года. Он смог быстро завоевать уважение и любовь паствы. Особое внимание он уделял духовному просвещению и воспитанию молодежи. По благословению духовного наставника Зосимовского старца преподобного Алексия в сане священника отец Серафим никого не исповедовал; став архиереем, он постоянно принимал исповедь и наставлял многочисленных духовных чад. Всё больше людей обращались к нему за духовной помощью: уже с утра у его дома выстраивалась очередь из нуждающихся в исповеди. По вечерам верующие часто не хотели покидать храм, где служил владыка, и провожали его коляску до дома. Он старался служить в разных храмах Дмитровского уезда, особое внимание уделял находившимся под его архипастырским окормлением монашеским обителям.

Во время кампании по изъятию церковных ценностей, весной 1922 года, епископу Серафиму удалось избежать серьезных конфликтов между верующими и органами власти в Дмитровском уезде. Епископ предупредил верующих о возможных провокациях, после чего в храмах на многолюдных собраниях духовенства и прихожан были приняты решения взамен священных предметов передавать в пользу голодающих добровольно пожертвованные золото, серебро и продовольствие.

Арест. Ссылка в Зырянский край

В декабре 1922 года епископ Серафим был вызван повесткой в Москву и арестован в здании ОГПУ на Лубянке по обвинению в антисоветской агитации и противодействии изъятию церковных ценностей. Во время следствия находился в Бутырской тюрьме, где тяжело заболел. В марте 1923 года приговорен к ссылке в Зырянский край на 2 года. По благословению епископа Арсения (Жадановского) и схиигумении Фамари (Марджановой) в ссылку владыку сопровождала духовная дочь, послушница Серафимо-Знаменского скита Анна Патрикеева (впоследствии схимонахиня Иоанна), которая была им юридически удочерена.

Его келья в деревне Кольёль стала домашней церковью в честь иконы Божией Матери «Скоропослушница». У него был антиминс, ежедневно владыка совершал Божественную литургию, вычитывал весь суточный круг богослужений. Днем ходил на молитву в ближний лес, где устроил подобие пустыньки. В ссылке не оставлял архипастырского попечения о дмитровцах, передавая в письмах указания по управлению викариатством; вел переписку и с духовными чадами, давал им наставления.

В Москве

В апреле 1925 года, по окончании срока, был освобожден из ссылки. По дороге в Москву посетил в Сергиеве (ныне Сергиев Посад) преподобного Алексия (Соловьева) Зосимовского и исповедался за всё время, проведенное в тюрьмах и ссылке. В Москве поселился в Даниловом монастыре, его регулярно вызывали в ОГПУ на Лубянку. Потом по приглашению игумении жил в Аносином Борисоглебском женском монастыре в Звенигородском уезде. Продолжал окормлять свою паству, в дмитровских храмах его поминали во время богослужения. Стремился вернуться в Дмитров, однако не получил на это разрешение от властей.

В сентябре 1925 году был вызван в Москву патриаршим местоблюстителем митрополитом Петром (Полянским) и стал его помощником в деле церковного управления. В декабре 1925 года, перед своим арестом, митрополит Петр оставил завещательное распоряжение, в котором епископ Серафим был назначен председателем Совета преосвященных Московских викариев для временного управления Московской епархией. Однако ставший, согласно тому же распоряжению митрополита Петра, заместителем патриаршего местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский) назначил временно управляющим Московской и Коломенской епархией другого епископа. Владыка Серафим уехал из Москвы в Аносин монастырь. Обращавшимся к нему с ходатайствами о возвращении в Москву отвечал, что противиться решению митрополита Сергия не станет.

Жизнь в Дивеево

Летом 1926 года ГПУ потребовало от него выехать из Москвы в Новгород. Владыка попросил заменить место фактической ссылки Дивеевом или Саровом.

В Дивееве епископом Серафимом были произнесены многократно опубликованные в настоящее время «Проповеди о Божественной литургии», записанные в основном монахиней Таисией (Арцыбушевой). Зимой 1926/27 года владыка жил в комнатах вдовы Н.А. Мотовилова Елены Ивановны, общался с блаженной Марией Дивеевской (Фединой).

Отказ от сотрудничества с властями

В сентябре 1927 года Дивеевский монастырь закрыли. Владыка был арестован, 2 недели провел в заключении. Затем освобожден по состоянию здоровья и вызван в Москву к начальнику VI («церковного») отделения Секретного отдела ОГПУ Е.А. Тучкову. Тучков предложил ему сотрудничать с властями («кого будем вам посылать для посвящения — посвящайте»). От предложения владыка отказался, и ему велели в течение 24 часов выехать из Москвы. Митрополит Сергий предлагал епископу Серафиму публично выразить солидарность с его «Декларацией» 1927 года, но получил отказ. Владыка подал прошение об увольнении за штат, которое было удовлетворено в 1928 году.

С октября 1927 года жил в городе Меленки Владимирской губернии.

Арест в 1932 году. Ссылка в Казахстан

В апреле 1932 года вновь арестован, доставлен в Москву. Его обвиняли в принадлежности к «антисоветской организации» церковников «Истинно Православная Церковь» и в руководстве московскими приходами «непоминающих»: Никольским на Маросейке, Никольским в Подкопаях, Никольским Большой Крест, Никольским в Котельниках и Сербского подворья. Владыка поддерживал дружеские отношения с «непоминающими» священнослужителями, например, со священномучеником Сергием Мечёвым, но организованной совместной деятельности с ними не вел. На допросах отрицал все обвинения.

Приговорен к ссылке в Казахстан на 3 года. Ссылку отбывал в Алма-Ате, Гурьеве, Уральске, где тяжело заболел малярией. В январе 1935 года отправлен в Сибирь: в Омск, затем в Ишим, где и остался после окончания срока ссылки (май 1935 года).

Последний арест. Кончина

В июне 1937 года был арестован. В это время в Ишиме было арестовано практически всё проживавшее там духовенство вне зависимости от церковной принадлежности (включая обновленцев), всего 75 человек.

Владыка был обвинен в участии в контрреволюционной организации церковников «Истинно Православная Церковь», содержался в Ишимской, потом в Омской тюрьме. Во время допросов вину не признал, на вопрос о круге знакомств ответил: «Из числа духовенства по городу Ишиму я никого не знаю. Ни с кем никогда не встречался».

23 августа 1937 года «тройка» при Управлении НКВД по Омской области приговорила его к расстрелу, мотивируя свой приговор тем, что он «не прекратил своей контрреволюционной деятельности» и в Ишиме среди верующих «слыл за святого человека». Приговор был приведен в исполнение 26 августа.

Духовные чада не знали о его смерти. Им сообщили, что владыку отправили на 10 лет в лагерь на Колыму. Переводы и посылки возвращались с надписью «Адресат не найден». На последующие запросы до 1943 года из НКВД отвечали, что владыка Серафим «жив и работает». В 1962 году из Омского ЗАГСа было получено извещение о том, что он скончался от приступа грудной жабы в 1943 году. Только в феврале 1997 года директором музея-заповедника «Дмитровский кремль» была получена справка из Архива УФСБ по Тюменской области об истинной дате смерти епископа Серафима.

Место захоронения владыки установить оказалось невозможно. После окончания эпохи массовых расстрелов в 1939 году Омским горисполкомом было принято решение о закрытии кладбища, а в 1966 году — о его ликвидации. Часть территории была перепахана. В 1975 году уничтожены последние могилы; храм, закрытый с 1938 года, был снесен.

В августе 2000 года на юбилейном Архиерейском Соборе епископ Дмитровский Серафим был прославлен в лике новомучеников Российских.

Тропарь священномученику Серафиму, епископу Дмитровскому, глас 4

Днесь ве́рнии лю́дие гра́да Дми́трова све́тло пра́зднуют/ и вся Це́рковь Ру́сская духо́вно торжеству́ет,/ восхваля́юще тя, священному́чениче Серафи́ме,/ ты бо, заточе́ние и страда́ния лю́тая претерпе́в,/ смерть му́ченическую за Христа́ прия́л еси́/ и Ца́рство Небе́сное насле́довал еси́./ Те́мже, Престо́лу Пресвяты́я Тро́ицы предстоя́,/ моли́ грехо́в оставле́ние дарова́ти нам,// благоче́стно соверша́ющим святу́ю па́мять твою́.

Кондак священномученику Серафиму, епископу Дмитровскому, глас 2

Во́ине Христо́в добропобе́дный,/ я́ко Серафи́м пла́менный,/ любо́вию к Бо́гу возгоре́лся еси́,/ в посте́ и моли́тве подвиза́яся,/ Саро́вскому чудотво́рцу подража́л еси́,/ за́поведи же Бо́жия исполня́я,/ и́стинней ве́ре лю́ди наставля́л еси́,/ страда́ния за Христа́ претерпева́я,/ еди́нство церко́вное храни́ти призыва́л еси́./ Те́мже, соше́дшеся в па́мять твою́,/ ве́рою и любо́вию вопие́м ти:// ра́дуйся, священному́чениче Серафи́ме, Це́ркве Ру́сския похвало́ и украше́ние.