Коза дикая или серна

Коза дикая или серна (יָעֵל от יָעַל; лазать = серна: Иов.39:1. Пс.103:18. Притч.5:19. 1Цар.24:3. У LXX слово это переводится различно: τραγέλαφος – полукоза и полуолень, ἔλαφος – олень, лань. Непонятное чтение у LXX в 1Цар.24:3: по Ватиканскому списку: ἐπὶ πρόσωπον Σαδδαιέμ, а по Александрийскому: ἐπὶ πρόσωπον Ἀειαμείν; в славянском: «прямо лицу Саддеем»; хорошо переведено у Иеронима: «Super abruptissimas petras, quae solis ibicibus perviae sunt»; в Вульгате יָעֵל читается: Ibex, в других местах cerva. У Лют. Steinbock). – Другие еврейские названия, которые признают соответствующими слову יָעֵל, суть: צְבִי или צְבִיָּה и אַקּוֺ. Первое часто повторяется в кн. Песн. Песн. (δορκάς, caprea, серна, у Лют. Reh.: 2, 9. 17. 4, 5. 7, 3. 8, 14); последнее во Второзаконии (אַקּוֺ; τραγέλαφος, tragelaphus, лань или серна, у Лют. Steinbock: 14, 5). – Принимая эти различные названия за означение одного и того же животного, мы удерживаем здесь название серны или дикой козы. Это благороднейшее млекопитающее животное из рода козлов и коз: голова у него короткая, морда коническая, глаза небольшие, но красные, живые, уши прямо стоячие, заостренные, борода большая (у иных, впрочем, вовсе нет бороды), шея длинная, хвост короткий, рога большие, сперва прямо поднимающиеся кверху, потом загнутые назад, строение тела плотное и крепкое, ноги высокие, сильные, копыта на ногах раздвоенные. Живут обыкновенно большими стадами на высоких и неприступных утесах и скалах, напр. на Синайском полуострове, в каменистой Аравии, на горе Моавитской и в Палестине, по всему западному берегу Мертвого моря, и на север. Есть ли они теперь на Ливане и Антиливане, достоверно неизвестно. По образу жизни, они походят на альпийских, карпатских и пиринейских серн. Серны встречаются и на Кавказе, в Крыму, Грузии и Сибири; но о них мало известно. Везде, где только водятся они, они обитают на высоких горах (Пс.103:18). Живут обыкновенно стадами, но живут и поодиночке. С рассветом дня они выходят на паству, и мало-помалу спускаются вниз; в полдень ложатся отдыхать на краях крутых скалистых обрывов, под сенью обломков скал и невысρких кустарников. Немного отдохнувши, они снова выходят на паству, понемногу взбираются на высоты, и еще раз выбравши место, отдыхают и пережевывают пищу. Ночью скрываются между скалами, утесами, в пещерах и под нависшими скалами. В середине лета предпочитают западные и северные склоны гор, а в остальные времена года – восточные и южные. В своих движениях серна может соперничать с любым из известных горных прыгунов того же семейства. Она лазит чрезвычайно искусно, прыгает верно и мастерски карабкается по горам. С неимоверной легкостью и быстротой перепрыгивает с одной скалы на другую чрез большие ущелья и пропасти. Смелость и верность скачков доходит до невероятности. Когда она идет медленно, походка ее кажется тяжелой и неуклюжей; но когда внимание ее чем-либо возбуждено и ей приходится бежать, она как будто перерождается, становится вдруг легче, смелее, сильнее, красивее и мчится быстрыми скачками, обнаруживая в каждом движении столько же грации, как и силы. По стройному сложению тела, высоте умственных способностей, тонкой развитости всех чувств и особенной приятности и живости всех движений, серны почитаются самыми нежными, благороднейшими и красивыми животными, далеко оставляющими за собой всяких других того же семейства животных. Умственные способности у этих гораздо выше, чем у. коз. Память у них необыкновенная. Все чувства их необыкновенно тонки и делают их чуткими более всяких других животных. У них одинаково хорошо развиты обоняние, зрение и слух. Забота о самосохранении не оставляет их и во сне. Они редко плашмя ложатся на землю, но спят так, что им во всякую минуту легко подняться на ноги и бежать. Для отдыха они обыкновенно прячутся в редкий кустарник, но всего более любят высоты скал, где, будучи прикрыты сзади, с боков и спереди, могут свободно обозревать окрестности. К тому же предводитель их стада постоянно на страже; он пасется на некотором расстоянии и ежеминутно оглядывается, поднимается на задние ноги, нюхает и пытает окрестность. Помогают ему и другие. Как скоро серны почуют охотника, они употребляют все усилия, чтобы открыть, где он скрывается, и успокаиваются только тогда, когда удается, наконец, открыть его. Если же чуют его только в воздухе и не в состоянии увидеть его, то мечутся и толпятся, как безумные, не зная, куда бежать. Когда же охотник открыт, то они сначала останавливаются и несколько секунд с любопытством смотрят на него, и пока он не двигается, и они не трогаются с места; но стоит ему только пошевельнуться, как все мгновенно пускаются бежать под защиту какого либо известного им убежища. Если предводитель их заметит опасность, он звонко свистит, бьет одной из передних ног в землю и пускается бежать, и все стадо следует за ним быстрым галопом. Все это показывает, что умственные способности серны достигают высокого развития. В каждом движении и в общем характере всех поступков выражается много рассудительности. Серна, собственно говоря, не пуглива, но она в высшей степени осторожна: она обдумывает каждый поступок, обсуждает, рассчитывает, взвешивает. Память у ней превосходная. Она целые годы помнит те места, где ее преследовали, и знает хорошо, где ее любят и берегут. В тех местах, где не позволено за ними охотиться, они становятся смелыми, доверчивыми и как будто сами хотят познакомиться и сблизиться с человеком; но где охота свободна, они избегают его, как самого злого врага. Особенно веселое и шумное время у серн бывает в позднюю осень, когда стадо, собираясь, по целым часам играет и бегает, беззаботно носясь по самым узким гребням скал; нередко, впрочем, происходят здесь и серьезные схватки между влюбленными самцами. Маленькие серны поднимают возню на самых узких карнизах, стараются столкнуть друг друга своими рожками, то нападают, то защищаются от нападений товарищей, и вообще играют и дразнят друг друга самым милым образом. Но если веселому этому обществу случится во время игр увидать человека, сцена мгновенно изменяется. Все, от самого старого из самцов до самого крошечного козленка, приготовляются к бегству; даже если человек неподвижно стоит, веселое настроение духа общества не возвращается больше. Стадо медленно поднимается в гору, не спуская глаз с опасного врага, и забирается обыкновенно на самую верхушку утеса. Там становятся все в ряд, упорно смотря вниз и с озабоченным видом качая в воздухе головами своими. Когда же опасности не видят, спускаются легким галопом с утеса и снова располагаются играть на прежнем месте. После зимы обыкновенно с конца апреля до конца мая беременные самки приносят одного или двух детенышей, и чрез несколько часов после рождения малютка отправляется уже бродить вслед за своей матерью и чрез два дня становится почти так же подвижен, как и она. Серна ходит за своим козленком шесть месяцев. Она чрезвычайно нежно заботится о нем и учит его всему, что ему нужно знать в жизни. Самец, напротив, нисколько не заботится о своем потомстве. Беременная серна еще за несколько времени до своих родов уходит от стада и отыскивает себе удобное пастбище в самых крутых и уединенных местах. И здесь-то она рождает, не нуждаясь ни в чьей для себя помощи (Иов.39:1–3); и здесь впоследствии ходит со своим детенышем и постоянным блеянием, как бы разговаривая с ним, учит его всем искусствам, какие необходимы для серны, именно, – лазанью и прыганью. Мать до тех пор повторяет какой-нибудь прыжок пред глазами малютки, пока тот не :выучится делать его легко и быстро. Но зато и маленькая серна платит за такую заботливость о ней матери особенной к ней своей любовью; она не оставляет ее даже и после смерти. Охотники много раз видали, как малютки подходили к телу убитой матери и с жалобным блеянием стояли возле него. Были примеры, где молодые эти животные давали взять себя руками от трупа матери, глухим блеянием и раскрытым ртом ясно выражая свой ужас. Часто, впрочем, сиротки находят себе вторых матерей в других самках, которые заботятся о них и нежно любят их, как дикие козы своих приемышей. Новорожденные серны растут необыкновенно быстро. Уже на третьем месяце показываются у них рожки, а на третьем году они достигают совершенного возраста. Говорят, что серны живут вообще от 20 до 30 лет. У серны много врагов и опасность грозит ей со всех сторон. Человек и крупные хищные животные не единственные ее неприятели. Катящиеся с вершин камни и обломки скал уносят то одну, то другую серну; снежные лавины погребают иногда целые общества. Из четвероногих их преследуют: рысь, волк и медведь. Еще более злые враги их носятся в воздухе. Орел и ягнятник высматривают пасущиеся стада со своей высоты и вдруг опускаются, как молния, с ясного неба на испуганных животных и уносят их. В Притчах Соломона любезной ланью и прекрасной серной называется истинная жена, которая, по ее чистой и непритворной любви и нежности к своему мужу, должна быть выше и милее для него всякой посторонней женщины (Притч.5:15–20). См. Winer, 2. р. 519. Riehm, р. 1546. Григорьев. Три цар. природы, 1877 г. р. 45–46. Брема Жизнь живот. 1866. См. Скотоводство.