№ 94 1994 г. 31 октября. – Открытое письмо епископа Таллиннского и всея Эстонии Корнилия министру внутренних дел Эстонской Республики X. Арике¹²⁵

Господин министр, с большим недоумением ознакомился с Вашим выступлением 24 октября в Государственном собрании Эстонской Республики, в котором Вы изложили свою точку зрения на судьбу православной Церкви в Эстонии. Это недоумение обусловлено прежде всего тем обстоятельством, что Вы, господин министр, заведомо ввели в заблуждение парламентариев и общественность республики. Суть Вашего выступления сводилась к утверждению, что Эстонская Апостольско-Православная Церковь (ЭАПЦ) действует с 1923 г. и подчиняется Константинопольской Патриархии, а Московская Патриархия, дескать, пытается зарегистрировать под тем же названием свое епископство, чтобы заполучить имущество – храмы, сакральные здания и прочее.

Я вынужден обратиться к Вам с открытым письмом, чтобы информировать общественность Эстонской Республики об истинном положении дел. Православная Церковь в Эстонии насчитывает в своей истории не одно столетие и существовала здесь под разными названиями. В 1920 г., когда в Советской России происходили страшные гонения на Церковь, Патриарх Московский и всея Руси Тихон предоставил православной Церкви Эстонии самостоятельность (автономию). В 1923 г. Патриарх Константинопольский оказал братскую помощь – взял под свое духовное окормление православных Эстонии. Причина этого шага изложена в Томосе Константинопольского Патриарха: «После того как [во] вновь созданном государстве Эстонии вследствие сложившихся здесь новых политических условий, а также в результате того, что из-за возникших в России церковных нестроений православная Церковь Эстонии оказалась разлученной с Российской Святой Православной Церковью, в канонической зависимости [от] которой она до сих пор состояла, [православная Церковь Эстонии] лишившаяся теперь постоянного попечения...». В 1940 г. в условиях советской оккупации произошло воссоединение ЭАПЦ с Московским Патриархатом. Последовал крайне сложный период в развитии ЭАПЦ на фоне исторических потрясений. Для объективной оценки потребовался бы очень объемный обзор, и вряд ли это посильно одному человеку. Фактом является то, что большая часть членов ЭАПЦ, оставшись во время гонений на родине, сохранила основное содержание и непрерывность традиций церковной жизни. Это с точки зрения Церкви и является определяющим, если говорить о непрерывности деятельности Церкви. Формальный юридический подход к вопросу о непрерывности деятельности и о правопреемности не верен с точки зрения Церкви как, прежде всего, духовного объединения. В 1978 г. Патриарх Константинопольский в своем письме констатировал восстановление связи поместной православной Церкви Эстонии с Матерью Церковью и ее центром – Московской Патриархией, прерванной в 1920-х гг., и зафиксировал факт завершения канонической юрисдикции Константинопольского Патриархата над православной Церковью Эстонии. В определении Константинопольского Патриарха Димитрия I (протокол 267 от 3 мая 1978 г.) значится: «Патриарший и Синодальный Томос 1923 г. относительно Эстонской Православной Церкви признается недействительным, так как стали возможными нормальные канонические контакты со святой Русской Православной Церковью...» С восстановлением независимости Эстонской Республики Патриарх Московский и всея Руси Алексий II весной 1993 г. своим Томосом вновь предоставил самостоятельность православной Церкви Эстонии, епископом которой я являюсь. Вам, господин министр, хорошо известно, что каноническая юрисдикция Московского Патриархата означает, по внутрицерковным правилам, лишь молитвенное единение и духовное окормление православных Эстонии и ничего общего с юридическим и хозяйственным подчинением нашей Церкви Московскому Патриархату не имеет. В постановлении Священного Синода Русской Православной Церкви от 11 августа 1992 г. говорится: «2. Московский Патриархат, как религиозный центр, признает православную Церковь в Эстонии собственником всех объектов церковной собственности на территории Эстонии». Церковь в Эстонии самостоятельна, и Ваше, господин министр, утверждение о якобы существующих претензиях Московского Патриархата на имущество в Эстонии не соответствует действительности. Более того, я, как Предстоятель православной Церкви в Эстонии, неоднократно официально заявлял, что церковное имущество должно принадлежать даже не органам управления Церкви, а отдельным церковным общинам, приходам. Подчиненный Вам Департамент МВД ЭР игнорировал решение Поместного Собора от марта 1993 г. о восстановлении Эстонской Апостольско-Православной Церкви на основе Устава 1935 г. и просьбу о регистрации нашей единой Церкви под этим названием. Вместо этого чиновники МВД зарегистрировали под названием «ЭАПЦ» несколько приходов, вышедших из-под руководства своего епископа, и в нарушение эстонского закона. Ведь этот закон требует, чтобы орган административного управления (Синод) находился на территории Эстонии и Церковь должна иметь епископальную структуру, то есть возглавляться епископом. Зарегистрированная в МВД фиктивная Церковь объявила своим «Синодом» так называемый стокгольмский Синод в изгнании и самочинно назвала своим Предстоятелем Скандинавского митрополита Павла, который своего согласия на это не давал и дать не может согласно принятым в православной Церкви канонам.

Если внутри ЭАПЦ и наметилось размежевание по вопросу о духовном единении с Московским или Константинопольским Патриархатами, то такое размежевание осуществляется по внутрицерковным правилам. Государственные чиновники своими действиями поставили православную Церковь в Эстонии вне закона и теперь требуют ее регистрации к 1 ноября в качестве нового церковного образования. Этими действиями нарушаются основополагающие демократические принципы невмешательства государства во внутренние дела Церкви. Департамент по делам вероисповеданий МВД взял на себя право решать, какое объединение людей является православной Церковью.

Мне, как епископу самостоятельной Эстонской Апостольско-Православной Церкви, горько видеть, как осуществляется насильственный раскол Церкви и игнорируется мнение подавляющего большинства священнослужителей и православных верующих. Я, правопреемный гражданин Эстонской Республики, участвовавший в богослужениях в эстонских православных храмах в 1930-е гг., во время 2-й мировой войны, и репрессированный за веру в советское время, не могу оставаться равнодушным перед лицом новых испытаний, которым подвергается Православие в Эстонии сегодняшнего дня. Привнесение политических и национальных мотивов в Церковь недопустимо. Если на то будет попущение Божье и впоследствии наступит наметившееся сейчас размежевание, то пусть это произойдет по канонам внутрицерковной жизни. Православные люди, прихожане и церковная иерархия во главе с Патриархами смогут это сделать сами, без вмешательства государственной власти. Поспешная регистрация раскольников под названием «ЭАПЦ» и отказ в этом всей православной Церкви, требование регистрации ее к 1 ноября под иным названием и в качестве некоего нового церковного образования ведет, в конечном итоге, к самым серьезным негативным последствиям для судьбы Православия, как такового, в Эстонии. Хотелось бы напомнить Вам, что заграничные приходы и заграничный Синод были образованы после войны, а все приходы на территории Эстонии, которые входят в нашу православную Церковь, действовали еще до 1940 г. Надеюсь на то, что устремления Церкви решать свои внутренние дела по-христиански, включая ожидаемые переговоры на уровне Патриархов, будут признаны и Министерством внутренних дел Эстонской Республики, и этим откроется возможность справедливого определения судьбы Эстонской Апостольско-Православной Церкви.

С уважением, епископ Таллиннский и всея Эстонии Корнилий.