III. Системы летосчисления (эры)

Карфагенский компутист 243 г. первым из известных нам христианских пасхалистов попытался утвердить авторитет своей пасхалии, указывая на её соответствие году сотворения мира. Впоследствии создатели большинства христианских хронологических систем IV–VII вв. опирались на те или иные пасхальные циклы, добиваясь – с большим или меньшим успехом – соответствия между библейским рассказом о неделе творения (т. н. Шестодневе) и календарными параметрами первого года предлагаемой ими эры.

Д.А. Лебедев считал возможным, а В. Грюмель – несомненным, что уже Анатолий Лаодикийский был знаком с эрой Юлия Африкана и Ипполита Римского⁷⁸⁶. Следовательно, он мог учитывать эту эру при создании своего 19-летнего пасхального цикла. Несмотря на то, что цикл Анатолия реконструируется разными исследователями по-разному, а в единственной цитате из Анатолиевых «Правил о Пасхе» у Евсевия не упоминается ни о сотворении мира, ни о какой-либо эре, рассмотрим гипотезу о «естественных основаниях» Анатолиева цикла, опираясь на положения Д. Пето, Д.А. Лебедева и В. Грюмеля.

В первый год от творения мира по эре Юлия Африкана и Ипполита ( = 5502 / 5501 г. до н. э.) реконструированный цикл Анатолия показывает пасхальное полнолуние 16 апреля (19-й год цикла), а новолуние – 2 апреля. Предыдущий лунный месяц начался 3 марта, и на 18 марта (дату, которую Анатолий принял в качестве начала зодиакального знака Овна и естественной границы года) как раз попала среда и 15-й день луны, что идеально подходит под библейское описание дня сотворения светил. В этот день были созданы «два светила великие»: Луна – в полной 15-дневной фазе (что принципиально важно с символической точки зрения), а Солнце – в «возрасте» 4 дней, считая с первого дня творения, воскресенья (когда был создан свет)⁷⁸⁷; таким образом, «циклическая разница» между Солнцем и Луной в момент творения составила ровно (15–4= ) 11 дней. Правда, месяц творения светил оказывается не пасхальным (нисаном), а предыдущим (адаром).

Элементы предложенной реконструкции находят отражение в более поздней традиции. Так, сотворение Луны на 15-м дне подробно обосновывается у Севириана Габальского (ок. 400 г.)⁷⁸⁸ и Георгия Пресвитера (638 / 639 г.)⁷⁸⁹, а 11 дней, на которые Луна «опередила» Солнце при творении, легли в основу курьёзной теории о происхождении лунных эпакт, популярной у греческих авторов IV–XI вв.⁷⁹⁰ (см. подробнее в главе 6.1.2).

В. Грюмель⁷⁹¹ считает более вероятной датировкой начала творения по Анатолию воскресенье 22 марта, поскольку начало творения должно приходиться на равноденствие (см. Быт.1:3–5). Но в этом случае луна будет создана в возрасте 22 дня, что плохо соответствует библейскому рассказу (см. Быт.1:14–19). Согласно нашей реконструкции системы Анатолия, границей года для него было 18 марта, начало Зодиакального круга⁷⁹².

См. таблицу 15. Предполагаемое устройство хронологической системы, основанной на цикле Анатолия.

Ко времени Анатолия на Западе уже распространилась традиция считать датой Страстей Господних пятницу 25 марта. Однако по 19-летнему циклу Анатолия ни в один год 14 нисана не попадает на эту дату. Наиболее близки к нему полнолуния 2-го и 13-го годов этого цикла, которым в эпоху земной жизни Христа соответствуют 14 нисана в субботу 24 марта 31 г. н. э. и в пятницу 23 марта 42 г. н. э. Грюмель высказался в пользу первой из этих дат, сформулировав гипотетическую «эру Африкана-Анатолия»: Воплощение в 5501 г. мира ( = 2 / 1 г. до н. э.) и Воскресение через 32 полных года Христа в воскресенье 25 марта 5533 г. В эре Африкана Страсти Христовы датированы так же, как и у Климента Александрийского – 30 г. н. э., что по пасхалии Анатолия даёт Страстную Пятницу 7 апреля (17-й день луны). Отметим, что 7 апреля (25 фармути) также упоминается у Климента как один из вариантов даты Страстей. Другие возможные даты – 31 г. н. э. (пятница – 23 марта, 13-й день луны) или 42 г. н. э. (пятница – 23 марта, в 19-летнем цикле Анатолия – и только в нём! – 14-й день луны)⁷⁹³. В последнем случае придётся отказаться от связи цикла Анатолия с эрой Африкана⁷⁹⁴.

Анонимный армянский календарный трактат из сборника Parisinus armeniacus 114 упрекает константинопольского учёного Ирона за то, что тот насчитывал 5500 лет от сотворения мира до Рождества, не принимая во внимание «тщательные расчёты Евсевия и Андрея». Далее он сообщает, что Евсевий не видел возможности согласовать противоречивые хронологические данные греческой, иудейской и «еврейской» (самаритянской) Библии, но «Андрей, взяв за основу годы по Семидесяти, которые правильны, насчитал до Рождества Иисуса Христа 5600 лет, что до изобретения нашей эры даёт 6153 года»⁷⁹⁵. Данная эра была хорошо известна в армянской традиции и пользовалась определённым авторитетом. Так, среди восьми синхронизмов армянской эры у Иованнеса Имастасера на первом месте указана хроника Андрея, по которой «от Адама до начала армянского летосчисления насчитывается 6155 лет»⁷⁹⁶.

По мнению В. Грюмеля, пасхалист Андрей, известный как автор константинопольского варианта 19-летнего цикла и 200-летней пасхальной таблицы на 353–552 гг., едва ли сам придумал эту эру⁷⁹⁷. Настоящим автором «эры 5600 года» французский исследователь предлагает считать Климента Александрийского, в расчётах которого, изменив всего одну цифру, можно получить 5600 лет от Адама до Христа. Однако эта гипотеза не находит подтверждения при анализе хронологии Климента (см. главу «Климент Александрийский»). Думается, главным основанием для введения новой мировой эры необходимость совмещения «круглой даты» с эрой, построенной на константинопольском 19-летнем цикле. Решая эту задачу, Андрей поместил сотворение мира в 5604 г. до н. э., а Рождество – ровно через 5600 лет, соответствующим образом пересмотрев всемирную хронологию Юлия Африкана и Евсевия.

* * *

Хронологические основания эры Андрея могут быть воссозданы лишь гипотетически на основании двух фактов. Во-первых, нам известно, что от Адама до Христа Андрей считал 5600 лет. Во-вторых, следует иметь в виду слова Илии Нисибинского:

Расчёты хроники Андрея доказывают, что весеннее равноденствие в его время попадало на 21-й день адара (марта)⁷⁹⁸

Какие расчёты во всемирной хронике могли затрагивать вопрос о равноденствии? Ясно, что связанные с неделей творения. Свидетельство Илии почти наверняка означает, что в хронике Андрея 21 марта было принято в качестве дня создания светил. Это даёт ключ к реконструкции хронологической системы Андрея. Отложив 5600 лет от традиционной даты Рождества – 4 / 3 г. до н. э., – попадём примерно в 10–12 годы цикла Анатолия. Рассмотрим их с точки зрения совпадения 21 марта со средой – библейским днём сотворения светил.

5605 г. до н. э. – 10-й год цикла Анатолия. 21 марта – вторник, 10-й день луны пасхального месяца. Теоретически можно допустить, что сотворение светил произошло в ночь с 21 на 22 марта, со вторника на среду (или в среду, если сутки считать с захода солнца). Именно такой тип цикла А. Моссхаммер реконструирует для пасхалии Эаса Александрийского (которая, согласно его теории, отличается от цикла Андрея-Афанасия)⁷⁹⁹. Главное теоретическое преимущество этого варианта состоит в том, что он подразумевает «скачок луны» между 9-м и 10-м годами цикла Анатолия – то есть перед самым началом года сотворения мира. В результате отличие от александрийского цикла сводится к единственной дате – 6 апреля вместо 5 апреля (как в пасхальном цикле Эаса). Армянские авторы заверяют нас, что Эас не изменял 19-летний цикл Андрея. Их слова подтверждаются тем, что точно такой же цикл мы находим задолго до реформы Эаса – в латинской пасхалии на 429–523 гг. н. э., опубликованной А. ван де Вивером⁸⁰⁰. Она представляет собой непосредственное продолжение 95-летней таблицы на 334–428 гг. н. э. (упоминаемой в прологе), начало которой, в свою очередь, ровно на 19 лет (1 цикл) отстоит от начала пасхалии Андрея. Такое совпадение не может быть случайным и указывает на родство этих пасхалий.

5604 г. до н. э. – 11-й год цикла Анатолия. 21 марта – среда, 20 / 21 день луны предпасхального месяца. Этот год ровно на 95 лет отстоит от года сотворения мира, принятого в «Пасхальной хронике» (5509 г. до н. э.), и имеет тождественные с ним лунно-солнечные параметры марта. «Скачок луны» оказывается после 10-го года цикла Анатолия. В этом случае в цикле будут два отличия от александрийского – не только 6 апреля вместо 5-го, но и 26 марта вместо 25-го. Именно такой цикл В. Грюмель⁸⁰¹ нашёл в 4-й круговой таблице «Пасхальной хроники», начинающейся с 344 г. н. э. и помещённой в хронике под этим годом (см. Экскурс). Его он и принял за аутентичный цикл Андрея. Что же касается единодушных указаний источников о наличии в цикле Андрея даты 25 марта, то Грюмель объяснил это тем, что они описывали обычную армянскую пасхалию, которая возникла в VI в. при переносе «скачка луны» на год назад (о пасхалии ван де Вивера Грюмель не знал).

3603 г. до н. э. – 12-й год цикла Анатолия. Ночь со среды на четверг, с 20 на 21 марта, оказывается 1-м днём пасхального месяца. Это соответствует теоретическому условию начала цикла у Анатолия и Андрея («равноденствие – начало года и первого месяца»), однако подразумевает сотворение луны в новолуние. Именно такой вариант недели творения предполагается В. Грюмелем для ромейской мартовской эры, начинающейся с 5508 г. до н. э. (полного календарного аналога 5603 г. до н. э.)⁸⁰²; сотворение луны в возрасте 1 дня теоретически обосновывал некий Гермоген, о котором упоминает Анания Ширакаци⁸⁰³.

Согласовать цикл Эаса с эрой «5600 лет до Воплощения» лучше всего позволяет год с полнолунием 25 марта, 5605 г. до н. э.: только в этом случае «скачок луны» оказывается в конце 19-летнего цикла. Однако более убедительным представляется начало эры Андрея с 1 октября 5605 г., а пасхалии – с весны 5504 г. до н. э.

На это наводят не рассуждения Грюмеля о циклах «по природе» и «по положению» (насквозь спекулятивные и зиждящиеся на недоразумении)⁸⁰⁴, и даже не привлекательность «символизмов» недели творения, но следующие данные источников:

1. Одним из способов летосчисления в Армении и Грузии была так называемая «эра римлян» (арм. հրոմոց), или «эра хроник» (груз. ქრონიკონი), известная в двух вариантах: с 249 г. н. э. и с 781 г. н. э. Обе эти даты соответствуют началу 12-го и 13-го 532-летних пасхальных циклов, если вести отсчёт с 5604 г. до н. э.⁸⁰⁵

2. В «Пасхальной хронике» упоминается 532-летний пасхальный цикл, начинающийся в 249 г. н. э.:

Да будет расчитано начало обращения⁸⁰⁶, или периода из 532 лет, от 5-го года Филиппа Юниора (т. е. императора Филиппа Араба. – П.К.) и его сына Филиппа, консульства Декия и Гратиана, 1-го года 257-й олимпиады включительно⁸⁰⁷.

Анонимный автор хроники использует данную точку отсчёта для своих целей, допуская при этом непоследовательность в вычислениях. Разобравшись в них, можно прийти к заключению, что в исходной пасхальной таблице использовался осенний год, и очередной 532-летний цикл начинался с года, соответствующее го 248 / 249 г. н. э. Это предполагает в качестве эпохи осень 5605 г.⁸⁰⁸

Символическое совпадение ключевой пасхалистической вехи – начала 12-го «великого индиктиона» – с началом второго тысячелетия истории Римского государства едва ли случайно. Мы знаем, что Андрей создал свой труд по указанию императора Констанция II, среднего сына Константина Великого, который с 337 г. правил восточной частью Римской империи, в то время как Запад поделили двое его братьев. После того, как в 340 г. погиб Константин II, а в 350 г. был убит Констант, Констанций начал борьбу с узурпаторами, захватившими власть в западных провинциях. В августе 353 г. он торжественно вступил в права императора Запада, объединив тем самым Римскую империю⁸⁰⁹. А ведь именно с 353 г. начинается 200-летняя пасхальная таблица Андрея! Не вызывает сомнения, что в своей хронике он постарался подчеркнуть историческое величие Рима и не преминул отметить, что второе тысячелетие Вечного города началось вместе с началом текущего великого пасхального цикла, 12-го от сотворения мира.

3. В армянских и грузинских источниках сохранились даты, соответствующие предполагаемой эре Андрея:

а) в «Мученичестве Або Тбилели» Иоанна Сабанис-дзе (кон. VIII в.) кончина тбилисского мученика датирована пятницей 6 января 6389 г. от сотворения мира = 786 г. н. э.⁸¹⁰ Очевидно, счёт здесь ведётся по пасхальному стилю с весны 5604 г. до н. э.

б) упомянутые выше армянские тексты (анонимный календарный трактат и Иованнес Имастасер, XII в.) насчитывают по эре Андрея до начала армянской эры 6153 или 6155 лет. Первое число явно ошибочно (не исключено, что на него повлияли 553 года, которые считались до начала армянского летосчисления от Христа)⁸¹¹. А вот второе соответствует эре Андрея, а также зависящей от неё эре «от 5-го года цезаря Филиппа» у Степаноса Таронаци⁸¹². Счёт при этом также предполагает весенний пасхальный стиль, начиная с весны 5604 г.

Остаётся главная проблема: как совместить тезис о начале пасхалии Андрея с 5604 г. до н. э. с циклом Эаса, в котором скачок луны находится годом ранее? Признаемся, что у нас нет уверенного решения. Предполагать вслед за Грюмелем позднейшее происхождение цикла Эаса нам не позволяет пасхалия ван де Вивера. «4-е колесо» в «Пасхальной хронике» слишком хорошо соответствует её собственной системе, чтобы отражать древнюю пасхалию Андрея. Кроме того, в истории пасхалистики IV–V вв. остаётся ещё одна загадка – «круг луны» у Дионисия Малого, происхождение которого так и остаётся неясным. Складывается впечатление, что в доступных нам сведениях о древних пасхальных циклах не хватает по крайне мере одного важного звена (см. главу «Гипотетический сирийский цикл»). Однако пускаться в область чисто умозрительных построений нам кажется преждевременно до тех пор, пока не будут изучены все сохранившиеся памятники не только греческой, но и армянской, грузинской, эфиопской, сирийской и славянской пасхалистики – до чего пока ещё довольно далеко.

См. таблицу 16. Год творения в системе Андрея (реконструкция).

Как бы ни реконструировать принятую в хронике Андрея неделю творения, для нас несомненно одно: его хроника и пасхалия опирались на сиро-македонский (антиохийский) календарь с началом года 1 октября 5605 г. до н. э. (т. е. «природное» и календарное начало эры не совпадали – как впоследствии в «эре ромеев»). Поскольку год сотворения мира находится в самом начале високосного цикла, а 1 октября этого года – воскресенье, очевидны пасхалистические преимущества этой даты. В сирийской пасхалистике месяц октябрь (македонский гиперберетайос, сирийский тешрин первый) традиционно является исходным пунктом солнечного 28-летнего цикла, по которому определяются дни недели. Пасхалистическим «знаком» этого месяца является алаф (ܐ) – единица, что означает соответствие 1 октября первому дню недели, воскресенью. Как поясняет Илия Нисибинский⁸¹³, причина этого в том, что «этот день есть первый день года». Октябрьское начало солнечного цикла успело закрепиться в восточно-римской пасхалистической традиции⁸¹⁴, хотя начало недельного цикла 1 октября выглядит чуждым всем известным вариантам ромейской эры: она не является воскресеньем ни в 5510 г. до н. э. (суббота), ни в 5509 г. (понедельник), ни в 5508 г. (вторник). Тем не менее и в календарно-пасхалистическом труде Михаила Пселла (конец XI в.), и в «Алфавитной синтагме» Матфея Властаря (XIV в.) октябрьское начало солнечного цикла объясняется тем, что в год сотворения мира, 1-й год 28-летнего цикла, октябрь – единственный месяц, начинающийся с воскресенья⁸¹⁵. Это выполняется только в эре Андрея, где в 1-м году мира (5605 г. до н. э.) 1 октября, действительно, попадает на воскресенье. Система, принимающая за начало недельного цикла 1 октября, могла появиться в Антиохии не позже 483 г., когда начало года там было перенесено на 1 сентября, и к этому времени должна была стать настолько широко известной, чтобы сохраниться в пасхалистической традиции на долгие века. На Руси октябрьское начало солнечного цикла также было хорошо известно – наряду с 1 апреля, принятым в качестве такового в более поздней греческой традиции. Так, в «Учении о числах» Кирика Новгородца (1136 г.) говорится: «1-й день месяца октября настаёт солнечный круг»⁸¹⁶. Известны изображения 28-летнего цикла с осенне-зимней границей, в т. ч. граффити XIII в. на стене Софийского собора в Киеве и берестяная грамота № 287 (рубеж XIII–XIV вв.)⁸¹⁷.

Началом лунного цикла в пасхалии Андрея считалось, возможно, 1 января или 1 марта (лунные фазы этих дат совпадают). Январское начало лунного цикла прижилось в греческой пасхалистике, о чём свидетельствует в конце XI в. Михаил Пселл, называющий 1 января наиболее удобной точкой отсчёта лунных дней («основанием» – греч. θεμέλιος⁸¹⁸):

Мы начинаем считать круг луны и основание с января месяца, так как в четвёртый день недели, когда Солнце и Луна творящим Словом были приведены в бытие, на пятнадцатом ходу соответствующего марту лунного месяца⁸¹⁹, едва они впервые взошли, когда Луна сразу же появилась пятнадцатидневной и совершенной – ибо Бог ничего не пожелал сотворить чтобы после захода Солнца, взошедшего несовершенным от начала, утром и осветившего целиком данный ему во владение день, и она осияла бы целиком подвластную ей ночь⁸²⁰. От 15 марта до конца декабря насчитывается 9 с половиной солнечных месяцев, имеющих каждый различное количество дней; а лунных, всегда имеющих 29 с половиной дней, наблюдается не только такое же число, но и 11 избыточных дней. Январь и февраль, взятые вместе, составляют ровно два лунных месяца. И поскольку 1 января ясно виден избыток в 11 дней после начала завершившегося круга луны, по необходимости с января, когда начинается её круг, начинается и число избыточных дней, являющееся и именующееся основанием для дней её следующего круга⁸²¹.

Ему вторят известный канонист XIV в. Матфей Властарь⁸²², а также русский учёный XII в. Кирик Новгородец⁸²³.

Для получения «круглого» числа от сотворения мира до Христа Андрей должен был ориентироваться на 5 / 4 гг. до н. э., т. е. на 5600 / 5601 г. его эры. Возможно, он поместил Воплощение на 21 марта 6 г. до н. э. Эта дата попадает на воскресенье, что обеспечивает мистическую связь между годом сотворения мира и годом Воплощения. Косвенным подтверждением этого предположения служит христианская эра в пасхалии ван де Вивера, которую мы считаем восходящей к пасхалии Андрея. В ней 50 г. эры Диоклетиана (333 / 334 г. н. э.) назван «339-м годом от Пришествия Христа». Это подразумевает Пришествие (Воплощение) в 6 г. до н. э. Из известных нам хронологических систем эта весьма ранняя дата органично вписывается лишь в эру Андрея⁸²⁴. Рождество Андрей, по всей вероятности, относил к 6 января 5601 г. от Адама = 5 г. до н. э. (четверг).

Далее, отсчитав 30 полных лет земной жизни Иисуса Христа, Андрей поместил Крещение в начало Его 31-го года (27 г. н. э.)⁸²⁵. В качестве даты Страстей Христовых идеально подходила пятница 23 марта 5635 г. мира = 31 н. э., чтобы Воскресение пришлось на 25 марта того же года. Напомним, что те же даты могли быть приняты уже в эре Анатолия Лаодикийского (а по гипотезе Грюмеля, которая не кажется, впрочем, достаточно обоснованной, – уже у Юлия Африкана)⁸²⁶.

Однако для такой хронологической схемы пришлось считать продолжительность земной проповеди Иисуса Христа в 4 года, вместо более традиционных 3 лет⁸²⁷. Скорее всего, именно против Андрея направлена инвектива автора «Пасхальной хроники» (как будет показано ниже, знакомого с его системой): «Те же, кто дерзнули написать, вопреки праздникам святой Божией соборной и апостольской Церкви, что Господь проповедовал благовестие целых четыре года и несколько дней, оказываются противоречащими упомянутому [Игнатию] Богоносцу и мученику и Священным Писаниям»⁸²⁸.

Как видно, с задачей построения мировой эры Андрей справился превосходно. Единственной серьёзной проблемой его системы (как и более поздней системы «Пасхальной хроники») является то, что Страстная Пятница 23 марта по константинопольскому циклу является 13-м, а не 14-м днём луны. Как решал эту проблему сам Андрей, неизвестно: маловероятно, чтобы он использовал тот же сомнительный с пасхалистической точки зрения способ, к которому прибёг в VII в. автор «Пасхальной хроники» (см. ниже).

По нашей реконструкции системы Андрея:

Творение мира – с воскресенья 18 марта по субботу 24 марта 1 года константинопольского цикла = 5604 г. до н. э.; создание светил – в среду 21 марта, в день весеннего равноденствия; сотворение Адама – в пятницу 23 марта.

Начало эры (эпоха) – 1 октября 5605 г. до н. э. воскресенье.

Воплощение – воскресенье 21 марта, 1-й день 5601 г. мира = 5 г. до н. э.

Страсти и Воскресение Христово – через 34 полных года, пятница 23 марта и воскресный день 25 марта 5635 г. мира = 31 г. н. э.

Реализованные «мистические параллели»:

21 марта – сотворение светил и Воплощение.

23 марта, пятница – дата и день сотворения Адама и Страстей Христовых.

25 марта, воскресенье – дата и день Благовещения и Воскресения.

* * *

Эра Андрея, несомненно, пользовалась определённой популярностью, но впоследствии была совершенно забыта греческой традицией. Едва ли не единственным памятником, который – по вполне вероятной гипотезе – может считаться использующим эту систему летосчисления от сотворения мира является мозаичная надпись на полу часовни, обнаруженная при раскопках в Бет-Сафафе (близ Иерусалима). Как показала Л. Ди Сеньи, указанная там дата – «14 индикт, 6200 год» – из всех известных нам вариантов мировых эр соответствует только эре Андрея, в пересчёте с которой это будет 596 г. н. э.⁸²⁹ Точно такое же соответствие наблюдается и в трёх эпитафиях из Газы, если принять, что указанные в них годы опускают число тысячелетий: [60]33 г., 12 инд. = 429 г. н. э.: [60]39 г., 3 инд. = 435 г. н. э.: [60]88 г., 7 инд. = 484 г. н. э.⁸³⁰

Бытование данной эры в Палестине в V–VI вв. помогает понять, каким образом эта довольно архаичная хронологическая традиция не позднее VIII в. проникла в грузинские и армянские памятники (подробнее см. разделы 9.2 и 9.3).

Идея построить мировую эру, основанную на александрийском пасхальном цикле, могла вполне родиться как реакция на появление в середине IV в. пасхалии Андрея, авторитет которой подкрепляла составленная тем же автором всемирная хроника.

Едва ли не всё, что мы знаем о возникновении александрийской эры, восстанавливается по тем скудным сведениям, которые сохранил для нас греческий хронист начала IX в. Георгий Синкелл. Надо сказать, что Георгий, наш основной информатор о древних хронологических традициях, является убеждённым сторонником александрийской традиции, творцом которой он называет Анниана. При этом он ничего не сообщает не только об Андрее, но и о более поздних вариантах его системы – эре «Пасхальной хроники» и ромейской эре, хотя последняя в его время уже широко применялась и даже считалась официальной в Константинопольском Патриархате. О специфике Синкелла как источника по истории календарных традиций можно судить уже по тому обстоятельству, что, говоря о началах года у разных народов, он даже не упоминает общепринятый в его эпоху в Ромейской империи сентябрьский год⁸³¹ – и это при том, что продолживший его «Хронографию» Феофан Исповедник использует сентябрьский стиль как сам собой разумеющийся⁸³². Единственный намёк на то, что в начале V в. велась некая полемика с арианскими хронистами (Андрей, по сведениям армянских источников, работал под покровительством арианствующего императора Констанция), можно в цитате из не названного Георгием по имени автора, опровергающего «суемудрых язычников» и «ересиархов, которые исповедуют Христа, творца времени, подчинённым времени, говоря: „Было, когда Его не было“» – под еретиками, очевидно, имеются в виду ариане⁸³³.

Упомянутая фраза представляет собой одну из цитат из некоего хрониста, пытающегося согласовать библейскую и халдейскую хронологию путём пересчёта баснословных сроков правления древних вавилонских царей, приводимых из Александра Полиистора по Бероссу, не в годах, а в днях. Георгий Синкелл критикует такую попытку, тем более, что она противоречит его концепции послепотопного происхождения государственной власти:

Я не согласен с разложением или разделением лет в дни и с теми, кто аллегорически толкуют их, говоря, что до Потопа годом считался день, пока четвёртый архонт Бодрых⁸³⁴, Хоравиил, не поведал об измерении циклического движения солнца по двенадцати знакам зодиака и трёмстам шестидесяти градусам, где градус составляет один день и одну лепту⁸³⁵. Он⁸³⁶ говорит, что величина года была неизвестна, поскольку люди ещё не узнали об измерении года. Но как можно научиться двенадцати знакам зодиака ежегодного циклического движения солнца, если не знать, что год делится на двенадцать частей и двенадцать месяцев?

Далее он говорит: «Действительно, у них 3600 дней назывались „сар“, 600 дней – „нер“, а 60 дней – „сосс“. И 3600-дневный „сар“, разложенный на 365 дней года, даёт 9 лет и 10 месяцев; 600-дневный „нер“ – 1 год и 7 [½+]⅓ 3 месяца⁸³⁷; „сосс“ – 2 месяца. 120 „саров“ дают 432.000 дней; разделив их по годам, получим 1183 года, 6 [½+]⅓ месяцев. После прибавления к этому 105[8]⁸³⁸ лет без царей в сумме от Адама до Потопа будет 2242 года, в согласии с нашим Писанием. Было проделано деление 1058 лет на недели, так что от Адама до Алора их 55.167».

Затем он говорит: «Разделив убедительным образом сомнительные сведения халдеев, я счёл необходимым прежде истолковать [события] перед наставлением [Бодрых] до 165 г. Еноха, в 1286 г.⁸³⁹, а затем последовательно приступить к изложению по порядку (στοιχείωσιν) [событий] от Адама до двадцатилетия Константина, дабы, называя имена правивших у каждого народа царей, продемонстрировать не имеющую пропусков совокупность 5816 лет⁸⁴⁰».

И ещё: «Сосчитав годы от мужей, чьи родословия дают божественные Писания, от Адама до преблагословенного двадцать второго архиепископа Александрии и Египта и обеих Ливий идолобойцы Феофила, представим число лет 5904 [= 412 н. э.], дабы суемудрые ересиархи и язычники не могли найти никакого основания в наших божественных Писаниях. Ведь суемудрые язычники исчисляют возраст мира во многие мириады лет, а ересиархи в свою очередь исповедуют Христа, творца времени, подчинённым времени, говоря: „Было, когда Его не было“. Но все они ходят вне кафолической Церкви, слыша: Друг, как ты вошёл сюда не в брачной одежде? (Мф.22:12)». Воистину, доброе и благоприемлемое запечатление сочинения представил автор, и мы вместе с благоразумными принимаем цель сочинения как вернейшую. Однако тем, кто узнал, по их словам, мнение суемудрых язычников о том, что миру многие мириады лет, следовало бы разоблачить мнение последних как ни в чём не согласное с нашей истиной, но ложное и богопротивное. И тем более поспешить с его разоблачением, поскольку как выше ясно было показано и снова будет доказано (если милостью Божией продолжится этот труд) из книги Бытия, что до Потопа ни видно было ни Халдейского царства или народа, ни Вавилонского, о которых сказано, что они возникли после Потопа⁸⁴¹.

Здесь мы видим критику «синтеза» библейской истории с вавилонской. В другом месте Георгий столь же сурово критикует опыт пересчёта древнеегипетской царской хронологии по Манефону:

Манефон Себеннитский, верховный жрец мерзких египетских священнодействий, живший после Беросса при Птолемее Филадельфе, пишет для этого Птолемея, рассказывая, как и сам Беросс, небылицы, о 6 династиях, то есть 6 никогда не существовавших богах, которые якобы продолжались 11.985 лет. Из них первым называет он бога Гефеста, царствовавшего 9000 лет. Эти 9000 лет некоторые из наших историков опять-таки, понимая под ними лунные месяцы и измеряя в днях продолжительность этих 9000 «лун» в годах по 365 дней, пересчитывают в 727, 4 лет⁸⁴²; они считают себя исправившими нечто нелепое, но скорее достойны посмешища, согласуя ложь с истиной⁸⁴³.

Далее приводится таблица, в которой период правления 16 царей легендарной египетской 1-й династии (от Гефеста до Зевса) подвергнут радикальному сокращению: 15.000 солнечных лет (по 365 дней) пересчитаны как 15.000 лунных месяцев (по 29,5 дней), что составило всего 1212 лет.

Остроумная методика (якобы позволившая согласовать данные языческих историков с Библией с точностью до года!), возможно, и казалась привлекательной египетским учёным христианам на рубеже IV–V вв., но для православных ромеев в начале IX в. она уже выглядела как нелепая уступка языческой мифологии⁸⁴⁴. Поэтому Георгий сурово порицает христианских хронистов, практикующих подобные ухищрения:

Удивляюсь, каким образом, видя, что всё это и многое другое преисполнено всяких басен и не соответствует нашим божественным Писаниям, составители христианских историй – называть их имена я считаю излишним из уважения к мужам, к которым и я вынужден прибегать в этом сочинении, дабы труд сей не показался несовершенным – сочли приемлемым целиком разместить в изложении хронологических таблиц то, что вовсе недостойно упоминания. Итак, поскольку нами показано, что халдейская власть начинается с Неврода, тем самым ясно продемонстрировано, что писания Манефона для Птолемея Филадельфа о египетских династиях исполнены лжи и вымышлены в подражание Бероссу, почти в то же время или немного позднее; впрочем, и последние, будучи бесполезными, излагаются многими историками в таблицах.

Рассмотревший внимательно настоящие две небольших таблицы получит отсюда всяческое убеждение в том, что вымышленным является представление обоих вышеупомянутых [писателей], как Беросса, так и Манефона, каждый из которых хотел прославить свой народ, один – халдеев, другой – египтян. Достойно удивления, что они не постыдились положить начало своих полных чудес сочинений с одного и того же года⁸⁴⁵; но Беросс записал через сары, неры и соссы, где cap означает 3600 лет, нер – 600, а сосс – 60, и насчитал 120 саров за десять царей, то есть время в 432 тысячи лет. Эти годы некоторые из наших историков наугад пересчитали в дни, упрекая Евсевия Памфила за то, что в годах саров он не уразумел дней. Но напрасно ругают они его за это. Ибо как мог уразуметь то, чего нет, он, человек весьма учёный и осведомлённый об эллинском мнении, которое считает, будто от возникновения мира прошло множество эонов, или мириад лет, согласно принятому у них мифу о противоположном движении Зодиака – от начала Овна и обратно до его возвращения?⁸⁴⁶

Нужно ли было самим им согласовывать ложь с истиной?⁸⁴⁷

Несмотря на декларированное нежелание ставить под угрозу авторитет своих почтенных предшественников, чуть далее Георгий Синкелл всё же называет их по именам:

Разве кто поверит (сам же я так не думаю) в то, что, как говорят, потомки Адама измеряли года неделями до 165-го года Еноха, когда шёл 1286 год мира – ибо в этом году по поручению Бога всяческих архангел над звёздами Уриил показал Еноху, что такое месяц, и поворот солнца, и год, – как рассказывает в своей книге Енох, – и что имеет год 52 недели, и что в 1286 годах – 469.390 дней, недель же 6756, а всё это время ни повороты солнца, ни годы, ни их измерение не были известны людям. Это нелепое умозаключение некоторые считают уместным приложить к написанному в халдейских историях о царствовавших в то время – и среди них богобоязненнейший инок писатель Анниан и монашествующий Панодор, современный ему историк. Ибо если за девятьсот пятьдесят шесть лет до Потопа стал известен Еноху и последующим годовой круг и его членение по четырём поворотам солнца и двенадцати месяцам, значит умели и допотопные люди почти тысячу лет – точнее, 956 – измерять солнечными годами и месяцами годы их царей. И около 600 из этих лет избраны нами для расчётов, чтобы согласовать, как было сказано, с божественным Писанием и истиной всяческим образом уклонившиеся от них [сочинения], которым не должны внимать верующие по-нашему – ни их свидетельствам о Потопе, ни чему другому из их бесовской истории. Ибо от такового сочинения и схожих с ним словно из какого-то мутного источника изливается всякое эллинское и манихейское зловерие, и немало наших ересей получили начальные причины от подобных лукавых писаний.

Ради этого привели мы для убеждения считающих подобные басни уместными вышеописанные свидетельства Александра [Полиистора] и двух вышеназванных иноков, Анниана и Панодора, современников, процветавших при двадцать втором⁸⁴⁸ архиепископе александрийском Феофиле и потрудившихся составить много полезных исторических глав; и хотя кое-что они излагают в определённой мере удачно, никакой пользы не принесло истине принятое ими мнение вышеназванного Александра о халдейских царях, будто бы они царствовали в Вавилоне до Потопа, и иносказательное толкование о мириадах лет. С ними же я думаю сопоставить мнения о том же Абидена и Аполлодора, и вдобавок Манефона – о династии египтян, мифословящих подобным образом о допотопном времени; пользу от них – то есть Абидена, Аполлодора и Манефона, – я вижу в том, чтобы собрать несогласующееся из разных [авторов] и тем самым истребить дурное, указав таким образом по порядку, насколько возможно, годы до Потопа.

Следует знать, что из вышеупомянутых боголюбивейших монахов историков издание Анниана короче и точнее следует апостольскому и отеческому преданию; в нём божественное Воплощение указано в конце 5500 и начале 5501 года, а святой и пресветлый день Воскресения – 25 числа римского месяца марта, а по-египетски – 29 фаменота (этот день он показал первозданным в составленной им после некоторых учёных изысканий пасхалии на 532 года), в начале 5534 года мира, в сам животворящий день первой Пасхи Господней⁸⁴⁹; любоистеннейшее издание этой пасхалии любитель учёности найдёт в этом же сочинении в надлежащем месте, после составленного нашими трудами равносильного ему⁸⁵⁰.

[Сочинение] же Панодора, из многих частей и многих жанров, содержит много полезного, включая не только хронологическое, но и каноническое⁸⁵¹ рассмотрение движения двух великих светил – солнца и луны. Во многом же он тавтологичен и упускает 7 лет из 5500 лет до неизреченного вочеловечения Господа нашего Иисуса Христа, и из-за этого ошибается в пасхальном дне, ибо передаёт, что он пришёлся на 5525 год мира 20 марта, то есть по египтянам 20 фаменота; столь же нездраво судит он и о годе Рождества Спасителя нашего.

Оба же они порицают Евсевия Кесарие-Палестинского, что он не смог, как они, пересчитать в дни мириады халдейских лет, точнее 12[0 саров]⁸⁵², и дают решение или способ, как показано выше, чтобы привести это в соответствие с Писанием. Мы же скорее согласны с ним, не сводящим ложь с истиной. Ибо будучи многоучёным и зная, что халдеи возводят мироздание к бесконечным эонам, а эллины и египтяне говорят о двадцати пяти периодах по 1461 году, то есть утверждают, что восстановление мира происходит за 36.525 лет (речь идёт о возвращении неба от знака [Зодиака] к тому же знаку⁸⁵³, как сказано у Гермеса в «Генике» и в «Кираннидах»⁸⁵⁴, и потому он, как это и подобает, счёл излишним иносказательно толковать это нелепое мнение⁸⁵⁵.

Принято считать, что первым хронологическую систему на основе александрийского цикла разработал именно Панодор, а затем она была переработана Аннианом и приняла свой окончательный вид⁸⁵⁶. Обратная зависимость (Анниан, а затем Панодор) также теоретически не исключена, тем более что она соответствует порядку, в котором об этих писателях говорит Георгий Синкелл⁸⁵⁷. Попробуем разрешить этот вопрос, опираясь на текст Синкелла.

Греческий хронист умудряется так цитировать своих египетских коллег, что разобраться, где он ссылается на Анниана, а где – на Панодора, далеко не просто. При этом цитаты из Юлия Африкана, Евсевия и других историков у Георгия, как правило, аккуратно указываются. Будем исходить из того, что заимствованиями из сочинения Панодора являются те места, где хронология расходится с расчётами Анниана, известными нам по другим источникам. В частности, несомненно к Панодору восходят синхронизмы, приравнивающие 1 г. эры Набонасара (747 г. до н. э.) к 4747 г. мира, а 1 г. эры Филиппа Арридея (323 г. до н. э.) – к 5170 г. мира⁸⁵⁸. Наш вывод подтверждает сообщение Георгия Синкелла об ошибках Панодора:

А некто Панодор, египетский монах, историк весьма опытный в точном исчислении, процветавший во времена царя Аркадия и архиепископа александрийского Феофила, во всём приверженный истине, ошибся на 7 лет⁸⁵⁹, подойдя к спасительному Воплощению и соотнеся его с 5493 годом. Причина же его ошибки была такова: ведь поскольку первый год Филиппа Арридея, первого после Александра Македонского царя македонцев, – год, в который Клавдий Птолемей положил начало отсчёта «Справочных канонов» с начала египетского и греческого года, 1-го числа египетского месяца под называнием «тот», сопоставленное с 29 августа⁸⁶⁰, – соответствует, как общепризнанно, 5170-му году мира; а от этого первого года Филиппа до гибели Клеопатры по астрономическим канонам набирается 294 года⁸⁶¹, то есть от этого 5170 мирового года будет таким образом 5463 года от Адама до гибели Клеопатры – что не согласно с церковным преданием о 43-м годе Августа Цезаря, когда воплотился Господь наш⁸⁶². Ибо от её гибели и подчинения Египта Август, как сказано у математиков, царствовал только 43 года⁸⁶³. Если мы допустим, что это истинно, окажется, что Август скончался в 5505 году мира; это же будет 5-летний возраст Спасителя. Но как очевидно это, так очевидно и то, что во время смерти Августа Цезаря Господу шёл приблизительно 15-й год, и в 15-м году Тиберия Цезаря Он был лет тридцати (Лк.3:23) – каково речение [Писания], и притом ясное. Значит, смерть Августа Цезаря будет где-то между 5514-м и 5515-м мировыми годами, а начало всего его царствования – в 5458-м⁸⁶⁴. Панодор же, следуя математическому изданию, начало царствования Августа поместил в 5451-м году мира, конец 5506-м⁸⁶⁵, а спасительное Рождество в 5493-м году, посчитав неверно⁸⁶⁶.

Эти расчёты, основанные на «Каноне царей» Клавдия Птолемея, отличаются точностью, в отличие от хронологии Анниана, начинающего эру Филиппа (она же «эра Александра») с 5181 г. мира. Анниан, судя по всему, просто взял число 5180 лет от Адама до смерти Александра, принятое в хронике Юлия Африкана, и приложил его к своей эре⁸⁶⁷. В результате верный синхронизм Африкана (5180 г. мира = 323 г. до н. э.) превратился в неверный (5180 г. мира = 312 г. до н. э.).

Обычно Георгий Синкелл упрекает за желание примирить языческую и библейскую хронологию и Панодора, и Анниана. Но в одном месте, говоря о послепотопных царях Месопотамии, он адресует свой упрёк персонально Панодору:

Александр Полиистор хочет, чтобы с 2405 года мира снова установилось послепотопное царство халдеев, баснословя при помощи саров, неров и соссов о том, что 86 царей халдеев и мидян процарствовали 340[8]0 лет, то есть 9 саров, 2 нера и 8 соссов⁸⁶⁸. Это число некоторые из наших церковных историков опять же неправильно принимают за 94 солнечных года и 8 месяцев⁸⁶⁹, которые, как они говорят, приводят в 2499 год. А после этого времени 86 царей – двух халдейских, Евехия и Хомасбела, и 84 мидийских, – сам Полиистор вводит Зороастра и следовавших за ним 7 халдейских царей, правивших 190 солнечных лет, уже не через сары, неры и соссы и прочие нелепости мифической истории, но через солнечные годы. Ибо, считая живших в древности богами или полубогами и вводя потомков в заблуждение, они записали, будто те действительно царствовали бесконечные годы, считая мир вечным вопреки богодухновенным Писаниям; живших же позднее и всем известных они [записали] через солнечные годы, как смертных, – и вовсе не потому, что, как думает Панодор и некоторые другие, люди, наученные окончательно Зороастром о солнечных годах, известных со времени Еноха, стали с тех пор измерять годы царей в солнечных годах⁸⁷⁰.

На основании этого можно с уверенностью предположить, что скрупулёзные расчёты, переводящие мифические числа у Манефона, Беросса и Александра Полиистора в месяцы, годы и дни, принадлежат именно египетскому «математику» Панодору. В высшей степени маловероятно, что Анниан предпринял то же самое независимо. Значит, Анниан заимствовал идею и общие выводы (но не даты!) Панодора, согласовывая языческую и библейской хронологию – за что им обоим наравне достаётся от Георгия Синкелла. В дальнейшем мы будем исходить из приоритета хроники Панодора по отношению к хронике Анниана.

Имя Панодора практически неизвестно по другим источникам. В поздней компиляции о константинопольских древностях, известной под именем Псевдо-Кодина (XV в.), некоему «Панодору Египтянину» приписывается толкование одного столичного топонима, связываемого с именем императора Фоки (602–610 гг.)⁸⁷¹. Имеет ли здесь место анахронизм или речь идёт о другом Панодоре, неясно.

По предположению А. фон Гутшмида, к Панодору восходят выписки из 1-й книги хроники Евсевия и других источников, изданные Дж. А. Крамером по парижской рукописи № 2600⁸⁷².

* * *

По сведениям Георгия Синкелла, Панодор при создании своей эры «канонически» рассматривал движения Солнца и Луны, а также опирался на астрономически выверенную хронологию «Канона царей» Клавдия Птолемея. По всей видимости, его главной задачей было приспособление «эры 5500 года» как к александрийскому 532-летнему циклу, так и к исторической хронологии.

По поводу принятого Панодором начала эры среди учёных нет единого мнения. Предполагается, что отсчёт лет в его хронографии ведётся с первого дня египетского года, традиционного начала александрийских астрономических циклов – 1 тота, причём Панодор (в отличие от Птолемея) считал этот день закреплённым за 29 августа, принимая таким образом «александрийский» неподвижный год в 365 дней. Первым годом эры Панодора считается 5493 / 5492 г. до н. э.⁸⁷³ гипотеза Г. Унгера⁸⁷⁴, отстаивавшего 5494 / 5493 г. до н. э., не нашла широкой поддержки. Данные в хронике Георгия Синкелла соответствуют первому варианту:

4747 г. – 1-й год Набонасара = 747 / 746 г. до н. э.

5170 г. – год кончины Александра = 324 / 323 г. до н. э.;

5463 г. – последний год Клеопатры = 31 / 30 г. до н. э.;

5506 г. – последний год Августа = 13 / 14 г. н. э.

Согласно гипотезе В. Грюмеля, начало мироздания у Панодора отнесено к 19 марта 5493 г. до н. э. Однако в своих вычислениях хронист, как правило, пользуется неподвижным «александрийским» годом, начинающимся с 1 тота = 29 / 30 августа. Скорее всего, именно по этой причине в датировках возникает разнобой, из-за которого мартовский «год мира» по эре Панодора может соответствовать разным египетским годам:

– с 29 августа 5493 г. до н. э. (по Пето):

– с 30 августа 5494 г. до н. э. (по Унгеру, с поправкой Лебедева).

В первом случае 2-я половина египетского года совпадёт с годом мира по эре Анниана, поэтому Георгий Синкелл не осознавал разницы между мировыми эрами Панодора и Анниана (см. ниже).

См. таблицу 17. Соотношение границ года в разных вариантах александрийской эры.

Дата страстной Пасхи по Панодору сохранилась у Синкелла в искажённом виде: «5525 г. мира, 20 марта, 20 фаменота». Но 20 марта соответствует 24 фаменота, а 20 фаменота – 16 марта. Ясно, что цифры в тексте Георгия нуждаются в исправлении. Было предложено несколько решений⁸⁷⁵.

1. Ещё Ж. Гоар, первый издатель хроники Синкелла, предположил, что по Панодору Страстная Пятница – 20 марта 33 г. н. э. = 5525 г. мира, на 8 лет раньше даты Анниана (5533 г. мира)⁸⁷⁶. Остаётся лишь добавить цифру к числу египетского месяца фаменота и читать не 20 (κʹ), а 24 (κδʹ). Эта гипотеза подкреплена и церковной традицией конца IV в.: 20 марта датирует распятие Христа Епифаний Кипрский⁸⁷⁷. Проблема в том, что эта дата никак не согласуется с 19-летним циклом, по которому в 33 г. н. э. 20 марта не только не совпадает с пасхальным полнолунием, но находится в районе новолуния (2-й день луны). Между тем Георгий Синкелл недвусмысленно заявляет, что в своих расчётах Панодор учитывал «движения двух великих светил»: ясно, что речь при этом идёт о лунно-солнечном цикле александрийской пасхалии, к 1-му году которого и приурочена эра Панодора.

2. Г.Ф. Унгер⁸⁷⁸ и вслед за ним Г. Гельцер⁸⁷⁹ исправили число римского месяца, предполагая, что Панодор принял за пасхальное воскресенье 20 фаменота 5525 г. мира = 16 марта 32 г. н. э. (по Унгеру, эра Панодора на год опережает эру Анниана): Страстная Пятница, соответственно, должна быть датирована 14 марта. В александрийском цикле на пятницу 14 марта в 32 г. н. э. действительно приходится полнолуние: однако это не пасхальное полнолуние 1-го лунного месяца года (нисана), а предшествующее ему полнолуние 12-го месяца (адара). Это типичный случай «протопасхитской» даты, совершенно недопустимой с точки зрения александрийской традиции. Кроме того, согласно принимаемой большинством учёных эре Панодора, 32 г. н. э. относится к 5524 г. мира.

3. Г. Опперт полагал, что Панодор датировал Воскресение так же, как и Анниан – 29 фаменота = 25 марта, но в более традиционном 31 г. н. э., 18-м году Тиберия (по эре Панодора, 5524 мартовский или 5523 августовский год)⁸⁸⁰. Эта гипотеза требует изменить как числа обоих месяцев, так и последнюю цифру года. В этом случае от Рождества до Страстей оказывается всего 30 полных лет.

4. Д. Серрюйс исправил дату на 25 фаменота = 21 марта 34 г. н. э., воскресенье и 14-й день луны⁸⁸¹. Соответственно, в тексте Георгия Синкелла надо исправить числа обоих месяцев и год, поскольку 21 марта 34 г. н. э. соответствует по эре Панодора 5526 г. мира. Под «пасхальным днём» Панодор, согласно Серрюйсу, подразумевал именно иудейскую пасху в 14-й день луны, который попал на воскресенье. Но непонятно, как в таком случае он мог согласовать свою хронологию с ясным указанием Евангелий на то, что Воскресение Христово произошло не на пасху, но на 3-й день после неё.

5. В. Грюмель⁸⁸², минимизируя исправления, предложил под «пасхальным днём» Панодора разуметь 24 фаменота = 20 марта 34 г. н. э., субботу, 13-й день луны; соответственно, в тексте Георгия Синкелла надо исправить число фаменота (с 20 на 24) и последнюю цифру года. Проблема, однако, в том, что при этом Страстная Пятница 19 марта оказывается 12-м днём луны, в то время как по Евангелиям это должен быть 13-й или 14-й день.

6. Наконец, А. Моссхаммер⁸⁸³, уверенный в точности указанного Синкеллом года, считает, что Панодор вполне мог поместить Страстную Пятницу на 8 фармути = 3 апреля 33 г. н. э., августовского 5525 г. мира. По его мнению, этот день, 16-й день луны, ближе всех других дат к синоптической евангельской традиции, которой придерживался Феофил Александрийский в Предисловии к пасхалии на 380–479 гг., составленной около 390 г.:

«Спаситель наш был предан в 14-й день луны, пятый по субботе, а распят в 15-й, воскреснув в третий день, то есть в 17-й по луне, который тогда оказался в воскресенье, как показывают Евангелия»⁸⁸⁴.

Однако в этом случае приходится признать, что в тексте Георгия не только испорчены числа, но и даны неверные названия месяцев, причём как египетского, так и римского. Не слишком ли это дорогая цена за то, чтобы сохранить в неприкосновенности последнюю цифру года от сотворения мира?

* * *

Попробуем реконструировать ход рассуждений Панодора. Точно установив по «Канону» Птолемея год воцарения Тиберия (5507 г. = 14 г. н. э.)⁸⁸⁵ и принимая 3-летний срок учительства Иисуса Христа, Панодор мог вычислить, что Он пострадал и воскрес примерно в 5524–5526 гг. мира по его эре (в 31–33 гг. н. э.). В поисках подходящего года Страстей Панодор должен был обнаружить, что по александрийской пасхалии условие, соответствующее евангельскому рассказу, – т. е. совпадение четверга или пятницы с пасхальным полнолунием – не выполняется ни в один из годов этого интервала. Из нестрогих совпадений можно было бы избрать 31, 32 или 35 гг. н. э., когда 14-й день луны попадает на субботу. Но если Панодор отдавал предпочтение точности хронологии (к которой он, безусловно, стремился), то он, скорее всего, остановился бы на 34-м году Христа, то есть на 5526 г. мира. Обратим внимание, что как раз в этом месте Синкелл говорит об ошибке Панодора на 7 лет. А поскольку «правильной» датой Страстей Синкелл считает 5533 г., то 7-летнее «упущение» как раз соответствует 5526 г. – по аналогии с тем, что 5500 г. Воплощения у Анниана соответствует 5493 г. у Панодора.

Ввиду вышеизложенного мы склоняемся к тому, что в качестве «пасхальной» Панодор принимал ночь с субботы на воскресенье 24 / 25 фаменота = 20 / 21 марта 34 г. н. э., что соответствует 5526 году мира, считая с 1 тота. Заметим, что в хронике Георгия Синкелла годы начинаются 25 марта, поэтому по его системе эта дата относится ещё к 5525 г. мира. Так что исправление года вообще может не потребоваться.

Как будет показано далее, 21 марта – день весеннего равноденствия по александрийской пасхалии занимает ключевое место в хронологической системе Панодора. Именно на этот день он, по нашему мнению, помещал сотворение светил и Воплощение. Как египетский «математик» выкручивался из ситуации, когда Воскресение Христово совпало с 14-м днём луны, можно только гадать. К примеру, он мог, подобно Епифанию Кипрскому⁸⁸⁶, обвинить современных Христу иудеев в неверном определении пасхального дня.

* * *

Определяя принятую Панодором дату Воплощения и Рождества, будем исходить из установленной выше даты Страстей – 34 г. н. э.⁸⁸⁷ Согласно Георгию Синкеллу⁸⁸⁸ и Воплощение, и Рождество Панодор поместил в 5493 г. мира ( = 1 г. до н. э. / 1 г. н. э.)⁸⁸⁹. От зимы этого года до весны года Страстей прошло 33 полных года Христа, в согласии с хронологией Евсевия. Определённую роль могло сыграть здесь и то, что на этот год приходится начало очередного 19-летнего лунного цикла александрийской пасхалии⁸⁹⁰.

На рубеже IV и V вв., когда Панодор трудился над своей системой, римская традиция празднования Рождества Христова 25 декабря и Благовещения 25 марта только-только начала проникать на Восток. В 370-е годы она укоренилась в Малой Азии и Антиохии, а вскоре распространилась в Александрии и Константинополе. До восточных окраин – Армении и Месопотамии – она дойти так и не успела, и там сохранилась древняя традиция отмечать Рождество вместе с Богоявлением 6 января⁸⁹¹. Ввиду новизны традиции Панодор мог принять в качестве даты Благовещения и Воплощения 25 фармути = 21 марта (вместо традиционного впоследствии 25 марта) – число, которое в реконструкции его системы по Грюмелю является датой сотворения светил, весеннего равноденствия и начала астрономических циклов; в 1 г. до. н. э. этот день приходится на воскресенье, что глубоко символично. Дата Рождества ровно через 270 дней (9 египетских месяцев по 30 дней) попадает на 28 / 29 хояка = 24 / 25 декабря 5493 г., что в 1 г. до н. э. соответствует ночи с пятницы на субботу. Такое совпадение особенно важно. У многих экзегетов встречается указание на то, что сотворение Адама и Рождество Нового Адама – Христа произошло в один и тот же день недели, пятницу⁸⁹². Между тем, ни в одной из известных нам хронологических систем такого совпадения не наблюдается: 25 декабря попадает на пятницу в 13 и 7 гг. до н. э., 5 и 11 гг. н. э., но ни одна из этих дат не может быть принята в качестве года Рождества ни по каким соображениям. Лишь допущение, что речь идёт о ночи с 24 на 25 декабря, позволяет получить указанное соответствие в 1 г. до н. э. Подкрепление этой гипотезы мы находим в довольно странном способе датировки Рождества у Георгия Синкелла:

А 4-го числа египетского месяца хояка⁸⁹³, или 24 числа декабря месяца, в 9-й день до январских календ, по окончании 31-го дня хаселева, 9-го месяца евреев и христиан, и 275 дней от Воплощения от святой и по природе и по истине сущей Богородицы и Приснодевы Марии, следующего 25 [числа] родился Господь наш и Бог Иисус Христос, единородный Сын Бога, в городе Вифлееме Иудейском, на 43 году царствования Августа, цезаря римлян, в консульство Гулпикия и Марина и Гая Помпея, как точно передаётся в древних списках⁸⁹⁴.

Имена римских консулов (в которых угадываются Квинт Сульпиций Камерин и Гай Поппей Сабин, консулы 9 г. н. э.), а также вторая дата Рождества и число дней от Благовещения здесь относятся к традиционной александрийской системе Анниана. Но зачем хронисту вспоминать о 24 декабря, да ещё давать эту дату сразу по четырём календарям, начиная с египетского? Единственное объяснение заключается в том, что эта дата восходит к какой-то иной хронологической системе, которая была использована Георгием и в которой у нас есть все основания видеть систему Панодора.

* * *

Перейдём к дате мироздания. Поскольку «александрийский» год Панодора, как мы видели, сдвинут на полгода в отношении весеннего «естественного года», сотворение мира в его эре теоретически может относиться как к весне 1-го египетского года (в этом случае она совпадёт с системой Анниана), так и к предыдущей весне. Рассмотрев соответствующие годы александрийского цикла (1-й и 19-й), В. Грюмель счёл наиболее вероятным, что в качестве даты начала творения Панодор принял воскресенье 19 марта (11 фаменота) 5493 г. до н. э., 19-го года александрийского цикла⁸⁹⁵. Как показал в своё время Д.А. Лебедев, такое начало наиболее органично для александрийского лунного цикла, естественным началом которого является египетский новый год – 1 тота (29 августа): именно при счёте с 19-го года в этом цикле соблюдается обычное чередование 13-месячных лет (3, 6, 8, 11, 14, 17, 19)⁸⁹⁶.

Избранная дата сотворения мира, 19 марта 5493 г. до н. э., соответствует воскресенью накануне весеннего равноденствия⁸⁹⁷ и полной фазе луны (15-й день). Дата 19 марта оказывается общей для дня начала творения и дня Страстей Христовых. Сотворение светил, в ночь со вторника на среду 21 / 22 марта, совпадает с датой весеннего равноденствия. Следует отметить, что точно такую же реконструкцию недели творения мы предполагаем для системы Анатолия Лаодикийского.

Гипотетическое устройство эры Панодора:

Начало творения – с воскресенья 19 марта 19 г. александрийского цикла = 5493 г. до н. э.; создание светил – в ночь со вторника на среду, с 21 на 22 марта, полнолуние.

Воплощение – 21 марта 5493 г. мира, воскресенье. Рождество – 24 / 25 декабря 5493 г. мира, с пятницы на субботу (= 1 г. до н. э.).

Страсти и Воскресение – через 33 года после Рождества, 19 / 20 марта и 21 / 22 марта, рубеж 5526 и 5527 г. мира (=34 г. н. э.).

Реализованные «мистические параллели»:

19 марта – дата начала сотворения мира (воскресенье) и Страстей Христовых (пятница):

21 марта – дата сотворения светил (среда), Воплощения (воскресение) и Воскресения;

пятница – день сотворения Адама и Рождества Христа (Нового Адама).

* * *

Главным достижением Панодора можно считать установление соответствия между эрой 5500 года и 19-летним лунным циклом александрийского типа. К предполагаемым достоинствам его системы можно отнести совпадение сотворения мира и Воплощения с 1-м годом александрийского цикла, а также наличие «мистических» соответствий между датами сотворения мира. Воплощения и Воскресения. В этом отношении его система очень напоминает систему Анниана.

Серьёзными недостатками системы Панодора были отказ от строгой символической «эры 5500 г.» и проблемная в пасхалистическом отношении дата Страстей. Порядок лунных дней, соответствующий синоптическим Евангелиям, соблюдается в александрийской пасхалии только в 42 г. н. э., на который поместил Страсти и Воскресение современник Панодора Анниан. В итоге система Анниана, представлявшая альтернативный вариант приложения александрийской к всемирной хронологии, вытеснила систему Панодора.

Александрийской эре было суждено стать одной из самых авторитетных систем летосчисления в христианском мире. В ней достигнуто весьма эффектное сочетание мистической символики и строгого согласия с церковным преданием. Однако происхождение её скрыто во мраке. Едва ли не всё, что мы знаем о её создателе, Анниане, нам сообщает Георгий Синкелл⁸⁹⁸. Он называет Анниана «богобоязненнейшим иноком», современником и земляком Панодора, жившим в Египте во времена Феофила Александрийского (384–412). Илия Нисибинский (XI в.) приводит данные «Анния (ܐܚܘܣ) Александрийского» по хронологии ассирийских и мидийских царей⁸⁹⁹. Михаил Сириец (XII в.) среди своих источников упоминает «александийского монаха Энана», составившего хронику от Адама до Константина⁹⁰⁰. Однако из этой фразы не следует делать вывод, что Анниан довёл свой труд только до начала IV в. Георгий Синкелл, цитируя свой источник (Анниана или Панодора), упоминает две «опорных» даты⁹⁰¹: 5816 лет от Адама до 20-летия правления Константина Великого (325 г. н. э.), до которого доведено «последовательное изложение (στοιχείωσιν) событий», а также 5904 года от Адама до «преблагословенного 22-го архиепископа Александрии и Египта и обеих Ливий идолобойцы Феофила». Поскольку 20-й год Константина (избранный, очевидно, как синхронизм с финальной датой хроники Евсевия) соответствует 5816 г. только по александрийской эре (по эре Панодора это был бы 5817 / 5818 г.), обе даты относятся к сочинению Анниана. Следовательно, Анниан окончил свой труд в 5904 г. = 412 г. н. э., причём до 15 октября, когда скончался архиепископ Феофил, чьё имя здесь ещё не сопровождается эпитетом «блаженной памяти».

Э. Хонигман выдвинул гипотезу о тождестве хрониста Анниана с диаконом Аннианом из Келеды (неизвестный городок, предположительно в Южной Италии)⁹⁰². Сторонник известного Пелагия и оппонент Августина и Иеронима, Анниан Келедский присутствовал на Соборе в Диосполе в 415 г.; затем он жил в Палестине и, владея как латинским, так и греческим языком, переводил творения Иоанна Златоуста. Гипотеза Хонигмана не столь невероятна, как кажется на первый взгляд. Во всяком случае, она может объяснить некоторые особенности системы Анниана: например, её несколько странную для Александрии научную непритязательность, а главным образом ту центральную роль, которую в ней играет 25 марта – дата, особо значимая именно в западной традиции. Кроме того, озадачивает полное отсутствие сведений об Анниане в позднейшей египетской традиции: о нём не упоминают ни коптско-арабские, ни эфиопские источники. Зато явное влияние хронологии Анниана прослеживается в латинской хронике V в., получившей в науке за косноязычие название «Excerpta Barbari»⁹⁰³, а также в двух латинских фрагментах (Миланском и Падуанском), трактующих о датах жизни Христа⁹⁰⁴. Дополнительные заметки в некоторых рукописях хроники Иеронима, часто относящиеся к египетской истории, по мнению А. фон Гутшмида, также могут восходить к хронике Анниана или Панодора⁹⁰⁵. Наводит на размышления о влиянии поздней латыни и любопытный гапакс «πασχουάλια», которым Георгий Синкелл именует сочинение Анниана.

Не исключено, что к хронике Анниана имеют отношение греческие папирусные фрагменты, приобретённые в 1901 г. в Гизе русским египтологом В.С. Голенищевым и хранящиеся в московском Музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина⁹⁰⁶. Судя по этим отрывкам, сочинение включало хронологическое и астрономическое введение, а также список правителей, начиная с библейских патриархов и кончая префектами Египта, доходивший по крайней мере до 392 г. На полях сохранились 8 миниатюр: портреты ветхозаветных пророков, римских императоров, патриарха Феофила, карта океана с островами, картины городов, персонифицированные полуфигурные изображения месяцев года.

* * *

Система Анниана существует в памятниках не только как эра от сотворения мира, но и как летосчисление «от Божественного Воплощения» (разница между ними ровно 5500 лет). Последний вариант на 8 лет отличается от аналогичной христианской эры, изобретённой в VI в. Дионисием Малым на основе той же александрийской пасхалии (ныне известна как «наша эра»). В науке выдвигалось несколько гипотез о причине такого расхождения. В.В. Болотов объяснял 8-летнее запаздывание эры Анниана тем обстоятельством, что тот «запутался в годах правления Августа», учтя не полный срок правления Августа (с 44 / 43 г. до н. э. по 14 г. н. э.), а лишь 43 года его власти в Египте (с 30 г. до н. э.). Возникший разрыв в 14 лет был частично скомпенсирован тем, что годом Воскресения Анниан избрал 42 г. н. э., тогда как в эре Дионисия Воскресение приходится на 34 г. н. э. Отсюда и разность в 8 лет. Считая Анниана весьма посредственным учёным, русский историк не без иронии заметил: «Если его эра и получила распространение, то главным образом потому, что люди обыкновенно не умеют разбираться в цифрах (по верному замечанию Моммсена, на большинство голов цифра производит угнетающее впечатление)»⁹⁰⁷.

Однако анализ тех скупых сведений, которые сохранил в своей хронике Георгий Синкелл, а также учёт достигнутых в науке (прежде всего в фундаментальном труде В. Грюмеля) представлений о ключевой роли пасхальных циклов в развитии хронологических систем, заставляет иначе взглянуть на проблему эры Анниана.

Одним из главных критериев истинности хронологии считалось её соответствие христианской религиозной традиции, которая включает как данные Священного Писания (Библии), так и церковное Предание. В первую очередь имеются в виду три главных события священной истории:

1) сотворение мира;

2) пришествие Спасителя (Благовещение и Рождество);

3) Страсти и Воскресение Христа.

Одним из основных оппонентов Анниана и Панодора был Евсевий Кесарийский, предложивший свою версию библейской хронологии, укороченную относительно Септуагинты. Вот что пишет об этом Георгий Синкелл:

В другом месте они [Анниан и Панодор] разумно бранят его [Евсевия] за то, что при расчёте своей хронографии он ошибся на 290 лет: ибо вместо 5816 [вычислил] 5526. Считал же он так: от Адама до рождения Авраама насчитал 3184 года, а от Авраама до двадцатилетия Константина⁹⁰⁸насчитал в своде время в 2342 года, что даёт 5526 лет. Но неразумность этого, – говорит Анниан, – становится очевидной из циклического пасхального тома, то есть солнечного цикла в 532 года. Разделив на это число 5526, получим 10 периодов и 206 в остатке: заложив это число в пасхальный том, в итоге получим и 14-й день луны, и Воскресение в воскресный день. А 5816 так же разделив на 532, получим 10 периодов и в остатке 496 лет: заложив это в пасхальный том, получим согласно 14-й день луны 28 фаменота, то есть 25 марта, а воскресный день – 3 фармути, то есть 29 марта⁹⁰⁹. Объяснение же 290 пропущенных лет у Евсевия обнаруживается в Божественных Писаниях так: после Потопа у Сима рождается Арфаксад, тогда как в действительности рождается Каинан⁹¹⁰. Евсевий не указал в родословии этого Каинана, родившего на 130-м году своей жизни Салу; также не считает он и судью Аодона, судившего Израиль 10 лет; толковники же числят его одиннадцатым судьёй; также не признаёт он 111 лет власти иноплеменников, попеременно царствовавших в эпоху судей, считая, что эти годы засчитаны в судьях; толковники же буквально толкуют, что они правили Израилем 111 лет, а 13 судей судили Израиль 299 лет, так что в целом царство судей – 410 лет; также и 40 лет безвластия, или «народного мира» после кончины судьи Сампсона не заложил он в свод; Африкан же упомянул о них и включил в сумму своей хронографии.

Так дословно говорит Анниан, справедливо порицая Евсевия Памфила за пропуск 290 лет. Согласно с ним выступает с упреками по этому поводу и Панодор, чьи рассуждения об этом я решил отставить в сторону⁹¹¹.

Хронология Евсевия Кесарийского оказалась неприемлема для Анниана прежде всего ввиду её несоответствия христианской церковной традиции, сложившейся к V в. Но главным его противником был, скорее всего, Андрей, около 353 г. впервые предложивший всемирную хронологию, основанную на 19-летнем пасхальном цикле. Его труд был, очевидно, связан с попытками императора Констанция II поставить под сомнение авторитет александрийской пасхалии. В 381 г. Константинопольский Вселенский Собор окончательно покончил с арианскими идеями, которые защищал Констанций в борьбе с Афанасием Великим. Александрийское монашество в лице Панодора и Анниана ответило на вызов Андрея, выдвинув против его пасхалии и построенной на ней эры «истинную» мировую эру, основанную на александрийском варианте 19-летнего цикла. Ни имя Андрея, ни его хроника не упоминаются в тех небольших отрывках из египетских хроник, которые сохранил до нас Георгий Синкелл; однако антиарианские мотивы прослеживаются в одной из цитат⁹¹².

Первым за дело взялся, вероятно, Панодор; но, как было показано выше, полностью справиться с задачей ему не удалось, поскольку в его системе мистическая символика уступала той, что содержалась в системе Андрея. С точки зрения науки нового времени, ставящей во главу угла формальную точность, данное обстоятельство вообще не заслуживало бы внимания; однако для святоотеческого периода научный авторитет той или иной гипотезы не в последнюю очередь покоился на её богословских основаниях.

Для Анниана важнейшим критерием «истинности» эры было её строгое соответствие преданию о 5500-летнем возрасте мира ко времени пришествия Христа и евангельскому повествованию. Как и его предшественники, он считал само собой разумеющимся, что сотворение мира произошло в начале 1 года 19-летнего лунного и 532-летнего великого пасхального циклов.

Лунно-солнечный «великий индиктион» повторяется каждые 532 года. Диапазоном, в котором следовало вести поиски года начала мира, надо было считать цикл, примерно на 5500+30 лет отстоящий от упомянутого в Библии 15-го года Тиберия. Исходя из этого, нетрудно было вычислить, что сотворение мира ровно на 12 циклов отстоит от конца 11-го 532-летнего периода (с 172 г. до н. э. по 361 г. н. э.) – того самого, на который Анниан составил свою «пасхуалию»⁹¹³. Так было получено начало эры – весна 5492 г. до н. э.⁹¹⁴ Первый день творения, первый из 7 дней недели (воскресенье), должен находиться поблизости от времени весеннего равноденствия, традиционного начала астрономического года, которым в александрийской традиции с IV в. считалось 21 марта. Так Анниан установил точную дату начала творения; воскресенье 25 марта 1 года 1-го «великого индиктиона» александрийского цикла (5492 г. до н. э). Хотя Анниану и не удалось попасть точно на весеннее равноденствие, но дата 25 марта имела свои преимущества; кроме того, в западной традиции именно это число (8-й день до апрельских календ) считалось днём весеннего равноденствия.

Прибавив 5500 полных лет, Анниан должен был получить дату Воплощения: 25 марта 9 г. н. э., консульство Сульпиция Камерина и Поппея Сабина. К декабрю того же года относится Рождество Христово. Любопытно, что о традиции, по которой Рождество относилось к консульству «Сулпикия Каммарина и Веттея Помпеяна», 40-м году Августа, упоминает Епифаний Кипрский в «Панарионе»⁹¹⁵, написанном около 373 г. – задолго до окончания труда Анниана. Датой Рождества (или, как считает сам Епифаний, Благовещения) в этой традиции считается 21 мая или 20 июня, что указывает на её архаичность. Несмотря на то, что имена консулов в тексте записаны коряво («ἐν ὑπατείᾳ Σουλπικίου Καμμαρίνου Βεττέῳ Πομπηιανῷ ὑπάτοις»), никого другого, кроме Камерина и Поппея, увидеть здесь нельзя. Более того, 40-й год Августа (в котором Епифаний видит простую описку) совпадает с 9 / 10 г. н. э., если вести отсчёт с битвы при Акции (31 г. до н. э.). Впрочем, едва ли Анниан мог опереться на эту традицию, которую Епифаний возводит к еретикам-алогам (отрицавшим авторитет Евангелия от Иоанна): но если он слышал о ней, её древность могла послужить укреплению его теории.

Добавив к 9 г. н. э. 33 года земной жизни Спасителя, Анниан получил год Воскресения – 42 г. н. э. При этом принципиально важным оказалось то, что в этот год 25 марта совпало с воскресным днём: это не могло не быть воспринято Аннианом как доказательство правильности его вычислений.

Здесь следует отметить важное обстоятельство. К началу V в. в Западной Церкви укоренилась традиция (восходящая по крайней мере к началу III в.), согласно которой Христос пострадал в пятницу 25 марта. На эту дату ориентированы практически все типы ранних западных пасхалий и эр. Однако по александрийскому пасхальному циклу для периода между 12 и 85 гг. н. э. совпадение всех трёх условий для дня Страстей – 25 марта, пятница, 14-й или 15-й день луны – нельзя получить ни в один год. Поэтому с распространением этого цикла на Востоке неизбежно должна была возникнуть традиция, «приспосабливающая» западную дату 25 марта к пасхалии таким образом, что она из даты страстной Пасхи становится датой Пасхи воскресной. Истоки этой традиции остаются неизвестными⁹¹⁶. Возможно, Воскресение было датировано 25 марта уже в гипотетической эре Анатолия Лаодикийского (см. соответствующую главу). «Вопросо-ответы» Анастасия Синаита приписывают её Евсевию Кесарийскому, и в дошедших до нас его трудах можно найти её следы (см. главу о Евсевии). У латинского писателя Лактанция (нач. IV в.), долгое время жившего на Востоке, встречается «смешанная» дата, сочетающая принятый на Западе год Страстей с восточным числом месяца – 23 марта (в 29 г. н. э. – среда!): «на пятнадцатом году [Тиберия], то есть в консульство двух Геминов, за десять дней до апрельских календ иудеи пригвоздили Христа ко кресту»⁹¹⁷. Позднее эта дата встречается у Августина и многих более поздних западных авторов, опиравшихся на александрийскую пасхалию⁹¹⁸.

Римский обычай празднования Рождества 25 декабря, ровно через 9 месяцев после 25 марта, закрепляется не ранее самого конца IV в. Епифаний Кипрский, писавший в 70-е гг., выступает ярым противником этого «новшества». Древнейшим свидетельством о праздновании Рождества 25 декабря в греческих источниках является слово Григория Нисского в годовщину кончины его брата, св. Василия Великого († 1 января 379 г.), отмечавшуюся «через несколько дней после Рождества»⁹¹⁹ В Александрии около 400 г. Рождество ещё отмечалось 6 января. Таким образом, Анниан выступает одним из первых убеждённых адептов западной традиции. В его системе 25 марта не только играет существенную роль, но и получает наиболее эффектное символическое значение: эта дата оказывается датой и Воскресения, и Воплощения, и начала творения – и, соответственно, естественным началом каждого года.

В итоге Анниан получил эру, обладавшую впечатляющей мистической стройностью и богословской глубиной: три основных события священной истории – начало творения, Боговоплощение и Воскресение – приходятся в ней на один и тот же первый день года, а первое и последнее – ещё и на один и тот же первый день недели. Воскресение Спасителя символизировало новое сотворение мира. В этом отношении она явилась достойной соперницей эры Андрея.

Наиболее полное описание Благовещенско-Рождественского цикла по александрийской эре даёт Георгий Синкелл:

Следует знать, что первый год Августа Цезаря есть 5458 год мира, а конец 5499 года мира есть исполнение 41 года этого Августа и начало 42 года⁹²⁰, Ирода же – 32 год.

В 5500 году мира, 42-м Августа Цезаря, 32-м Ирода, в 10-й день 7-го месяца евреев, то есть 27 сентября⁹²¹ Захария, воскуряя у жертвенника в порядке своей чреды, как говорит божественный евангелист Лука (Лк.1:5–25), увидел Ангела, благовествующего ему о зачатии великого Иоанна Предтечи и Крестителя, и, испуганный и сомневающийся, оставался в наказание немым до рождения его. <...> По окончании того же года от сотворения мира, 28 фаменота, 24 числа месяца марта, и в начале 29 фаменота или 25 марта, на 6-м месяце (Лк.1:26) после благовестия Захарии и зачатия Предтечи послан был Архангел Гавриил к святой и преславной Деве, доставляя Благовещение всемирного спасения и вечной жизни. Начался 181 год 11-го 532-летнего периода⁹²², у евреев пошёл 1-й день первозданного еврейского месяца нисана⁹²³, у римлян этот день всегда приходится на 25 число марта месяца, а у египтян – на 29 фаменота⁹²⁴, в 8-й день до апрельских календ. А 4-го числа египетского месяца хояка, или 24-го числа декабря месяца, в 9-й день до январских календ, по окончании 31-го дня хаселева, 9-го месяца евреев и христиан⁹²⁵, и 275-ти дней от Воплощения от святой и по природе и по истине подлинной Богородицы и Приснодевы Марии, на следующий 25-й день [декабря] родился Господь наш и Бог Иисус Христос, единородный Сын Божий, в городе Вифлееме Иудейском, на 43-м году царствования Августа, цезаря римлян, в консульство [С]улпикия [Ка]марина и Гая Помпея⁹²⁶ как точно передаётся в древних списках.

Всё это сочинено не нами самими, но взято из преданий блаженного апостола и архиепископа Римского и священномученика Ипполита⁹²⁷, и преподобнейшего монаха Анниана, составившего 11-й 532-летний круг пасхуалии с точными схолиями⁹²⁸, и святейшего монаха и философа Максима⁹²⁹, мученика и исповедника, великого учителя Церкви⁹³⁰.

И далее:

В 5533 году от сотворения мира, когда возраст по плоти Спасителя нашего достиг 33 лет, в 213-м году 11-го 532-летнего цикла, на 19-м году Тиберия Цезаря, Господь наш и Бог Иисус Христос, <...> добровольно предал Себя спасительному страданию <...> и был распят, безгрешный, 27 числа месяца фаменота, в пятницу, то есть 6-й день после субботы, 23 марта, в 6-й дневной час, в консульство Нерона третье и Валерия Менсалы⁹³¹, и погребён, и воскресает на 3-й день, 29 фаменота, или 25 марта, на рассвете в воскресенье, 1-й день после субботы, [8-й день до] апрельских календ, 1-го числа первозданного месяца Нисана у евреев и христиан, о котором говорится: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт.1:1). <...> И мы положили все силы этого сочинения, чтобы показать, что один и тот же первозданный день соответствует дню божественного Благовещения и сверхъестественного зачатия от святой Девы единородного Сына Божия – и животоворящему Воскресению из мёртвых, богоподобнейшему и всесветлому для достойных праздновать его в духе и истине. Этот день верно считается первой Пасхой для православных христиан. <...>

Итак, был <...> 5534 год мира, и первым днём этого года шло воскресенье, первая воскресная Пасха, 25 марта месяца у римлян, у египтян 29 фаменота, а по богодухновенным Ветхим и Новым Писаниям – 1 нисана, первозданный день первозданного месяца, в который во Христе начавшееся новое творение пременило к жизни от смерти всех, право в Него верующих⁹³².

Далее следует полемика:

Африкан же, говоря о 5531-м, а не 5533-м годе, ошибается на два года вопреки неложному указанию Евангелий. Ибо очевидно, что где-то в начале 30 года, немного больше или меньше, согласно сказанному у великого евангелиста Луки: Иисус же был лет 30-ти – Он был крещён, и учил, и исцелял всякую болезнь и всякий недуг три года. Так что от Его божественного зачатия в начале 5501 года мира, в первом первозданном месяце нисане, 25 марта, до животворящего Воскресения, пришедшегося на тот же день 25 марта, через 33 года и один день, в начале 5534 года, от которого 40 дней до богодостойного телесного Вознесения на небо. От Адама же до него 5533 года 40 дней. Если же кто-то не верит тому, что повсюду говорится об этом [дне], что в сам первозданный день Господь наш, смерть поправ, принёс нам из мёртвых жизнь, пусть посмотрит на 11-й период 532 циклических лет, в 213 год этого периода 14-е число еврейской Пасхи: и найдёт, что 23 число того же марта месяца в день пятницы совпадает со спасительной Страстью, которой добровольно подверг Он себя за нас, и, погребённый Иосифом из Аримафеи и Никодимом, воскрес на рассвете третьего дня после этой пятницы, в первый день от субботы, первого числа первого еврейского месяца нисана, которое всегда совпадает с 25-м числом марта месяца⁹³³.

Упомянутый выше в качестве одного из столпов александрийской традиции св. Максим Исповедник составил в 640 / 641 г. н. э. специальный трактат о вопросах пасхалии и летосчисления. В нём последовательно отстаивается александрийская хронология, которую Максим не раз прямо отождествляет с церковным преданием и противопоставляет ошибочной, с его точки зрения, ромейской эре⁹³⁴. В одной из глав этого сочинения указаны основные вехи евангельской истории:

После того как всё это было сказано, самое необходимое указать и год миротворения, в котором совершил в мире сверхмирное Воплощение от святой Богородицы и Приснодевы Марии Господь наш и Бог Иисус Христос. Итак, в то время был 5501 год, согласно записи на священных досках (κατὰ τὴν ἐν δέλτοις ἱεροῖς ἀναγραφήν), если считать годы от Адама. В этом году произошло и Благовещение Девы, и нетленное и всесвятое от неё Рождество. Был 13 год солнца, 10-й луны, день недели Благовещения – 2-й (понедельник). Рождества – 4-й (среда). Так же и всесветлое Его и пресветлое Крещение произошло в 5530 году. Был 14 год солнца и 1-й луны, день недели же 3-й (вторник). В свою очередь, спасительная Его Страсть, то есть Распятие – в 5534. Был 18 год солнца и 5-й луны, день же, как очевидно. Пятница. Так что от вочеловечения Его до текущего ныне индиктиона, 31 года царствования Ираклия, благочестивейшего царя нашего, 633 года. А от спасительного Крещения и Страсти, как очевидно следует из этого, соответственно 604 и 601 год. <...>

Следует напомнить по порядку с точностью и о предсказании об Иоанне Крестителе, бывшем к Захарии, о чём мы прежде упомянули, в каком году солнца и луны оно произошло. Для внимательных уже стало ясно, что и тот, и другой год предшествуют Рождеству Спасителя, то есть 12-й солнца и 9-й луны; был римский месяц сентябрь, 27-е число, день недели 5-й (четверг). Ибо годом рождения самого Иоанна был тот же год солнца и луны, в котором было Рождество Господа, но, очевидно, в другом месяце – июне, 24-го, в день недели второй (понедельник). Годом же его кончины, то есть усекновения, был 17 год солнца, 4-й луны, месяц август, 29-го, день недели 3-й (вторник). Так что Спасителю по плоти было 33 года 89 дней, а Иоанну Крестителю – 33 года 67 дней, на 22 дня меньше, чем Спасителю⁹³⁵.

Из сочинений Максима Исповедника и Георгия Синкелла с определённостью вытекают основные параметры александрийской эры Анниана;

Начало творения – воскресенье 25 марта 1 г. александрийского цикла = 3492 г. до н. э.

Благовестие Захарии – четверг 27 сентября 5500 г. мира 8 г. н. э.

Благовещение Марии и Воплощение – ровно через 5500 лет от сотворения мира, с воскресенья 24 на понедельник 25 марта 5501 г. мира;

Рождество Христово – среда 25 декабря того же года = 9 г. н. э.

Пасха и Воскресение Христово – ровно через 33 года после Воплощения, в пятницу 23 марта 5533 г. мира (15 нисана 5-го г. александрийского лунного цикла) и воскресный день 25 марта, 1-й день 5534 г. мира = 42 г. н. э.

Реализованные мистические параллели:

25 марта, воскресенье – дата и день начала трёх главных событий священной истории; начала творения. Воплощения и Воскресения.

* * *

Особенностью системы Анниана было то, что пасхальное полнолуние в 42 г. н. э. (5 г. александрийского цикла) попадает на 22 марта, четверг; то есть Страстная Пятница 23 марта оказывается 15-м нисана. Поскольку по циклу Анатолия Лаодикийского в 42 г. н. э. пятница 23 марта попадала на 14 нисана без всякого пересчёта, Д.А. Лебедев предполагал, что именно он мог первым отнести Страсти к 42 г. н. э.⁹³⁶ Практически это означало признание Тайной Вечери пасхальной трапезой и отказ от традиции, восходящей к Иоанну Богослову, согласно которой Христос пострадал в 14-й день луны, накануне еврейской Пасхи. Феофил Александрийский в Прологе к своей пасхалии, составленной около 390 г., специально указывает на совпадение Великого Четверга с 14-м днём луны⁹³⁷. В 454 г. Протерий Александрийский цитирует Феофила в письме к папе Льву⁹³⁸. Однако впоследствии вновь набрали силу сторонники традиции Иоанна Богослова, среди которых главное место занимает автор «Пасхальной хроники» (ок. 630 г.). Цитируя того же Феофила, он изменяет его текст таким образом, что 14-м днём луны оказывается Страстная Пятница⁹³⁹. Характерно, что его современник Максим Исповедник избегает акцентировать внимание на этой проблеме, а Георгий Синкелл даже даёт понять, что в год Страстей, 213-й год 532-летнего пасхального периода, 14-й день луны приходится на 23 марта, пятницу⁹⁴⁰. Между тем по александрийской пасхалии 14-й день луны в этот год приходится на 22 марта, четверг. На каком основании Георгий переносит полнолуние на день назад, неизвестно. В связи с этим представляется слишком безапелляционным заявление Э. Шварца, что «официальное александрийское мнение, как оно отчётливо выражено Феофилом и Протерием и в пасхальной хронологии Анниана, представленной у Георгия Синкелла и в «Computus» Максима Исповедника <...> помещает вместе с синоптиками Страсти в 15-й, а Воскресенье – в 17-й день луны»⁹⁴¹.

* * *

Эра Анниана далеко не сразу и тем более не повсеместно снискала авторитет. О ней не упоминают ни Кирилл Александрийский, ни Дионисий Малый, ни другие авторитетные пасхалисты. Редко встречается она и в дошедших до нас исторических трудах V–VI вв.⁹⁴² В середине VI в. александрийская эра нашла адепта в лице Ирона Константинопольского, однако он, как видно, не считал нужным ссылаться на авторитет Анниана. Во всяком случае, пользующийся этой эрой Кирилл Скифопольский не упоминает Анниана, ссылаясь лишь на авторитет Ипполита, Епифания и Ирона. В VII в. убеждённым сторонником «летосчисления по александрийцам» выступает Максим Исповедник, но и он не упоминает Анниана. В Ромейской империи александрийской эрой активно пользовались знаменитые историки-хронисты конца VIII – начала IX в.: патриарх Никифор, Георгий Синкелл (который донёс до нас сведения об Анниане), Феофан Исповедник; отдельные датировки по ней встречаются до XI в. Дата начала творения по александрийской эре, 25 марта, прочно вошла в европейскую календарную традицию: именно этот день считался официальным началом нового года во многих государствах Европы (в Великобритании – до XVIII в.). Эра «5500 лет до Адама до Христа», хотя и совершенно оторвавшаяся от своей александрийской пасхалистической основы, пользовалась большим авторитетом среди широких слоёв православных ромеев, а также в допетровской России⁹⁴³; она до сих пор употребляется в старообрядческих общинах и даже привела к появлению особого рода секты – «средников»⁹⁴⁴. У христиан Египта и Эфиопии александрийская эра (в варианте от Рождества Христова) сохраняется по сей день⁹⁴⁵.

* * *

С точки зрения исторической точности эра Анниана оказалась далека от совершенства. Следует подчеркнуть, что изъян её никак не связан с тем отклонением на 8 лет, которое она обнаруживает по отношению к «нашей эре». В эре Анниана Воплощение и Рождество отнесены к 5501 г. мира, 10-му году александрийского цикла (9 г. н. э.). В христианской же эре Дионисия Малого за 1-й год «от Воплощения» принят 2-й год 19-летнего александрийского цикла. В результате для перевода дат из александрийской эры в «нашу» из исходной даты от сотворения мира нужно отнять 5492 (а для дат до 5493 г. мира = 1 г. до н. э. – 5493)⁹⁴⁶. Поскольку 1-й год «от Воплощения» по Анниану = 9 г. н. э., а по Дионисию = 1 г. н. э., возникает постоянная разница в 8 лет. Это расхождение, вопреки распространённому мнению, никак не связано с проблемой хронологии правления римских императоров. Анниан и Дионисий, опиравшиеся на один и тот же 19-летний александрийский цикл, по-разному распорядились им: Анниан сделал его 1-й год началом мира, а Дионисий – исходным пунктом своей христианской эры. Год Воплощения и Рождества, избранный Дионисием, немногим точнее того, что установил Анниан, и ещё менее «научно обоснован».

По-настоящему серьёзный дефект эры Анниана состоял в следующем. Создав хронологическую систему, стройно прилаженную к пасхалии, Анниан столкнулся с проблемой согласования её с исторической хронологией. Последняя соприкасается с евангельской историей в единственном пункте: начало служения 30-летнего Христа соответствует 15-му году Тиберия (Лк.3:1, 23), откуда вычисляется и дата Рождества – 42-й год Августа.

Годы правления Августа в древности отсчитывали либо от образования II триумвирата (43 г. до н. э.)⁹⁴⁷, либо непосредственно от убийства Цезаря (март 44 г. до н. э.)⁹⁴⁸. В первом случае продолжительность его правления измерялась в 56 лет, во втором – в 57 (до 19 августа 14 г. н. э.). По условию «эры 5500 года» 42-й год Августа должен совпадать с 5500-м годом мира. Юлий Африкан так и вывел свою эру: установив историческую дату этого года (751 г. от основания Рима = 2-й год 194-й олимпиады = 3 / 2 г. до н. э.), он принял её за 5500-й год мира. Но Анниану приходилось вычислять «от противного»: ведь 5500-й год своей эры он, как показано выше, получил совершенно иным способом, почти не заглядывая в исторические анналы. Как же подошёл он к проблеме согласования своей хронологии с исторической?

Помимо вышеуказанного счёта лет правления Августа существовали и другие, не учитывавшие период его соправительства с Марком Антонием. Широко распространён был счёт лет Августа от завоевания Египта (отражённый, в частности, в астрономическом каноне Клавдия Птолемея), где его правление длится 43 года – с 31 августа 30 г. до н. э. У Георгия Синкелла мы встречаем другую дату начала «монархии» Августа, заимствованную из «некоторых римских изданий»: 1153 г. от падения Трои, 720 г. от основания Рима⁹⁴⁹, через 477 лет после установления власти консулов и «почти 300 лет» от кончины Александра Великого⁹⁵⁰. По современным данным, эти датировки указывают на 34–25 гг. до н. э. Ясно, что имеется в виду установление единовластия Августа: его началом обычно считается битва при Акции (сентябрь 31 г. до н. э.), но формально «монархическое» правление Цезаря Октавиана началось в 33 г. до н. э., когда Антоний был объявлен «врагом римского народа». В этой связи следует обратить внимание на одну греческую традицию, согласно которой с императором Августом связывалось начало исчисления по 15-летним индиктам, причём считалось, что 1-й индикт был объявлен Августом с 33 г. до н. э. в честь победы над Антонием, так что даже само слово «индиктион» толковалось как «инактион» – «победа при Акции»⁹⁵¹. Следы сходных представлений сохранились и в русских исторических сочинениях⁹⁵². Возможно, это результат хронологических изысканий Анниана, и приведённую выше цитату Георгий Синкелл почерпнул из его труда. Ведь именно Анниану было нужно, чтобы 1-й год правления Августа пришёлся на 34 г. до н. э., а его 42-й год – на 8 / 9 г. н. э., 5500 г. мира. Год Воскресения, полученный после прибавления к началу правления Августа (8 г. н. э.) 56 лет его правления и 18 лет Тиберия, оказывается в 42 г. н. э., 5533 г. мира, 213-м году 11-го 532-летнего цикла⁹⁵³.

Выйдя из затруднения с годами правления Августа, Анниан был вынужден закрыть глаза на другие связанные с этим периодом исторические даты и события. В отличие от Юлия Африкана и Евсевия, Анниан гораздо менее заботился о синхронизации своего повествования с языческими эрами. По-видимому, он довольствовался простым переносом в свою хронику дат Юлия Африкана (во всяком случае, их мы находим в александрийской эре у Георгия Синкелла). Правда, у Африкана 5500 г. соответствует 3 / 2 г. до н. э., так что в исторических датах возникает расхождение на 8–9 лет. Однако оно становится заметным лишь при сопоставлении с независимой системой отсчёта (например, олимпиадами или «Каноном царей»). Если же пользоваться только «абсолютными» датами, они не возбуждают подозрений. В таком «замаскированном» виде эра Анниана выглядит вполне солидно не только с мистической, но и с исторической точки зрения.

Возможно, уже сам Анниан осознавал уязвимость своей хронологии. По крайней мере, система дат в хронике Георгия Синкелла заставляет предположить попытку «выровнять» возникший хронологический разрыв. Если в правление Августа и Тиберия погрешность составляет 8 лет, то от Клавдия до Нервы она плавно сводится до 1 года, а даты правления императоров от Траяна до Септимия Севера указаны безошибочно (см. Эксурс).

Историческая наука нового времени, устанавливая фактическую хронологию, выявила высокую точность дат Юлия Африкана и Евсевия и, соответственно, явную ошибочность дат Анниана (для эпохи от Цезаря до Траяна). Нетрудно убедиться, что год Распятия (42 г. н. э.), признанный Аннианом 18-м годом Тиберия (14–37 гг.), вообще не попадает в правление этого императора. Однако эмоциональная критика, которой подвергался в связи с этим александрийский хронист, не представляется адекватной. Несомненно, эра Анниана имеет существенный изъян с точки зрения научной точности. Однако этот её изъян, по-видимому, вовсе не был следствием малограмотности или ошибки Анниана, которого даже Болотов признаёт «умелым пасхалистом». Происхождение александрийской эры вовсе не столь «нелепо», как считали многие европейские учёные. Задача, которая стояла перед Аннианом, была далеко не проста: следовало добиться согласования, с одной стороны, евангельского повествования и святоотеческой традиции о мистической «эре 5500 года», с другой стороны – предания, отражённого в церковной практике. Поэтому пасхальный цикл и стал той основой, на которой Анниан построил свою эру. И тот впечатляющий по своей мистической символике результат, которого он добился, был высоко оценён современниками, среди которых было немало людей, сведущих в хронологии.

Думается, проблему следует изучать в иной плоскости: дело не в том, как и почему «ошибся» Анниан, а в том, какова была система «научных приоритетов» того времени, почему эта эра столь высоко ценилась средневековыми писателями и вошла в обычай целых народов. Не может не вызывать изумления и сам по себе «рационализм» монаха, пытавшегося путём математических расчётов – пусть и с обязательной опорой на Священное Писание – исчислить возраст мира с точностью до дня.

Убеждённые сторонники александрийской эры, Максим Исповедник (VII в.) и Георгий Синкелл последовательно отстаивают её преимущество, невзирая на очевидные изъяны хронологической системы Анниана, наиболее ярко проявляющиеся в эпоху земной жизни Христа.

Вынужденный «подтягивать» 19 год правления Тиберия к 42 г. н. э., принятому за год Воскресения Христова, Анниан должен был как-то «замаскировать» возникающую ошибку. Технологию выравнивания этого хронологического дефекта демонстрирует анализ дат правления римских императоров, приводимых в приложении к пасхалистическому трактату Максима Исповедника (Maxim. Conf. Enarratio. Col. 1272–1278) и в хронике Георгия Синкелла⁹⁵⁴. Поскольку оба автора приводят несколько отличающиеся данные, не вполне ясно, какая именно традиция восходит к самому Анниану. Есть основания предполагать, что больше отклоняется от первоначальной системы Георгий Синкелл.

См. таблицу 18. «Александрийская» хронология императоров I–III вв.

Из таблицы видно, что ко времени начала римской империи оба автора, придерживающиеся «александрийской» хронологии, подходят с немалым расхождением относительно достоверных исторических дат. Причина этого коренится, очевидно, в вынужденном смещении на 11 лет вперёд даты Страстей Христовых – в 42 г. н. э., соотнесённый с 18-м годом Тиберия. Двигаясь в прошлое от этой заданной даты и пытаясь в то же время сохранить общепринятые сроки правления, хронисты попадают в сложную ситуацию. Связь с хронологическими шкалами – олимпиадами, консульствами, «царским каноном» Клавдия Птолемея и др. – оказывается нарушенной.

В системе, приведённой в приложении к трактату Максима Исповедника, имеются и другие существенные дефекты. Правление Цезаря непосредственно примыкает к правлению Клеопатры, в то время как в действительности последнее окончилось спустя 18 лет после прихода Цезаря к власти в Риме. Из-за этого даты всех царствований династии Птолемеев опережают реальные примерно на 10 лет. Начало правления Птолемеев в Египте также непосредственно примыкает к кончине Александра, причём не учитывается 18-летний период междоусобиц диадохов. Одно искажение частично компенсирует другое, так что правление Александра по обеим хронологиям начинается почти в одно и то же время.

Георгий Синкелл как хронист проявляет известное мастерство, исправляя эти вопиющие хронологические неувязки. Его система отличается относительным постоянством погрешности, «благополучно» доведённой от Тиберия до Александра. Из-за того, что завоевание Египта отнесено им к 13-му году Августа вместо 15-го, средняя величина погрешности возрастает с 11 до 13 лет.

Датировки императоров в «Хронографии» делятся на несколько групп: 1-я группа (у Максима – от Цезаря до Коммода, у Георгия – до Домициана). Характеризуется значительным расхождением с исторической хронологией, которое, однако, последовательно уменьшается с 9 до 3 лет.

2-я группа (у Максима – от Септимия Севера до Константина, у Георгия – от Нервы до Декия). Расхождение практически полностью элиминируется. Колебания в 1 год объясняются сдвигом границ года и дробными величинами сроков правления.

3-я группа (у Георгия – от Декия до Кара). Расхождения носят несистематический характер и восходят к ошибкам в расчётах при согласовании различных источников. К правлению Диоклетиана (с 5777 г. от с.м. = 285 г.) расхождение исчезает, и Феофан Исповедник начинает свой труд с исторически достоверной основы⁹⁵⁵.

Сочинение «О вычислении Пасхи» (De ratione Paschae) неизвестного по имени писателя, написанное в Вандальском королевстве в 455 г., содержит немало ценных сведений по истории западных пасхалий⁹⁵⁶. Систему самого пасхалиста 455 г. характеризует одна особенность: он относит Страсти Христовы к 5500 году мира. Таким образом, за середину 6-го тысячелетия мира принимается не Рождество, как в классической мировой эре 5500 г., а Распятие и Воскресение Христа.

От года Страстей до окончания 2-го года правления вандальского короля Гензериха (449 г. н. э.) указывается время в 420 лет, или ровно пять 84-летних циклов. Это позволяет определить принятый в этой эре год Страстей как традиционный для Запада 29 г. н. э. (см. выше). Соответственно, сотворение мира за 5500 лет до этого попадает в 5472 г. до н. э.⁹⁵⁷ Год Рождества не указан, но, судя по году Страстей, автор следовал распространённой западной традиции, восходящей к Ипполиту: 1 г. Христа = 2 г. до н. э. = 5471 г. мира. Впрочем, сам карфагенский аноним ничего не говорит о том, как все эти даты соотносятся с приводимой им пасхалией.

Представленная в трактате пасхальная таблица основана на римском 84-летнем цикле и состоит из двух «кругов» (circuli):

1-й соотнесён с новозаветной Страстной Пасхой (5501 г. мира) и охватывает 6-й 84-летний цикл (449–532 гг. н. э. = 420–503 гг. от Страстей = 5921–6004 гг. мира):

2-й соотнесён с ветхозаветной Пасхой Исхода, которая помещена в 3811 г. мира, ровно за 2100 лет до консульства Феодосия II в 16-й раз и Фавста (438 г. н. э. = 5910 г. мира), и охватывает 26-й 84-летний цикл (439–533 гг. н. э. 2100–2183 гг. от Исхода = 5911–5994 гг. мира).

«Круги» сдвинуты относительно друг друга на 10 лет. Первые годы их 84-летних циклов приходятся соответственно на 40-й и 30-й годы 84-летнего цикла, соответствующего мировой эре компутиста (например, 459 г. н. э. = 430 г. от Страстей, 11-й год 6-го цикла «круга I» = 2120 г. от Исхода, 21-й год 26-го цикла «круга II»).

Карфагенский компутист указывает, что Луна сотворена в полной фазе в среду 28 марта. Однако это не согласуется с 1-м годом его эры (в 5472 г. до н. э. 28 марта – воскресенье). В пасхалии указанное сочетание полнолуния, даты месяца и дня недели соответствует 444 г. от Страстей = 2134 г. от Исхода = 5945 г. мира ( = 473 г. н. э.). Но этот год не является началом 84-летнего цикла, а приходится на его 65 год (5945 = 70 84+65). Следовательно, принимаемая автором мировая эра – 5500 лет от творения до Страстей – не соответствует приводимому им пасхальному циклу, который начинается либо через 64 года (в 5408 г. до н. э.), либо на 20 лет ранее (в 5492 г. до н. э.).

В этот год 25 марта, день весеннего равноденствия по римскому календарю, приходится на воскресенье, что прекрасно подходит для первого дня творения. Не исключено, что именно этот год избран в качестве начала мировой эры «компутиста 243 г.», который получил полнолуние в среду 28 марта, опираясь на архаичную 16-летнюю пасхалию. Тот же год положен в основание александрийской эры Анниана, но применённый им 19-летний цикл не позволил при этом сохранить полную фазу луны в день сотворения светил (см. выше).

Расхождение между эрой карфагенского компутиста и его собственной пасхалией пытается устранить В. Грюмель. Поскольку единственной отправной точкой для установления мировой эры компутиста было его указание, что до Страстей Христовых прошло 5500 лет Христа, Грюмель предполагает пропуск в тексте и после слов «anni V millia quingenti» (5500 лет) добавляет слово «viginti» (двадцать), чтобы от сотворения мира до года Страстей прошло не 5500, а 5520 лет⁹⁵⁸. Поскольку в такой реконструкции из эры пропадает символическое число 5500, Грюмель приводит примеры и других эр, составители которых жертвовали мистической символикой круглого числа, поскольку она не соответствовала другим параметрам их хронологии: системы Панодора (Рождество в 5494 г. мира), западного «Хронографа 452 г.» (Страсти в 5525 г. мира) и ряд др.

При всей привлекательности гипотезы Грюмеля отметим, что несоответствие между декларируемыми хронологическими принципами и календарными реалиями – не редкость в системах, основанных на 84-летней пасхалии, где даже условия года Страстной Пасхи (25 марта – пятница, 15-й день луны) выполняются лишь ценой натяжек и искажений. Эра, в которой год Страстей соотнесён с 5500 г. мира, была в V в. хорошо известна на Западе, о чём свидетельствует, в частности, хроника Сульпиция Севера (ок. 400 г.), который насчитывает 5467 лет от сотворения мира до Рождества Христова и 33 года земной жизни Христа⁹⁵⁹.

Итак, приведём параметры эры карфагенского компутиста, реконструированные Грюмелем на основе пасхалии (в скобках указан исходный вариант):

Начало сотворения мира – воскресенье 25 марта 1 г. 1-го цикла = 5492 (5472) г. до н. э. Создание светил – среда 28 марта, полнолуние.

1 г. Христа – 31 г. 66-го цикла, 5491 (5471) г. мира 2 г. до н. э. (Рождество 25 декабря 3 г. до н. э.)

Страсти и Воскресение – 61 г. цикла, 5520 / 5521 (5500 / 5501) г. мира = 25 и 27 марта 29 г. н. э.

С богословской точки зрения Пасха и Воскресение – не менее важные события в истории божественного домостроительства, чем Рождество Христово, а для пасхального цикла – гораздо более естественная отправная точка. О том, что именно к Пасхе приурочена эра карфагенского компутиста, свидетельствует и система двух «пасхальных кругов», начало которых циклически соответствуют прообразной ветхозаветной Пасхе Исхода и спасительной Пасхе Христовой. Кроме того, попытки именно этот год снабдить символической круглой датой отдаляли приближение 6000 года (в середине V в. тревожное его ожидание уже стало актуальной проблемой).

Именно по этому пути пошли творцы антиохийской эры, поместившие Воскресение в 6000 год мира⁹⁶⁰.

Пасхалия Виктория Аквитанского опирается на историческую хронологию его земляка и современника Проспера Тирона, который составил сокращение хроники Евсевия – Иеронима, продолжив её до 455 г. И Проспер, и Викторий следуют всемирной хронологии Евсевия. При этом Викторий Аквитанский помещает начало творения на воскресенье 25 марта 5201 г. до н. э.

Проспер Аквитанский помещает проповедь Иоанна Предтечи, и распятие Иисуса Христа в один и тот же 15-й год Тиберия, до которого от Адама прошло 5228 лет. Следуя архаичной краткой евангельской хронологии, Проспер считает нужным оправдаться:

Впрочем, некоторые полагают, что Иисус Христос пострадал в 18-м году Тиберия, и подтверждение этого берут из Евангелия от Иоанна, в котором после 15-го года цезаря Тиберия Господь проповедует три года. Но поскольку более распространённое предание гласит, что Господь наш был распят в консульство двух Геминов, мы, не осуждая иного мнения, устанавливаем последовательный счёт консулов с вышеупомянутых консулов, оставляя заметки о том, в какое время кто был императором⁹⁶¹.

Далее в хронике Проспера идёт отсчёт консулатов, начиная с Фуфия Гемина и Рубеллия Гемина (консульский список кишит ошибками). Эта нумерация в точности совпадает со счётом лет в пасхалии Виктория, если за консульство двух Геминов (29 г. н. э.) принять 28 г., на который указывают пасхалистические параметры у Виктория – Страсти Христовы в пятницу 26 марта, 14-й день луны.

Рождество Христово в основных рукописях хроники Проспера⁹⁶² датировано, как и перепись Квириния, 44-м годом Августа, т. е. 1 г. до н. э. / 1 г. н. э.; однако общее число лет до Рождества от Адама и Авраама – 5 200 и 2 015 – указано в соответствии с хронологией Евсевия-Иеронима.

Мы не знаем точно, как соотносятся хроника Проспера и пасхалия Виктория. Не исключено, что их авторы находились в тесном контакте и создавали, в сущности, общую хронологическую систему. Опираясь на пасхалию Виктория, можно установить её основные параметры:

Начало сотворения мира воскресенье 25 марта 5201 г. до н. э.; сотворение светил – в среду 28 марта; луна создана ночью со среды на четверг, с 13-го на 14-й день.

Пасха в Египте – вечером в пятницу 25 марта 3690 г. мира = 1512 г. до н. э.; луна в начале своей 14-дневной фазы.

Страстная Пасха – пятница 26 марта 5229 г. мира = 28 г. н. э., 14-й день луны; Воскресение Христово – воскресенье 28 марта того же года.

Реализованные мистические параллели:

25 марта – дата начала творения, прообразной Пасхи, Тайной Вечери и взятия Христа под стражу.

28 марта – дата создания светил и Воскресения Христова.

* * *

Важными достижениями пасхалистическо-хронологической конструкции Виктория Аквитанского являются: совпадение начала мира с 25 марта; 1-го года мира с началом високосного цикла; дня сотворения светил с полнолунием: целое число 19-летних циклов между Пасхой Исхода в Египте и спасительной Пасхой Христовой. Слабым элементом является перенесение традиционной западной даты Страстей, 25 марта, на страстной четверг – день Тайной Вечери и взятия под стражу Христа; по пасхалии Виктория, Страстная Пятница 26 марта оказывается 14-м днём луны, что исключает отождествление Тайной Вечери с пасхальной трапезой, принятое в александрийской и западной традиции.

Наиболее авторитетная христианская пасхалия – александрийская – в IV–VI вв. опиралась на систему летосчисления, известную как «эра Диоклетиана». Эта имперская эра, известная главным образом по египетским памятникам, приурочена к началу правления Диоклетиана, пришедшего к власти осенью 284 г. Эпохой данной эры является начало соответствующего александрийского года – 1 тота (29 августа) 284 г. н. э.⁹⁶³ Как было показано выше, именно на эту дату «настроен» александрийский 19-летний цикл. Позднее, в знак презрения к императору-гонителю, она получила название «эры мучеников» (греч. χρόνοι ἀπὸ τῶν μαρτύρων)⁹⁶⁴. Из Египта эта эра проникла в христианскую Эфиопию, где распространена до сих пор.

В 525 г. западный монах Дионисий по прозванию Малый (от латинского эпитета Exiguus букв, «ничтожный», как уничижительно он именует себя в своих сочинениях), выходец из населённой готами римской провинции Малая Скифия (совр. Добруджа в Румынии), взял на себя труд ознакомить с пасхалией александрийского типа латинский Запад. Дионисий работал в Риме при папе Гормизде (514–523), дружил с влиятельным сенатором Кассиодором и прославился как переводчик на латынь канонических сборников и других греческих церковных текстов⁹⁶⁵. К этому времени на Западе имели возможность убедиться в несовершенстве 84-летнего цикла и испытывали потребность в приобщении к александрийской пасхальной традиции, пользовавшейся наибольшим авторитетом в христианском мире⁹⁶⁶. В 525 г. по просьбе некоего епископа Петрония⁹⁶⁷ Дионисий составил на латинском языке продолжение пасхальной таблицы на 153–247 гг. эры Диоклетиана (437–531 гг.), известной как пасхалия Кирилла Александрийского, на следующие 95 лет (532–626 гг. н. э.). Строго следуя александрийскому пасхалистическому канону, набожный монах при этом решительно отказался от счёта лет по годам Диоклетиана, заявив в предпосланном пасхалии кратком введении (Libellus):

Поскольку святой Кирилл начал первый цикл со 153-го года Диоклетиана и окончил последний в 247-м году, мы, начиная с 248-го года этого скорее тирана, нежели принцепса, не желаем связывать с нашими циклами память о нечестивом гонителе, но предпочитаем обозначать времена лет от Воплощения Господа нашего Иисуса Христа. Тем самым более заметным станет начало надежды нашей и яснее воссияет причина человеческого спасения, а именно – Страдание Искупителя нашего⁹⁶⁸.

Лишь из самой пасхалии выясняется, что 248 г. эры Диоклетиана Дионисий обозначил как 532 г. от Воплощения. В приложенных к пасхалии пояснениях («аргументах») Дионисий указывает краткое правило для определения номера года от Воплощения с опорой на индикты:

Если хочешь узнать, который год от Воплощения Господа нашего Иисуса Христа, сосчитай 34 раза по пятнадцати, будет 510; к ним всегда прибавляй 12 регулярных, будет 522; прибавь же индиктион года, которого желаешь, например, третий в консульство Проба Младшего, будет итого 525 лет. Таковы годы от Воплощения Господа⁹⁶⁹.

Таким образом, Дионисий полагал, что до начала текущего 15-летнего индиктиона (523 г. н. э.) от Воплощения прошло 34 полных индиктиона и ещё 12 лет. Эти-то 12 лет и составляют главную загадку. Из скупых разъяснений Дионисия нельзя понять, какими хронологическими соображениями он руководствовался, когда устанавливал именно такую точку отсчёта.

* * *

В науке предложено множество гипотез о происхождении эры Дионисия, однако ни одна из них не стала общепринятой⁹⁷⁰. Среди учёных до сих пор нет единого мнения по поводу года, в который Дионисий помещал Воплощение и Рождество Христа: часть высказываются за 1 г. н. э.⁹⁷¹, часть – за 1 г. до н. э.⁹⁷² Неизвестно даже, каким стилем (январским, сентябрьским или мартовским) пользовался пасхалист. Не исключено, что Дионисий вообще не задавался вопросами хронологии и подходил к счёту лет в своей пасхалии сугубо утилитарно. Однако, выбирая для отсчёта лет «от Воплощения» год, отличающийся от принятой в большинстве раннехристианских памятников даты Рождества Иисуса Христа, он должен был руководствоваться какими-то вескими аргументами.

По мнению ряда исследователей, Дионисий опирался на дату Воскресения 25 марта 31 г. н. э.⁹⁷³ и приложил к ней «краткую хронологию» Христа. В это время как на Востоке, так и на Западе было распространено обоснованное Евсевием Кесарийским мнение о 33-летнем возрасте распятого Христа, но краткая хронология ещё в середине V в. имела в числе своих приверженцев таких маститых учёных, как Проспер и Викторий Аквитанские. В VIII в. Беда Достопочтенный, почитатель Дионисия и пропагандист его пасхалии, называет годом Страстей 34 г. н. э., но сообщает, что в Римской Церкви год Страстей считается на 3 года раньше, т. е. в 31 г.⁹⁷⁴ Отметим, кстати, что проблема исторического года Страстей так и остаётся у Беды нерешённой. Будучи уверен в 33-летнем возрасте Христа и в то же время, следуя церковной традиции о распятии в пятницу, 15-й день луны, он заявляет:

Если, открыв круг блаженного Дионисия и дойдя до 566-го года от Воплощения Господа, ты найдёшь, что в нём 14-я луна была в 9-й день до апрельских календ [24 марта], пятый день недели [четверг], а воскресный день Пасхи – в 6-й день до апрельских календ [27 марта], 17-ю луну, – воздай благодарение Богу, что Он дал тебе обрести искомое, согласно с Его обетованием. Ибо в том, что Господь взошёл на крест в 15-ю луну, шестой день недели [пятницу], и воскрес из мёртвых «во едину от суббот», то есть в воскресный день, никакому католику нельзя сомневаться, дабы не оказаться не верующим ни Закону, который указывает готовить к вечере пасхального агнца в четырнадцатый день первого месяца, ни Евангелию, где Господь, в тот же вечер схваченный иудеями и утром шестого дня распятый и погребённый, совершил воскресение в первый день по субботе⁹⁷⁵.

Между тем по пасхалии Дионисия в 566 г., пасхалистически идентичном 34 г., 14-я луна – не 24-е, а 21 марта, не четверг, а воскресенье. Сочетание же, традиционно требуемое в западной традиции для Страстей Христовых – «15-я луна, пятница, 25 марта» – в александрийской пасхалии, которой следовал Дионисий, соблюдается только в 12, 259, 354 и 449 гг. н. э. Поэтому Беда вынужден (не без горькой иронии?) добавить:

Если же ты не сумеешь найти год, который ты ищешь, в нужном тебе месте, припиши вину этого либо небрежности хронографов, либо, скорее, твоей собственной худости, тщательнейшим образом опасаясь, впрочем, того, чтобы из-за неумеренной защиты записанного в хрониках не оказаться противящимся свидетельству Закона или Евангелия, гласящему, что Господь Спаситель совершил святейшее таинство креста либо в 15-м, либо в 16-м году правления Тиберия Цезаря, либо на 29-м или 30-м году Своего возраста: ибо Евангелия ясно указывают, что Предтеча Господа начал проповедовать на 15-м году Тиберия, и почти сразу же среди прочих крестил Иисуса, Которому уже было около 30 лет⁹⁷⁶.

Можно предположить также, что Дионисия привлекла дата пасхального полнолуния 25 марта, указываемая во 2-й год александрийского цикла и в 1 г. н. э. попавшая на пятницу⁹⁷⁷. Поместив начало своей эры – Воплощение Господне – в пасхальное полнолуние, пятницу, 25 марта, Дионисий как бы возрождал старую латинскую традицию датировки Страстей, но на сей раз применительно к Благовещению (Воплощению). На это, казалось бы, намекают слова о том, что своей эрой он стремится напоминать христианам «о начале нашей надежды и причине человеческого спасения, то есть страдании Искупителя нашего». Однако, как видно из замешательства Беды, подобный «символизм» по меньшей мере не был оценён даже самыми верными поклонниками Дионисия.

* * *

Другой подход к проблеме состоит в предположении, что Дионисий сам не вычислял эпоху своей эры, а просто заимствовал её из какого-то источника.

Подавляющее большинство древних авторов, буквально следуя указанию евангелиста Луки о 30-летнем возрасте Христа в 15-й год Тиберия, помещают Воплощение и Рождество в 3–2 гг. до н. э. Этой даты придерживаются Ириней, Климент Александрийский, Тертуллиан, Ипполит, карфагенский компутист, Епифаний. В наиболее авторитетном хронологическом своде того времени, хронике Евсевия–Иеронима, за 1 г. Христа (annus Domini) также принят 2 г. до н. э., и различные гипотезы, выдвигавшиеся учёными для объяснения того, как Дионисий мог получить свою эру, опираясь на эту хронику, не выглядят убедительно⁹⁷⁸. Все известные отступления от общепринятой датировки вызваны стремлением подогнать её под ту или иную хронологическую модель, жёстко привязанную к пасхалии. Ярчайший пример – Анниан, решившийся ради сугубого календарного символизма своей системы передвинуть Рождество на 9 г. н. э.

Насколько нам известно, на тот же год, что и Дионисий, помещали до него Рождество только два текста: римский «Хронограф Филокала» 354 г. и хроника Панодора, составленная около 400 г.⁹⁷⁹ В первом памятнике в консульских фастах имеется заметка:

[Консульство] Цезаря и Павла. – [1 января] суббота, 13-й день луны. – При этих консулах Господь Иисус Христос родился в 8-й день до январских календ (25 декабря), в пятницу, в 15-й день луны⁹⁸⁰.

Информация о дате Рождества и соответствующем лунном дне здесь содержит противоречия: 25 декабря 1 г. приходится не на пятницу, а на воскресенье, а возраст луны в соответствии с указанием на 1 января должен был бы составить не 15, а 17 дней. Традиция, согласно которой Христос, как Новый Адам, родился в тот же самый день недели, в который был сотворён Адам ветхий – в пятницу, фиксируется уже в III в. в сочинении Викторина Петавионского⁹⁸¹; именно её давление, по всей видимости, и вызвало искажение даты. «Хронограф», представлявший собой роскошно иллюстрированный календарь, посвящённый Фурием Дионисием Филокалом некоему Валентину, бытовал, судя по всему, в единственной рукописи⁹⁸². Однако исключать знакомство с ним Дионисия не следует, так как столь богатый справочной информацией памятник не мог не привлекать к себе внимание учёных мужей⁹⁸³. Это, впрочем, не снимает вопроса о причине происхождения самой датировки⁹⁸⁴.

Хроника Панодора не сохранилась до нас. Однако, судя по тем сведениям, которые сообщает Георгий Синкелл, Рождество в ней попадало в год, соответствующий 1 г. до н. э. / 1 г. н. э. В связи с этим Д. Пето, А. Пажи и Д.А. Лебедев⁹⁸⁵ предполагали прямую зависимость Дионисия от Панодора: допускает это и А. Моссхаммер, предполагая при этом, что сам Панодор заимствовал дату Рождества из хроники Юлия Африкана⁹⁸⁶. Действительно, если Дионисий в счёте лет своей пасхалии опирался на сентябрьский год (что вполне вероятно, учитывая, что именно на индиктах он основывает формулу вычисления «года от Воплощения»), то Рождество 25 декабря 1 г. до н. э. будет соответствовать 1 г. эры Дионисия. Впрочем, у нас нет оснований считать, что сочинение египетского хрониста рубежа IV–V вв., из всех позднейших историков упоминаемое одним лишь Георгием Синкеллом, было для Дионисия настолько авторитетным, что он доверился его хронологии. Поэтому большинство учёных считают данное совпадение случайным⁹⁸⁷. Непосредственное влияние хроники Юлия Африкана также непросто обосновать. «Кампанская пасхалия» на 464–599 гг. – латинский памятник, современный Дионисию, – называет в качестве даты Воплощения по Африкану 5500 год⁹⁸⁸.

* * *

Существует ряд гипотез, объясняющих эру Дионисия с чисто пасхалистической точки зрения. Уже Скалигер отметил символическое совпадение номера года в начале таблицы Дионисия – 532 г. от Воплощения – с 532-летним пасхальным циклом⁹⁸⁹. Он предположил, что Дионисий считал само собой разумеющимся, что 19-летний александрийский цикл начинается в год Божественного Воплощения, и начал нумерацию лет со следующего года, первого полного года земной жизни Христа.

И.А. Климишин предложил математическую теорию происхождения эпохи эры Дионисия⁹⁹⁰. Приняв за «нулевой» год своей таблицы 1-й год александрийского 19-летнего цикла (новолуние 21 марта, пасхальное полнолуние 5 апреля), Дионисий обеспечил тем самым удобство нахождения последующих пасхальных полнолуний путём простого умножения номера года на ежегодное 11-дневное лунное смещение (N*11): в 1-й год – 11 эпакт, во 2-й – 22 и т. д.

Развивая схожую гипотезу, Ж. Деклерк обратил внимание на краткое Предисловие (praefatio) Феликса, аббата Гиллитанского (Ghyllitanus, Chyllitanus, Cyrillitanus) монастыря в Северной Африке († 557)⁹⁹¹. Здесь особо рассматривается вопрос о начале эры Дионисия:

В середине 194-й олимпиады, в 42-м году императора Октавиана Августа, Господь наш Иисус Христос родился по плоти. От Рождества Господа до 265-й олимпиады, то есть первого года Диоклетиана, 284 года; а от первого года Диоклетиана до первого цикла Дионисия ты найдёшь 248 лет – итого 532 года. Отсюда, в 532-й год от Воплощения, Дионисий начал свой первый цикл. Ибо цикл святого Кирилла окончился в 247 году. Добавь 1-й год, в который начал Дионисий, и найдёшь 248 лет⁹⁹².

От 42-го года Августа до 1-го года Диоклетиана в хронике Евсевия-Иеронима (на использование которой указывает употребление олимпиад) насчитывается 287 лет (правильно – 286 лет, с 3 / 2 г. до н. э. до 284 / 285 г. н. э.). Отклонение на 3 года у Феликса «закамуфлировано» в расплывчатых датировках по олимпиадам. Но едва ли можно согласиться с Деклерком в том, что этот камуфляж восходит к самому Дионисию. Последний заботился не столько о точности исторической хронологии, сколько об удобстве своей пасхалии. Действительно, если бы Дионисий начал счёт с «правильного» 534 или 535 г. от Воплощения, число начального года его пасхалии не делилось бы ни на 19, ни на 4, ни на 7, и прежде, чем приступать к расчётам по лунному и солнечному циклам, пришлось бы вычитать из номера года ту или иную константу. Поэтому, выбрав для начала пасхального цикла удобное число 532, Дионисий ничтоже сумняшеся объявил его отсчитанным «от Божественного Воплощения». При этом он вовсе не претендовал на историческую точность, оставив будущим историкам ломать голову над совмещением его пасхалистического летосчисления с евангельской хронологией. Феликс, по справедливому замечанию А. Моссхаммера, всего лишь стал первым в этом длинном ряду⁹⁹³.

Проблемы исторической хронологии и протекавшая в его время дискуссия по поводу возраста мира Дионисия, похоже, не интересовали. По крайней мере, в его трудах на сей счёт не удалось обнаружить никаких высказываний. Такая позиция весьма характерна именно для западного богословия, в котором хилиастические воззрения во всех их формах со времён Августина (V в.) подвергались неизменному осуждению⁹⁹⁴.

«Эра от Воплощения», введённая Дионисием, первоначально не выходила за рамки пасхалий и едва ли претендовала на нечто большее⁹⁹⁵. Однако в англо-саксонской Британии и Франкском королевстве её – наряду с традиционным счётом по индиктам – начали использовать для датировок: так, один английский документ датирован 6 ноября IV индикта, 676 г. от Воплощения⁹⁹⁶; кончина франкского короля Теодериха IV в Клермонской рукописи отнесена к 737 г. «от Рождества Христова»⁹⁹⁷, а документ Карломана, дяди Карла Великого, от 21 апреля 742 г. «от Воплощения»⁹⁹⁸. Около 725 г. английский учёный Беда Достопочтенный расширил пасхалию Дионисия до полного 532-летнего цикла (532–1063 гг.)⁹⁹⁹, а затем, в своей «Церковной истории народа англов» (731 г.), ввёл основанное на ней летосчисление в европейскую историографическую традицию. В IX–Х вв. эра Дионисия получила хождение в Риме, но лишь с XII в. получила широкое распространение в Западной Европе, а в качестве официального летосчисления католической Церкви закрепилась не ранее XV в.¹⁰⁰⁰ В Ромейской империи она получила известность только при династии Палеологов¹⁰⁰¹, хотя, по всей вероятности, повлияла на появление некоторых типов «смешанных» мировых эр уже в XI–XII вв.

В Новое время эра была признана во всех западноевропейских странах. На её основе были построены первые опыты научной исторической хронологии – труд «Opus de doctrina temporum» (Об исправлении времён, 1583 г.) Иосифа Скалигера и последовавшая через полвека католическая реакция на него, «Opns de doctrina 1ешрощш» («О науке времён») Д. Пето (этот же великий французский хронолог впервые применил метод обратного отсчёта лет «до Рождества Христова»). Ныне эра Дионисия Малого, при всех своих недостатках, является наиболее распространённым в мире типом летосчисления. Она вытеснила не только все другие варианты христианских эр, но и древние системы летосчисления некоторых нехристианских стран¹⁰⁰². В настоящее время традиционное название данной эры (рус. «по Рождестве Христовом», лат. «anno Domini», A.D. и т. п.) всё чаще заменяется на религиозно-нейтральные варианты (рус. н. э. – «наша (или новая) эра», англ. С.Е. – «common ere», «общая вера»¹⁰⁰³).

Пасхалия Дионисия была не первой и далеко не единственной, в которой события датировались от времени Христа. Уже в V в. на Западе составлялись пасхалии и хроники, в которых годы были пронумерованы от Страстной Пасхи, Рождества или Воплощения Христа. Весьма распространена была александрийская эра «от Воплощения», на 5500 лет отличающаяся от мировой эры (использована в хрониках Георгия Синкелла и Феофана). Использовался также счёт лет от Страстей Христовых или от Вознесения¹⁰⁰⁴. Однако эти эры, как правило, являлись вторичными по отношению к летосчислению от сотворения мира (или от Адама).

В связи с предложенным разъяснением происхождения октябрьского начала года в греческой пасхалистической традиции небезынтересно рассмотреть гипотезу о происхождении солнечного цикла западного типа, введённого Дионисием Малым. Как известно, Дионисий составил на латинском языке продолжение александрийской пасхалии, начиная с 533 г. н. э. При этом 1 г. предыдущего 532-летнего цикла он совместил с 1 г. «от Воплощения Господня» (что дало начало современной «нашей эре»). Однако если 19-летний цикл у Дионисия тождествен принятому в александрийской традиции, то 28-летний «солнечный» цикл у него другой: его 1 г. соответствует 26 г. александрийской пасхалии (и пасхалии Андрея) и 12 г. ромейской пасхалии. При этом 1 г. 28-летнего цикла Дионисия в эпоху Христа приходится на 9 г. до н. э., 20 и 48 гг. н. э., что не совпадает ни с началом эры Дионисия, ни с какой-либо другой значимой датой. Общепринятого разъяснения происхождения этого цикла нет¹⁰⁰⁵.

* * *

При описании солнечных циклов греческие авторы XI–ХIV вв. принимают в качестве постулата начало солнечного цикла в воскресенье 1 октября. Выше было показано, что единственной известной нам системой, в которой выполнялось такое условие для 1 г. мира, была пасхалия Андрея (IV в.). Порядок «солнечных эпакт» (дней, которые следует прибавлять в тот или иной год для получения дня недели 1 октября) в данной традиции выглядит следующим образом:

7, 1, 2, 3 | 5, 6, 7, 1| 3, 4, 5, 6 | 1, 2, 3, 4 | 6, 7, 1, 2 | 4, 5, 6, 7 | 2, 3, 4, 5...

Как видно, 1-му году соответствует число 7 = 0 (1 октября – воскресенье), что вполне символично: ведь эпакты по определению «набегают» лишь с течением времени, и в начале творения их не должно быть.

Впоследствии, в ходе формирования ромейской эры и пасхалии, за начало отсчёта было принято 1 сентября 5509 г. Это 13-й год пасхалии Андрея, имеющий солнечную эпакту А=1:1 октября этого года является 2-м днём недели, понедельником. Порядок эпакт сместился и стал начинаться с 13-го года, приняв вид:

1, 2, 3, 4 | 6, 7, 1, 2 | 4, 5...) и т. д.

Високосные скачки, как и у Андрея, следуют здесь после каждого 4-го года – что естественно для года с осенним началом. Такое расположение скачков прекрасно объясняет форму одной из таблиц, в которой записывались солнечные эпакты («вруцелета») в русской пасхалистической традиции – т. н. «руки Иоанна Дамаскина» (вариант названия – «рука Иоанна Богослова»). В этой таблице счёт ведётся с левого нижнего угла, а високосные скачки оказываются на ребре ладони – что весьма удобно при счёте «на пальцах».

Впоследствии, когда в качестве опорной даты вруцелет стало считаться 25 марта (дата Воскресения Христова в греческой традиции) или 1 апреля (дни недели этих дат всегда одинаковы), начало счёта в таблице передвинулось на 5-ю снизу «фалангу» 2-го слева «пальца», и порядок вруцелет стал иным:

2, 3, 4, 5 | 7... и т. д.

Мартовское начало года привело к сдвигу високосного скачка, но в «руке» он остался на прежнем месте – на ребре ладони.

Позднее появилась модификация «руки», где начало отсчёта – воскресенье 25 марта 1 г. от сотворения мира (5508 г. до н. э.) – было вновь помещено на надлежащее место, в левый нижний угол таблицы. При этом високосный скачок оказался между 3-м и 4-м «пальцами».

* * *

В александрийской системе, которой следовал Дионисий Малый, 1 октября – дата, восходящая к конкурирующей сирийской традиции – не играет никакой роли. Поэтому её употребление в качестве границы солнечного цикла выглядело совершенно необоснованным. В качестве идеальной границы года александрийская пасхалистическая традиция признаёт 25 марта – центральную символическую дату хронологической системы Анниана (начало творения – Воплощение – Воскресение). Аналогом солнечных эпакт у Дионисия являются «конкурренты» (лат. concurrentes dies – «набегающие дни»)¹⁰⁰⁶. Их порядок в точности соответствуют порядку эпакт сиро-ромейского (октябрьского) типа:

1, 2, 3, 4 | 6, 7, 1, 2 | 4, 5, 6, 7 | 2, 3, 4, 5 | 7, 1, 2, 3 | 5, 6, 7, 1 | 3, 4, 5, 6 | 1...¹⁰⁰⁷

Среди пасхалистов нет единства мнений в том, что именно обозначают числа «конкуррент». Так, Беда Достопочтенный¹⁰⁰⁸ указывал, что они совпадают с днями недели для 24 марта. Учитывая александрийское происхождение пасхалии, И. ван дер Хаген¹⁰⁰⁹ искал их связь с началом египетского года 1 тота. Ф. Рюль¹⁰¹⁰ предложил приурочить их к 1 октября. Наконец, Э. Шварц¹⁰¹¹ и комментатор Беды Ч. Джонс¹⁰¹² помещали их на 30 мехира = 24 февраля, место високоса в древнеримском календаре.

Объяснение Беды выглядит наиболее естественным: действительно, счёт эпакт уместнее всего вести с кануна воскресенья творения, которое по александрийской системе Анниана соответствует 25 марта = 29 фаменота. Однако, как отметил А. Моссхаммер, система счёта дней недели, аналогичная «конкуррентам» Дионисия, встречается уже в Индексе к посланиям Афанасия Великого, относящемся к 70-м годам IV в., ранее появления эры Анниана с её символической датой 25 марта¹⁰¹³. Здесь каждый год характеризуется, помимо индикта и лунных эпакт, «недельным» параметром, носящим название «τῶν θεῶν» («[число] богов» – от позднеантичных названий дней недели, каждый из которых соответствовал одному из семи планетных божеств). Аналогичный параметр, под названием тынтыйон (в котором угадывается греческое «τῶν θεῶν»), широко известен в эфиопской пасхалистике¹⁰¹⁴. По мнению Моссхаммера, «число богов» и «конкурренты» Дионисия показывают не день недели какого-то конкретного числа месяца, но чисто технический аргумент формулы для вычисления дня недели заданной александрийской даты¹⁰¹⁵. Однако эта гипотеза не решает всех проблем. Она не объясняет название этого параметра (concurrentes – калька с греческого ἐπακταί), а главное – оригинальный порядок лет в 28-летнем цикле Дионисия.

В поздней александрийской традиции понятие о солнечных эпактах было прочно связано с началом года. Так, коптский учёный XIII в. Абу Шакр¹⁰¹⁶ понимал под «недельным» параметром года в пасхальных таблицах именно день недели, на который попадает начало года 1 тота для египтян (в 1-й год 532-летнего цикла = 4, т. е. 1 тота – среда¹⁰¹⁷) или 1 октября для сирийцев. Варианты названий «день Иоанна [Крестителя]» (1 тота) и тынтыйон соседствуют в эфиопских пасхалиях.

Возможно следующее объяснение «солнечного цикла» Дионисия Малого. В позднеантичных календарях у каждого года существовали две основные характеристики, задающие распределение по датам фаз луны (лунные эпакты) и дней недели («число богов», солнечные эпакты): зная их, можно было без труда определить день луны и день недели для любого числа и месяца данного года. В середине IV в. появилась пасхалистическая система Андрея, где идеальным началом недельного цикла было признано воскресенье 1 октября: к этой дате был привязан соответствующий ряд «солнечных эпакт» (7, 1, 2, 3 | 5, 6...). Точно так же в возникшей чуть позже системе Анниана возник ряд эпакт, приуроченных к её главной опорной дате – 25 марта (7, 1, 2 | 4, 5, .6...). В обеих системах «солнечный цикл» начинается с числа 7 или 0, что важно с теоретической точки зрения: в начале мира эпакт быть не может по определению. Дионисий, воспроизводя александрийский вариант цикла, очевидно, не имел понятия о его «естественных» основаниях и начал свой «солнечный цикл» не с 7 или 0, а более логично, с единицы (1, 2, 3, 4 | 6, 7...).

Солнечные эпакты Анниана (эквивалентные дню недели 24 марта = 28 фаменота) в точности совпадают не только с «числами богов» в Индексе пасхальных посланий Афанасия Великого и расчётах Павла Александрийского, но и с позднейшими ромейскими солнечными эпактами (накануне 1 апреля) и «основаниями года» в восточно-сирийской традиции¹⁰¹⁸ Скорее всего, здесь мы имеем дело с простым совпадением, которое по законам комбинаторики выглядит вполне вероятным.

По той же причине ряд «конкуррент» Дионисия совпадает с рядом вруцелет в древнерусских таблицах для солнечного цикла (типа «руки Иоанна Богослова»): 1.2.3.4 | 6.7... Однако в данном случае совпадение чисто внешнее, так как ряды эти начинаются с разных лет, и для одного и того же года «конкуррента» не совпадает с вруцелетом. Например, год цикла Дионисия с «конкуррентой» 1 (25 марта – понедельник) соответствует 12-му году ромейского цикла с вруцелетом 2 (1 октября вторник). Поэтому данный тип вруцелет некорректно возводить к западноевропейским аналогам¹⁰¹⁹. В связи с этим нельзя не отметить слабость гипотезы о том, что весь так называемый «трехтабличный комплекс» (круг солнца, круг лун, месячные числа) в древнерусских пасхалиях восходит к западной традиции¹⁰²⁰. Следует учитывать как возможность типологического сходства пасхалистических и календарных таблиц (представляющих, по сути, варианты одной и той же системы циклов), так и малоизученность греческих текстов соответствующего содержания. Предварительные наблюдения показывают удивительное многообразие греческих пасхалистических систем VII–XIV вв. как по методикам расчётов, так и по форме их представления. Скорее всего, древнерусская традиция восходит к одной из малоизвестных раннеромейских (ранневизантийских) систем.

Согласно армянским источникам, на совещании в Александрии во главе с Эасом был разработан 532-летний цикл, соответствующий пасхалии и эре Андрея. Несмотря на свидетельство источников, А. Моссхаммер отказывается признать эру, насчитывающую 5600 лет от Адама до Христа, изобретением Андрея и пытается доказать, что она впервые появляется вместе с пасхалией Эаса. В качестве аргумента американский исследователь приводит колофон армянского католикоса XII в. Петра (Бедроса) Гетадардза в рукописи гомилий Иоанна Златоуста (Матенадаран, № 988):

Эти богодухновенные слова были написаны в 495 г. армянской эры, в 13-й год индиктиона ромеев, в царствование императора Мономаха, в 744 г. нашего Просвещения, в 1045 г. после Рождества от Девы. Если же ты хочешь найти верное число лет от сотворения Адама до Рождества Христа, это 5420 лет с добавлением эры римлян, то есть 180 лет, что будет 5600, то есть 10 циклов и 280 лет: это – точная хронология по обращению цикла Дионисия; ибо все хронологии противоречат друг другу, кроме цикла Дионисия, который установили 36 философов в Александрии¹⁰²¹.

Оставляя в стороне внутренние противоречия в датировках (по армянской эре – 1046 / 1047 г., по эрам от Просвещения и Рождества 1043 г., по индикту 1044 / 1045 г.), обратим внимание на точный смысл слов Петра. Он всего лишь хвалит точность цикла, изобретённого «36 философами» (т. е. цикла Эаса, который армянский католикос эпохи крестовых походов отождествляет с западным циклом Дионисия). Что же касается эры «5600 лет от Адама до Христа», то есть эры Андрея, то она, действительно, должна соответствовать циклу Эаса: ведь последний, как уверяют нас источники, ничем не отличался от цикла Андрея. Таким образом, аргумент Моссхаммера оборачивается против его теории.

Итак, в армянской традиции пасхалия Эаса соответствует эре Андрея:

Начало сотворения мира – воскресенье 19 марта 1 г. цикла = 5605 г. до н. э. Эпоха 1 октября 5605 г. до н. э.

Воплощение и Рождество Христово – 5601 г. 5 г. до н. э.

Пасха и Воскресение Христово – 30 г. н. э.

Реализованные «мистические параллели»:

21 / 22 марта, вторник / среда – сотворение светил и равноденствие.

Анализ тех сведений о пасхалии Ирона, которые сообщает нам Анания Ширакаци, позволяет установить, что сотворение мира и светил этот восточно-римский пасхалист относил к апрелю 1-го года александрийского цикла (см. главу «Пасхалия Ирона»). Помещая сотворение мира на воскресенье 1 апреля 5492 г. до н. э., а сотворение светил и начало астрономических циклов – на среду 4 апреля, 13-й день луны по александрийской пасхалии. Ирон следовал принципам, которые Анания Ширакаци приписывает изобретателю «римского цикла» Аристиду:

Философ Аристид Афинский Мери, сподвижник и ученик Кодрата апостола, изобрёл девятнадцатилетний лунный цикл ромеев. Он доказывал следующее: «Началом творения является первый день апреля. А поскольку луна была сотворена на четвёртый день, 14-й лунный день приходится на четвёртое апреля и является началом цикла». Ибо этот день совпадает с 14 нисана, полнолунием и началом эпакт¹⁰²².

Об эре Ирона автор анонимного календарного трактата из парижской армянской рукописи № 114 пишет:

Вычислив сумму лет от сотворения, согласно учению, которого он придерживался, он насчитал до Рождества Христова 5500 лет и представил аналогию с ковчегом Завета Моисеева, который имел 2, 5 локтя в длину, 1, 5 локтя в ширину и 1, 5 локтя в высоту. Это не соответствует тщательным исследованиям Евсевия и Андрея¹⁰²³.

Аналогичные сведения приводит и Анания Ширакаци¹⁰²⁴. Таким образом, Ирон предстаёт сторонником концепции Юлия Африкана и Ипполита «5500 лет от Адама до Христа» и последователем александрийской системы Анниана.

Единомышленником Ипполита и святым отцом назван «философ Ирон» в сочинениях Кирилла Скифопольского – единственного греческого автора, который упоминает этого учёного. В Житии св. Евфимия Великого Кирилл так датирует кончину своего героя:

В 20-й день января месяца 11-го индиктиона, от сотворения мира, с тех пор, как по движению солнца начало измеряться время, в год 5965-й, а от вочеловечения от Девы божественного Слова и Рождества по плоти в год 465-й, согласно летосчислению святых отцов; знакомца апостолов древнего Ипполита, Епифания Кипрского и Ирона, философа и исповедника¹⁰²⁵.

Аналогичной формулировкой сопровождает Кирилл Скифопольский и дату кончины Саввы Освященного в своём Житии этого преподобного отца (5 декабря 10 индикта, 6024 г. мира)¹⁰²⁶.

Упоминание Ипполита легко объяснимо. Согласно Анании и Анониму, Ирон приводил в доказательство своей хронологической схемы «5500 лет от Адама до Христа» размеры Ковчега Завета – аргумент, заимствованный из «Толкования на Книгу Даниила» Ипполита Римского. В связи с именем Епифания Кипрского можно упомянуть свидетельство Иованнеса Имастасера¹⁰²⁷ о том, что от Адама до начала армянского летосчисления «по Епифанию насчитывается 6053 года», что соответствует эре Юлия Африкана и Ипполита, где от Адама до Христа 5500 лет. Таким образом, имя Епифания было каким-то образом связано с этой «мистической» хронологической схемой (хотя в известных нам его сочинениях она не прослеживается).

«Гражданский» год эры Ирона, по-видимому, не совпадал с «естественным» годом. Во всяком случае, датировки у Кирилла Скифопольского, привязанные к индикту, предполагают не весеннее начало года, а осеннее. По словам Анании, Ирон бахвалился своей приверженностью египетскому календарю и составил пасхалию «для римлян (ромеев)»¹⁰²⁸. Вероятно, его хронология опиралась на египетский (с 1 тота = 29 августа) или ромейский (с 1 сентября) гражданский год.

Таким образом, эра Ирона представляет собой вариант александрийской эры с сентябрьским стилем, который на полгода опережает мартовскую эру Анниана (аналогично эре Панодора):

Начало сотворения мира – воскресенье 1 апреля 1 г. александрийского цикла = 5492 г. до н. э.

Эпоха – 29 августа / 1 сентября 5493 г.

Согласно версии армянских писателей, Ирон создал свою систему в полемике с системой Эаса. Поскольку пасхалия Эаса появилась около 551 г., а уже в 557 г. Кирилл Скифопольский пользовался эрой Ирона, эта последняя должна была появиться в 550-х годах и быстро получить славу, дошедшую до Палестины. Впрочем, учитывая, что первая дата «по Ирону» у Кирилла – кончина св. Евфимия – относится к 472 г., можно думать, что эта хронологическая система была разработана ещё в V в., а приводимый армянскими авторами рассказ о «споре» Ирона с Эасом – всего лишь поздняя легенда, призванная объяснить расхождение армянской и ромейской пасхалий.

Известный мусульманский учёный Абу Райхан Мухаммад Бируни (Веруни) в своём трактате о системах летосчисления у разных народов, написанном в 1000 г., описывает в качестве обычной пасхалии христиан 532-летний цикл, идентичный пасхалии Эаса – начинающийся с полнолуния 25 марта, т. е. сдвинутый на год относительно александрийского цикла. Говоря о системе счёта лет, Бируни пишет: «Некоторые исчисляют период между Адамом и Александром в пять тысяч шестьдесят девять лет, а другие – в пять тысяч сто восемьдесят лет. Последней цифрой оперирует большинство христиан, и она [наиболее] известна среди исследователей»¹⁰²⁹. Данный синхронизм – 1 г. эры Селевкидов = 311 г. до н. э. = 5181 г. от Адама – предполагает эру, начало которой помещено на начало пасхального цикла Эаса, 5491 г. до н. э. Такая эра на год запаздывает относительно александрийской.

Этот тип эры используют восточно-сирийские писатели Симеон Шанклавайя (XII в.) и Авдишо бар Бриха, митрополит Нисибинский († 1318)¹⁰³⁰.

* * *

Таким образом, в восточно-сирийской эре, основанной на пасхалии Эаса:

Начало сотворения мира – воскресенье 24 марта 1 г. цикла = 5491 г. до н. э.

Эпоха – 1 октября 5492 г.

Воплощение – с воскресенья 24 на понедельник 25 марта 5500 г. мира;

Рождество Христово – с 24 на 25 декабря того же года 9 г. н. э.

Пасха и Воскресение Христово – в пятницу 23 марта 5532 г. мира и воскресный день 25 марта, 1-й день 5533 г. мира = 42 г. н. э.

Реализованные «мистические параллели»:

24 марта, воскресенье – дата и день начала сотворения мира и Воплощения.

24 / 25марта – дата Воплощения и Воскресения.

Специфической особенностью иудейской традиции является использование для летосчисления 7-летнего периода – т. н. субботнего цикла. Основанием для его появления служит ветхозаветное предписание (Лев.25:1–11): субботним считался каждый 7-й год, через семь субботних лет на пятидесятый год считался «юбилей» (евр. йовел, собственно «бараний рог», звук которого оглашал его наступление)¹⁰³¹. Остаётся не вполне ясным, каким образом предписание о «юбилее» реализовывалось на практике: считался ли им отдельный 50-й год¹⁰³² или же он совпадал с 1-м годом нового цикла.

В «Книге Юбилеев» для летосчисления применяется юбилейный цикл (откуда и принятое название этого памятника) продолжительностью в 7 семилетий («седмин»), или 49 лет. По годам, седминам и юбилеям датируются исторические события: например, всемирный Потоп начался в 5-й год 5-й седмины 27-го юбилея ( = 1307 г. от Адама¹⁰³³). Цикл «Книги Юбилеев» регулярный: 50-й юбилейный год совпадает с 1-м годом нового цикла, так что чередование семилетий не нарушается. Порядок субботних лет (но не их абсолютный счёт!) в «Книге Юбилеев» совпадает с современным иудейским субботним циклом, который фиксируется по крайней мере с IV в. (надписи из Зоара, совр. Эс-Сафи в Иордании, к югу от Мёртвого моря)¹⁰³⁴. Иначе устроены юбилейные циклы, встречающиеся у Иеронима и в «Пасхальной хронике». Здесь юбилейным считается особый, 50-й год, так что цикл превращается в 50-летний. Порядок «субботних» и «юбилейных» (50-х) годов в обоих вариантах совпадает, но при этом началом отсчёта у Иеронима считается 3972 г. до н. э., а в «Пасхальной хронике» – 1672 г. до н. э.

В хронографическом приложении к пасхалистическому трактату Максима Исповедника (VII в.) упоминается юбилейный цикл, берущий начало с 3886 г. от Адама (1607 г. до н. э.)¹⁰³⁵ Его строение неизвестно, но в любом случае порядок субботних лет здесь не совпадает ни с 50-летним циклом Иеронима, ни с 49-летним «Книги Юбилеев».

В иудейских памятниках IV–XI вв. широко распространена эра, эпохой которой является разрушение Второго Храма римлянами в 70 г. н. э.¹⁰³⁶ 1 г. этой эры соответствует осеннему 69 / 70 г.¹⁰³⁷

В практическом употреблении среди иудеев с античности вплоть до XVI в. применялась эра Селевкидов, носящая название «эры документов» (минъян ха-ш^етарот)¹⁰³⁸. Примерно с VIII–IX вв. наряду с ней получает распространение «эра от сотворения мира» (миньян ла-йецира или ли-вриат ха-‛олам), которая является основой современного иудейского календаря. Эпоха этой эры – 1 тишри 1 г. – приходится на понедельник 7 октября 3761 г. до н. э. Происхождение её покрыто мраком неизвестности, однако основные элементы раввинистической календарной традиции, с которой неразрывно связана эта эра, сформировались со II по V вв. н. э.¹⁰³⁹ Эра от сотворения на 3449 лет опережает эру Селевкидов¹⁰⁴⁰.

Древнейшее упоминание иудейской мировой эры встречается в Вавилонском Талмуде, где рав Ханина отождествляет 4231 год от сотворения мира с 403 г. от разрушения Храма ( = 471 / 472 г. н. э.)¹⁰⁴¹. Однако эта датировка соответствует не классической эре от сотворения мира, а её варианту, сдвинутому на 1 год. Такая эра, начинающаяся с 1 тишри 2 г. эры от с.м., пятницы (2 сентября 3760 г. до н. э.) и носящая название «годы от Адама», в IX–Х–XI вв. была широко распространена среди евреев Вавилонии¹⁰⁴². Среди наиболее ранних упоминающих её источников – трактат «Барайта д^е-Шмуэль» (где 1 тишри 4536 г. от Адама соответствует 17 / 18 сентября 776 г. н. э.)¹⁰⁴³ и письмо вавилонского экзиларха из каирской генизы (где 4595 г. от Адама соотнесён с 1147 г. селевкидской эры, что соответствует 835 г. н. э.)¹⁰⁴⁴.

В сирийских источниках – и только в них – сохранились сведения об одной из альтернативных эр VI в., автором которой был некий Андроник. Больше всего сведений сохранил о ней Илия Нисибинский, который во 2-м томе своего хронографического свода, оконченного в 1019 г., пишет:

Во время Юстиниана, который начал царствовать в 839-м году Александра [527 / 528 г. н. э.], летописец Андроник составил хронику, которая в расположении праздников соответствует хронике Анниана¹⁰⁴⁵, но в отношении числа лет потомков Адама не совпадает ни с хроникой Анниана, ни с хроникой Евсевия¹⁰⁴⁶.

Помимо Илии, отдельные датировки из хроники Андроника упоминают Михаил Сириец (XII в.) (последний раз – в рассказе о событиях 335 г. н. э.) и Григорий Бар-Эбрей (XIII в.) (в основном, по поводу ветхозаветной истории). Из 1-го тома сочинения Илии мы узнаём, что Андроник принимал для хронологии библейских патриархов «числа, которых нет ни в одном из известных текстов Ветхого Завета», и в результате насчитал от Адама до начала эры Александра 5172 года¹⁰⁴⁷. Бар-Эбрей указывает «от Адама до Селевка по Андронику» 5083 года (причём то же самое число он ошибочно приписывает и Африкану)¹⁰⁴⁸. Принимая синхронизм между 5172 г. от Адама и началом эры Селевкидов (312 / 311 г. до н. э.)¹⁰⁴⁹, мы получаем эпоху мировой эры Андроника – 5483 или 5482 г. до н. э. (в зависимости от того, по какому счёту – включающему или исключающему – указано число у Илии). С точки зрения «мистических параллелей», находимых по пасхалии, оба годом ничем не примечательны. Можно отметить, разве что, совпадение 21 марта 5483 г. до н. э. с воскресеньем, а 25 марта 5482 г. до н. э. – с пятницей. Число, указанное у Бар-Эбрея, приводит в 5394 г. до н. э. (25 марта – среда).

Ветхозаветная хронология Андроника имеет ряд общих черт с хронологией Книги Бытия в 1-й книге «Церковной истории» Псевдо-Захарии Ритора (гл. 2–3), написанной около 569 г.¹⁰⁵⁰ В частности, в обоих сочинениях считается 1156 лет от Потопа до перехода Авраама и 441 год от Храма до Плена.

Упоминание о согласии хроник Андроника с Аннианом в «расположении праздников» как будто бы предполагает сходство принятых в них дат Страстей и Воскресения. Однако Бар-Эбрей¹⁰⁵¹ сообщает, что Андроник датировал Страсти 342 г. эры Селевкидов, то есть весной 31 г. н. э. Не исключено, что «соответствие», о котором говорит Илия, сводится к тому, что Андроник, как и Анниан, принимал в качестве даты Воскресения Христова 25 марта. День Страстей по версии Илии (с которой согласны и датировки у Михаила Сирийца) ведёт в 5514 / 5515 г. мира, по версии Бар-Эбрея – в 5425 г. мира.

Ничего более определённого сказать об этой хронологической системе невозможно.

До нас дошли отрывочные сведения о своеобразной хронологической системе, в которой от Адама до Страстей Христовых считается ровно 6000 лет. Эта эра упоминается в отрывке из утраченного исторического труда иллюстрия (сановника высшего ранга) Исихия Милетского, писателя VI в.:

В 42-м году царствования Августа, 25 числа месяца декабря, в пятницу, в 7-м часу дня, родился Господь наш Иисус Христос по плоти от святой Девы Марии; согласно антиохийцам, от сотворения мира до Рождества и распятия Христова – 6000 лет. Ибо насчитывается от Адама до Фалека, сына Евера, 3000 лет¹⁰⁵² и от Фалека до 42 года царствования Августа 2967 лет, и затем Спаситель обитал с людьми 33 года, так что от Адама до Рождества и распятия Христова – полных 6000 лет. Ведь Фалек по пророческому гласу Моисея именуется серединой времени до явления Христа¹⁰⁵³.

Ибо также как человека Бог создал в 6-й день, и впоследствии тот впал в грех, также в 6-й тысячелетний «день» пришёл Он на землю и спас его. Ведь об этом сообщает и божественное Писание, гласящее: У Господа один день как тысяча лет (2Пет.3:8). О том же согласно изложили и Климент, и Феофил, и Тимофей, боголюбивейшие летописатели, – что в 6-й тысяче лет явился Господь по числу 6-го дня творения Адама, избавив род человеческий. Другие же говорят, что Господь пришёл в 5500 году, но не все соглашаются с этим; а с 6000 годом согласны все достоверные писатели, да и пророческий глас особенно утверждает истину, уча о том, что в 6000 году Господь явился как человек¹⁰⁵⁴.

Другим сочинением, сохранившим явные следы «эры 6000 года», является хронография антиохийца Иоанна Малалы, младшего современника Исихия (2-я пол. VI в.). Греческий текст этого сочинения дошёл до нас в сокращённом и отредактированном виде. Неизвестный редактор, в частности, стремился восстановить «александрийскую» хронологию, но сделал это лишь в поздней части, тогда как ветхозаветные датировки сохранили свою оригинальную систему (например, от Адама до кончины Александра Македонского – 5593 года)¹⁰⁵⁵. Славянская версия, сохранившая ряд деталей первоначальной редакции хроники, также не уцелела и восстанавливается по отрывкам. Кроме того, интересующий нас отрывок сохранился в латинской версии в т. н. «Латеркуле римских императоров» из ватиканской рукописи VIII в.¹⁰⁵⁶

В 10-й книге, рассуждая о времени Рождества и Воскресения Христова, Иоанн Малала начинает с почти буквального повторения слов Исихия:

В 42-м году и 4-м месяце царствования Августа родился Господь наш и Бог Иисус Христос, в 8-й день до январских календ, 25 декабря, в седьмом часу дня, в городе иудейском под названием Вифлеем, находящемся близ Иерусалима, в год, считавшийся 42-м в Антиохии Великой, в правление Сирией проконсула Квириния, в консульство самого Октавиана и Сильвана, в топархию, или царствование, в Иудее царя Ирода.

Итак, насчитывается от Адама до Фалека, сына Евера, 2533 года (в латинской версии – 3000; в славянской пропуск), а от Фалека до 42 года царствования Августа Цезаря – 2967 лет (лат. также, слав.: 2067), так что от первозданного Адама до Рождества во плоти Господа нашего Иисуса Христа и 42 года царствования Августа Цезаря насчитывается 5500 лет (лат. и слав.: 5967). Затем Господь и Бог наш обитал на земле с людьми, как рассказывается в Писаниях, 33 года, так что от Адама до Рождества во плоти и распятия Господа нашего Иисуса Христа оказывается 5533 года (в латинской и славянской версиях – «лет 6000 полных»). Ведь Фалек по пророческому гласу Моисея именуется серединой времени грядущего пришествия Христа. Ведь так же как человек был создан на шестой день, как изложил Моисей, по порядку рассказавший и об этом в своих памятных [книгах], а один день Господа словно тысяча лет, в шестой же день, как сказано выше в писании. Бог создал человека, и человек впал в грех – так что ясно, что таким же образом и в шестой «день» тысячелетний явился на земле Владыка наш Иисус Христос и спас человека через Крест и Воскресение. Об этом согласно написали Климент, Феофил и Тимофей, мудрые летописцы. А боголюбивейший летописец Евсевий, [сын] Памфила, бывший епископом Кесарии Палестинской, в свою очередь говорит, что всеобщий Спаситель и Господь Иисус Христос явился в шестой тысяче лет, по числу шести дней творения Адама. Перед исполнением шеститысячного года, – говорит, – явился на земле Господь наш и Бог Иисус Христос избавить род человеческий, и родился, и вочеловечился, – говорит, – в 5500-м году (лат.: «5502», слав.: «в пятисотное лето и второе»); пострадал и воскрес Господь наш Иисус Христос и вознёсся в 5533-м году (в латинской версии – «5 тыс. 534», в славянской –5000-ное трисотное и пятое лето). Все же согласны, что Господь явился в шеститысячном году, и говорят, что явился Он в 6-м тысячелетнем году – одни раньше, другие позже – по гласу пророческому, но не согласны, излагая число лет; явился Он в последние времена, как свидетельствует Божественное Писание. <...>

В восемнадцатый год и 7-й месяц царствования этого Тиберия Цезаря¹⁰⁵⁷ когда Иисусу Христу, Богу нашему, было около 33 лет, сей Господь и Спаситель наш был предан Иудой Искариотом, учеником Его, в месяце дистре, то есть марте, 23-го числа, когда луне шёл 13-й день; был пятый день (четверг), пятый час ночи. <...> И был распят Господь наш Иисус Христос в 8-й день до апрельских календ, 24-го марта, когда была пятница. <...> И похоронен был Иисус Христос в десятом часу той же пятницы, в консульство Сулпикия и Солы¹⁰⁵⁸, считающемся семьдесят девятым годом по [эре] Антиохии Великой¹⁰⁵⁹ в Сирии тогда был наместником Кассий, назначенный при том же Тиберии Цезаре.

Восстал же Господь наш и Бог Иисус в месяце дистре, или марте, 25-го числа, в десятом часу ночи, на рассвете воскресного дня, двадцать шестого числа того же марта месяца, когда луне шёл шестнадцатый день, и явился апостолам и многим иным святым, и обитал с ними на земле после Воскресения 40 дней. И был вознесён на небеса Господь наш и Бог Иисус Христос в месяце артемисии, или мае, 4-го числа, в 2 часа дня, в 5-й день (четверг). <...>

И сошёл Святой и Животворящий Дух на Его святых апостолов в месяце артемисии, или мае, 14 числа, в воскресенье, в 3 часа дня, когда наместником Иудеи был тот же Понтий Пилат¹⁰⁶⁰.

В конце своего сочинения Иоанн Малала даёт нам ключ к используемой им эре:

«Итак, времени от начала императора Октавиана Августа до завершения второго консульства царя Юстиниана, VII индиктиона [= 528 н. э.] всего оказывается 559 лет, так что все годы от Адама до этого индиктиона – 6497 лет (в славянской версии год указан также по антиохийской, александрийской и селевкидской эрам); такое число лет я нашёл по сочинениям Климента, Феофила и Тимофея, согласных летописателей. А по хронологии Евсевия Памфилова я нашёл число лет от Адама до консульства царя Юстиниана в VII индиктионе 6432 года (в славянской версии 6032). Но гораздо точнее изложили счёт лет сторонники Феофила и Тимофея. Итак, из сочинений всех их следует, что шестая тысяча лет уже миновала (в славянской версии добавлено, что седьмая тысяча началась задолго до текущего VII индикта)»¹⁰⁶¹.

Как видно, несмотря на редакторскую правку греческого и искажения славянского текстов, хронография Иоанна Малалы сохранила явные следы «эры 6000 года»¹⁰⁶².

Помимо этого, в хронике Михаила Сирийца сказано: «Иоанн Антиохиец (т. е. Малала) <...> говорит, что от Адама до смерти Зинона исполнилось 6458 лет»¹⁰⁶³. В известном греческом тексте Малалы стоит «5983» – число, исправленное редактором хроники по эре Анниана; славянская версия сохранила (с искажением) подлинную дату: «5000 [читай: 6000] и 400 и 50 и 8 лет и месяца 7»¹⁰⁶⁴.

Как видно, и Исихий, и Малала следуют одной и той же эре. Однако плохая сохранность источников ставит ряд препятствий на пути её реконструкции.

Указание Исихия, что Рождество произошло в пятницу 25 декабря, казалось бы, относит это событие к 7 г. до н. э. Однако насколько столь ранняя датировка вписывается в предыдущую традицию и в саму структуру «эры 6000 года»? Не внесено ли указание дня недели из какой-то другой традиции?

Характерно, что приводимые у Иоанна Малалы датирующие указания для года Рождества противоречивы: 25 декабря 42 г. антиохийской эры (6 г. до н. э.) не соответствует 42-му году и 8-му месяцу правления Августа и консульству Августа и Сильвана (2 г. до н. э.). Даты предшествующих событий не только не помогают уточнить дату Рождества, но и вызывают недоумение. Так, перепись Августа датирована консульством «Агриппы вторично и Доната», а Благовещения – консульством «Куиния и Лонгина»¹⁰⁶⁵. Однако в консульских таблицах такие (или подобные им) имена не значатся¹⁰⁶⁶.

Указанные 6497 лет от Адама до VII индикта, в который окончилось второе консульство Юстиниана (528 г. н. э.), и 6458 лет 7 месяцев от Адама до смерти Зинона (апрель 491 г.) дают нам возможность более уверенно определить эру, используемую Иоанном Малалой. Согласовать между собой оба эти указания можно лишь при допущении, что отсчёт лет «от Адама» ведётся с сентября 5969 г. до н. э. Действительно, 6497 полных лет от этой точки приведут нас в сентябрь 529 г. (5969 лет до 1 г. н. э. + оставшиеся 6497–5969=528 лет); таким образом 6497 год соответствует указанному VII индикту (сентябрь 528 – август 529 г. н. э.). С другой стороны, отсчитав от сентября 5969 г. до н. э. 6458 лет 7 месяцев, мы попадём в апрель 491 г. (6458 лет до сентября 490 г. + 7 месяцев с сентября по март)¹⁰⁶⁷.

Полученное начало эры позволяет определить год Рождества, который, по сохранившемуся в славянской версии указанию Иоанна Малалы, есть 5967 г. от Адама. Действительно, сентябрьский 5967 г. по эре Малалы (3 / 2 г. до н. э.) соответствует 42-му году Августа, если 1-м годом его правления считать 44 / 43 г. до н. э. Впрочем, хронология первых императоров в хронике Иоанна Малалы грешит путаницей, поскольку в ряде мест «царствование» Августа явно отсчитывается с 31 / 30 г. до н. э. (победа над Антонием и взятие Александрии), а правлению Цезаря отпущено целых 18 лет (вместо исторических 4-х).

Однако здесь мы вновь сталкиваемся с противоречием. 25 декабря 5967 сентябрьского года соответствует 3 г. до н. э., а не 2 г. до н. э., на который указывают имена консулов. Обратим внимание, что год Благовещения, датируемого мартом того же юлианского консульского года, Иоанн Малала тем не менее обозначает через других консулов (вымышленных?). Тем самым он приспосабливает (неосознанно?) консульский январский год к своему сентябрьскому. Однако остаётся неясным, где он допускает неточность, в дате от Адама или в обозначении консулата? От этого зависит и ответ на вопрос о датировке Рождества – 3 или 2 г. до н. э. Ни в тот, ни в другой год 25 декабря не попадает на пятницу¹⁰⁶⁸.

Главным, «мистическим» основанием эры Исихия и Иоанна Малалы является, очевидным образом, круглое число в 6000 лет, исполнившихся от Адама до года Распятия и Воскресения Христова. Однако определить, какой дате нашего летосчисления соответствует этот год, непросто. Как всегда, датирующие указания в хронике Иоанна Малалы противоречивы. Март 6001 г. мира по установленной выше эре соответствует 33 г. н. э.; на этот же год указывает консульство Гальбы и Суллы. Однако соотношение чисел месяцев и дней недели соответствует 30 г. н. э. Причём это соотношение нельзя признать случайным: чтобы обосновать его соответствие традиции, Малале приходится считать сутки с рассвета¹⁰⁶⁹. Чтобы сохранить традиционную дату 25 марта, которая по его системе приходится на субботу, он утверждает, что Христос воскрес «25-го числа, в десятом часу ночи, на рассвете воскресного дня, 26-го числа того же марта месяца». Наконец, последнее расхождение: указанный 79 г. по антиохийской эре соответствует 31 г. н. э.¹⁰⁷⁰ Если это описка в цифре, то легче исправить её на 78 ( = 30 н. э.), чем на 81 ( =33 н. э.).

Очевидно, в своей хронике Иоанн Малала опирался не только на «эру 6000 года», но и на некие иные хронологические выкладки, и при этом не слишком заботился о выверке своих вычислений. При этом можно попытаться вычленить несколько конкурирующих систем датировок, которые противоречат одна другой:

А) Рождество в 3 г. до н. э. и Воскресение через 31 год в 30 г. н. э. Здесь отражена древняя традиция Климента Александрийского и Юлия Африкана, по которой Христос учил только один год.

Б) Рождество в 3 г. до н. э. и Воскресение на 33-м году Христа в 31 г. н. э. Это наиболее распространённая греческая традиция, восходящая к Евсевию.

В) Рождество во 2 г. до н. э. и Воскресение через 33 года в 33 г. н. э. = 6001 г. мира (таковы даты по консулам). Эта система, возможно, является результатом самостоятельного творчества Иоанна Малалы.

Кроме того, один из источников Малалы опирался на «александрийскую» хронологию, с Рождеством в 9 г. н. э. и Воскресением в 42 г. н. э. В рассказе о событиях вскоре после Воскресения Малала несколько раз использует счёт «от Вознесения Спасителя Христа» (μετὰ τὸ ἀναληφθῆναι τὸν σωτῆρα Χριστὸν). В частности, взятие Титом Иерусалима датируется 38-м годом этой «эры Вознесения» и консульством Коммода и Руфа (78 г. н. э.)¹⁰⁷¹; этот синхронизм, опирающийся на эпоху около 40 г. н. э. (консульские датировки Малалы очень неточны), может соответствовать только александрийской системе. Впрочем, в другом месте Малала соотносит начало правления императора Клавдия (41 г.) с 10-м годом «от Вознесения Господа и Бога нашего Иисуса Христа»¹⁰⁷² – что предполагает отсчёт с 31 г. н. э. Таким образом, хронологические данные в труде Малалы не оставляет впечатления системы и выглядит как набор разрозненных выписок.

Что же касается «эры 6000 года», то её параметры у Исихия и Иоанна Малалы, насколько можно судить по имеющимся данным, следующие:

1 год мира – с 1 сентября 5969 г. до н. э.

Рождество Христово – 25 декабря 5967 г. мира = 2 г. до н. э. (?) Страсти и Воскресение Христово – через 6000 полных лет мира и 33 года после Рождества, весна 6001 г. мира = 33 г. н. э. (?)

* * *

На основании слов Исихия эру 6000 года называют также «эрой антиохийцев», хотя никаких специфически антиохийских элементов она не содержит. Возможно, такое название – результат лакуны в тексте, где фраза «согласно антиохийцам» должна была вводить, как обычно, дату по антиохийской эре (ср. текст у Малалы).

Д.А. Лебедев считал данную эру своеобразной модификацией александрийских эр Панодора и Анниана: её начало приходится на 19 год александрийского лунного и 1 год александрийского солнечного циклов¹⁰⁷³. Очевидно, что именно против александрийской системы ведёт полемику Исихий, говоря о несогласии многих с «эрой 5500 года». При этом в качестве авторитетов творцы и последователи новой эры ссылаются на расчёты александрийских авторитетов – Климента, Феофила († 412) и Тимофея († 384). Правда, насколько мы знаем, ни один из этих писателей не говорит о том, что от Адама до Христа прошло ровно 6000 лет. Поэтому постоянно упоминающийся «6000 год» в данном контексте следует, очевидно, понимать в более широком смысле, как «6-й тысячелетний год», т. е. 6-е тысячелетие.

Можно предположить, что логика рассуждений противников «эры 5500 года» была такова. По александрийской эре Анниана 6000 г. мира приходится на 508 г. н. э. Ввиду неумолимого приближения этой даты не могли не усилится эсхатологические ожидания, связанные со скорым наступлением рубежа таинственного «субботнего» тысячелетия (как это случилось позже накануне 7000 г.). В этой связи многие богословы и хронисты, очевидно, обратили внимание на то, что древние авторы – в их числе Климент, Феофил, Тимофей и Евсевий – полагали Рождество не в 5500 г., а в разные годы 6-го тысячелетия. Именно в этом заключается основной аргумент полемики, то самое согласие «достоверных писателей» и «пророческого гласа» (Иеремии?), о котором говорят Исихий и Иоанн. Предложив считать ровно 6000 лет от Адама до Воскресения, неизвестные творцы новой эры весьма эффективно решали «проблему 7-го тысячелетия». Они объявили, что оно наступило уже давно, и началом его стало спасительное Воскресение Христово, обновление мироздания. Именно тогда началось 7-е священное тысячелетие, отождествляемое не с хилиастическим «1000-летним царством святых», но с эпохой возникновения христианской Церкви.

* * *

Эра, применяемая у Исихия и Иоанна Малалы, не получила широкой известности – во всяком случае, она фактически не встречается в греческих текстах. Однако есть сведения, что в VII в. эта эра была известна в Англии, где в это время появляется т. н. «Laterculus Malalianus» – экзегетическое сочинение о земной жизни Христа, опирающееся отчасти на «Хронику» Иоанна Малалы. Его автором, по всей вероятности, был грек Феодор Тарсский, занимавший в 668–690 гг. кафедру архиепископа Кентерберийского¹⁰⁷⁴.

В приведённом выше греческом тексте хроники Иоанна Малалы Евсевию Кесарийскому приписывается загадочная эра, которая не совпадает с эрой, известной по сохранившимся сочинениям этого историка (см. главу 3.7). Иоанн Малала неоднократно ссылается на Евсевия, но его хронологию приводит лишь дважды: в рассуждении о времени рождения Христа и в пассаже о шестом тысячелетии. Главная проблема состоит в том, что ни греческий, ни славянский тексты хроники Малалы не сохранили приведённых дат «по Евсевию» в неповреждённом виде. Вот как они выглядят в изданиях:

Рождество Христово – 5500 г. (греч.), 502 г. (слав.).

Страсти и Воскресение – 5533 г. (греч.), 5305 г. (слав.). 6432 г. (греч.),

7-й индикт в правление Юстиниана I (528 / 529 г. н. э.) 6032 г. (слав.)¹⁰⁷⁵.

Как видно, греческие даты не согласуются между собой и в первых двух случаях явно подвёрстаны под традиционную александрийскую схему. Искажение греческой даты – 6432 ((ˏϛυλβʹ) вместо 6032 (ˏϛλβʹ) – можно объяснить присутствием по соседству даты того же 7-го индикта по «эре 6000 г.» – 6497 г. Славянские даты испорчены, но если допустить, что третья из них верна, первые две без труда восстанавливаются как 5502 и 5535 гг.

Реконструированная таким образом эра на 303 года длиннее известной эры Евсевия. Её эпохой служит осень 5504 г. до н. э. (антиохийский и индиктовый стиль): Рождество Христово отнесено к 5502 г. мира = 2 г. до н. э., а Воскресение – к 5535 г. мира = 32 г. н. э. (как и у Евсевия).

Сам Иоанн Малала предпочитает этой эре антиохийскую «эру 6000 г.», но использует авторитет Евсевия, чтобы подкрепить свой ключевой тезис о том, что к началу правления императора Юстиниана (527 г. н. э.) страшный для многих рубеж шестого и седьмого тысячелетий давно миновал. Между тем в эре Евсевия, известной по его хронике, 6000 г. наступает гораздо позже, лишь в (6000–5201= ) 799 г. н. э. Приходится предположить, что Малала имел под рукой некую версию хронологических расчётов Евсевия, удлинявшую его аутентичную эру. Поскольку в «канонах» Евсевия основное летосчисление ведётся по годам Авраама, а не Адама, его хронология без труда допускала варьирование за счёт древнейшей части. Кому и когда пришла идея удревнить эру Евсевия, неизвестно. Возможно, что это каким-то образом было связано с «проблемой 6000 года». Достойна внимания примечательная деталь: начало Римской республики, датированное Евсевием 193 годом до эры Селевкидов и 1512 г. от Авраама ( = 505 г. до н. э.), по данному летосчислению попадает точно на 5000 год мира. В этой «круглой» дате можно увидеть попытку обосновать особую историческую роль Рима – последнего «мирового царства», уготовившего вселенское торжество христианства: впрочем, не исключено, что это случайное совпадение.

«Долгая эра Евсевия» весьма напоминает эру Андрея (по Грюмелю, восходящую к эре Климента), но отличается от неё на 99 лет: год Рождества Христова, установленный Андреем на 5601 г. мира ( = 5 / 4 г. до н. э.), в данной эре соответствует 5500 г. И только корреляция с хроникой Евсевия, сместившая год Рождества на 2 г. до н. э., лишила данную эру этого мистического соответствия.

В этой связи уместно вспомнить, что как Андрей, так и Евсевий упоминаются в трактате анонимного армянского автора¹⁰⁷⁶ в качестве авторитетов, противостоящих «эре 5500 года» (основная полемика ведётся с Ироном). В опровержение её истинности аноним ссылается на «тщательные расчёты Евсевия и Андрея» и указывает, что в наиболее точной системе Андрея от творения до Рождества Христова насчитывается 5600 лет (см. главу 5.2). Данные Евсевия при этом, к сожалению, не приводятся, но можно предположить, что армянский пасхалист имел в виду известный в Сирии «долгий» вариант эры Евсевия, приведённый у Иоанна Малалы.

Каково бы ни было происхождение этой эры, её система может быть реконструирована так:

Эпоха – сентябрь 5504 г. до н. э.

Рождество – 5502 г. мира = 2 г. до н. э.

Страсти и Воскресение – через 33 года после Рождества, в 5935 г. мира = 32 г. н. э.

О возможной связи рассмотренной эры с загадочной «болгарской» эрой см. главу 8.1.

В то время как александрийская эра стала излюбленной системой летосчисления среди православных богословов, в повседневной практике наряду с ней в Империи всё шире использовались эры, основанные не на александрийской, а на константинопольской пасхалии. К X в. александрийская эра была окончательно вытеснена из широкого употребления, в том числе и в исторической литературе.

Теорию происхождения сменившей её «эры ромеев» (известной как «византийская эра») впервые предложил Д. Пето¹⁰⁷⁷. Следуя основному тезису об утилитарной природе эволюции мировых эр, развивавшихся в сторону удобства расчётов, он предположил следующее объяснение. Первая модификация древнейшей эры Африкана, александрийская эра, хорошо согласована со всеми видами пасхальных циклов (19-ти, 28-и и 532-летним). Единственным её несовершенством было то, что она не пересчитывалась нацело в 15-летние индикты – официальную систему летосчисления. После добавления 16 лет начало новой эры попало не только в 1-й год пасхального 532-летнего «великого индиктиона» (по константинопольскому варианту), но и в 1-й год 15-летнего индикта.

При всей простоте и ясности, гипотеза Пето не учитывает многие явления в истории хронологии, в его время мало известные. Прежде всего, она оставляет без должного внимания близкую к ромейской мировую эру, использованную в «Пасхальной хронике» – памятнике начала VII в. Впоследствии, благодаря исследованиям В. Грюмеля, стало ясно, что главным элементом как «эры ромеев», так и эры «Пасхальной хроники» (т. н. протовизантийской, или проторомейской эры) является 19-летний пасхальный цикл константинопольского типа.

В единственной рукописи X в. (Vaticanus graecus 1941) до нас дошло большое хронографическое сочинение неизвестного по имени автора (начало текста с заглавием утрачено), которое получило в науке название «Пасхальной хроники» (другие ранее применявшиеся названия – Chronicon Alexandrinum, Chronicon Constantinopolitanum, Fasti Siculi – признаны неточными). По своей композиции сочинение состоит из двух основных частей: так называемого Пролога, представляющего собой особый трактат о принципах пасхалии и хронологии¹⁰⁷⁸, и «Эпитомы времён» (Ἐπιτομὴ χρόνων, собственно «сокращённое изложение лет») – всемирной хроники от Адама до правления Ираклия (повествование обрывается на событиях 628 г. н. э.). Хронологическая система сочинения, составленная в лучших традициях раннеромейского (ранневизантийского) хронографического жанра, основана на изложенных в Прологе принципах, главным из которых является всецелое соответствие Священному Писанию и церковному Преданию¹⁰⁷⁹.

Для истории христианской хронологии и греческой хронографии данный памятник представляет особый интерес, поскольку он является древнейшим целиком сохранившимся сочинением, в котором хронологическая система, созданная на основе 532-летнего пасхального цикла, положена в основу исторической хронографии (хроника Евсевия не основана на пасхальном цикле, труды Панодора и Анниана утрачены, а дошедшая до нас «хронография» Иоанна Малалы не является таковой в собственном смысле слова).

Вкратце содержание Пролога сводится к следующему. Истинное начало года, заповеданное Моисеем – месяц весеннего равноденствия и появления первых зёрен и плодов (древнееврейский авив – «месяц молодых колосьев» (греч. μὴν τῶν νέων, церковнославян. месяц новин), вавилонский нисан), 14-й день которого установлен как день ветхозаветной Пасхи (в подтверждение даются пространные цитаты из Филона, Петра Александрийского и Афанасия Великого). Именно 14 нисана, согласно Иоанну Богослову – а не на следующий день, как считают некоторые, ссылаясь на Луку и других евангелистов – Христос принял крестную смерть, став новой пасхальной жертвой, пришедшей на смену ветхозаветной (цитируются Ипполит Римский, Аполлинарий Иерапольский, Климент Александрийский). Евреи, не приняв Христа, впали в заблуждение и относительно правил празднования Пасхи: они стали отмечать её, забыв о том, что пасхальное полнолуние заповедано Моисеем в «первый месяц года», то есть обязательно после весеннего равноденствия. Христиане же хранят древнюю библейскую традицию, ещё соблюдавшуюся во времена Христа. В связи с этим упоминается решение Никейского Собора 325 г. о едином порядке празднования христианской Пасхи. Отцам того же Собора автор Пролога приписывает и изобретение необходимого для вычисления даты Пасхи 19-летнего лунного цикла, который в сочетании с 28-летним солнечным циклом образует полный 532-летний пасхальный цикл. Посетовав, что среди многих известных ему 532-летних таблиц он не нашёл цикла, «во всём согласного с богодухновенным Писанием и праздниками, безукоризненно совершаемыми в святой Божией кафолической и апостольской Церкви», автор сам берёт на себя труд составить хронологию, отвечающую как этому требованию, так и «природе вещей»¹⁰⁸⁰. Этой цели, собственно, и служит хронографическая часть, в которой события священной и всемирной истории датированы не только по годам «бытия мира» (γενέσεως κόσμου), но и по пасхальным циклам «с наибольшей для столь большого расчёта истиной»¹⁰⁸¹.

Помимо главной идеи – согласия с церковными праздниками – в Прологе указаны следующие принципы:

а) первый год мира должен иметь нулевую солнечную эпакту;

б) началом каждого года является 21 марта, «когда, как научил Дух Святой через богоносных отцов, происходит весеннее равноденствие»¹⁰⁸².

* * *

Первым исследователем эры «Пасхальной хроники» был голландский пасхалист XVII в. Иоганн ван дер Гаген¹⁰⁸³. Его выводы в целом принял и развил известный историк Церкви Эдуард Шварц. Предложенное им объяснение происхождения этого типа эры, опубликованное в «Реальной энциклопедии» Паули-Виссова¹⁰⁸⁴ и потому претендовавшее на хрестоматийность, подверглось критике специалистов¹⁰⁸⁵. Наиболее подробно его мнение критически анализирует В. Грюмель. Поскольку его выводы развенчивают концепцию Шварца, демонстрируя её несоответствие источникам, представляется важным воспроизвести здесь в общих чертах суть вопроса.

Главный тезис, принимаемый Шварцем (вслед за Ф. Пипером¹⁰⁸⁶) и отвергаемый Грюмелем таков: эра «Пасхальной хроники» появилась после возникновения ромейской (византийской) эры и является её модификацией. Основанием в пользу этого мнения Шварц считает появление лежащего в основе ромейской эры 19-летнего лунного цикла в пасхалии Дионисия Малого, составленной в 525 г. н. э. Согласно принятому Шварцем объяснению Д. Пето, ромейская эра возникла из приспособления александрийской к счёту по 15-летним индиктам. В результате между ними возникли расхождения, сказавшиеся на символически нагруженных датировках ключевых событий Священной истории. Автор «Пасхальной хроники» стремился вернуть хронологическую систему ромейской эры к древней церковной традиции, считающей 5500 лет от Адама до Христа, но при этом избежать тех проблем с исторической хронологией, которые свойственны александрийской эре Анниана.

По Анниану, Христос пострадал в пятницу 23 марта (42 г. н. э.), 15 нисана, что соответствует евангельскому повествованию Луки и других синоптиков (Тайная Вечеря здесь понимается как пасхальная трапеза в ночь с 14 на 15 нисана). По ромейской эре в год Страстей, 5540 г. (31 г. н. э.), 14 нисана, день еврейской Пасхи, попадает не на пятницу 23 марта, а на следующий день. Автор «Пасхальной хроники» доказывает, что Христос, согласно наиболее авторитетной церковной традиции, восходящей к евангелисту Иоанну и апостолу Павлу, пострадал именно 14 нисана – в самый день заклания пасхального агнца, – и Сам стал истинным Агнцем новой Пасхи. А чтобы получить в год распятия пасхальное полнолуние 14 нисана в пятницу 23 марта, а не в субботу 24, он предпринял хитроумные, хотя и некорректные вычисления. При вычислении лунной фазы 23 марта автор хроники не только сосчитал 60-е доли (лепты), накопившиеся к этому дню с 1 января (получив 13 22/60) но и прибавил поправку, призванную учесть високосный цикл (45/60 для данного года), что дало возможность получить фазу 14 7/60. Между тем известно, что 19-летний цикл христианской пасхалии не нуждается в учёте високосного цикла¹⁰⁸⁷.

Далее, по Шварцу, в начальный год ромейской эры – 5508 г. до н. э. за день начала сотворения мира не может быть принято 25 марта, традиционная александрийская дата, поскольку она не приходится на воскресенье. Таким днём удобнее всего было принять воскресенье 17 марта, так как в среду 20 марта начинается 1-й лунный месяц 1 года 19-летнего пасхального цикла.

Автор «Пасхальной хроники», согласно теории Шварца, в поисках подходящего дня творения остановился на воскресенье 18 марта 5509 г. до н. э. При этом днём создания «двух светил великих», солнца и луны, стало 21 марта, день весеннего равноденствия. Правда, луна появляется не в новолуние и не в полнолуние, а в промежуточной фазе (21-й день луны): в этот год, 19 год ромейского и 3 год александрийского цикла, новолуние нисана приходится на 31 марта, а новолуние предшествующего месяца, на который и попадает неделя творения – 1 марта. Поэтому в «Пасхальной хронике» при расчёте лунной фазы число лунных эпакт берётся на канун 1 марта, а затем прибавляются 20 дней до 21 марта – начала астрономических циклов.

Таким образом, появляется новый лунный цикл, который был назван хронистом циклом «по положению» (κατὰ θέσιν), тогда как обычный ромейский цикл упоминается им под именем цикла «по природе» (κατὰ φύσιν). 2-й год цикла «по положению» является 1-м годом цикла «по природе»¹⁰⁸⁸. Эти названия, по мнению Шварца, указывали на гипотетический характер предложенной автором «Пасхальной хроники» хронологической интерпретации творения и, кроме того, были призваны продемонстрировать единство его эры с ромейской в том, что касается традиционных пасхальных циклов – 19-летнего лунного и 28-летнего солнечного.

Шварц пытается обнаружить в «Пасхальной хронике» элементы ромейской эры, чтобы доказать первичность последней и вторичность эры анонимного хрониста. По этой теории эра «Пасхальной хроники» оказывается модификацией ромейской эры, призванной перенести в неё мистические элементы эры Анниана, каковыми являются, в частности, параллели между днями творения и событиями Священной истории. Порой это достигается ценой натяжек и несогласованностей (см. Экскурс 7.1.3 «Противоречия в расчётах Пасхальной хроники»).

Таким образом, по Шварцу, автор «Пасхальной хроники» задался целью приспособить александрийскую хронологическую систему Анниана к ромейской эре. Это привело к смещению дней недели ключевых событий Священной истории, игравших важную роль в системе церковных праздников. Борясь с этим явлением, хронист пошёл на кардинальное решение: сместил начало мировой эры на год назад. Для значительной части ключевых дат это средство оказалось эффективным, но не для всех. И в случаях несогласования автор «Пасхальной хроники» жертвовал своей новой системой, чтобы сохранить присущие александрийской эре символические параллели между днями недели событий Священной истории.

В. Грюмель подверг решительному сомнению главные постулаты концепции Шварца: первичность ромейской эры по отношению к эре «Пасхальной хроники» и сами основания ромейской эры (восходящие к Пето). Имеющиеся в тексте хроники противоречия и несоответствия заслуживают внимания, но их внимательный анализ не позволяет говорить однозначно о влиянии александрийской эры Анниана (весьма характерно, что эта эра вообще никак не упоминается автором хроники). С точки зрения Грюмеля, предполагаемая Шварцем коррекция соответствий чисел месяцев и дней недели принципиально не достижима путём смещения начала эры. Но главное: как могла считаться усовершенствованием ромейской эры, согласующейся со всеми возможными циклами – лунным, солнечным, високосным, 15-летним индиктионом, эра «Пасхальной хроники», согласующаяся лишь с лунным и солнечными циклами «по положению», которые и созданы-то были специально для неё?

В отличие от Шварца, Грюмель пришёл к обратному заключению: эра «Пасхальной хроники» представляет собой начальную стадию летосчисления, ставшего позднее общепринятым в Ромейской империи. Он назвал её «протовизантийской эрой» и показал, что в её основе лежит константинопольский пасхальный цикл 353 г. Более того, исследование Грюмеля показало, что подлинным творцом символической хронологии, использованной в «Пасхальной хронике», следует считать Андрея, создателя цикла 353 г. Таким образом, вновь подтвердился основной тезис данного этапа развития христианской хронологии: именно пасхалия диктует условия хронологической системе, а не наоборот.

В целом хронологическая система «Пасхальной хроники» повторяет систему Андрея. Это следует из того, что обе они построены на сирийском пасхальном цикле. Однако, в отличие от Андрея, автор хроники отказался от идеи увеличить возраст мира в поисках «круглой эры» в 5600 лет и предпочёл не отходить далеко от традиционной середины 6-го тысячелетия. Мировая эра «Пасхальной хроники» – март 5509 г. до н. э., что на 95 лет (пять 19-летних циклов) отличается от эры Андрея. В связи с этим символика отдельных абсолютных дат играет в системе «Пасхальной хроники» подчинённую роль: мистическое число «5500» не фигурирует здесь в собственном смысле: годом Рождества Христова считается 5507 г. мира¹⁰⁸⁹.

В большинстве справочных и специальных изданий сообщается, что в эре «Пасхальной хроники» начало сотворения мира отнесено к 18 марта 5509 г.¹⁰⁹⁰ Однако анализ системы «Пасхальной хроники» заставляет критически пересмотреть распространённое мнение о принятой в ней хронологии недели творения.

При расчётах эпакт автор регулярно употребляет два постоянных параметра –

а) дни «до светил» (πρὸ τῶν φωστήρων), число которых равно 13 для луны и 3 для солнца, и

б) «долунные» (προσέληνοι), число которых 7 для луны и 0 для солнца.

Приведём в качестве примера расчёт, приводимый в «Пасхальной хронике» для года Страстей Господних¹⁰⁹¹:

«Далее, желая установить, что наступил пять тысяч пятьсот сороковой год бытия мира, начиная с 21 числа марта месяца включительно, на какое число и в какой день [недели] попал 14-й [день] первого лунного месяца, находим результат [деления] 5539 на 19:19*200 есть 3800; 19*90 есть 1710; 19*1 есть 19; в остатке 10¹⁰⁹². И находим по природе 10 год девятнадцатилетия, а по положению¹⁰⁹³ – 11-й, к которому принадлежит 2[0]¹⁰⁹⁴ эпакт. К ним прибавим 13 „до светил“¹⁰⁹⁵*, семь „долунных“¹⁰⁹⁶ и 3 дня с 21 марта [до 23 марта] включительно¹⁰⁹⁷; а к 22 лептам¹⁰⁹⁸ добавь мне другие [45] лепт, так как это третий год после високоса¹⁰⁹⁹, и из 67 лепт получаем один [день]¹¹⁰⁰. Будет 44. Вычти 30, в остатке 14. Итак, мы узнали, что 14-й день первого лунного месяца попал на 23 число месяца марта.

Затем, стремясь узнать и день [недели], на который попало 14-е, прибавляем к 5539 четвертую часть, 1384, что даёт в сумме 6923. [Делим] это на 7:7*900 есть 6300, 7*80 = 560, 7*8 = 56, в остатке 7¹¹⁰¹. К этому прибавляем 3 [дня] „до светил“ и 3 от 21 марта: итого 13. Вычти 7, в остатке 6. Итак, доказано, что 14-е [нисана] настоящего 5540 года бытия мира и 19-го единовластия Тиберия Цезаря, взявшего начало с 21 числа римского месяца марта, 4 инд. ( = 31 г. н. э.), когда Господь наш Иисус Христос претерпел добровольный и животворящий Крест, пришлось на 23 число марта месяца и на пятницу».

Как видим, при вычислении солнечных эпакт берутся 3 дня «до светил», к которым добавлены 3 дня с 21 по 23 марта. Казалось бы, естественно заключить, что за день сотворения светил принята среда 21 марта, традиционная дата весеннего равноденствия, а за начало творения – предшествующее воскресенье, 18 марта. Так и считают большинство исследователей, описывающих систему «Пасхальной хроники».

Однако обратим внимание, что при расчёте лунных фаз используются не 3, а 13 дней «до светил», а кроме того 7 «долунных». Если сотворение светил относится к 21 марта, что мешает сразу прибавлять 20 дней, соответствующих виртуальному «возрасту» луны накануне её появления?

Напрашивается следующее объяснение. Сотворение светил в «Пасхальной хронике» следует относить не к 21 марта, а к среде 14 марта, полнолунию. К этому дню и приводят 13 дней «до светил», отсчитываемые с 1 марта. А 7 «долунных» отделяют сотворение светил от дня весеннего равноденствия 21 марта – начала лунного и солнечного циклов и границы «естественного» года в системе «Пасхальной хроники».

Почему же при расчёте эпакт солнца берутся не 13, а всего 3 дня «до светил»? Поскольку при расчёте дней недели регулярно применяется сокращение на целое число недель, автор «Пасхальной хроники» для упрощения расчётов сразу сокращает 13 на 7 (13–7=3). Это помогает объяснить и наличие 7 «долунных» дней: поскольку в солнечном цикле им соответствует ровно неделя, подлежащая сокращению, эти дни касаются только луны, что и отражено в названии¹¹⁰². Итак, начало творения по «Пасхальной хронике» следует датировать 11 марта 5509 г. до н. э., сотворение светил – 14 марта, а начало астрономических циклов – 21 марта.

Объяснение это было выдвинуто уже Д. Пето, с которого, собственно, и началось изучение системы «Пасхальной хроники» в европейской науке¹¹⁰³. Однако впоследствии исследователи отказались от этой гипотезы, приняв в качестве даты сотворения светил 21 марта.

Некоторые основания для такого мнения даёт сама «Пасхальная хроника». Претендуя на систематичность, но по сути своей являясь сочинением компилятивным, она отличается некоторой непоследовательностью, в ряде случаев усугубляющейся внутренними противоречиями. Тем не менее нельзя забывать, что основной идеей автора хроники было обоснование нового пасхального цикла. И здесь он действительно выступает как новатор и самостоятельный теоретик, хотя и опирается на предшествующую традицию. Взяв за основу 19-летний лунный цикл, известный уже по пасхалии Андрея (середина IV в.), автор «Пасхальной хроники» теоретически обосновывает его новое «естественное» начало – год, соответствующий по нашему летосчислению 5509 г. до н. э. Для этого требовалось соблюсти два основных требования, предъявляемых к году сотворению мира:

1) светила должны появиться во время равноденствия 21 марта;

2) луна должна быть создана в полной фазе.

Но православная пасхалия не позволяет совместить эти требования в годах, отстоящих примерно на 5500 лет от года Рождества Христова (42 г. Августа = 4 / 3 г. до н. э.). Приходится идти на всякого рода хитроумные комбинации. В данном случае есть основания утверждать: автор «Пасхальной хроники» принял за день сотворения светил среду 14 марта (полнолуние в ночь с 14 на 15 марта), но начало «естественного» года отложил на неделю, до среды 21 марта (равноденствие). Однако при этом осталась теоретическая проблема: в год сотворения мира равноденствие не совпадает с полнолунием. Отдавая отчёт в некоторой уязвимости своей системы, автор хроники старается не акцентировать внимание на дне сотворения светил, да и вообще на неделе творения.

Для обоснования данного толкования обратимся к свидетельствам как самой «Пасхальной хроники», так и более поздних авторов, знакомых с её системой.

В тексте «Пасхальной хроники» день 21 марта упоминается неоднократно¹¹⁰⁴. Однако из более чем двух десятков упоминаний ни одно не называет его днём сотворения светил. Главное, на что делается акцент – это день равноденствия и начало «природного» года, а, следовательно, и пасхальных циклов. В подтверждение этого приводятся слова Феофила Александрийского о том, что «первый месяц наступает в начале весеннего тропика, с 12-го дня до апрельских календ»¹¹⁰⁵. Говоря о 28-летнем цикле, автор хроники в Прологе особо указывает, что «каждый год солнечного двадцативосьмилетия по природе имеет началом 21-е число римского месяца марта, когда, как научил Дух Святой через богоносных отцов, происходит весеннее равноденствие»¹¹⁰⁶. Далее следует многообещающая фраза, которая могла бы окончательно рассеять все сомнения: «Да будет помещено далее изложение лунного девятнадцатилетия по природе». Однако нас ждёт разочарование. Дело в том, что Пролог, представляющий теоретическое обоснование эры «Пасхальной хроники», дошёл до нас в ущербном и искажённом виде. Круговые таблицы («колеса» I и II) на обороте следующих за Прологом двух листов ватиканской рукописи (fol. 15^v, 16^v) принадлежат руке более позднего писца (XII–XIII вв.) и изображают солнечный цикл ромейского типа, с началом года 1 марта и с началом отсчёта с 5508 г. до н. э., и лунный цикл поздне-александрийского типа с ежегодными «основаниями», на единицу превышающими величину лунных эпакт.

Итак, из известного нам текста «Пасхальной хроники» с неопровержимостью следует лишь то, что её автор считал «естественным» началом года день весеннего равноденствия 21 марта. Соображения о принимаемом им дне сотворения светил остаются гипотетическими. Поскольку в 5509 г. до н. э. 21 марта попадает на среду, очень соблазнительно принять, что именно этот день и принят за день сотворения светил, что объясняет «естественный» характер начинающихся с него астрономических циклов.

Однако остаётся одно принципиальное затруднение: возраст луны в момент творения. Ведь 21 марта 5509 г. до н. э. – 21-й день луны, в то время как согласно древней экзегетической традиции, засвидетельствованной не позднее начала V в. у Севириана Габальского¹¹⁰⁷, луна должна была быть создана непременно в полной фазе. Поскольку по Библии «два светила великие», солнце и луна, были сотворены «для начальствования над днём и над ночью» (Быт.1:16–18), считалось, что их первоначальное положение должно было быть диаметрально противоположным. Одновременно это означало и появление луны сразу же в полной фазе, без ущерба. Отсюда же возникло остроумное (хотя и абсурдное с астрономической точки зрения) объяснение 11-дневной разницы в продолжительности солнечного и лунного года: солнце появилось на 4-й день творения, но для луны это был уже 15-й день её «возраста»: на эти 11 дней она и «обогнала» солнце, завершив свой 12-месячный цикл всего за 354 дня вместо 365 с четвертью.

Об этом уже в IV в. говорит св. Ефрем Сирин:

«Эти одиннадцать дней, на которые луна старше солнца и которые луна получила в тот год [творения], и есть те самые [эпакты], которые обычно прибавляются ежегодно в календаре. Первый год Адама и Евы не был неполным, потому что при творении была добавлена недостающая часть возраста луны. С того года и впредь Адам и Ева узнали, что им следует добавлять каждый год по 11 дней луны»¹¹⁰⁸.

Если автор «Пасхальной хроники» действительно поместил бы создание светил на 21 марта, 21-й день луны, это разрушило бы всю вышеизложенную концепцию и сделало бы его хронологическую систему уязвимой для критики: ведь с точки зрения того времени несогласие с «традицией» – весьма серьёзный изъян.

О том, что указанная традиция была весьма популярна в VI–VIII в., и автору «Пасхальной хроники» едва ли было бы легко её проигнорировать, свидетельствует тот факт, что «теория» происхождения лунных эпакт встречается в сочинениях Космы Индикоплова (VI в.)¹¹⁰⁹, монаха и пресвитера Георгия (639 г.)¹¹¹⁰ и Иоанна Дамаскина (VIII в.)¹¹¹¹. Рассмотрим особо свидетельство Георгия, писавшего свой трактат вскоре после завершения «Пасхальной хроники»:

«Некоторые же из занимающихся этими вопросами говорят – ибо и об этом неплохо поставить тебя в известность, – что год, который мы считаем девятнадцатым годом луны, является первым годом лунного круга. Подобным образом и тот, который мы считаем 28-м годом [солнца], они определяют как первый в солнечном круге. Ибо говорят, что каждый из названных годов, будучи первым, совсем не имеет эпакт. Ведь, утверждают они, если появилось такое нарушение в одиннадцать эпакт, нужно, чтобы луна прошла весь первый год, опередив солнце [на одиннадцать дней] и раньше него вернувшись на то же место, поскольку она завершила этот год за 354 дня и вновь принялась начинать годовой круг. Никак, говорят они, не может иметь эпакт первый год, но только второй. А если умножить наш девятнадцатый год на одиннадцать, а затем прибавить единицу из накопившейся девятнадцатой части и разделить на тридцать, не будет никакого остатка. Итак, год, вообще не имеющий эпакт, ими считается первым»¹¹¹².

В описанной Георгием системе нетрудно узнать ту, которую защищает автор «Пасхальной хроники». Её главная особенность – опережение на год счета лет по ромейской эре, которую Георгий называет «нашей». Из текста ясно следует, что сторонники этой системы используют традиционную теорию возникновения лунных эпакт для обоснования своего собственного («естественного», как любит выражаться автор «Пасхальной хроники») счёта лет. В этом случае нам остаётся вернуться к вопросу: когда же в этой системе были сотворены «два светила великие», 21 марта или на неделю раньше?

Важное свидетельство в пользу последнего варианта предоставляет Михаил Пселл. В своём «Труде о годовом движении, кругах солнца и луны, их затмениях и нахождении Пасхи» (1092 г.) греческий корифей философов рассматривает теоретические вопросы, имеющие отношение к пасхалии и хронологии. Трактат Пселла, как отметила его издательница Гертруда Редль, является самым ранним и самым детальным из дошедших до нас сочинений, посвящённых ромейской эре. Сопоставление с анонимным сочинением, описанным в 116-м кодексе «Библиотеки» патриарха Фотия, а также с трактатом всё того же монаха и пресвитера Георгия позволяет Редль предположить, что источником для Пселла послужил некий утраченный трактат VII–VIII вв.¹¹¹³

Отвечая на вопрос, почему в 1 год лунного цикла пасхальное полнолуние всегда приходится на 2 апреля, Михаил Пселл пишет:

«В тот день, в который Бог устроил два светила великих на тверди небесной, солнце оказалось вблизи первого весеннего равноденствия, то есть вблизи точного центра неба – ибо следовало быть так. А луна в то время находилась в своей полной фазе, чтобы быть ей, по Писанию, для начальствования ночью, точно так же как солнце было для начальствования днём (Быт.1:16); поскольку следовало, чтобы ни день не превосходил ночь, ни ночь – день, когда Творец произвёл бытие всего, но и чтобы луна не появилась ущербной. Ведь если бы это произошло, не было бы сказано, что она для начальствования ночью: ибо когда она появляется для начальствования ночью, она не имеет никакого ущерба. Итак, при создании светил было солнце взошедшим на месте востока в 15-й ход месяца марта, а луна была, как находим мы её в сочинении Дамаскина, таким же образом появившейся пятнадцатидневной: ведь именно в это время всегда происходит полнолуние. Отсюда взяв начало и пройдя 12 своих лунных месяцев, которые исчисляются 354 днями, она пришла не сразу в то место, с которого отправилась, – поскольку это было невозможно, – но в место, в котором солнце, пройдя 3,5 суток марта месяца, взошло в четвёртый раз и оказалось вблизи равноденствия. Ибо 12 лунных месяцев всегда почти на 11 дней короче полного числа дней солнечного двенадцатимесячья. Ведь, совершив собственное полнолуние в 3,5 день марта месяца, она [была] в своём 12-м месяце: поскольку сотворившая всё Премудрость предусмотрела, что пасха произойдёт до равноденствия, – ибо от сотворения мира предвидела, что в последующие времена это будет законоположено; но полнолуние было не первого месяца, а 12-го; повелел же Бог Моисею, чтобы была она (пасха) в полнолуние 1-го месяца (Исх.12:1–6; Лев.23:5). С необходимостью прошли и другие 29,5 дней до полнолуния, то есть 1-го лунного месяца в наступающем году и 13-го в прошедшем, и период 1-го лунного круга закончил своё последнее полнолуние во 2-й день апреля месяца»¹¹¹⁴.

Из этого довольно витиеватого текста следуют два основных вывода. Во-первых, Пселл относит сотворение мира не к 1-му году ромейской эры и, соответственно, лунного 19-летнего цикла, а к предыдущему. Вовторых, днём сотворения светил считается 15 марта, полнолуние «вблизи весеннего равноденствия». Исследователи трактуют данное выражение таким образом, будто Пселл считает 15 марта днём весеннего равноденствия¹¹¹⁵. Действительно, это в принципе соответствовало бы астрономическим реалиям конца XI в., когда погрешность юлианского календаря со времени установления в IV в. равноденствия на 21 марта составила около 6 дней. Однако оснований для этого, строго говоря, нет. Во-первых, Пселл говорит лишь о том, что солнце находилось «вблизи» равноденствия, причём чуть далее то же самое сказано и о 4 марта. Во-вторых, многократно повторяется – вслед за Иоанном Дамаскиным и в согласии с традицией, – что весеннее равноденствие происходит именно 21 марта. Если бы Пселл действительно обнаружил, что день равноденствия сместился к началу марта, ему пришлось бы констатировать регулярную погрешность юлианского календаря и в связи с этим вообще отказаться от поисков даты начала сотворения мира – как это и сделали греческие пасхалисты XIV в.¹¹¹⁶ Однако для наблюдения такого расхождения требуются серьёзные навыки в астрономии, чего у Пселла мы, мягко говоря, не наблюдаем: свои познания в этой области он черпает из популярных сочинений, типа известного энциклопедического труда Иоанна Дамаскина.

Почему же сотворение светил Михаил Пселл помещает на 15 марта? Единственным основанием для этого служат пасхальные циклы. Ночь с 14 на 15 марта 5509 г. до н. э. – ближайшая к равноденствию среда (сутки у Пселла считаются с полудня), совпадающая с полнолунием. Ровно через 12 месяцев по 29,5 дней луна оказывается в той же полной фазе к «3,5 дню марта», то есть к полночи с 3 на 4 марта. Но это полнолуние раньше равноденствия, и за первое в новом году принято быть не может. Поэтому в качестве пасхального принимается следующее полнолуние, которое произошло через 29,5 дней, то есть 2 апреля.

* * *

Как видим, объяснение Михаила Пселла вполне согласуется с системой «Пасхальной хроники». Более того, Пселл осознаёт и проблематичность того обстоятельства, что полнолуние с 14 на 15 марта 5509 г. до н. э., строго говоря, не является пасхальным, то есть первым полнолунием года. Однако он выходит из этого затруднения, указывая, что «по предведению Премудрости Творца» данный год (19-й в ромейском лунном цикле) является 13-месячным, что и обеспечивает верное функционирование традиционной пасхалии.

Теперь становится понятно, почему в «Пасхальной хронике» за начало солнечного и лунного циклов принято 21 марта. Все более ранние даты оказываются, с пасхалистической точки зрения, за границей года, за начало которого принято весеннее равноденствие.

Поскольку в год сотворения мира 21 марта попадает на воскресенье, а сам этот год – первый в високосном цикле, выполняется и другое условие, выдвинутое в Прологе: в 1-м году солнце не имеет «даже малой доли эпакт»¹¹¹⁷.

* * *

Возвращаясь к вопросу о зависимости «Пасхальной хроники» от александрийской хронологической системы, следует указать одно важное обстоятельство. Автор хроники, вовсе не чуждый всякого рода спекулятивным рассуждениям на тему мистической символики хронологии Священной истории, нигде не вспоминает о том символическом значении даты 25 марта, которое она играет в системе, соответствующей реконструкции Шварца и Грюмеля (выше она описана в разделе об эре Андрея). В частности, при описании Воплощения, датируемого 25 марта 5507 г. мира = 3 г. до н. э.., в «Пасхальной хронике» обыгрываются лишь два символических совпадения:

а) 10 нисана – день избрания пасхального агнца по Закону Моисея;

б) понедельник – день сотворения небес¹¹¹⁸:

«В этом 5507 году получила благовестие о зачатии Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога, Владычица наша Богородица в месяце марте 25-го, во второй день недели. <...> Итак, в этот день, а именно 25-го числа римского месяца марта, приняла от богоносных учителей празднование Благовещения святой Владычицы нашей славной Богородицы и Приснодевы Марии Божия кафолическая и апостольская Церковь. <...> При названных выше консулах Лентуле и Писоне¹¹¹⁹25-го числа месяца дистра, по египтянам же в тридцатый день адара¹¹²⁰, в 8-й день до апрельских календ года 5507 бытия мира, в первом лунном месяце адаре¹¹²¹, в десятый день месяца, как предуказал через избрание и сохранение ягнёнка зачатие Своё по плоти Господь и Владыка всяческих Христос, истинный Бог наш. <...> В этот второй день творения сотворил небеса Христос Бог наш, в него же оказался воплощённым и совершенно вочеловечившимся, как сущее солнце справедливости.

Найдём же, что десятый день первого лунного месяца, в который предуказал Владыка всяческих избирать и сохранять ягнёнка, совпал в настоящем 5507 году с двадцать пятым числом марта месяца. Ведь в настоящем 5507 году идёт 16-й¹¹²² год девятнадцатилетия, в который указаны 15 эпакт. К ним прибавляем 17 [дней] „до светил“ и 7 „долунным“, и 5 с 21-го марта включительно; будет 40, вычти 30, остаётся 10¹¹²³. Мы узнали, что на десятом дне первого лунного месяца находилось в настоящем году двадцать пятое число римского месяца марта».

Итак, хронологическая система «Пасхальной хроники» имеет следующие параметры:

Творение мира – с воскресенья 11 марта по субботу 17 марта 0 года константинопольского лунного цикла = 5509 г. до н. э.; создание светил ~ в среду 14 марта, полнолуние; начало лунного цикла – среда 21 марта, равноденствие; лунные эпакты на 1 марта / 1 января. (По Шварцу и Грюмелю – творение с 18 марта, светила созданы в среду 21 марта, Адам сотворён в пятницу 23 марта).

Воплощение и Рождество – 25 марта, понедельник, и 25 декабря, среда 5507 г. мира = 3 г. до н. э.

Страсти и Воскресение Христово – через 33 полных года, пятница 23 марта (13 / 14 «нисана» 11-го г. константинопольского цикла) и воскресный день 25 марта 5540 г. мира = 31 г. н. э.

Реализованные «мистические параллели»:

25 марта – дата Воплощения и Воскресения, при Воплощении – день сотворения небес и лунный день избрания пасхального агнца.

Рождество 25 декабря 5507 г. в среду – день сотворения светил.

(?) 23 марта, пятница – дата и день сотворения Адама и Страстей Христовых.

Методика пасхалистических вычислений в «Пасхальной хронике» являются типичными для ромейской пасхалистической системы. В основе их лежат 19-летний лунный и 28-летний солнечный циклы константинопольского типа, имеющие целочисленные эпакты.

В приводимых далее формулах используются следующие обозначения:

А – номер предыдущего года от сотворения мира¹¹²⁴;

n₁₉ – порядковый номер года в лунном цикле;

n₂₈ – порядковый номер года в солнечном цикле;

E_lun – лунные эпакты;

E_sol – солнечные эпакты;

φ – день лунного месяца (возраст луны);

М – число юлианского месяца (дата);

Н – порядковый номер дня недели (начиная с воскресенья);

d – порядковый номер дня в году (начиная с 1 января):

* * *

I. Порядок определения дня лунного месяца по заданной юлианской дате:

1) находим номер года в лунном цикле (остаток от целого числа прошедших 19-летних циклов):

n₁₉ = А-[А / 19]_int*19;

2) находим число лунных эпакт к 1 марта (сокращённое на целое число 30-дневных месяцев):

E_lun = 11*n₁₉–30*[11 n₁₉ / 30]_int;

в последнем, 19-м году цикла следует учесть «скачок луны»:

E_lun(19) = 11*19 30*6+1 = 209 180+1 = 30.

3) находим возраст луны в заданную дату:

а) добавляем к лунным эпактам 13 дней «до светил», прошедших с 1 марта до дня сотворения светил, среды 14 марта:

б) добавляем ещё 7 «долунных» дней, прошедших со дня сотворения светил до даты весеннего равноденствия, 21 марта;

в) добавляем число дней, прошедших от 21 марта включительно до заданной даты;

г) сокращаем полученное число на целое число 30-дневных месяцев¹¹²⁵:

φ = а – [а / 30]_int*30, где а = E_lun+13+7+(d–79).

I. Порядок определения дня недели по заданной юлианской дате¹¹²⁶:

1) находим число солнечных эпакт к 17 или 10 марта (целый остаток от целого числа 7-летних циклов, укладывающихся в число лет, на четверть большее заданного):

E_sol = [А+А / 4– [1¼А:7_int*7]_int;

2) находим число дней недели, прошедших к заданной дате от воскресенья творения:

а) добавляем к солнечным эпактам 3 дня «до светил»;

ба) добавляем число дней, прошедших от 21 марта включительно до заданной даты:

b = E_sol+3+7+(d–79);

бб) в случае, если речь идёт о дате после 1 апреля, дни считаются непосредственно с этой даты (3 дня «до светил» не прибавляются, так как 1 апреля в год сотворения мира – воскресенье):

b = E_sol+(d–90);

3) сокращаем полученное число на целое число 7-дневных недель: H = b-[b / 7]_int*7.

Пример:

Проверка даты первой Пасхи Моисея, 9 апреля 3839 г. мира ( = 1671 г. до н. э.):

Желая узнать, на какую дату пришлось десятое число первого месяца, возьмём 3838 лет и разделим на 19; 19*6 будет 3800, 19*1 будет 19, остаток 19¹¹²⁷ Получаем 19 год «по природе»¹¹²⁸, [имеющий] 30 эпакт. К ним добавляем 13 [дней] «до светил»¹¹²⁹ и 7 «долунных»¹¹³⁰, а также 11 [дней] от 21 марта включительно, в которое принято равноденствие¹¹³¹, и 9 [дней] апреля – будет 70¹¹³². Сокращаем на 2*30, что будет 60 – остаток 10. Итак, ясно, что 10 число первого месяца, в который впервые была совершена в Египте пасха и сынам Израиля было указано взять агнца и хранить его¹¹³³, пришлось на 9 число апреля месяца¹¹³⁴.

Из вышеизложенного следуют несколько важных выводов, помогающих понять устройство пасхалистического года и проливающих свет на принципы мировой эры «Пасхальной хроники» (и, вероятно, эры Андрея).

Лунные эпакты приводятся на канун 1 марта (28 февраля); эта дата принята за условную границу лунного цикла, потому что в год сотворения мира в этот день начинается первый (пролептический) лунный месяц¹¹³⁵. Формально эпакты относятся не к расчётному году (с 21 марта), а к предыдущему, поэтому исходный номер принимается меньшим на единицу. Число лунных эпакт в канун 1 марта совпадает с кануном 1 января, так как между этими датами ровно 2 лунных месяца = 59 дней (високос в лунном цикле не учитывается).

«Естественным» началом года солнечного и лунного циклов считается день весеннего равноденствия 21 марта¹¹³⁶. Но это ещё не означает, что этот же день принят в качестве дня сотворения светил. Счёт дней до 21 марта для лунного и солнечного циклов различается. В лунном цикле принимается 13 дней «до светил» и 7 «долунных». В солнечном цикле – 3 дня «до светил». Единственное возможное объяснение такого счета – то, что днём сотворения светил считается среда 14 марта: до этой даты 3 дня от воскресенья 11 марта (начало творения: в год сотворения мира – дата с нулевой эпактой) и 13 дней от 1 марта (начало первого пролептического лунного месяца, полнолуние которого приходится на 14 марта; в год сотворения – дата с нулевой эпактой). Для солнечного цикла 7 «долунных» дней значения не имеют, так как составляют целую неделю и сокращаются при расчётах.

* * *

Солнечные эпакты приводятся на канун 1 апреля (31 марта); в год сотворения мира 1 апреля попало на воскресенье (эпакта 0), что обеспечивает удобство расчётов. Такое же число солнечных эпакт приходится на канун дат, совпадающих с 1 апреля по дню недели: 11 марта, 18 марта, 25 марта.

Эта особенность 28-летнего цикла «Пасхальной хроники» помогает объяснить структуру так называемых «солнечных эпакт»¹¹³⁷ – календарной характеристики юлианского года, определяющей соотношение между числами месяцев и днями недели. В греческой традиции «солнечные эпакты» считаются по порядку от 1 до 7 (от А до Z в буквенном обозначении). При этом для 1 года цикла принимается эпакта 1 (А), затем они последовательно увеличиваются на единицу (в год, соответствующий январскому високосному – на 2) и, достигнув 7 (Z), вновь сбрасываются до 1 (А).

См. таблицу 22. Солнечные циклы.

Исследователи пасхалии предлагали различные объяснения того, почему в качестве вруцелета 1 года 28-летнего цикла берётся вруцелето 1 (А). Однако все они страдают громоздкостью и искусственностью¹¹³⁸. Сопоставление ромейского цикла вруцелет со структурой солнечного цикла «Пасхальной хроники» позволяет предложить ясное и простое объяснение. Вруцелето есть не что иное, как целочисленные солнечные эпакты данного года, то есть «возраст» солнечного прироста (по 1 ¼ в год) на 31 марта. В 1-м году мира по ромейской эре (2-м по эре «Пасхальной хроники») это число равно 1 = А (31 марта – воскресенье), во 2-м – 2 = В (понедельник), в 3-м – 3 = Г (вторник), в 4-м, после високоса, сумма дробных четвертей достигает 1 и эпакты увеличиваются с 3 до 5 = Е (31 марта – четверг) и т. д. Такой же порядок чередования эпакт = вруцелет повторяется в каждом 28-летнем цикле. Это наблюдение над особенностью ромейской пасхалии подкрепляет тезис В. Грюмеля о первичности хронологической и пасхалистической системы «Пасхальной хроники».

Несколько несообразностей «Пасхальной хроники» заслуживают особого внимания, поскольку касаются «опорных» дат Священной истории: 1) благовестия Захарии и зачатия Иоанна Предтечи; 2) Крещения Христа.

* * *

1. Обширный раздел, посвящённый благовестию Захарии о зачатии Елисаветой Иоанна Предтечи, являет собой примечательнейшее свидетельство «остаточного» влияния на систему «Пасхальной хроники» иной хронологической системы и достоин внимательного исследования:

В 5506-м году бытия мира после прошествия 26 года единовластия Августа Цезаря и шестого месяца, то есть на 39-м году его царствования, желаем узнать, когда наступил первый день луны седьмого месяца эйлула¹¹³⁹ по лунному обычаю Писания и который это был день недели. От 5506 лет отняв 1, делим 5505 на 19:19 на 200 будет 3800; 19 на 80 будет 1520; 19 на 9 будет 171, в остатке 14¹¹⁴⁰. 14 год девятнадцатилетия имеет 4 эпакты. Их прибавляем к 13 «до светил» и 11 дням марта с 21-го, 30 [дней] апреля, 31 – мая, 30 – июня, 31 – июля, 31 – августа, 1 – сентября; итого 182 дня¹¹⁴¹. Вычти тридатидневки, в остатке 2¹¹⁴². Итак, мы узнали, что в настоящий 5506 год бытия мира 1-й солнечный день сентября месяца был вторым днём луны¹¹⁴³.

Теперь узнаем и на который день [недели] попало первое сентября. К 5505 прибавим ¼, 1376: будет 6881. Это делим на 7:7*900 будет 6300; 7*80 будет 560; 7*2 будет 14, в остатке 7¹¹⁴⁴. Мы узнали, что в 5506 году 1-е сентября попало на 7-й день (субботу) и было вторым днём луны¹¹⁴⁵. <...>

Праздники седьмого месяца, как было сказано, таковы:

первое – праздник труб, как показано, день [недели] седьмой (суббота)¹¹⁴⁶, празднуемый в течение семи дней; восьмое – обновление храма, день [недели] седьмой (суббота); десятое – [праздник] очищения, день [недели] второй (понедельник), но третий от обновления; и после семи дней [праздника] обновления пятнадцатое – праздник кущей, день [недели] седьмой (суббота), празднуемый семь дней. В этот день начал богослужение Захария и получил благовестие от ангела о зачатии Елисаветы (см. Лк.1:8–20). А после семи дней кущ восьмой – отдание, день [недели] седьмой (суббота). И хранится суббота согласно заповеди Закона. А двадцать третьего, в день [недели] первый (воскресенье), а по луне в день двадцать четвёртый¹¹⁴⁷, в день [недели] первый (воскресенье), возвратился Захария в дом свой <...> (Лк.1:23–25).

Итак, вычислим дни по лунному счёту, согласно действующему обычаю Писания, от зачатия Елисаветы до дня Благовещения святой Приснодевы и Богородицы Марии, в которой был зачат Агнец Божий согласно прообразному непорочному зачатию. Находим, что тогда исполнился шестой месяц, как зачала Елисавета (ср. Лк.1:36).

Расположим дни от 25 дня седьмого месяца по лунному счёту так: эйлул – 7 [дней] сентября¹¹⁴⁸, теелейф – 31 [день] октября¹¹⁴⁹, морсуан – 30 [дней] ноября¹¹⁵⁰, хасилев – 31 [день] декабря¹¹⁵¹. В этом месяце 18-го, в пятый день недели (четверг)¹¹⁵² отправилась святая Богородица в нагорную страну к Елисавете и приветствовала её (Лк.1:39–40).

Консульство Лентула и Писона¹¹⁵³.

Тебет – 31 [день] января¹¹⁵⁴; сабат – 28 [дней] февраля¹¹⁵⁵, адар – 25 [дней] марта¹¹⁵⁶. Всего 183 дня. Распределим их по [шести] лунным [месяцам]: 6 на 20 будет 120*6 на 10 будет 60: значит, середина 6 будет 3¹¹⁵⁷.

В этом 5507 году получила благовестие о зачатии Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога, Владычица наша Богородица в месяце марте 25-го, во второй день недели (понедельник)¹¹⁵⁸.

В этом 5506 году бытия мира 15-го числа 7-го месяца, в день праздника кущей по Богу живший Захария получил благовестие о зачатии Елисаветы. И вот, 25 числа месяца дистра исполнился шестимесячный срок от зачатия Елисаветы. <...>

Итак, в этот день, а именно 25-го числа римского месяца марта, приняла от богоносных учителей празднование Благовещения святой Владычицы нашей славной Богородицы и Приснодевы Марии Божия кафолическая и апостольская Церковь.

И вот, по исполнении шестого месяца от зачатия Елисаветы, как было сказано, 25 числа римского месяца марта, в самый день начала седьмого месяца¹¹⁵⁹ пресвятая пречистая благословенная Приснодева и Богородица Мария восприяла во чреве по плоти вечного и единосущного Отцу и Святому Духу Единородного Сына и Слово, Христа истинного Бога нашего. <...>

При названных выше консулах Лентуле и Писоне 25-го числа месяца дистра, по египтянам же в тридцатый день адара¹¹⁶⁰, в 8-й день до апрельских календ года 5507 бытия мира, в первом лунном месяце адаре¹¹⁶¹, в десятый день месяца¹¹⁶², как предуказал через избрание и сохранение ягнёнка по плоти зачатие Своё Господь и Владыка всяческих Христос, истинный Бог наш, так и исполнился конец и окончание всего творения в последнем числе зачатия, и вновь, как предизобразил в ковчеге пречистую и пренепорочную и пресвятую Свою плоть и ввёл её в землю обетованную, так и в том же месяце, в тот же день месяца, во второй день при гласе ангела говорящего ко святой Деве: «Дух Святой сойдёт на тебя...». В этот второй день творения сотворил небеса Христос Бог наш, в него же оказался воплощённым и совершенно вочеловечившимся, как сущее солнце справедливости¹¹⁶³.

Как показывает анализ данного текста, пасхалистический расчёт начального этапа благовещенско-рождественского цикла – от благовестия Захарии до Воплощения – не соответствует хронологической системе, принятой в «Пасхальной хронике».

Более того, автор датирует Воплощение и Рождество 5507 г. мира ( = 3 г. до н. э.) и именно на этот год рассчитывает все соотношения между датами и днями недели и лунных месяцев. Но при этом он так располагает своё повествование в структуре хроники, заданной олимпиадами и годами правления императоров, что эти события оказываются в 4 г. до н. э. Причём делается это весьма неловким образом: рассказ о зачатии Иоанна Предтечи, по древней традиции начинающий рождественский цикл, помещён под хронологической рубрикой «194-я олимпиада, XIV инд., 39 г. Августа, коне. Октавиана Августа 14-е и Силана» (все эти данные, кроме консульства, соответствуют в системе «Пасхальной хроники» 5 г. до н. э.): далее пространное повествование идёт до Благовещения и Рождества, прерываясь в районе января краткой вставкой: «Конс. Лентула и Писона», что указывает на переход в 4 г. до н. э. Между тем, именно на декабрь 4 г. до н. э. Рождество Христово помещалось в реконструированной нами системе Андрея (5601 г. мира).

Сопоставление «благовещенского цикла» в «Пасхальной хронике» с пасхалистическими 19-летними циклами и календарно-хронологическими системами позволяет с достаточной уверенностью утверждать, что в его основе лежит сирийская традиция, которая может быть отождествлена с системой Андрея. Её главные черты:

а) основой является сирийский лунный 19-летний цикл, начинающийся с 24 сентября:

б) система ветхозаветных праздников адаптирована к сирийскому юлианскому календарю: за начало праздничного цикла принято 1 элула = 1 сентября: при этом элул соотнесён с 7-м месяцом ветхозаветного календаря (тишри иудейской традиции):

в) годом благовестия Захарии и зачатия Иоанна Предтечи считается 5 г. до н. э. (5600 январский или 5501 октябрьский год мира): этот год соответствует 15-му году 19-летнего цикла в системах Андрея и «Пасхальной хроники» и 14-му – в сирийском и ромейском лунных циклах. Именно для 5 г. до н. э. – и ни для одного из соседних – может быть соблюдено отношение между числами антиохийских и лунных месяцев для событий от 1 элула / сентября до 25 адара / марта, указанное в «Пасхальной хронике». Следует лишь принять небольшую коррекцию и считать 1 сентября 2-м днём 7-го лунного месяца (во всех известных 19-летних циклах это 1-й день; сдвиг можно объяснить учётом 29 февраля: 5 г. до н. э. – високосный год): именно такое допущение принимает автор «Пасхальной хроники» [Р. 368.1–16], для чего ему приходится допустить грубые натяжки в расчётах;

г) Воплощение относится к 25 адара / марта 4 г. до н. э. (40 год Августа, 2 год 194-й олимпиады (январской), 45 / 46 г. антиохийской эры), воскресенью и 30-му дню лунного месяца – на что и указывает загадочная фраза «Пасхальной хроники»: κατὰ δὲ τοὺς Αἰγυπτίους ἀδὰρ τριακάδι [Ρ. 374.13–14].

Единственное, что предпринял автор «Пасхальной хроники» для того, чтобы инкорпорировать весь этот сюжет в свою систему, был пересчёт дней недели на год вперёд.

См. таблицу 20. «Благовещенский цикл» в «Пасхальной хронике».

Все эти соответствия имеют место только в 7–8 гг. н. э. – 8-м г. александрийского и 5-м ромейского 19-летнего цикла. Однако ни в одной из известных хронологических систем Воплощение не относится к 8 г. н. э. Единственно возможное объяснение – допустить, что это один из вариантов эры Анниана (со смещённым на год назад годом Воплощения). Однако, судя по отсутствию египетских названий месяцев, эта система не александрийского, а, скорее, антиохийского происхождения. Не исключено, что она является неким гибридом эры Андрея и эры Анниана (которая упоминается как эра «египтян»).

Включая все эти данные в своё повествование, автор «Пасхальной хроники» пытается кое-где привести их в соответствие с принятой им системой:

а) датирует благовестие Захарии 23 сентября, которое пришлось на воскресенье в 4 г. до н. э.¹¹⁶⁴;

б) называет 25 марта 10-м днём лунного месяца (верно для 3 г. до н. э.).

* * *

2. Э. Шварц предложил объяснить несогласованности в «Пасхальной хронике» тем, что её автор пытался, не всегда удачно, совместить с ромейской эрой (которую Шварц считает более древней) дни недели основных событий Священной истории, взятые из александрийской традиции¹¹⁶⁵. Однако после разысканий В. Грюмеля стало очевидным, что об этом не может быть речи. Влияние оказывал лишь 19-летний цикл, на котором основана ранняя пасхалистически-хронологическая система Андрея (IV в.). То обстоятельство, что этот цикл совпадает с позднейшим ромейским (а равно и с современным иудейским), никоим образом не свидетельствует о первичности ромейской эры. Кроме того, те дни недели, которые иногда неверно указывает автор «Пасхальной хроники», далеко не всегда соответствуют александрийской системе.

Наиболее характерен в этом отношении разбор Грюмелем предположения Шварца о влиянии на «Пасхальную хронику» александрийской датировки Крещения Господня. Рассказ «Пасхальной хронике» о Крещении содержит противоречие:

I инд. ( = 27 / 28 н. э.), 15 г. [Тиберия] ( = 28 / 29 н. э.), консульство Руфа и Рубеллиона ( = 29 н. э.)¹¹⁶⁶. <...> В настоящем 5536 году бытия мира, в месяце авдинее¹¹⁶⁷ 6-го, и в году 1500-м от раздела сынов Израиля¹¹⁶⁸, по окончании 34-х Юбилеев¹¹⁶⁹, был глас Божий к Иоанну, сыну Захарии, в пустыне. <...>

В тринадцатый день Своего тридцать первого года крестился Христос истинный Бог наш, шестого, как было сказано, числа месяца авдинея, – так как в сей день безупречно празднует кафолическая и соборная Церковь священные Светы¹¹⁷⁰, то есть явление великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, во образ Его и 12 учеников Его.

Итак, в 5507 году бытия мира, как сказано выше, и сороковом царствования Августа Цезаря, то есть в двадцать восьмом его единовластия, родился по плоти Христос, истинный Бог наш. А в настоящем 5536 году¹¹⁷¹ крещён был во Иордане Иоанном Сам Господь и Бог наш Иисус Христос <...> Если мы пожелаем узнать и то, которым был день недели, когда был крещён Господь, возьмём 5536 лет. К ним приложим четверть – будет 6920. [Поделим] это на 7: семью 900 будет 6300, семью 80 будет 560, семью восемь будет 56. В остатке 4 эпакты¹¹⁷². Их прибавляем к дням от первого месяца нисана¹¹⁷³ до того дня, в который крестился Господь. Итак, берём 4 эпакты, 30 [дней] апреля, 31 – мая, 30 – июня, 31 – июля, 31 – августа, 30 – сентября, 31 – октября, 30 – ноября, 31 – декабря, 6 – января: итого 285¹¹⁷⁴. Это [делим] на 7: семью 40 будет 280, остаток 5.

Итак, мы узнали, что в пятый день недели [четверг] окрещён был Христос, истинный Бог наш, в реке Иордан: в пятый день, когда в начале становления мира Сам Господь и Творец всяческих приказал водам произвести пресмыкающихся, душу живую (Быт.1:20), по исполнении веков Сам Он в тот же день крещён был в воде и освятил воду, и сделал её для нас спасительной и животворящей¹¹⁷⁵.

6 января – четверг в 29 г. н. э. Таким образом до Страстей весной 31 г. остаётся только 2 полных года. Но, как показывает и предшествующий, и дальнейший текст «Пасхальной хроники», её автор – убеждённый сторонник общепринятой со времени Евсевия традиции, согласно которой благовестие Христа длилось чуть более 3 лет:

Итак, то, что Господь отметил после Крещения три Пасхи, а в четвёртый год на праздник Пасхи Господь был распят за нас, свидетельствует ясно, что спасительную проповедь Он учительствовал в течение полных трёх лет и тех 76 дней, которые прошли либо до первой Пасхи на 15-м году единовластия Тиберия Цезаря, либо до спасительной Пасхи настоящего 5540 года¹¹⁷⁶. О том же, что Господь, три года проповедовав благовестие, взошёл на добровольный и животворящий Крест, учит и мученик Игнатий Богоносец, бывший близким учеником Иоанна Богослова, поставленный апостолами во епископа святейшей Церкви в Антиохии¹¹⁷⁷.

Объясняя причину, по которой автор «Пасхальной хроники», вопреки собственной хронологической системе, называет день Крещения 6 января четвергом, Э. Шварц высказал, на первый взгляд, убедительную гипотезу. По александрийской эре Анниана Крещение датировалось 11 тюби (7 января)¹¹⁷⁸ 40 г. н. э., в четверг, из чего вытекала следующая символическая параллель: в один и тот же день недели при творении мира воды произвели «пресмыкающихся, душу живую» (Быт.1:20), а при Христе были освящены Его животворящим Крещением. Для хронологии «Пасхальной хроники», где Страсти относятся к 31 г. н. э., совпадение 6 января с четвергом имеет место лишь в 29 г. н. э. Но тогда от Крещения до Страстей остаётся всего 2 года, вместо 3-х, закрепившихся в церковно-исторической традиции со времён Евсевия Кесарийского. Это не смутило автора «Пасхальной хроники», который, с одной стороны, относит Крещение к четвергу 6 января (то есть, к 29 г.), а с другой первую пасху во время проповеди Христа относит к 28 г., считая страстную Пасху 31 г. четвёртой по счёту.

Однако В. Грюмель указал, что у нас нет никаких оснований считать, что Анниан датировал Крещение 7 января 40 г. н. э. Напротив, наш единственный авторитетный источник о системе Анниана, Георгий Синкелл, соблюдает традиционный срок «земного домостроительства» Христа – 3 полных года¹¹⁷⁹. Это значит, что Крещение должно датироваться 6 января 39 г. н. э., вторником.

Итак, при определении дат Рождества и Крещения Господня в «Пасхальной хронике» возник сбой:

а) в качестве года Воплощения (25 марта) и Рождества (25 декабря) был избран 5507 г. мира = 3 г. до н. э., на что указывают расчёты дней недели и лунных дней; между тем в лемме этот год обозначен как 2 г. 194 олимпиады, 15 инд. = 4 г. до н. э.;

б) через 30 полных лет Иисус принял Крещение от Иоанна, что приводит к 6 января 5537 ( =5507+30) г. мира = 29 г. н. э., что подтверждается вычисленным в хронике днём недели (четверг): между тем индикт, указанный год мира (5536), расчёт по «юбилеям» и срок до Страстей (3 года) указывают на январь 28 г. н. э.

в) однако для того, чтобы через традиционных 3 года земного служения Иисуса получить подходящий для Страстей и Воскресения 31 г. н. э. = 5540 г. мира (когда 25 марта было воскресеньем, а весеннее полнолуние пришлось на субботу 24 марта), автор хроники вынужден начать счёт пасх Спасителя с весны того же 5537 г. – тем самым «незаметно» отступив на год назад в 28 г. н. э.; через 3 полных года (5537, 5538, 5539) в начале 5540 г. мира = 31 г. н. э. Христос был распят и воскрес.

Остаётся решить вопрос, чем вызвано данное противоречие: самостоятельной ошибкой автора хроники или его попыткой инкорпорировать в свою систему некую несовместимую с ней древнюю традицию? Первый вариант нельзя исключить, поскольку ошибка в изложении расчёта дня недели для 6 января 5536 г. очевидна: взят порядковый номер самого года Крещения (5536), в то время как следовало уменьшить его на единицу¹¹⁸⁰. В итоге вместо нужных 2 солнечных эпакт на начало 5536 г. берутся 4 эпакты на конец этого года (31 марта 28 г. н. э. – среда). Полученный день недели, четверг, рассчитан таким образом для 6 января следующего, 5537 г. = 29 г. н. э. Однако поскольку именно эта дата и нужна для того, чтобы Иисус, родившись 25 декабря 3 г. до н. э., был крещён после достижения 30 лет, закрадывается сомнение, не является ли эта «ошибка» попыткой «замаскировать» несовместимость принятой даты Воплощения и Рождества со схемой «Крещение через 30 лет – Распятие через 3 года». Чтобы исправить это, можно либо перенести Рождество в 5506 г. = 4 г. до н. э. (как это, скорее всего, было в системе Андрея, а позднее принято в «Эклоге Вирта»¹¹⁸¹), либо допустить, что Иисус принял Крещение не в 30 лет, а на 30-м году (как это принято у Евсевия и в александрийской системе Анниана), что позволяет сохранить символику даты Крещения. Действительно, 6 января соответствует четвергу того самого 15 г. Тиберия (29 г. н. э.), который назван евангелистом Лукой и принят как год Крещения у древнейших авторов – Климента Александрийского, Ипполита Римского и Юлия Африкана. Кому-то из них, возможно, принадлежит и указанная мистическая аналогия: в тот самый день недели, когда в начале творения Бог-Слово приказал водам произвести душу живую (Быт.1:20), Сам Он по исполнении веков был крещён в воде и сделал её животворящей.

Противоречие с годом Крещения из «Пасхальной хроники» попало в хронологические компиляции ΙΧ–ΧII в. (см. Хронологическая система хроник из группы Симеона Логофета (X в.)).

* * *

3. Под 35 г. Юстиниана, 10 инд. ( = 562 г. н. э.) в «Пасхальной хронике» помещена следующая заметка¹¹⁸²:

«В этом 35-м году царствования Юстиниана и 21-м после консульства Василия 20 числа марта месяца, X индиктиона, в третий год 335-й олимпиады, исполнилось 532 года праздничного круга от святого и животворящего Креста, на котором принял за нас добровольную смерть Христос, истинный Бог наш, и мы, христиане, начали праздновать Его святое Воскресение¹¹⁸³. И с двадцать первого числа марта месяца включительно, в которое считается равноденствие, настоящего распределения (индикта) начался второй период праздничного 532-летнего круга. <...>

Да будет рассчитано начало „восстановления“¹¹⁸⁴, или периода из 532 лет от 5 года включительно Филиппа Юниора и его сына Филиппа, консульства Декия и Гратиана, I года 257-й Олимпиады¹¹⁸⁵. Всякий, поднявшись отсюда к 19-му году Тиберия Цезаря, то есть IV году 202-й олимпиады¹¹⁸⁶, в который произошло спасительное страдание Господа нашего Иисуса Христа, получит время 218 лет¹¹⁸⁷. Спустившись же к 8-му году Константина, величайшего царя, в который был установлен первый индикт, в консульство Волусиана и Аниана, получит 65 лет¹¹⁸⁸. А от 9 года Константина до настоящего 10 индиктиона, 35 года царствования Юстиниана, в 21 (после) консульства одного Василия, набирается время 249 лет¹¹⁸⁹; так что всего от спасительной Пасхи до настоящего 35 года царствования Юстиниана и III года 335-й олимпиады – 532 года¹¹⁹⁰».

Данное место требует интерпретации. Выделим главные хронологические указания:

а) от года Распятия до 35 г. Юстиниана, 10 инд., 21 постконсулата Василия – полных 532 года; но с 21 марта 31 г. н. э. до 21 марта 10 инд. ( = 562 г. н. э.) – только 531 год;

б) от года Распятия до 5 г. Филиппа, консульства Декия и Гратиана – 218 лет; это число с 21 марта 31 г. н. э. приводит в 21 марта 249 г. н. э.; Декий и Грат были консулами с января 250 г. н. э., т. е. их консулат начался в тот же мартовский год мира; в то же время в хронологической канве («фастах») хроники¹¹⁹¹ консульство Декия и Гратиана соотнесено с 4 г. Филиппа и 11 инд., т. е. с 248 г. н. э.;

в) от 5 г. Филиппа до 8 г. Константина, консульства Волузиана и Анниана (314 г. н. э.) – 65 лет; столько и отделяет 249 г. от 314 г.; отметим, что 1-й индикт (с сентября 312 г. н. э.), действительно, попадает на 8 г. Константина (с июля 313 по июль 314 г. н. э.), но не попадает на указанное консульство;

г) наконец, от 9 г. Константина до 35 г. Юстиниана – 249 лет; 9 г. Константина начался в июле 314 г., от него 249 лет приводят нас в июль 563 г. н. э.; но этот год не является ни 35 г. Юстиниана, ни 10 инд., ни 21 г. постконсулата Василия: однако именно в этот год 21 марта оканчивается 532-летний пасхальный период, если отсчёт вести с 31 г. н. э.

Итак, налицо определённые хронологические несообразности. Их толкование предложил Э. Шварц¹¹⁹². Согласно его гипотезе, автор «Пасхальной хроники» изначально следовал следующей схеме:

а) год Распятия, 31 г. н. э. – 219-й год в 532-летнем пасхальном цикле ромейского типа (11-м по счёту, начиная с 5508 г. н. э.);

б) ровно столько же полных лет – 219 – прошло с начала 31 г. н. э. до конца 249 г. н. э.;

в) 65 лет отделяют начало 249 г. от конца 313 г. – 1 года 1-го 15-летнего периода индиктов (с сентября 312 г. н. э.).

Однако в его собственном 532-летнем цикле 31 г. н. э. был 220-м годом, а 219-м стал 30 г. н. э. Из-за этого все указанные хронистом интервалы оказываются верны лишь при отсчёте с этого года: 30+218 = 248 г. (консульство Декия и Гратиана по хронике): 248+65 = 313 г. (начало индиктов): 313+249 = 562 г. (10 инд.); 30+532 = 562 г.

Шварц, как обычно, исходит из презумпции приоритета ромейской эры. Полемизируя с ним, В. Грюмель отдаёт должное остроумию данной гипотезы, но отмечает её уязвимые места¹¹⁹³:

а) нет никаких оснований связывать друг с другом числа совершенно разного рода: номер года Распятия в 532-летнем цикле (219 или 220) и промежуток от этого года до 5 г. Филиппа;

б) между годом Распятия и 5 г. Филиппа указано не 219 и не 220, а 218 лет;

в) автор «Пасхальной хроники» никогда не употребляет счёт лет по 532-летним циклам с года сотворения мира, но говорит только о 532-летнем цикле церковных праздников (христианской пасхалии), который имеет смысл лишь для эпохи после Распятия и Воскресения Христова – т. е. с 5540 г. мира = 31 г. н. э.

Таким образом, само основание гипотезы Шварца рассыпается.

Со своей стороны осмелимся предположить, что начало 532-летнего цикла указано в 249 г. далеко не случайно. Именно в этот год начинается 12-й «великий индиктион» от сотворения мира в хронике Андрея, уже не раз привлекавшейся нами для разрешения загадок «Пасхальной хроники». В 249 г. н. э. по этой эре начался 5853 г. от Адама, что, как нетрудно убедиться, соответствует 1-му году 12-го 532-летнего цикла (5853 = 11*532+1). Имея в виду, что в основе системы Андрея лежит, по всей видимости, осенний год, получаем непротиворечивое решение:

5-й год Филиппа (248 / 249 г. н. э.) = 1 г. 257-й олимпиады (248 г. н. э.) = 1 г. 532-летнего цикла (248 / 249 г., с осенним началом). Консульство (Декия и Грациана = 250 г. н. э.) приведено в «Пасхальной хронике» с 2-летней погрешностью, регулярно тянущейся в ней с 243-й по 260-ю олимпиаду (191–263 гг. н. э.).

Как было показано выше, уже в ходе пасхалистической реформы Андрея возникло 2 типа пасхальных циклов, оба из которых легли впоследствии в основание хронологических систем. Согласно И. ван дер Гагену, Э. Шварцу и В. Грюмелю, в «Пасхальной хронике» один из них называется циклом «по положению» (κατὰ θέσιν, то есть «условным»), а другой – циклом «по природе» (κατὰ φύσιν, то есть «естественным»); причём циклом «по природе» признаётся «византийский» (ромейский) тип 19-летнего цикла, в то время как цикл, опережающий его на год и лежащий в основании эры «Пасхальной хроники», считается циклом «по положению»¹¹⁹⁴ Логика Шварца (не имеющего понятия о деятельности Андрея и сирийском цикле) такова: ромейский цикл под именем «лунного круга» был известен Дионисию Малому в начале в VI в.; значит, он древнее «Пасхальной хроники» и потому пользуется авторитетом «естественного», тогда как новый цикл, изобретённый автором хроники для собственных нужд, скромно назван «условным».

Однако при более пристальном чтении текста хроники возникает вопрос: а насколько данное утверждение соответствует общей концепции «Пасхальной хроники»? Её автор убеждён в том, что цикл «по природе» основан на «естественном» порядке мироздания. Во введении, специально посвящённом обоснованию хронологических и пасхалистических принципов, он упоминается неоднократно (тогда как цикл «по положению» не упомянут ни разу)¹¹⁹⁵. Особо указывается, что цикл «по природе» не может иметь даже доли солнечных эпакт, то есть должен быть первым по високосе – что и выполняется в 1-м году эры «Пасхальной хроники», то есть в 19-м году ромейского лунного цикла (с марта 5509 по март 5508 г. до н. э.).

Отсюда со всей определённостью вытекает, что в качестве цикла «по природе», соответствующего порядку мироздания, автор хроники принимает цикл, начинающийся с пасхального полнолуния 13 апреля, и что именно он изображён на таблице «4-го колеса». Что же касается цикла с началом, смещённым на следующий год (полнолуние 2 апреля), ставшего впоследствии обычной формой ромейского лунного цикла, то он вообще им не используется. Кратко проблему можно сформулировать так: следует ли называть циклом «по природе» лунный цикл, изображённый на «4-м колесе» в рукописи «Пасхальной хроники» и смещённый на год назад относительно 19-летнего цикла ромейского типа?

Посмотрим, какую информацию о циклах даёт нам текст «Пасхальной хроники». Опережающий («проторомейский», ультрамартовский) тип солнечного и лунного циклов обозначен как А, а классический ромейский тип – как Б:

1. Пасха Исхода в Египте (воскресенье 13 апреля 3839 г. мира = 1671 г. до н. э.)¹¹⁹⁶: в расчётах 3838 г. мира назван 19-м годом «по природе», на который приходятся 30 эпакт. Этот год – 19-й по порядку в цикле А (в цикле Б – 18-й). При этом в «4-м колесе» 30 эпакт указаны для 1-го, а не для 19 года цикла.

2. Первая пасха Христа (суббота 27 марта 5537 г. мира = 28 г. н. э.) [Ibidem. Р. 395–396, 399]: 5537 г. мира назван 8-м годом лунного и 21-м годом солнечного циклов «по природе», что соответствует циклам типа А (в циклах типа Б это, соответственно, 7-й и 20 год).

3. Вторая пасха Христа (пятница 15 апреля 5538 г. мира = 29 г. н. э.) [Ibidem. Р. 404–405]: 5538 г. мира назван 9-м годом лунного и 22-м годом солнечного циклов «по природе». И то, и другое соответствует циклам типа А; в циклах типа Б этот год – соответственно 8-й и 21-й по счёту.

4. Третья пасха Христа (вторник 4 апреля 5539 г. мира = 30 г. н. э.) [Ibidem. Р. 406–407]: 5539 г. мира назван 10-м годом лунного и 23-м годом солнечного циклов «по природе». И то, и другое соответствует циклам типа А; в циклах типа Б этот год – соответственно 9-й и 22-й по счёту. В расчётах берётся 9 лунных и 6 солнечных эпакт, что в точности соответствует указаниям «4-го колеса».

5. Страстная пасха (пятница 24 марта 5540 г. мира = 31 г. н. э.) [Ibidem. Р. 408–409, 414–415]: 5540 г. мира назван 11-м годом лунного и 24-м годом солнечного циклов «по природе». И то, и другое соответствует циклам типа А; в циклах типа Б этот год – соответственно 10-й и 23-й по счёту. В расчётах имеется ключевая фраза, в которой исследователи видели упоминание цикла «по положению»: «находим результат [деления] 5539 на 19:19*200 есть 3800; 19*90 есть 1710; 19*1 есть 19; в остатке 10. И находим на 10 год девятнадцатилетия „по природе“, а „по положению“ – 11-й, соответствующие 2[0] эпакт» (καὶ εὑρίσκομεν κατὰ τὸ φύσει μὲν ιʹ ἔτος τῆς ἐννεακαιδεκαετηρίδος, θέσει δὲ ιαʹ προσκειμένας ἐπακτὰς καʹ). От верной интерпретации этого места, собственно говоря, и зависит решение проблемы. Очевидно, что как Шварц, так и Грюмель понимают его следующим образом: год Страстей, 5540 г. по эре «Пасхальной хроники» (31 г. н. э.) есть 10 год цикла Б и 11 год цикла А. Однако, как нетрудно заметить, это противоречит принципам, излагаемым в примерах 1–4. Кроме того, внимательное прочтение текста не позволяет принять это толкование: 10-м годом «по природе» в хронике назван не 5540, а 5539 год, а 5540 год считается 11-м «по природе». Как же тогда понимать загадочную фразу «κατὰ τὸ φύσει μὲν ιʹ ἔτος <...> θέσει δὲ ιαʹ»?

Единственно возможным толкованием представляется следующее. Пользуясь табличным способом определения эпакт на 5540 г., автор «Пасхальной хроники» вычисляет номер предыдущего 5539 г. года цикла «по природе» (10) и далее уточняет, что соответствующее («принадлежащее») ему число эпакт следует смотреть в таблице в том месте («положении»), где указан 11 год. Именно так устроено «4-е колесо» в рукописи «Пасхальной хроники»: эпакты, представляющие собой прирост луны в конце года п, указаны в этой таблице под годом п+1: 1 г. – 30 (0): 2 г. – 11; 3 г. – 22; 4 г. – 3 и т. д. Коротко говоря, эпакты данного года мира «по природе» расположены в таблице под следующим годом.

Нигде более в «Пасхальной хронике» выражение «по положению» (θέσει) не встречается. Таким образом, говорить о некоем типе цикла «по положению», который бы противостоял циклу «по природе», отличаясь от него на год, не представляется возможным. Единственный тип лунного и солнечного циклов, употребляемых в «Пасхальной хронике», есть тот, который отсчитывается с 21 марта 5509 г. до н. э.; постоянно сопровождающее их название «по природе» призвано подчеркнуть их естественный, а не умозрительный характер, в чём автор хроники, очевидно, усматривал веский аргумент в пользу своей хронологической системы.

Доказательство того, что ромейский тип пасхальных циклов, запаздывающий на год по отношению к циклам «Пасхальной хроники», и позднее не считался «естественным», даёт хроника Георгия Кедрина. Заимствуя из «Пасхальной хроники» расчёты даты страстной Пасхи, Георгий (или его источник) переводит их на ромейский тип циклов: «Круг солнца 23-й и луны 10-й, начинающийся 21 числа марта месяца, по наступлении 4-го индиктиона. И 11 год девятнадцатилетнего цикла луны „по природе“, и 26-й [24-й] двадцативосьмилетнего цикла солнца „по природе“».

Итак, цикл «по положению» никогда не существовал, а его широкое употребление в научной литературе следует признать досадным недоразумением, задающим дополнительные головоломки всякому, кто пытается разобраться в этом и так не лёгком для понимания предмете¹¹⁹⁷.

О происхождении эры, получившей наибольшее распространение в Восточной Римской (Ромейской) империи и в связи с этим получившей в науке название «византийской», доступные нам источники не сообщают ничего определённого.

Самым ранним несомненным свидетельством о существовании ромейской эры является трактат монаха и пресвитера Георгия, написанный в 638 / 639 г.¹¹⁹⁸ Однако эта эра, несомненно, возникла раньше, поскольку Георгий уже говорит о ней как о самой популярной. Сам он также отдаёт ей предпочтение перед всеми прочими, в частности, перед александрийской эрой, восхваляя её практическое удобство¹¹⁹⁹. Георгий знает и эру «Пасхальной хроники», опережающую ромейскую на единицу, и даже приводит «научные аргументы» её сторонников. Кроме того, он упоминает и эру, отстающую от ромейской на единицу, замечая, что основания для этого ему неведомы. В целом Георгий не производит впечатления опытного хрониста (в его трактате перепутаны даты по ромейской и по александрийской эрам): заявив, что истинный возраст мира известен одному Богу, он честно признаётся, что не берёт на себя смелости рассуждать о вопросах хронологии, оставляя это «более искушённым».

В отличие от Георгия, его современник преподобный Максим Исповедник в своём пасхалистическом трактате, написанном в самом конце правления императора Ираклия (весна 641 г.), полемизирует со сторонниками ромейского летосчисления, упрекая их в отступлении от святоотеческих (читай – александрийских) пасхалистических принципов.

К этой же эпохе относится ещё одно пасхалистическое сочинение, автором которого является ни кто иной, как сам император Ираклий: во всяком случае, о «богоуказанном царствовании» Ираклия в нём говорится от первого лица¹²⁰⁰. Имеющиеся в трактате (точнее, нескольких заметках, описывающих методы определения дней недели и даты Пасхи) опорные даты соответствуют 7 и 11 индиктам (618 / 619 и 622 / 623 гг. н. э.). Анализ методики расчёта солнечных и лунных эпакт показывает, что солнечный цикл совпадает здесь с александрийским, а вот 19-летний лунный цикл смещён на год назад относительно александрийской пасхалии и на 2 года вперёд относительно ромейской. Такой счёт лет соответствует лунным циклам, появившимся в ходе пасхалистических реформ 2-й половины VI в. (см. раздел Пасхалии Эаса Александрийского и Ирона Константинопольского). Никаких указаний на эры в трактате Ираклия мы не находим, но из применённых в нём циклов можно, казалось бы, заключить, что всего за несколько лет до окончания «Пасхальной хроники» (630 г.) ромейская и «проторомейская» эры, основанные на константинопольском типе 19-летнего цикла, не пользовались – во всяком случае, официально – поддержкой императора, придерживающегося «новоалександрийской» системы Ирона. Впрочем, в трактате можно заметить и косвенное влияние константинопольской системы: получив лунные эпакты, предписывается добавить к ним 8 дней. Эта операция нужна только для того, чтобы «перевести» эпакты из александрийской системы (на 22 марта) в константинопольскую (на канун 1 марта). Поскольку подлинным составителем трактата считается Стефан Александрийский¹²⁰¹, можно предположить, что в Ромейской империи в это время шло серьёзное соперничество между сторонниками различных пасхалистических и хронологических систем. Именно результатом этого процесса и стала т. н. ромейская эра. Самый ранний пример её практического применения (с сентябрьским стилем) засвидетельствован в афинской надписи 704 г.¹²⁰²; в IX–X в. она начинает широко использоваться для датирования документов, и появляется в исторических сочинениях, а с конца X в. становится господствующей, вытесняя все прочие.

Главным отличием традиционной ромейской эры от эры «Пасхальной хроники» является перенесение начала счёта лет с марта 5509 на сентябрь 5509 г. до н. э. Взаимосвязь обеих эр очевидна, однако вопрос о приоритете какой-либо из них остаётся открытым.

По мнению большинства исследователей, ромейская эра появилась не в результате некоей реформы, но в ходе более или менее продолжительного спонтанного процесса, вызванного нуждами практической хронологии. Её главное удобство – совпадение начала года с гражданским индиктом и 1 г. мира с 1 г. индикта – обеспечило ей популярность, несмотря на очевидные проблемы теоретического характера: несовпадение сентябрьского начала года с «естественным» весенним годом, проблематичное согласование с наиболее авторитетной в христианском мире александрийской пасхалией и традиционной символической датой Боговоплощения в 5500 г. мира.

* * *

Для объяснения происхождения ромейской эры могут быть предложены две гипотезы. Первая предполагает простое перемещение с марта на сентябрь начала года константинопольского цикла, принятого в «Пасхальной хронике» (5509 г. до н. э.), вторая – помещение сотворения мира в март 5508 г. до н. э. с последующим отступлением начала года к 1 сентября.

В пользу первой гипотезы свидетельствует Михаил Пселл, который принимает тот же год сотворения мира, что и автор «Пасхальной хроники», хотя и начинает счёт лет не с марта, а с сентября 5509 г. до н. э.¹²⁰³ Это означает, что ромейская эра представляет собой практически более удобную модификацию эры «Пасхальной хроники», которую мы можем называть, вслед за В. Грюмелем, «проторомейской».

Будучи убеждённым сторонником приоритета эры «Пасхальной хроники» по отношению к ромейской и посвятив немало усилий на опровержение распространённого мнения об обратной зависимости (см. раздел Эра «Пасхальной хроники»), Грюмель приводит аргумент и в пользу возможности второго варианта, со смещённым на год мартовским началом эры.

В упомянутом пасхалистическом трактате 638 / 639 г. пресвитер и монах Георгий приводит следующее объяснение наличия 11-дневного расхождения между солнечным и лунным годом¹²⁰⁴. День сотворения светил был 4-м днём от начала творения. Однако луна была создана в этот день сразу же в полной 15-дневной фазе. Таким образом, в то время как по циклу солнца, берущему начало с воскресенья (1-го дня творения), шёл 4-й день, по циклу луны шёл уже 15-й, то есть луна на 11 дней «опередила» солнце и раньше закончила годовой круг. Отсюда и происходит ежегодное опережение луной солнца на 11 лунных эпакт (буквально, «набежавших» дней). Итак, в описанной у Георгия Пресвитера схеме луна сотворена не в 20-дневной фазе, как в «Пасхальной хронике», и не в 13 / 14-дневной, как у Пселла, а в 15-дневной. Грюмель рассчитал по пасхалии, что на среду, день сотворения светил, 15-й день луны попадает 3 апреля 5508 г. до н. э., увидев в этом подтверждение предположения о помещении в ромейской эре сотворения мира на год ранее эры «Пасхальной хроники».

Теоретически, схема, предложенная Грюмелем, вполне возможна: она близка к неделе творения, принятой в системе Ирона (начало творения 1 апреля, сотворение светил 4 апреля). Однако из трактата Георгия вовсе не следует, что ромейская эра основывалась на такой схеме. Приводимый Грюмелем пассаж Георгий приводит, воспроизводя аргументы тех, кто считал невозможным наличие эпакт в 1-й год лунного цикла. Это соответствует позиции автора «Пасхальной хроники», который прямо называет наличие эпакт в начале циклов «смехотворным»¹²⁰⁵. В ромейском же варианте пасхалии, напротив, 1-й год 19-летнего цикла начинается с 11 лунных эпакт¹²⁰⁶, и Георгий не пытается опровергнуть это при помощи ухищрений, на которые идёт Грюмель.

Уже издатель трактата Георгия Ф. Дикамп указал, что сходное объяснение происхождения лунных эпакт приведено в одной из проповедей Севириана, епископа сирийского города Габалы († до 431), друга, а впоследствии оппонента св. Иоанна Златоуста¹²⁰⁷. В 3-й гомилии «На сотворение мира»¹²⁰⁸ Севириан рассуждает, что луна не могла появиться в какой-либо иной фазе, кроме полнолуния, так как в этом случае она оказалась бы не точно напротив солнца на западе, и не было бы исполнено божественное повеление о том, что одно светило начальствует днём, а другое – ночью (ср. Быт.1:16, 18). В результате, обогнав солнце на 11 дней, луна совершает годовой круг всего за 354 дня вместо 365.

Как видим, теория о творении 15-дневной луны уходит своими корнями по крайней мере в IV в. Приведённое объяснение происхождения эпакт, абсурдное с астрономической точки зрения, могло играть важную роль на раннем этапе создания пасхалии и мировой эры. Возможно, первым опытом подобной схемы был 19-летний цикл Анатолия Лаодикийского (см. главу Гипотетическая эра Анатолия Лаодикийского).

* * *

Итак, мартовское начало, вопреки мнению Грюмеля, едва ли служило органичным структурным элементом ромейской эры; но теоретически впоследствии оно вполне могло быть перенесено на неё с «проторомейской» системы. В источниках мы часто не имеем возможности определить, к какому стилю – сентябрьскому, мартовскому или «ультрамартовскому» – относится та или иная дата. Сентябрьское начало года не имеет никаких теоретических оснований, но удобно практически как граница индикта – самой распространённой в Империи системы летосчисления. Любопытно, что если Георгий Синкелл предупреждает, что в его «Хронографии» годы начинаются 25 марта, а не 1 нисана, 1 тота, 1 января, и не считает нужным даже упомянуть о сентябрьском «новолетии»¹²⁰⁹, то продолживший его хронику Феофан Исповедник молчаливо следует именно сентябрьскому стилю¹²¹⁰.

Порядок лет ромейского 19-летнего цикла, привязанного к началу ромейской эры, тождествен порядку лет иудейского «малого круга», а также «лунного круга», приведённого в пасхалии Дионисия Малого (525 г.). Долгое время это служило аргументом в пользу раннего происхождения ромейской эры. Однако никаких достоверных свидетельств о её существовании до второй трети VII в. в нашем в распоряжении нет. В отношении иудейского цикла, известного лишь с VIII в., можно допустить зависимость от ромейского.

* * *

Параметры ромейской эры следующие:

Начало отсчёта – 1 сентября 5509 г. до н. э.

Сотворение мира – март 0 г. = 5509 г. до н. э. (ультрамартовский стиль) или март 1 г. = 5508 г. до н. э. (мартовский стиль)

Воплощение и Рождество – воскресенье 25 марта 5505 г. мира и 25 декабря 5506 сентябрьского года мира = 4 г. до н. э.¹²¹¹

Страсти и Воскресение Христово – пятница 23 марта и воскресенье 25 марта 5539 г. мира, того же года лунного цикла что и в проторомейской эре = 31 г. н. э.

Реализованная «мистическая параллель»:

25 марта – дата Воплощения (понедельник) и Воскресения.

Даты по ромейской эре смещены на год относительно «проторомейских», однако в её сентябрьском варианте с сентября по марта они совпадают. В связи с этим проследить распространение отдельно каждой из этих эр затруднительно. Учитывая достаточно позднее происхождение сентябрьской ромейской эры, наиболее ранние спорные случаи датировок следует скорее относить к мартовской «проторомейской» эре, чем к сентябрьской ромейской. Во всяком случае, до XI в. приложение к датировкам сентябрьского стиля требует осторожности.

Необыкновенная популярность мистического числа 5500 привела к тому, что органически присущая ромейской эре сумма в 5505 лет от Адама до Воплощения редко фигурирует в источниках. В качестве примеров открытого указания этого числа можно привести «Синтагму» Матфея Властаря¹²¹², а также (из славянских сочинений) «Историкий» Константина Пресвитера.

В хронике Георгия Монаха имеется одно место, заставлявшее многих исследователей постулировать существование некоей «Антиохийской эры» с эпохой, приуроченной к Рождеству Христову и совпадающей с эрой Дионисия (см. предыдущий раздел). Георгий, пространно рассуждая об историософском смысле Боговоплощения, бросает вскользь следующую фразу (довольно корявую синтаксически):

«В 41-м году царствования Августа, в 5500-м году от сотворения мира, начался счёт лет по Антиохии (κατὰ Ἀντιόχειαν), и Ирод из инородцев уже был провозглашён царём Иудеи, когда Господь наш Иисус Христос родился во плоти и Ирод дурно расстался с жизнью, исполнилось [пророчество]: «Не прекратится князь от Иуды, доколе не придёт. Кому предназначено» (Быт.49:10), то есть Христос»¹²¹³.

Хорошо известная по многим источникам антиохийская эра, приуроченная к установлению единовластия Юлия Цезаря, берёт начало с 12 мая 48 г. до н. э. (условное начало 1 г. – осень 49 г. до н. э.)¹²¹⁴. Очевидно, Георгий Монах, имея о ней весьма смутное представление, решил, что она приурочена к центральному событию христианской истории – Божественному Воплощению, – так же, как и сакраментальная дата александрийской эры, 5500 г. мира. Ошибочность мнения Георгия очевидна, но в условиях «хронологического замешательства» IX в. она не бросалась в глаза: ведь мало кто мог тогда с уверенностью сказать, на какие годы от основания мира пришлось правление Цезаря или Августа.

Поскольку употребление этой эры не известно по другим источникам, она не может служить прочной основой для каких бы то ни было хронологических расчётов¹²¹⁵.

* * *

В VII–X вв. в Империи были распространены не менее четырёх типов эр: мартовская александрийская, мартовская «проторомейская», мартовская ромейская и сентябрьская ромейская.

См. таблицу 19. Взаимное отношение основных типов эр, применявшихся в Ромейской империи (на примере 800 г. н. э.).

Сентябрьский ромейский стиль занимает промежуточное положение между «проторомейской» и ромейской мартовскими эрами.

Не трудно заметить, что 3 типа эр – мартовская «проторомейская», мартовская ромейская и сентябрьская ромейская – соответствуют трём основным стилям, применявшимися в русской летописной традиции: «ультрамартовскому», мартовскому и сентябрьскому. При этом не исключено, что русское летосчисление, хотя и носит явные следы влияния ромейских пасхалистических систем, опиралось также на местные календарные традиции¹²¹⁶.

Сосуществование александрийского и ромейского типов эр в сочетании с упадком хронологической традиции привело к тому, что у некоторых авторов, плохо разбиравшихся в принципиальных основаниях мировых эр, две традиции вступали в причудливое взаимодействие. При этом в ряде случаев есть основания предполагать также влияние со стороны западноевропейского летосчисления по эре Дионисия (в целом, совершенно не пользовавшейся популярностью на Востоке). Такие смешанные эры представляют собой искусственные композиты, в которых опорные даты разных традиций (сотворение мира. Рождество, Страсти) соположены рядом, без каких-либо попыток привязать эру к пасхалистической шкале.

* * *

Уже у древнейшего автора, обосновывающего принципы ромейской мартовской эры, встречается синхронистическое совмещение александрийской христианской эры от Воплощения с новым ромейским счётом лет от сотворения мира:

346 г. Диоклетиана, 3 индикта ( = 629 / 30 г. н. э.) соответствует 622 г. от Воплощения (александрийская эра) и 6138 г. от сотворения мира (ромейская эра)¹²¹⁷.

Это правило перехода от александрийской эры к ромейской:

1 г. Воплощения (александрийская эра) = 5517 г. мира (ромейская эра) = 9 г. н. э.

Даты от сотворения мира по ромейской эре отличаются от александрийских на 16 лет. Вероятно, именно в связи с этим Максим Исповедник упрекает тех, кто добавляет 16 лет к мировой эре.

Гипотетическая эра, начинающаяся с 5504 или 5505 г. до н. э., предполагается некоторыми исследователями в ряде славянских памятников. В литературе данная гипотетическая эра получила название «болгарской» (или «византийско-болгарской»)¹²¹⁸.

Недавно обсуждение проблемы «болгарской эры» получило новый импульс в связи с публикацией т. н. Боденской надписи царя Самуила, датированной 14-м годом его правления, 6497 г. от сотворения мира, 5 индикта¹²¹⁹. Поскольку 5-й индикт в эпоху Самуила приходится на 991 / 992 г. н. э., 1-й год данной эры оказывается 5506 г. до н. э. (сентябрьского стиля?).

Следует отметить, что само по себе наличие датировок, подпадающих под данную формулу, ещё не доказывает существования особого типа летосчисления от сотворения мира. В нашем исследовании мы не встретили ни одного случая, который с уверенностью можно было бы отнести к «болгарской эре».

В так называемой хронике Льва Грамматика (представляющей собой одну из многочисленных редакций хроники Симеона Логофета¹²²⁰) при датировке годов правления императоров с VII до начала IX столетий используется особая эра, в которой:

1 г. мира = 5516 или 5515 г. до н. э.;

1 г. н. э. = 5515 или 5516 г. мира.

В результате все даты оказываются сдвинуты на 8 лет относительно классической «эры ромеев» и на 24 года относительно александрийской эры. Например, воцарение Льва III отнесено к 6233 г. вместо, соответственно, 6225 и 6209 г.

По мнению В. Грюмеля, эта странная эра возникла в результате ошибочного пересчёта александрийских дат в ромейские. Хронист принял за год Воплощения по александрийской эре (5500 г. мира) 1-й год александрийского 19-летнего цикла = 1 г. до н. э. (вместо принятого Аннианом 8 г. н. э.). Затем, зная о разнице в 16 лет между александрийской и ромейской пасхалиями, он сместил эту дату на начало ромейского 19-летнего цикла, в 17 г. до н. э. Из-за этого исторические даты сместились ещё на 8 лет, и их отличие от александрийских возросло с 16 до (16+8= ) 24 лет¹²²¹.

Впрочем, из объяснения Грюмеля остаётся неясно, почему Воплощение было привязано к началу пасхального цикла. Ответ на этот вопрос следует искать в западноевропейской традиции. Как известно, именно в «эре Дионисия» за год Воплощения принято начало пасхального цикла александрийского типа. Познакомившись с западноевропейским летосчислением, греки попытались соотнести его как с ромейской пасхалией, так и с эрой «5500 лет от Адама до Христа», что и привело к появлению данной гибридной эры.

Любопытно, что рядом с датами от сотворения мира эта эра приводит счёт лет «от Божественного Воплощения», отличающийся ровно на 5500 лет. Таким образом, автор этой «системы» предстаёт сторонником мистической концепции «5500 лет от Адама до Христа».

Можно отметить близкое сходство данной эры с хронологией, предложенной христианским апологетом II в. Феофилом Антиохийским (см. главу 3.1). Впрочем, это сходство носит, скорее всего, характер случайного совпадения, поскольку о популярности сочинения Феофила в VIII–IX вв. нет никаких данных.

Соперничество ромейской эры и александрийской привело к появлению смешанной эры, в которой ромейская система летосчисления получила «мистический» александрийский параметр – ровно 5500 лет от Адама до Христа.

1 г. мира = с 1 сентября 5509 г. до н. э. или с марта 5508 г. до н. э. (сентябрьский и мартовский стили).

Благовещение 25 марта 5500 г. мира. Рождество 25 декабря 5501 г. мира (= 9 г. до н. э.). Иногда в качестве года Рождества фигурирует 5500 г. мира (что указывает на мартовский стиль).

1 г. от Рождества = 5501 г. от с.м. = 9 / 8 г. до н. э.

1 г. от Страстей и Воскресения = 34 г. от Рождества = 25 / 26 г. н. э.

Полученная хронологическая конструкция находится в непримиримом противоречии как с исторической хронологией (Воскресение в 25 г. н. э., что соответствует 11 / 12 году правления Тиберия, до назначения Пилата в Иудею), так и с традиционной датой Воскресения Христова 25 марта (в 5533 г. от с.м. = 25 г. н. э. еврейская пасха приходится на пятницу 30 марта, Воскресение – на 1 апреля). Если же принять традиционную дату Страстей и Воскресения (31 г. н. э.), возраст Христа оказывается более 38 лет.

«Рождественский» вариант данной эры был распространён на Христианском Востоке по крайней мере с VII в. Он встречается уже в одном из самых ранних памятников, использующих ромейскую эру: колофоне армянской иерусалимской рукописи № 2014, указывающем дату перевода «Церковной истории» Сократа Схоластика¹²²² Указанный здесь 6204 г. «мира преходящего по исчислению Святой Софии» соответствует ромейской эре, а вот дата от Рождества демонстрирует эклектическую фазу в развитии хронологии: год «от Пришествия Христова» (Քրիստոսի գալստեանն) получен вычитанием из года мира традиционного для александрийской традиции числа 5500¹²²³.

Вариант счёта лет от Воскресения Спасителя встречается в сочинении в защиту иконопочитания, известном как «Διάλογος στηλιτευτικός» (что примерно можно перевести как «Столпоутверждающая беседа»). Его автором является палестинский монах Иоанн (один из представителей восточных патриархов на Соборе 787 г.), что позволяет говорить о восточном бытовании данной эры. Здесь приведена следующая хронология распространения иконоборчества: «От страдания и воскресения Господа до настоящего 8-го индикта прошло 745 лет; вопрос же об иконах возникло около 45 лет назад: ибо иконоборцы начали нападать на иконы только с 9-го индикта»¹²²⁴. Указанный счёт приводит в 769 / 770 г. н. э., который точно соответствует 745 г. от Воскресения, если год этого события принимать 33-й год от Рождества, помещённого в 5501 г. ромейской эры. Таким образом, перед нами один из вариантов смешанной «александрийско-ромейской» эры.

Сирийский вариант данного гибридного летосчисления засвидетельствован в апокрифическом трактате «Пещера сокровищ», известном в двух основных редакциях – восточнои западно-сирийской. Составление памятника специалисты относят к VI в., хотя в нём усматриваются и ещё более архаичные черты¹²²⁵. Между тем, в рукописи, на которой основан перевод У. Баджа, Рождество Христово датируется 303 г. Александра (т. е. эры Селевкидов), что соответствует 9 г. до н. э.¹²²⁶ Появление такой даты можно объяснить только контаминацией александрийской и ромейской мировых эр, что стало возможным не ранее VII в. Той же схемы придерживается в своей хронике восточно-сирийский писатель Симеон Шанклавайа (XII в.)¹²²⁷.

«Эру от Воплощения» с эпохой 1 сентября 9 г. н. э. с VIII по XIV в. широко применяли также православные арабы («мелькиты»)¹²²⁸.

Смешанная «ромейско-александрийская» эра представлена во многих греческих компилятивных исторических сочинениях: хрониках Георгия Монаха (Амартола) (IX в.), Феодора Скутариота (XII в.)¹²²⁹, Иоиля (XIII в.)¹²³⁰ в словаре «Суда» (X в.)¹²³¹. Через переводную хронику Георгия Амартола и интерполированные продолжения «Летописца» патриарха Никифора этот тип эры попал в славянские страны, в т. ч. на Русь («Повесть временных лет», Еллинский и Римский летописец¹²³², славянские версии «Летописца вскоре» Никифора, хронологический перечень, предваряющий «Учение о числах» Кирика Новгородца и др.).

* * *

Особенностью эр смешанного типа является их несогласованность с пасхалией и календарём. Поэтому указываемые в использующих их памятниках дни недели, как правило, не соответствуют году. Строго говоря, в данном случае вообще не вполне корректно говорить об эре, то есть о непротиворечивой хронологической системе. Здесь мы имеем дело с некоторым набором компонентов, которые в принципе не подлежат однозначному соотнесению ни с исторической хронологией, ни с нашим летосчислением.

Близким (иногда фактически неотличимым) вариантом рассмотренной выше эры является другая гибридная эра, встречающаяся в греческих и славянских памятниках:

1 г. мира = 5500 г. до н. э.

1 г. от Воплощения = 5501 г. мира = 1 г. н. э.

Таким образом, дата по данной эре ровно на 5500 лет отличается от «нашей эры».

Единичные примеры употребления этой эры мы находим в греческих памятниках IX – начала XII в.

1. Анонимный продолжатель хроники Георгия Монаха (известного также как Георгий Амартол) датирует воцарение императора Василия I (осень 867 г. н. э.) «6367 г. мира, 867 г. божественного Воплощения», а воцарение его сына Льва VI (886 г. н. э.) – «6386 г. мира, 886 г. божественного Воплощения»¹²³³.

2. В «Сказании черноризца Храбра о письменах» создание славянской азбуки св. Константином-Кириллом датируется так: «Во времена Михаила, цесаря греческого, и Бориса, князя болгарского, и Ростислава, князя моравского, и Коцела, князя блатенского, в лето же от создания мира 6363»¹²³⁴. По ромейской эре указанный год соответствует 855 г. н. э., но Коцел стал князем не ранее 861 г.; пересчёт по александрийской эре даст 871 г., когда уже умерли и сам Константин-Кирилл († 869), и Ростислав Моравский. Проще всего интерпретировать число 6363, предположив здесь гибридную дионисиево-александрийскую эру, т. е. 863 г. н. э. Именно в конце этого или начале следующего года Константин и Мефодий и прибыли в Моравию¹²³⁵.

2. В «Диоптре» («Зерцале») Филиппа Затворника (XI в.) 6605 г. мира соотнесён с 1105 г. от Рождества Христова¹²³⁶.

В русских летописях подобного рода случаи известны в достаточно большом количестве¹²³⁷.

Такой же синхронизм (5501 г. мира = 1 г. н. э.), возможно, имел место в древней эре Анатолия Лаодикийского, возникшей уже в III в. н. э. (см. главу Гипотетическая эра Анатолия Лаодикийского). Нельзя ли здесь увидеть некий реликт этой хронологической системы, одной из древнейших в истории христианства? Полностью исключить такое объяснение невозможно, однако вероятность этого крайне мала. Было бы в высшей степени удивительным, если бы после тысячелетнего забвения¹²³⁸ эта эра вдруг возродилась – и при том безо всякой связи с лежащим в её основании 19-летнем циклом Анатолия Лаодикийского. Лишь недоразумением можно объяснить именование этой эры «антиохийской» в ряде современных исследований¹²³⁹. У неё не прослеживается никаких связей с Антиохией, если не считать превратно истолкованный пассаж в хронике Георгия Монаха (см. ниже).

Наиболее убедительным представляется следующее объяснение происхождения этой любопытной эры. Скорее всего, здесь мы имеем дело с ещё одним «гибридным» вариантом александрийской эры 5500 г., на сей раз приспособленным к западноевропейской эре Дионисия Малого («нашей эре»), В пользу этого говорит и хронологический интервал, в котором эта эра наиболее часто встречается в источниках. В конце XI – начале XII в. в связи с началом крестовых походов интенсифицировались контакты Ромейской империи с западноевропейским миром. Что же касается Древней Руси, то её тесные связи с Западом в домонгольскую эпоху общеизвестны. Зная, что западные христиане ведут счёт лет от Воплощения Господа (именно так официально называлась эра Дионисия), православные народы могли применять к этой системе традиционное александрийское представление о Воплощении в 5500-м году мира (на что прямо указано в хронике Георгия Монаха и его анонимного продолжателя) и переводить год по эре Дионисия в эру от сотворения мира путём простого прибавления к нему числа «5500». Впрочем, такая практика для современника событий оказывалась возможной лишь в том случае, если в общем употреблении ещё не существовало никакой устоявшейся эры, предполагавшей последовательный счёт лет по какой-то определённой системе. Есть основания предполагать, что именно такая ситуация сложилась в странах восточно-христианского культурного круга в 1-й половине IX в. Что же касается книжных вычислений, не связанных с бытовым счётом лет, то там простор для подобного рода хронологических операций сохранялся во все эпохи.

Знатоки хронологии не могли не понимать, что такая эра некорректна: ведь годы мира жёстко привязаны к пасхальным циклам, и в этом смысле 1 г. эры Дионисия не соответствует 5501 г. мира ни по александрийской, ни по ромейской эре. Поэтому эта эра не нашла широкого распространения.

В России в начале XIX в. появилась любопытная секта т. н. средников, которые использовали аналогичный тип эры. Заметив противоречие между традиционным счётом «5500 лет от Адама до Христа» и принятой со времён Петра I западной эрой, где за год Рождества Христова принят 5508 г. от с.м., сектанты обвинили власти и официальную Церковь в «добавлении 8 лет нежитых». Для «исправления» этого сдвига они не ограничились уменьшением на 8 порядкового номера годов, но и сдвинули счёт дней недели – как бы вернувшись на 8 лет назад. В результате воскресеньем у них стала среда – откуда и название¹²⁴⁰.

Становление и развитие оригинальных армянских систем летосчисления проходило на фоне сложных церковно-политических отношений Армении и Восточной Римской империи в VI–VIII вв. В результате, как известно, Армянская Церковь окончательно отмежевалась от «греческой», закрепив своё обособленное положение догматически в виде неприятия и осуждения решений Халкидонского Собора. Армения прочно входила в число стран ромейской (византийской) культурной традиции, в том числе и в области пасхалистики и хронологии. Однако обострение политических отношений в VI в. послужило стимулом для появления и развития оригинальных систем, восходивших к древним пасахистическим и хронологическим традициям. Так, на армянской почве укоренилась модифицированная Эасом в VI в. александрийская пасхалия, а системы армянского летосчисления опирались на популярные в армянской среде хроники – Евсевия Кесарийского и Андрея.

Календарный трактат, автором которого считается пасхалист начала XI в. Иованнес Козерн, указывает, что начало армянской эры (552 г.) установлено через 5 / 976 лет после Адама¹²⁴¹. Живший спустя век после Козерна Иованнес Саркаваг Имастасер среди нескольких вариантов счёта лет от Адама до начала армянского летосчисления упоминает 5976 лет «по 532-летним таблицам»¹²⁴². Таким образом, в качестве эпохи мировой эры в этом летосчислении избран 5424 г. до н. э.

1 г. от сотворения мира = 1 г. цикла Анатолия = 5424 г. до н. э.

Этот год, не находящий прямых соответствий в других хронологических традициях, примечателен тем, что попадает на начало 19-летнего цикла Анатолия Лаодикийского. Следовательно, порядок лет этого архаичного лунно-солнечного цикла ещё использовался в пасхальных таблицах, имевших хождение в Армении в XII–XIII вв.

* * *

С рассмотренной эрой органически связан хронологический расчёт, сохранившийся в древнегрузинском переводе «Хроники» Ипполита Римского. Здесь от Адама до пришествия Христа насчитывается 5498 лет¹²⁴³. Допустив, что составитель этой хронологии опирался на систему Ипполита-Евсевия (Рождество во 2 г. до н. э.), получим, что эпохой данного варианта мировой эры служит 5500 г. до н. э. – что ровно на 76 лет (4 полных 19-летних цикла) отличается от эпохи вышеупомянутых армянских пасхальных таблиц.

1 г. от сотворения мира = 1 г. цикла Анатолия = 5500 г. до н. э.

Пришествие – 5498 г. от Адама = 3 г. до н. э.

Таким образом, и эта эра основывается на 19-летнем цикле Анатолия Лаодикийского¹²⁴⁴, но при этом оказывается максимально близка к традиционным александрийской и ромейской схемам.

* * *

Наконец, самым кратким вариантом летосчисления, опирающегося на начало того же самого лунно-солнечного цикла Анатолия, является мировая эра, которой придерживался знаменитый армянский учёный VII в. Анания Ширакаци¹²⁴⁵:

1 г. от сотворения мира = 1 г. цикла Анатолия = 4645 г. до н. э.

За недостатком данных реконструкция данных хронологических систем остается проблематичной, а их место в эволюции пасхальных циклов – загадочным.

В Грузии с VIII по XIV в. была в употреблении эра от сотворения мира, восходящая к архаичной хронологической системой Андрея, восходящей к IV в. (см. главу 5.2).

Одно из ранних её употреблений встречается в «Мученичестве Або Тбилели», написанное Иоанном Сабанис-дзе (сыном Сабана) в конце VIII в. Здесь приводится подробная дата мученической кончины святого:

«В царствование Господа нашего Иисуса Христа, в год после Страданий и Воскресения Его 846-й, когда в великом городе Константинополе над христианами владычествовал Константин, сын Льва, над сарацинами же – Мосе амирамумни, сын Махди, а в Картли – при католикосе Самуиле и при эрисмтаваре Стефанозе, сыне Гургена, в 6389 году от сотворения мира, месяца января шестого, в пятницу, в день Богоявления совершилось в Тифлисе мучение святого блаженного Або»¹²⁴⁶

Указанное правление в халифате Аббасидов Мусы аль-Хади, сына халифа аль-Махди, задаёт узкие хронологические рамки: он правил с августа 785 по сентябрь 786 г. н. э. Именно в 786 г. 6 января пришлось на пятницу. Таким образом, год от сотворения мира – 6389-й ( = 785 / 786 г. н. э.) – соответствует эре с эпохой в 5604 г. до н. э.

Сотворение мира – весна 5604 г. до н. э.

С начала XIV в. данный тип летосчисления от сотворения мира начал в Грузии вытесняется традиционной ромейской (византийской) эрой.

Об упомянутой в этом же памятнике эре «после Страданий и Воскресения Христова» см. ниже, главу 9.5.

В армянских и грузинских памятниках сохранилась эра, восходящая, по всей видимости, к хронологической системе Андрея (см. главу 5.2). Её началом (эпохой) служит 248 г. н. э., год 1000-летия со времени основания Рима, которое было пышно отпраздновано императором Филиппом Арабом (244–248). Именно с этого года берёт начало 12-й большой 532-летний пасхальный цикл (249–780 гг. н. э.), начиная от сотворения мира по эре Андрея (с 5604 г. до н. э.), который упоминается в «Пасхальной хронике»¹²⁴⁷.

В армянских памятниках эта система носит название «счётом ромеев (римлян)» или «греков». Так, 219-й год «ромеев» (Հորոմոց) в строительной надписи царицы Катраниде в кафедральном соборе Ани, соседствующий с 450 г. армян ( = 1001 / 1012 г. н. э.) и 402 г. хиджры ( = 1011 / 1012 г. н. э.), вероятно, соответствует 999 г. н. э.¹²⁴⁸ Историк начала XI в. Степанос Таронаци по прозвищу Асохик (Асолик) датирует начало армянской эры (552 г. н. э.) как «304-й год греков (Յունաց թուականն) в 7-й [5-й?]¹²⁴⁹ год цезаря Филиппа»¹²⁵⁰. Окончание своего труда Асохик отмечает как «756 г. от цезаря Филиппа по греческому летосчислению», что, согласно присутствующим тут же синхронизмам, соответствует 1004 г. н. э.¹²⁵¹ Иованнес Имастасер также насчитывает 304 года от «эры ромеев» до начала армянского летосчисления, а Акоп Кримеци указывает, что 2-е тысячелетие Рима началось в 249-й год от Христа¹²⁵².

Вариантом этой эры является традиционное грузинское летосчисление VIII–XV вв., известное под названием «кроникон» (или «короникон», от греческого τῶν χρονικῶν – т. е. летосчисление, принятое в хрониках). В грузинской хронике, обнаруженной Феодором Жордания в рукописи из церкви Св. Николая, в качестве начала «греческой хроники» указан «111 короникон» (359 г. н. э.), а в т. н. Хронике абхазских царей (хронологических заметках в грузинском требнике XV в. из коллекции Ф. Жордания) – «113 короникон» (361 г.)¹²⁵³. Эти даты примерно соответствуют времени создания календарного трактата Андрея, к хронологической системе которого, очевидно, восходит данный тип летосчисления. В отличие от сквозного счёта эры «от императора Филиппа» грузинская система «кроникон» ведёт раздельный счёт по 532-летним циклам. Подавляющее большинство дат относится к 13-му пасхальному циклу (781–1312 гг. н. э.)¹²⁵⁴. Данный вариант летосчисления армянский пасхалист XII в. Иованнес Имастасер именует «младшей ромейской эрой»¹²⁵⁵.

1 г. 12-го 532-летнего цикла = 1001 г. Рима = 249 г. н. э.

1 г. 13-го 532-летнего цикла = 781 г. н. э.

Любопытный пример контаминации системы «кроникон» с ромейской эрой встречается в датировке кончины Вахтанга Горгасала в упомянутой выше Хронике абхазских царей. Приведённая там дата «короникона 155» соответствует 155 г. 12-го цикла от сотворения мира ( = 499 г. н. э.) при начале отсчёта с 5508 г., по обычной ромейской эре.

Эра от Рождества Христова в Армении засвидетельствована несколькими памятниками VII в. В надписи из Егварда (Елварда) указан, в нескольких криптографических вариантах, 660-й год «от Рождества во плоти животворящего Спасителя нашего и достославного Господа, Сына Божия, подателя благодатей»¹²⁵⁶. Отсутствие дополнительных указаний не позволяет точно определить, какому году нашего летосчисления соответствует указанный год. Можно лишь с достаточной уверенностью утверждать, что, вопреки расхожему убеждению, к принятому в наше время варианту эры Рождества, введённому в начале VI в. римским монахом Дионисием Малым, армянская эра Рождества едва ли имеет отношение. Латинские труды Дионисия были долгое время неизвестны за пределами Западной Европы, да и там его система далеко не сразу нашла всеобщее признание. Скорее всего, основным источником эры Рождества для армян, как и для сирийцев, служила знаменитая хроника Евсевия, весьма популярная в VII в. на Христианском Востоке¹²⁵⁷. Евсевий, как и подавляющее большинство древних авторов, относил Рождество Иисуса Христа к зиме 3 / 2 г. до н. э. и начинал отсчёт лет после этого события: 2 г. до н. э. = 1 год Христа (annus Domini в последующей латинской традиции). Таким образом, принятая у армян система счёта лет от Рождества Христова (1 г. = 2 г. до н. э.) на 2 года отставала от ромейского варианта «эры Воплощения» и на 2 года опережала западноевропейскую эру Дионисия («счёт франков»), которой мы теперь пользуемся. Эти отличия время от времени проявляются в армянских памятниках как 2-летняя ошибка пересчёта с одной системы летосчисления на другую¹²⁵⁸.

Итак, есть веские основания относить Елвардскую надпись к 660 г. от Рождества по системе Евсевия, т. е. к 658 г. н. э. Сложная криптографическая форма записи даты в этой надписи предполагает определённый вкус к арифметическим вычислениям. Самым известным армянским математиком был в то время Анания Ширакаци, которого иногда и считают автором этого текста. В рукописи Матенадарана № 4066, л. 10 об., до нас дошла подлинная памятная запись самого Анании, где он сообщает, что вернулся в Армению в 661-м году «после Рождества от чрева Девы Бога-Слова, одиннадцатое обращение, 19 год Констандианоса»¹²⁵⁹. 19-й год правления императора Константина, внука Ираклия (в современной литературе он известен как Констант II) приходится на 659 / 660 г. н. э. Число в надписи подвергалось исправлению: в разряде единиц была сначала написана восьмёрка (Ը), но затем переписчик её зачеркнул, оставив «1». Что касается термина «обращение» (арм. շիջագաութիւն – оборот, цикл, круг), то его порядковый номер (11-й) не подходит под год 15-летнего цикла индиктов (3-й), но, по всей вероятности, указывает какой-то пасхалистический цикл. Скорее всего, это год 19-летнего лунного («малого») цикла, 11-й год которого по ромейской пасхалии (которую Анания должен был хорошо узнать во время своей учёбы в Восточной Римской империи) длился с весны 659 до весны 660 г. н. э. Что же касается числа лет от Рождества, до оно соответствует популярной и авторитетной среди армян хронике Евсевия Кесарийского, где за 1-й год Христа принят 2 г. до н. э.; т. о., 661 г. от Рождества соответствует 659 г. н. э. Тем самым, указанная дата по всем трём системам счёта соответствует 659 / 660 г. н. э.

Эра от Рождества / Воплощения: 1 г. = 2 г. до н. э.

Армянские писатели почти не пользовались «эрой Рождества». Исключение составляют историки Степанос Таронаци Асохик (Асолик) и Киракос Гандзакеци. Асохик в своей «Всемирной истории» датирует восстановление Армянского царства 888 г. от Христа и 336 г. армянской эры ( = 887 / 888 г. н. э.)¹²⁶⁰. На первый взгляд, принятая здесь эпоха эры Христа отличается от принятой у Евсевия и соответствует 1 г. до н. э.¹²⁶¹ Однако отличие это мнимое. Степанос, как и все армянские хронисты и пасхалисты, различает «подвижный» год армянской эры (по 365 дней) и юлианский год пасхалий и всемирных хроник. Годы христианской эры имеют пасхальный весенний стиль, в то время как начало армянского года постепенно перемещается. К эпохе Асохика, окончившего свою хронику в 1004 г. н. э., армянский год начинался 20 марта – в конце соответствующего «года Христа». Этим и объясняется, почему Асохик считает, что армянское летосчисление начинается в 553 г. от Христа¹²⁶². Более сведущий в хронологии Самвел Анеци помещает на этот год окончание пасхального цикла Андрея – 551 / 552 г. н. э., а начало армянской эры относит уже к 554 г. от Христа¹²⁶³. Киракос Гандзакеци датирует «явление Мухаммада» 618 г. христианской и 67 г. армянской ( = 618 / 619 г. н. э.) эры, а строительство церкви Св. Григория – 447 г. армянской ( = 998 / 999 г. н. э.) и 1000 г. христианской эры. В колофонах армянских рукописей и эпиграфике датировки от Рождества также встречаются крайне редко¹²⁶⁴.

* * *

Вариант этой же эры, по которому годы отсчитываются не от Рождества, а от Страстной Пасхи, употребляется в датировке окончания «Всемирной истории» Асохика: «1004 года от распятия и животворящих страстей Господа нашего»¹²⁶⁵. Отсчёт ведётся не с года Страстей Христовых (32 г. н. э., по Евсевию), а со следующего года. Разность между эрами Рождества и Страстей составляет 34 года.

Эра от Страстей Христовых: 1 г. = 33 г. н. э.

Имеющаяся в «Мученичестве Або Тбилели» (см. гл. 9.2) датировка «после Страданий и Воскресения Иисуса Христа» являет собой примечательный образец хронологического синкретизма, характерного для VII–IX вв. Приведённый год (846-й, который необходимо исправить на 856) получен из года от сотворения мира (6389-го) по традиционной александрийской системе, согласно которой Страсти и Воскресение произошли в 5533 / 5534 г. от Адама: 6389–5533=856. При этом оставляется без внимания, что само число «6389» основано на совершенно других хронологических основаниях.

Эта же гибридная система встречается и в других грузинских памятниках: в датировке Адишского евангелия (6501 г. от сотворения мира, 117 г. по эре «хроникони», 1001 г. «от Рождества Господа нашего Иисуса Христа») и Мцхетской Псалтири (974 г. от Воскресения), в дате смерти св. Нины в «Обращении Грузии» («Мокцевай Картлисай») («338 г. от Воскресения (читай: Рождества) Христа, от сотворения же в 5838 году»)¹²⁶⁶.

Проводя такую нехитрую вычислительную операцию, автор не понимал, что грузинская эра построена на совершенно иных хронологических основаниях, и нисколько не озадачивался тем, что получившийся в итоге год Воскресения Христова – в пересчёте с грузинской эры 71 г. до н. э. – вопиющим образом противоречит исторической хронологии.

Итак, по данному типу гибридных эр, который можно назвать грузино-александрийским:

1 г. от Рождества – 5501 г. от с.м. = 104 г. до н. э.

1 г. от Воскресения по эре грузино-александрийского типа – 5534 г. от с.м. = 71 г. до н. э.

Уже в «Хронографии» Иоанна Малалы и «Пасхальной хронике» – памятниках, тесно связанных с антиохийской традицией – встречаются события, датированные по эре «от Вознесения Спасителя». В частности, Малала датирует 10-м годом от Вознесения начало правления Клавдия (41 г. н. э.)¹²⁶⁷, что даёт в качестве года Вознесения 31 г. Такая же эпоха прослеживается и в «Пасхальной хронике», где по эре от Вознесения датировано около дюжины событий (главным образом, мученичества и Вселенские Соборы)¹²⁶⁸. Впрочем, указываемые при этом параллельные датировки по другим системам (годам императоров, консулам, индиктам) часто противоречивы, что не даёт возможности однозначно определить эпоху эры. Так, Гельцер, опираясь на даты Соборов, определил в качестве основного синхронизма соответствие 1 г. от Вознесения 31 г. н. э.¹²⁶⁹ Между тем, известно, что неизвестный нам автор этой хроники датировал этим годом (5540 г. мира по эре «Пасхальной хроники») сами события Воскресения и Вознесения Христа. Следовательно, 1 г. от Вознесения должен соответствовать 31 / 32 г. н. э., с границей в зависимости от принятого начала года.

В колофонах восточно-сирийских рукописей XVI–XVIII вв. достаточно широко представлена «эра от Вознесения», опирающаяся на эпоху 1 октября 31 г. н. э.¹²⁷⁰ По мнению впервые указавшего на данную группу памятников Ж.-М. Восте, в их основе лежит дата Вознесения – 342 г. эры Селевкидов, которую зафиксировал в своём трактате по каноническому праву известный восточно-сирийский учёный, митрополит Нисибинский Авдишо бар Бриха († 1318)¹²⁷¹. Следует отметить, что Авдишо далеко не первым датировал Вознесение 342 г. «эры греков» (31 г. н. э.). Именно эта дата принята в качестве даты Страстей и Воскресения в «Пасхальной хронике» и в последующей греческой традиции. На сирийской почве её придерживались, в частности, Илия Нисибинский¹²⁷² и Григорий Бар-Эбрей¹²⁷³ (со ссылкой на хрониста Андроника). И хотя именно Авдишо Нисибинский говорит об этой дате именно в связи с Вознесением, не исключено, что восточно-сирийская «эра от Вознесения» имеет гораздо более древние корни.

Вознесение – 5540 г. мира = 342 г. эры Селевкидов = 31 г. н. э.

1 г. от Вознесения = 31 / 32 г. н. э.

По истечении пасхалии Андрея (552 г.) в Армении и других странах возникли трудности с определением даты Пасхи. Церковно-политические разногласия с Константинополем и Римом, пользовавшихся в то время александрийской пасхалией, мешали распространению последней среди восточных христиан. В результате около 562 г. н. э. была разработана пасхалия Эаса Александрийского¹²⁷⁴, которая (с некоторыми изменениями) и была принята в Армянской Церкви. Примерно в то же время была введена основанная на новой пасхалии система летосчисления, получившая впоследствии название «старшей», или «большой» армянской эры.

Сообщения армянских историков о введении пасхалии Эаса и армянской эры противоречивы. Так, Асохик увязывает начало нового летосчисления армян с Двинским Собором в 4-м году правления католикоса Нерсеса II Багревандского (551 / 552 г. н. э.). Иованнес Драсханакертци, Ухтанэс и Вардан Великий относят введение эры к 10-му году католикоса Моисея II Елвардского (Мовсес Егвардеци, 574–604; по хронологии Самвела Анеци, правил в 549 / 550–579 / 580 гг. н. э.) и 31-му году Хосрова I Ануширвана (562 / 563 г. н. э.). По мнению П. Мурадяна, эра создавалась в начале 80-х годов VI в. при участии сподвижника католикоса Моисея, Афанасия Таронского из монастыря Сурб-Карапет, которого Иоанн Мамиконян называет авторитетным календаристом¹²⁷⁵.

За её начало было принято 1-е навасарда 1-го года пасхальной таблицы Эаса = 11 июля 552 г. н.э.¹²⁷⁶

Эпоха эры – 1 навасарда 1 г. = 11 июля 552 г. н. э.

Древнеармянский календарь, так же как и древнеиранский, использует 365-дневный год из 12 месяцев по 30 дней и 5 дополнительных дней (по аналогии с подвижным египетским календарём). В связи с этим начало года, 1 навасарда, каждые 4 года переходит на предыдущий день юлианского календаря: в 556 г. – 10 июля, в 560 г. – 9 июля и т. д.

Как показал П. Мурадян, неосновательно мнение о том, что армянская эра была введена в употребление около 800 г., поскольку древнейшие даты по ней встречаются уже в 1-й половине VII в.¹²⁷⁷ В IX–XI вв. данная эра преобладает в армянских памятниках¹²⁷⁸. Использование традиционного летосчисления и подвижного календаря продолжалось в Армении вплоть до нового времени.

Древне-армянский подвижный год приводит к смещению всех дат по временам года. Система интеркаляций, время от времени применявшихся в Иране для возвращения нового года к весеннему равноденствию, не получила распространения в Армении. В конце VI в. армянский новый год попал на июнь, в VIII в. перешёл в май и т. д. Пасхальные циклы, приспособленные к юлианскому году, не являлись цикличными в армянском календаре, что значительно затрудняло расчёты. Более того, перемещение границы года на пасхальные месяцы нередко приводило к тому, что Пасха праздновалась дважды в один и тот же армянский год¹²⁷⁹.

В середине VII в. Анания Ширакаци при поддержке католикоса Анастаса разработал реформу календаря, который имел бы устойчивую привязку к юлианскому году. Однако из-за кончины католикоса новый календарь не нашёл признания¹²⁸⁰. Только в 1084 г. (533 г. армянской эры) Армянская Церковь официально приняла фиксированный календарь, который разработал диакон Иоанн Философ (Иованнес Саркаваг Имастасер, 1129)¹²⁸¹. Вместе с его введением был установлен новый вариант армянского летосчисления, причём начало года 1 навасарда было перенесено с текущей даты подвижного календаря (28 февраля) на «идеальную», ретроспективно вычисленную для начала V в., которая соответствует 11 августа юлианского года:

1 навасарда 1 г. = 14 араца 533 г. армянской эры = 11 августа 1084 г. н. э.

Эта эра получила название «малой», или «младшей», тогда как более древняя армянская эра стала называться «большой», или «старшей».

В некоторых армянских памятниках употребляется эра «от обращения армян в христианство», или «от Просвещения», под которым понимается крещение Армении при Григории Просветителе. Историк Степанос Таронеци по прозвищу Асохик (Асолик), писавший в начале XI в., соотносит 1 г. армянской эры с 252 г. от Григория Просветителя. Католикос Петр Гетадардз датирует свой перевод гомилий Иоанна Златоуста 13-м индиктом ромеев, 495 г. армянской эры, 744 г. «от Просвещения нашего», 1045 г. от Рождества. Год индикта соответствует 1045 / 1046 г. н. э., год армянской эры – 1046 / 1047 г.; год от Рождества – 1043 г. н. э. Налицо непоследовательность, для объяснения которой предложены разные схемы¹²⁸². Предположив, что год эры Просвещения у Петра согласуется с годом от Рождества по армянскому счёту, получим эпоху, соответствующую указаниям Асохика.

Эра от Просвещения: 1 г. = 301 г. н. э.