Памятная книжка для поклонников новгородской святыни

По воле содействующего промысла Божия и поставленной им благопопечительной власти, не без моего, впрочем, желания, мне нижайшему, после двадцатилетнего служения при сельской церкви, среди простого православного народа, в минувшем 1872 году суждено быть в числе священнослужителей Новгородского Софийского Кафедрального собора, знаменитого между прочим обилием святыни христианской, к которой с благоговением притекает православный народ.

Желая, с одной стороны, воздать хвалу, честь и благодарение дивному во святых Господу Богу и Святым Его, сподобившим меня быть участником служения в таком обильнейшем кивоте нетленных мощей угодников Божиих и чудотворных икон, каков Софийский собор, а с другой стороны, – поделиться духовною пищею с теми православными простолюдинами, которым посвящены были мною лучшие годы моей жизни, я решился на составление и издание памятной книжки о святыне сего собора под названным выше заглавием.

Между поклонниками святыни Новгородской, как я успел в короткое время заметить, встречается много таких, которые имеют весьма мало сведений о сей святыне, – не знают часто даже имён почивающих в соборе святых угодников Божиих и названий находящихся в нем чудотворных икон, к которым приходят для молитвенного поклонения и прикосновения. В некоторых же уездах, – каковы, например: Боровичский, где я родился, провел детство и отчасти юность, и Валдайский, где пробыл священником 20 лет, судя потому, что оттуда не бывает притекающих к святыне Новгородской, можно думать, – и вовсе не ведают о той святыне; так как тамошний богомольный народ во множестве посещает другие святые места, едва ли не дальнейшие Новгородских, какова, например, Ниловская пустынь Осташковского уезда Тверской Епархии. Причина такого совершенного неведения о святыне Новгородской одних и весьма малого ознакомления с нею других заключается более всего, думается, в том, что те и другие простолюдины, несмотря на повсюдное распространение между ними грамотности, не могут иметь под руками такой книжки, из которой могли бы вычитать сведения о той или другой святыне Новгородской. Существующие доселе по этому предмету книги, каковы, например: археологическое описание, церковных древностей в Новгороде и его окрестностях, сочинения Арх. Макария, или святыни и древности Новгородские – Графа Н. Толстого и другие издания, не смотря на свои прекрасные достоинства, не могут служить на пользу простого народа; потому что, с одной стороны, как обширные, очень дороги, а с другой, как занимающиеся преимущественно описанием древностей, неудобны для понимания. И вот, для того, чтобы простому народу доставить возможность ознакомиться с Новгородскою святынею и чрез то послужить к привлечению новых к ней поклонников и расположить как их, так и прежних богомольцев к воздаванию более разумного чествования святыне, – я решился, при помощи упомянутых и других существующих в печати по этому предмету изданий, составить такую книжку, которая была бы доступна сему народу и по карману, и по уму, изложив в ней только те сведения, которые особенно дороги и близки сердцу сего народа, сведения, касающиеся почти одних только мощей Св. угодников Божиих и чудотворных икон, опустив из виду другие замечательные предметы древности, которые могут быть интересны только для любителей их и притом людей ученых и образованных.

Первоначально я предположил иметь предметом или задачею своей книжки святыню только Софийского собора и состоящих при нем церквей и часовен, составляющих с собором один – нераздельный и важнейший пункт святых мест Новгородских, а потом вздумал присоединить сказание и о том, какие и в каких еще, кроме упомянутых, соборах, церквах, часовнях и монастырях имеются чудотворные иконы и мощи Св. угодников Божиих. Это последнее сказание присовокупил я, между прочим, для того, чтобы, с одной стороны, нагляднее показать, что избранный нами в начале пункт святыни есть действительно важнейший из всех пунктов Св. мест Новгородских, а с другой стороны, чтобы желающим посетить и другие, кроме Софийского собора и состоящих при нем церквей и часовен, святые места в Новгороде и его окрестностях, доставить возможность к удобнейшему отысканию их без излишних вопросов о них, сопровождающихся весьма часто неудовлетворительными и неверными ответами. Все эти благие предположения мои могут осуществляться, конечно, только при распространении сей книжки между православным простым народом, чего я и желаю от всей души.

Новгородского Софийского собора Священник

Гавриил Краснянский

С присоединением краткого сказания о том, какие и в каких еще, кроме упомянутых, соборах, церквах, часовнях и монастырях городских и пригородных имеются чудотворные иконы и мощи св. угодников божиих

Софийский собор, находящийся в самом центре или средине Новгорода, в крепости или кремле оного, при реке Волхове, основан в 1045 году Святым Благоверным Князем Владимиром Ярославичем, внуком Равноапостольного Владимира, построен и украшен в течение 7-ми лет по образцу Византийского храма Юстинианова цареградскими художниками и, за сим, освящен в 1052 году Сентября 14 дня вторым Новгородским Епископом, Блаженным Лукою Жидятою. Не смотря на то, что, в продолжение 8-ми слишком веков, Софийский собор подвергался многократным разорениям и пожарам и, вследствие сего, переменам и возобновлениям, производимым по усердию Святителей и граждан Новгородских, он до сих пор еще служит лучшим памятником величия древнего Новгорода.

В собор ведут трои врата, а именно: 1) западные или Корсунские, где западное отделение, называемое Корсунскою папертию; 2) южные, где южное отделение, иначе Мартириевская или златая паперть·, 3) северные врата, где северное отделение, называемое в летописях теремцем или темницею. Внутренность сего собора так обширна, что в ней, при десяти массивных, четырехгранных столбах, на которых утверждены верхние своды с куполом, вмещается 7-мь приделов, которые, начиная от южных врат, служащих для всех обычным входом, следуют в таком порядке: первый от сих врат придел Рождества Пресвятой Богородицы, отделенный от южной или Мартириевской паперти капитальною каменною стеною, в которую вставлены Шведские или Сигтунские врата, относящиеся к концу 12 века; вторый придел во имя Богоотец Иоакима и Анны, находящийся между упомянутым выше приделом и диаконином главного алтаря; третий и главный придел, посвященный премудрости Божией – Софии, которой главное празднество совершается в день Успения Богородицы, послужившей воплощению Сына Божия, который есть Божия премудрость. Алтарь сего придела разделен на три части, из коих в средней находится престол; в южной части диаконин; в северной жертвенник. Четвертый придел Св. Иоанна Богослова – в восточной части северного отделения собора. Пятый придел в память усекновения главы Иоанна Предтечи – в западной части того же отделения. Шестый придел в честь Св. мучеников: Гурия, Самона и Авивы, пристроенный к юго-западному углу собора в 1140 году. Седьмый придел в честь Св. Благоверного Князя Владимира – в южной стороне собора, на месте прежде бывшей ризницы, устроенный в позднейшее время, в 1862 году.

Древности и обширности или обилию пространства собора, (коего в нем между стен от горнего места главного алтаря до западных врат собора 15 ½ саж., а от южных до северных врат 17 саж., в высоту же от помоста до свода 18 саж., а с средним трибуном 23¹/₂ саж.), вполне соответствует древность и обилие святыни, которою исполнена, можно сказать, каждая часть оного, и под которую разумеются нетленные мощи Св. угодников Божиих и чудотворные иконы. По обилию этой святыни христианской, Софийский собор есть, но только первый и главный между Новгородскими, но весьма редкий и замечательный, можно сказать, и вообще между православно-христианскими храмами Божиими. В сем соборе почивают открыто шесть (6-ть) и под спудом девать (9-ть) святых угодников Божиих и имеются четыре чудотворные иконы. Эта-то обильная и многоценная святыня собора и будет главным предметом сей памятной книжки.

В описании или сказании о святых угодниках Божиих мы будем следовать тому порядку, в котором нетленные мощи их расположены в вышеупомянутых приделах собора, начиная от южных врат, коими входят в собор все посетители оного, дабы они, при помощи книжки, могли подходить к мощам с предварительными о них сведениями и – чрез то располагаться к большему благоговению пред ними, а равно и после – живые представлять в памяти, как мощи святых угодников, так и подвиги их, которым следует подражать всякому христианину,

В сказании о святых чудотворных иконах мы будем, по возможности, сообщать более сведений о тех из них, которые особенно интересуют простой народ.

Первая, по входе южными вратами в Софийский собор, – святыня – это мощи Святого Благоверного Князя Мстислава, открыто почивающие в 1-м приделе Рождества Пресвятой Богородицы подле окна и как бы пребывающие на страже Св. храма Софии – Премудрости Божией.

Святый Благоверный Князь Мстислав был сын великого Князя Киевского Ростислава Михаила Изяславовича из дома князей Смоленских. В истории сей Князь известен под именем храброго, как мужественный участник в битвах и защитник прав княжеских во время их междоусобий на юге России за овладание престолом Киевским. Он, но словам летописца, от юности не боялся никого, кроме Бога. Особенную же храбрость и мужество Князь Мстислав явил в борьбе своей с великим Князем Андреем Боголюбским, от которого в то время зависела участь всех, можно сказать, князей Русских, как возводимых им на престол и низводимых с оного. Повод к этой борьбе был следующий: Андрей Боголюбский узнав, что возведенный им на Киевский престол, брат его Глеб умер не своею смертию, послал к преемнику его Роману, брату Мстислава, с требованием, чтобы выданы были виновники смерти Глеба. Роман не послушался. Андрей Боголюбский велел ему выехать из Киева. Кроткий Роман повиновался; но за него вступились братья его: Рюрик, Давид и Мстислав – Смоленские. Особенно же близко к сердцу принял несправедливость великого Князя храбрый Мстислав, который, вследствие сего, овладев Киевом, отдал его второму брату своему Рюрику. Когда же Князь Боголюбский чрез посла своего объявил и Рюрику о том, чтобы он шел в свою отчиму, а Мстиславу приказал отдельно сказать: «ты всему зичинщик, не велю тебе быть в земле Русской», тогда Мстислав, в ответ на это велел, в присутствии своем, остричь послу Князя Боголюбского голову и бороду и отправил его назад с такими словами: «ны до сих пор почитали тебя, как отца, по любви, но если ты прислал к нам с такими речами, не как князьям, а как к подручникам и простым людям: то делай, что замыслил, Бог нас разсудит». Андрей опал в лице, когда получил такой ответ и немедленно стал собирать войско. И вскоре до пятидесяти тысяч воинов подступило к Киеву. Два брата Рюрик и Давид Ростиславичи – оставили Киев, не в силах будучи держаться против такого полчища; но храбрый Мстислав, третий их брат, засел с малою дружиною в небольшой крепости Вышгород и решился выдерживать осаду оной до тех пор, пока будет для него какая-нибудь возможность. Тогда более двадцати союзных князей обложили Выщгород, которого ничтожные стены, казалось, можно было разобрать руками. Даже князь Роман, выгнанный, как уже было сказано, из Киева должен был присоединиться к ополчению, отправленному против брата его Мстислава. Боголюбский приказал поймать Мстислава и привести к себе живого. Но случилось так, что храбрый Мстислав, выдержавший девятинедельную осаду в Вышгороде, не только не попал в руки неприятелей, как хотелось Боголюбскому; но даже сделался их победителем. В одну ночь многочисленное неприятельское ополчение, вдруг неизвестно от чего, обратилось в бегство, как бы гонимое сверхестественною силою. Тогда Мстислав, при свете утренней зари, увидев ужасное расстройство и беспорядок в неприятельском ополчении, из коего воины бросались даже в реку толпами, – сперва поднял руки к небу и восхвалил Св. заступников Вышгорода Бориса и Глеба, а потом сел на коня и с своею малою дружиною поехал в погоню за беглецами, коих и победил совершенно и овладел их станом с богатою добычею. Но оставшись победителем, храбрый Мстислав не искал более Киева и отдал князю Волынскому Ярославу. «Ты старший в роде Мономаховом, – сказал он, – иди на княжение в Киев; » а сам возвратился с братьями в свои уделы. Таковый подвиг Мстислава навсегда запечатлел его именем храброго. Не хотел уже более Мстислав ни князей мирить, ни сам княжить, но когда граждане Смоленские, возмутившись против юного сына Романа, которому сей последний, идучи в Киев на княжение, отдал Смоленскую отчину, предложили Мстиславу быть их князем; то он принял город Смоленск, но для того, чтобы отдать его брату своему Роману, как это и сделал с такими словами: «береги его, я взял его для того, чтобы сохранить». Не мог не согласиться Мстислав и на княжение в Новгороде, когда на отказ его от сего княжения, выраженный в следующих словах: «не пойду от братьев моих и от своей отчины». – Новгородцы возразили или ответили так: «а великий Новгород разве не твоя отчина?» И вот, когда Мстислав явился в Новгород: то чиновники, бояре и духовенство с крестами и иконами вышли к нему на встречу и с восторгом внимали его присяге в храме Софийском: – «блюсти великий Новгород». – Скоро загремел голос Мстислава на вече и в Новгороде все начало принимать другой вид и порядок после неустройств между народом и князьями, назначаемыми от Боголюбского. Хотя Мстислав княжил в Новгороде только один год; но и в такой краткий, период времени он отразил многих князей, нападавших на Псков и другие границы Новгородские. Хотел, было, Мстислав идти походом на Полоцк против князя Всеслава, которого дед похитил некогда церковные сосуды Св. Софии, с тем, чтобы возвратить сию святыню; но внезапная болезнь, кончившаяся смертию, не позволила ему исполнить этого благочестивого желания своего.

Пред кончиною своею Благоверный князь Мстислав сподобился выслушать литургию и причаститься Св. тайн Христовых в Софийском соборе, куда он велел перенести себя, по предчувствию близости сей кончины. Засим христианским напутствием себя самого в страну загробную, князь не забыл и о семье своей. Он призвал к себе безутешную супругу и трех юных сыновей, посмотрел на них и, прослезясь, сказал: «препоручаю их добрым братьям моим Рюрику и Давиду, особенно берегите младенца моего Владимира и, обратившись к бывшему тогда посаднику, присовокупил: «тебе, Борис Захарович, отдаю его на поруки». Окончив это последнее завещание свое, князь сложил могучии руки свои на широкой груди и, закрыв глаза свои, почил на веки 14 Июня 1180 года. Когда погребали доблестного князя в Софийском соборе в прежней гробнице основателя сего собора князя Владимира, то весь великий Новгород громко рыдал по нем, приговаривая: «зачем не умерли и мы с тобою, князь славный, сотворивший толикую свободу великому Новгороду? Теперь уже не идти воевать нам земель поганых твоим копьем, а сколько раз молвил ты о том, как идти нам на неверных; увы, нам; ибо зашло наше солнце». И не только Новгородцы, но и вся, можно сказать, земля Русская плакала по нем, даже иноплеменники, по словам летописца, не могли забыть его приголубления. Так все любили и почитали князя Мстислава! Очевидно, что причиною такой преданности народной к князю была не одна его храбрость и другие воинские доблести, но паче всего то, что он, как говорит летописец, «украшен был всею добродетелию и благонравен, ко всем имел любовь, прилежал милостыне, снабдевал монастыри, всегда стремился умереть за Русскую земно; когда же видел христиан плененных погаными, говорил дружине своей так: братие, ничего не помышляйте в уме своем; если ныне умрем за христиан, то очистимся от грехов, и Бог вменит кровь нашу в мученичество; а если не умрем теперь, то не всячески ли должны умереть? Был он любезен своей дружине; так как не собирал ни злата, ни сребра себе, но все ей отдавал, или раздавал церквям и убогим». Этим именно глубоким благочестием и делами милосердия, не уступавшими подвигам доблести воинской, князь Мстислав главным образом и заслужил любовь не только от человеков, но и от Бога, почему и наслаждается душа его вечным блаженством на небе, вместе с Богом, бесплотными духами или ангелами и душами святых, а тело пребывает нетленным на земле; – церковь же, усвоив ему другое, более высокое, чем храбрый, наименование Святого, прославляет его благоговейным чествованием мощей его, молитвами и песнопениями.

Вторая по порядку от южных врат святыня – мощи Св. Никиты, Епископа Новгородского, открыто почивающие в богатой серебрянкой раке, устроенной в 1846 г. Рака эта стоит против гробницы Св. Благоверного князя Мстислава, в нескольких шагах от нее, в арке стены, отделяющей придел Рождества Богородицы от предела Св. Богоотцев Иоакима и Анны.

От каких по имени, отечеству и фамилии родителей происходил Св. Никита и много ли лет при них находился, – об этом нигде не говорится. Известно только то, что Св. Никита, как уроженец Киевский, еще в молодых летах поступил в Киево-Печерскую обитель, иноки которой в то время преимущественно избирались на все святительские престолы или кафедры. Сделавшись пострижеником этой обители Св. Никита, не смотря на свою юность, задумал стать наряду со многими тогдашними затворниками, славившимися святостью жизни, и для удобнейшего исполнения своей думы, вопреки советам опытного игумена Никона, удалился в затвор. В этом затворе юношу Никиту вскоре постигло искушение от духа лести, принявшего на себя образ светлого Ангела. Сперва послышался ему чей-то голос тайной молитвы, потом и запах благовонного кадила, как бы небесного фимиама. Возрадовался юноша и стал молить невидимого явиться ему разумно. «Не явлюсь тебе ради твоей юности, дабы не превознесся, отвечал таинственный голос, желая сими хитрыми словами еще более утвердить затворшего по его прелести; когда же дал он обещание исполнить во всем волю искусителя, тогда явился он пред ним в виде Ангела, и поклонился ему обольщенный». Теперь уже тебе не для чего молиться; ибо я стану за тебя возносить мольбы Богу, сказал ему враг человеческий; ты же только читай книги и подавай полезные советы приходящим к тебе! Поверил затворник, превознесшийся гордостию духовною и успокоенный тем, что за него молится Ангел, стал беседовать с приходившими из книг писания о пользе душевной, иногда предсказывая и будущее; ибо тот же дух лести предварял его о некоторых событиях, дабы укрепить его в своей неволе. Так, однажды затворник послал сказать великому князю Изяславу: «сегодня убит племянник твой Глеб Святославович в Заволочьи; пошли скорее сына твоего Святополка на престол Новгородский», и чрез несколько дней точно пришла весть о том, что убит князь Глеб; посему и возросла слава затворника, и все с большою верою приходили к нему за советами. Но вот что открылось не в пользу пророка. Никита, зная наизусть все книги ветхозаветные и непрестанно состязаясь о них, не мог ничего привести во свидетельство из книг нового завета евангельских и апостольских, в которых то, что было образом в ветхом завете, сделалось самою истиною к спасению нашему. Смутилась братия Печерская о такой злой прелести, и собрались к затворнику все просиявшие тогда в пещерах и на кафедрах святительских: игумен Никон и будущий его преемник Иоанн, Исаия, Николай и Феоктист, бывшие потом Епископами Ростова, Тмутаракани и Чернигова, прозорливые Матфий и <…>, два Григория, чудотворец и творец канонов, Пимен постник и Агапит врач, летописец Нестор и сам испытавший ту же прелесть затворник Исаакий, все они соединились молитвенно в келлии затворника и отогнали от него темного духа. И что же? Когда вывели его из затвора и стали расспрашивать о священном писании, исцеленный не умел отвечать ни слова; ибо все его мнимое знание было в нем действие прелести лукавого. Какой страшный и назидательный пример! Одной лишь добродетели недоставало в затворнике – послушания своему игумену, – и он впал в сети вражеские. Вот как важно послушание заповедям церковным и как далеко может увлечь нарушение оных! Послушание паче поста и молитвы, говорили богодухновенные отцы, преемники Апостолов и Господь сам сказал Апостолам: слушающий вас, Меня слушает и отвергающийся вас отвергается Меня и Отца Меня пославшаго. Лк.10:16. Но, благодарение Господу, который попускает иногда падать и великим подвижникам, дабы они не превозносились над другими, но потом опять их восстановляет и творит непобедимыми, – затворник Никита познал свое заблуждение и горькими слезами раскаяния омыл оное, как некогда С. Апостол Петр. За сим, продавшись строгому воздержанию и послушанию, он так усовершился в духовной жизни, что за святость и добродетель был избран на Архиерейский престол или кафедру великого Новаграда, в котором и правил паствою и церковными делами со славою. Он имел утешение успокоить в своих приделах чудного пришельца Римского Антония, приплывшего к древней славянской столице, и сам прославился чудесами, оставив о себе благую память. Так, молитвами Святителя однажды был испрошен дождь в губительную засуху. В другой раз молитвенные слезы пастыря угасили страшный пожар, свирепствовавший в Новгороде. Такое благотворное архипасторство Святителя Никиты в Новгороде продолжалось тринадцать лет, по истечении коих он преставился, отошел из временной жизни в вечную 31 Января 1108 года, оставив пастве своей сокровище мощей своих.

По воле Божией мощи эти прославились открытием далеко не вскоре после кончины Святителя, а чрез 450 лет после оной и, что весьма замечательно, в самую смутную и тяжкую годину для Новгорода, – когда, после покорения Иоаннова, все ужасы грозного его внука уже висели над городом, обреченным его гневу и должны были пострадать сами пастыри вместе с народом. Тогда явился опять, как бы живой, посреди смятений своей паствы древний ее блюститель, в утешение скорбящим, дабы видели они, что не отступает от них благословение Божие. Поводом к такому явлению его или, точнее сказать, к открытию и прославлению мощей его послужило следующее обстоятельство: Один благочестивый царедворец, находясь в Софийском соборе, при чтении деяний Апостольских, в навечерие праздника Св. Пасхи, услышал голос, повелевавший ему украсить покровом гробницу Святителя Никиты. Исполнив повеление, царедворец сохранил в душе своей особенное благоговение к Святителю Никите, не преставая размышлять о значении бывшего к нему голоса, наконец, убедился, что скоро должно ожидать прославления мощей угодника Божия. Спустя несколько лет царедворец решился, выбрав удобное время, проделать скважину в каменной крыше гробницы и, опустив туда зажженную свечу, увидел тело Святителя, покрытое покровом и казавшееся совершенно целым и нераспавшимся в составах. Это случилось в 1551 г. еще во дни правления Архиепископа Феодосия, и в таком положении оставалась каменная рака при его преемнике Серапионе, а между тем православные, движимые усердием, подобно упомянутому царедворцу, приходили ежедневно смотреть, сквозь отверстие, на нетленные останки их древнего пастыря и пламенно желали их открытия. Тогда новый Архиепископ Новгорода Пимен, подвигнутый усердием православных граждан, донес о чудном явлении мощей Святителя Никиты Царю Иоанну и Митрополиту Макарию, который сам долгое время занимал кафедру Софийскую. Получив благословение первосвятителя и согласие Царя Иоанна на открытие мощой, Архиепископ Пимен увидел во сне мужа с едва заметною бородою и услышал от него слова: «мир тебе, возлюбленный брат! Не бойся: я предместник твой, шествий Епископ Новгорода – Никита. Приспело время, а Господь повелевает мощи моя явить народу». Проснувшись, Пимен услышал звон к утрени и поспешил в собор. На пути встретился ему благочестивый Новгородец, по имени Исаакий, который в ту же ночь также видел во сне Св. Никиту, повелевавшего ему и передать Владыке, чтобы немедлил открытием мощей и молился о победе царя над врагами и об изобилии плодов земных. Услышав от Исаакия о бывшем ему видении, Архиепископ немедленно приступил к открытию Св. мощей Св. Никиты. Архиепископ Пимен приготовил прежде новое полное облачение на нетленное тело своего дивного предместника и, подняв каменную крышу, в присутствии всего собора духовного, обрел усопшего совершенно целым. Все черты лица Святителя сохранили на себе (доселе) отпечаток духовного подвига и того небесного мира, с каким почил он на земле; правая рука Святителя лежала на груди и персты ея были сложены для благословения, а левая рука простерта. Самая одежда Святительская, состоявшая из простой священнической фелони или ризы коричневого штофа с зелеными окраинами и омофора поверх ея, не только не истлела, находясь 450 лет под землею, но и теперь уже слишком 300 лет после открытия мощей Святителя, сохраняется в Софийской ризнице ничем не поврежденная и употребляется иногда при священнодействии во дни памяти угодника. Облачив нетленные останки Святителя в новые ризы, чтобы сохранить, как святыню те, в коих был он обретен, поставили их на одре посреди храма, где во все время всенощного бдения народ притекал к сим останкам, которые тотчас же явили силу свою множеством чудес и исцелений, каковые совершились над притекающими к ним с верою: слепыми, бесноватыми, хромыми, прокаженными и одержимыми разными недугами, чем и ознаменован навсегда незабвенный для Новгорода день 30 Апреля 1558 года. И не только в Новгороде, но и вдали от него в рядах русских воинов, осаждавших Ливонский город Нарву, Святитель Никита являл свою чудесную силу или помощь в день открытия мощей его. Многие Ливонцы видели тогда между Русскими полками ездившего по берегу реки Нарвы мужа безбородого, в ризах святительских с жезлом и крестом. Это был не иной кто, а Святитель Христов Никита. В это же время, в Нарве один немец пивовар бросил в огонь, разведенный под котлом, две иконы, писанных на липовых досках и похищенных из Иван-города; на одной из них изображена была Богоматерь с божественным младенцем, а на другой угодники Божии: Николай чудотворец, Власий, Косьма и Дамиан. Внезапно поднялся сильный ветер, и пламя, разливаясь из-под котла, объяло весь город; не только дома, но и стены и ворота сгорели, а войска Русские, вместе с жителями Иван-города, воспользовавшись смятением немцев, быстро переправились чрез реку Нарву и овладели Нарвою (Ругодимов тож) без приступа и стенобитных орудий. К довершению чудного события обе иконы, брошенные в огнь злочестивыми последователями Лютера, найдены невредимыми в пепле на месте пивоварения. Таковы чудесные знамения на помощь и славу правоверующих, а на поражение и посрамление не православных исповедников веры совершались при открытии мощей Святителя Никиты, и вне великого Новгорода, в стране чужой.

Третья, следующая за мощами Святителя Никиты, святыня – это мощи Святого Благоверного Князя Владимира, почивающие открыто в арке стены, отделяющей олтарь придела во имя сего Князя от главного храма.

Святой Благоверный Князь Владимир был сын великого Князя Ярослава 1-го мудрого и блаженной княгини Липы, внук Владимира Равноапостольного. Как старший из оставшихся живыми сыновей великого Ярослава, Владимир еще в юных летах получил от него и старейшее между областями Русскими княжение Новгородское, которым и управлял 18 лет. Преданные от души Ярославу Новгородцы скоро полюбили и сына его Владимира. Он отличался свойственною его роду храбростию в воинских делах, из которых известны следующие. В 1042 году Владимир ходил с Новгородскими дружинами на Ям (нынешнюю Финляндию) и одержал там несколько побед. – Это была первая воинская попытка юного витязя. Потом он вел войну с Греками по следующему поводу. – В Константинополе убили одного знатного Россиянина. Убийство это чрезвычайно огорчило великого князя Ярослава, и он послал против Греков войско под начальством старшего сына своего Владимира и воеводы Вышаты. Молодой князь должен был командовать морскою силою, а воевода сухопутным войском. В Греции был тогда Император Константин Мономах. Этот Император не желая войны, прислал к Владимиру послов с дружеским письмом, в котором обещал разобрать дело и наказать виновных. Князь не уважил этого письма. Тогда Император Константин велел взять под стражу всех русских, бывших в Константинополе, и вышел на кораблях против судов Владимировых. Когда оба Флота сошлись между собою: то Император, как говорят, снова предлагал мир Владимиру. Согласен, отвечал Владимир, если вы, богатые Греки, дадите на каждого моего воина по три Фунта золота. Грекам такое условие показалось унизительным, и началась битва. Три галеры врезались с Греческим огнем в средину судов Русских, и зажгла несколько судов, от чего произошло смятение. К этому еще приключилась большая буря, от которой одни из мелких Русских судов потонули, а другие рассеяны были по берегу. Судно Владимира тоже пошло было ко дну: но к счастию какой-то воевода Творимирич спас его на своей лодке. Воевода Вышата вступил в бой с Греками на сухом пути около крепости Варны, где почти все наши войны положили свои головы; осталось только около 800 человек, которых с воеводою Вышатою Греки взяли в плен и, страшно сказать, всем им выкололи глаза. После такой неудачи Владимир уже не думал более о завоеваниях и, не теряя времени, сел с остатком дружины своей на уцелевшие суда и отправился к Киеву. Между тем, Греки, упоенные победою, желая довершить поражение неприятеля, отправили вслед за Россиянами несколько судов с двумя легионами императорских воинов. Погоня скоро достигла Русских; лодки сцепились между собою, и здесь снова произошел отчаянный бой. Но Греки в этот раз были разбиты на голову, суда их (числом до 24-х) сожжены, полководец Мономахов был убит и с ним много людей; а Владимир возвратился в Киев с богатою добычею и со множеством пленных.

Из Киева князь Владимир опять прибыл в Новгород. Здесь, вследствие удачи последнего подвига своего против Греков, он встретил расположение и уважение от Новгородцев, которые совсем забыли о прежней его неудаче. Теперь ничто не мешало Владимиру заняться внутренним устройством своей отчины и особенно делами благочестия, к чему он давно стремился и чем, действительно, занялся. В Киеве Владимиру особенно понравился великолепный храм Софии – Премудрости Божией, а потому он пожелал создать таковым, же храм и в Новгороде. – Для скорейшего удовлетворения своему желанию, он немедленно вызвал строителей и художников из Царяграда и приступил к сооружению храма, подобного Киевскому, который был построен по образцу Византийского храма Юстиниана. В этом благочестивом занятии весьма усердно помогал князю Епископ Лука. При совместном их обоих наблюдении, Греческие или Цареградские художники трудились 7 лет над сооружением Софийского собора; так что он, основанный в 1045 году, был торжественно освящен 14 Сентября 1052 года. К сожалению, незабвенному создателю Софийского храма недолго пришлось наслаждаться таким великолепным и благотворным плодом своего благочестивого усердия. В следующем после того, в котором был освящен сей храм, месяце Октябре 4-го числа того же 1052 года Благоверный князь Владимир скончался, имея от роду 32 года, а со дня княжения 18 лет. Первоначально сей князь, погребен был в Корсунской паперти Софийского собора, а потом нетленные останки его или мощи перенесены Митрополитом Макарием в 1652 году, по указу царя Алексея Михаиловича и по благословению Патриарха Никона, в соборную церковь и положены на том месте, где ныне покоятся. За свою особенную набожность и глубокое благочестие Благоверный князь Владимир был причтен к лику святых, сряду по-своем преставлении, Св. церковию; память его совершается 10 Февраля и 4-го Октября.

Четвертая святыня, следующая за мощами святого Благоверного Князя Владимира – это мощи Святой Благоверной Княгини Анны, почивающая открыто в приделе Благоверного князя Владимира, сына ея, подле окна южной стены, куда она перемещены из находящейся рядом с мощами Св. князя Владимира арки, по случаю устройства придела во имя сего Князя.

Святая Благоверная княгиня Анна, мать Святого Благоверного Князя Владимира, о котором была уже речь, а супруга великого князя Ярослава 1-го Мудрого, была дочь первого Шведского Короля Олава язычника и называлась в язычестве Ингигердою. Первоначально она была обручена Королю Норвежскому, также Олаву – язычнику; но брак ее с сим королем почему-то не состоялся и Бог судил ей, по принятии в Святом Крещении православно-христианского имени Анны, быть супругою Ярослава 1-го, бывшего тогда великим князем в Новгороде. Анна была материю большого семейства; от нее Ярослав имел семь сыновей и трех дочерей. Прибывши в Новгород вместе с сыном своим Владимиром, посланным туда Ярославом на княжение, Анна ревностно участвовала вместе с ним во всех делах благочестия до самой кончины своей. Когда же она почувствовала приближение сей кончины: то, по примеру вдовствующих цариц Греческих, пожелала постричься в инокини или монахини, какового пострижения до нее не принимала ни одна еще из княгинь Русских. Кончина Св. Анны последовала 10 Февраля 1050 года. Никогда не разлучавшаяся в земной жизни с любимым сыном своим Владимиром, Св. Анна не разлучилась с ним и по смерти не только душой, но и телом. Ярослав, уступая просьбе сына своего, повелел перевести тело своей супруги в Киев, а сын Владимир положил драгоценные останки матери в том святом храме Софии – Премудрости Божией, в создании коего много трудилась и она с сыном своим, который скоро и сам был погребен подле нее. Память Святой княгини Анны местно празднуется 10 Февраля и 4 Октября. Последнее празднество учреждено Архиепископом Евфимием в 1439 году.

Пятая святыня собора – это мощи Святого Благоверного князя Феодора Ярославича, открыто почивающие в великолепной раке серебряной напротив гробницы храмоздателя Святого Князя Владимира в северном отделении собора, между главным храмом и алтарем Предтеченского придела, в арке стены. Недолго жил на сем свете Св. князь Феодор, зато не много сохранилось о нем и сведений. Вот они:

Святой князь Феодор был сын великого Князя Ярослава Всеволодовича и блаженной княгини Феодосии Мстиславовны, родной брат Св. Александра Невского. Рожденный в 1219 году, в Переяславле, Феодор, по исполнении девяти лет от рождения, то есть в 1228 году был привезен отцом своим Ярославом в Новгород, куда он призван, был на княжение. Так как Новгородцы вели себя и поступали несогласно с желаниями Ярослава; то он, недовольный ими, вскоре уехал обратно в Переяславль, оставив Феодора и другого сына своего Александра в Новгороде под надзором двух именитых вельмож; но они, по случаю возникшего мятежа, вынуждены были тайно отправить из Новгорода детей Ярослава туда же, куда он сам удалился, т. е. в Переяславль. – В 1231 году Ярослав, по просьбе Новгородцев, опять прибыл к ним на княжение со всем семейством. – В это время Феодор приходил уже в совершенные лета. Ярослав, приготовляя Феодора к наследию престола Новгородского, посылал его в поход на Мордву, после которого приискал ему и невесту. Назначен уже был день брака юного Феодора; но, к прискорбию, венцу брачному должен был, по воле Божией, предшествовать венец погребальный. 5 Июня 1233 года юного Феодора похитила безвременная смерть. Это был тот самый день, в который назначено было совершение брачного торжества. Но так как все, что, ни совершается по воле Божией в жизни человека, – все бывает к лучшему; то и ранняя смерть постигла юного Феодора, можно сказать, не к худшему. Она избавила его от тяжкого зрелища общего сетования князей и народа «причиненного вторжением Батыя в пределы России, а также от горестной участи воевать со Шведами и состоять под тяжким игом Татар. – Эта доля досталась брату его Александру, который был более мужествен. Если бы великий князь Ярослав и Новгородцы предвидели все то, от чего избавила смерть юного Феодора; то, вероятно, не было бы такого скорбного сетования при погребении его в Юрьевской обители, какое описывается у летописца: «и еще млад, и кто не пожалеет его? Свадьба пристроена, меды изварены, невеста приведена, князи позваны, и бысть вместо веселья плачь и сетование за грехи наши. Но, Господи, слава Тебе, царю небесный извольшу ти тако, но покой его со всеми праведными». И этим покоем юный Феодор, действительно, и наслаждается, что доказывает нетление его тела или мощей, которые открыто почивали сперва в Юрьеве монастыре 400 лет, а потом, во время нашествия на Новгород Шведского вождя Делагарди в 1614 г., перенесены в Софийский Собор. Память Св. Феодора совершается 5-го Июня.

Шестая и в особенности чтимая Святыня собора – это мощи Святого Иоанна, Архиепископа Новгородского. Они открыто почивают в богатой серебряной раке в Предтеченском пределе в арке южной стены против мощей Св. Благоверной княгини Анны.

Святой Иоанн родился в великом Нове-Граде от благочестивых и именитых граждан Николая и Харитины. Он имел брата, именем Гавриила, который равнялся ему в добродетелях и был его преемником на кафедре Софийской. Оба брата воспитаны были в строгом благочестии и страхе Господнем и такое воспитание, как доброе семя, принесло обильный плод на долголетнем поприще их жизни. Первее всего, в Иоанне обнаружилось влечение к священному жребию Господню, по которому он, сряду по достижении совершеннолетия, был рукоположен Святителем Нифонтом в 1144 году в сан священника к церкви Святого Власия, что на Софийской стороне, – Но любитель безмолвия и жития иноческого не был доволен служением при церкви приходской, где непрестанно тревожился молвою житейскою. По этому, переговорив с братом своим Гавриилом, Иоанн решился соорудить близ Новгорода обитель иноческую, во имя Пресвятой Богородицы, честного Ея благовещения, на те средства, какие оставили им в наследство благочестивые родители. Святая решимость Иоанна и брата его Гавриила не ограничилась построением деревянной церкви с оградою и кельями для монашествующих, они начали воздвигать, вместо деревянной, каменную церковь, а между тем серебро их оскудело, но зато не оскудела вера их в небесную помощь Владычицы, в честь коей сооружали храм. Оба брата притекали тогда с теплою мольбою к Утешительнице всех скорбящих: „Ты, Владычица, видишь веру нашу и любовь, какую мы имеем к Сыну Твоему и Богу нашему и к Тебе, Госпоже нашей. Всем усердием нашим подвиглись мы на созидание Твоего пречестного храма и на твою помощь возложили нашу надежду; посли нам помощь сию, Владычица, и не посрами рабов твоих; ибо вот мы начали созидать и без тебя не можем довершить. Сетующим явилась в сонном видении, Сама Царица небесная и сказала: «что скорбите и впали в такую печаль о созидании храма моего, возлюбленные рабы Божии? Не презрю моления вашего, веры и любви, только не отлагайте благого дела и не оскудевайте в вере». После такого утешительного видения Иоанн и Гавриил не сомневались уже в помощи, которая и не замедлила явиться. – Однажды вышед ранним утром из врат монастырских, братья увидели богато украшенного коня, стоявшего без всадника, и долго ожидали его владельца; наконец решились подойти к коню и с изумлением нашли на златокованном седле его два мешка, полные денег, висевшие по сторонам. – Тогда Иоанн и Гавриил поняли, что это дар, ниспосланный им свыше и, как только сняли тяжелые мешки, исчез дивный конь; один мешок был наполнен золотом, а другой серебром. Братья с умиленными слезами возблагодарили Господа и Его Пречистую Матерь за столь нечаянную помощь и вскоре могли довершить церковь, украсив ее всяким благолепием. На то же злато купили они довольно земли, для новой обители, остальное отдали игумену и братии, ничего не сохранив себе от Божественного дара; сами же, движимые любовию к Богу, призвавшему их в свое служение, принесли себя в чистую жертву Господу и постриглись в построенной обители, изменив мирские имена свои, – Иоанна на Илию и Гавриила на Григория; там пребывали они постоянно в посте, молитве и во всех подвигах иноческих. Молва о добродетельной их жизни скоро распространилась по всему великому Новгороду.

И вот, когда в 1166 году скончался благочестивый Аркадий и с великою честию был погребен в притворе Св. Софии, взоры и мысли всех обратились к смиренному Илии, так как никого другого не находили более достойным занять кафедру, прославившуюся добродетелями усопшего Святителя. Смиренный инок хотел было укрыться от предстоящей ему почести; но его силою извлекли из обители, чтобы, по обычаю местному, всенародно возвести на высокие стены палат Архиерейских для наречения в Епископы. Князь Новгородский Святослав Ростиславович, вместе с посадником Захариею послали нареченного в Киев к великому Князю Ростиславу и Митрополиту Иоанну. Торжественное посвящение Илии во Епископы совершилось 28 Марта 1166 в Вербное Воскресение, спустя три дня после Благовещения Пресвятой Богородицы, – храмового праздника основанной им обители; так что он к 11-му Маия сего года прибыл уже в Новгород к общему утешению всей паствы. В том же году Юрьевский игумен Дионисий возвратился из Киева с грамотою от Митрополита, предоставлявшею Новгородскому владыке и преемникам его сан Архиепископа.

Святитель Илия начал свое служение во время мирного и цветущего состояния Новгорода; но, к сожалению, такое состояние его было непродолжительно. Богатство Новгорода, обширность областей к нему принадлежащих и вольность его давно возбуждали зависть, или лучше сказать, ненависть к Новгороду во всех князьях, особенно же в великом Князе Суздальском Андрее Боголюбском, от которого зависели и назначались Князья во все области, кроме Новгорода, граждане коего беспрестанно переменяли их по своей воле. Желая, с одной стороны, подчинить и Новгород так же, как и другие города и области, под свою власть, а с другой стороны, отомстит Новгородцам за поражение Суздадьцев в 1169 году под Белозерском и за поражение окрестностей Смоленска и Полоцка, великий Князь Андрей Боголюбский решился одним ударом сломить гордыню Новгорода и послал многочисленное войско с 72 князьями под предводительством сына своего Мстислава. – Бесчеловечно опустошив область Новгородскую на 300 верст в окружности, в которой не оставалось ничего, кроме пепла и трупов, Мстислав подступил, наконец, к самому Новгороду.

Это было 22 Февраля 1170 года. Новгородцы, будучи не в силах противиться страшному ополчению в открытом поле, заключились в стенах своих и обнесли весь город деревянным тыном; жители окрестных селений столпились внутри его, избегая огня и меча неприятельских. Подступила грозная рать и требовала безусловной сдачи, но не хотели и слышать о ней мужественные граждане. – Не менее Новгородцев был против этой сдачи и юный Роман Князь Новгородский, пред глазами которого ново, свеже было воспоминание о злодействах в Киеве в 1169 году, где княжил тогда отец его Мстислав. Не смотря на все это, Новгород был в таком положении, что не мог противустоять столь многочисленной рати и не мог быть спасен одними своими силами. – Необходима была для сего особенная помощь, о которой и молились все, не ставшие под оружие, – старики, жены, дети, день и ночь в растворенных храмах, вместе со своим добрым Архипастырем Илиею. И эта помощь свыше не замедлила явиться. В третью ночь, когда Святый пастырь Илия, по обыкновению, стоял на молитве пред образом Спасителя и со слезами взывал к Небесному Владыке об избавлении города, под стенами коего уже три дня стояли враги непримиримые, вдруг почувствовал необыкновенный трепет и вслед за тем голос свыше говорящий к нему: «иди в церковь Преображения Господня, что на Ильиной улице и подыми оттоле икону Владычицы; вознеси ее на градские стены и узришь спасение своему граду». После таких слов Архиерей Божий исполнился необыкновенной радости и всю ту ночь провел без сна в молитве. Когда же настало утро, Святитель созвал весь освященный собор, старейшин города и рассказал им о чудном голосе. В след за сим, послав протодиакона своего с клиром в указанную церковь за иконою, Архиепископ Илия молился с народом в Софийском соборе. Но скоро посланные возвратились к нему с вестию, что никакими силами не могли сдвинуть икону с места. Тогда сам Святитель со всем священным собором пошел в Спасскую или Преображенскую церковь. Там, пав на колена пред иконою Богородицы, долго и умиленно молился пред нею, потом начал петь молебен и при пении кондака: «предстательство христиан непостыдное, ходатайство ко Творцу непреложное» Святая икона Богоматери вдруг сама собою заколебалась и двинулась с места. Видя такое чудо, поющие не могли уже продолжать пение канона и вместе с народом только взывали: Господи помилуй! Святой же Архиепископ, приняв на руки чудотворную икону, благоговейно облобызал ее и, передав для несения двум диаконам, сам последовал за ними со всем духовенством и народом. Пришедши на место, называемое Десятиною, они поставили икону на укрепления прямо против осаждающих. Тучами посыпались стрелы на молящихся и одна из них попала в святую икону. Внезапно икона обратилась лицом к городу и слезы потекли из очей ее. Святитель Илия увидев, что из очей Богоматери текут слезы, стал утирать их своим фелонем или ризою, взывая: «О чудо славное! Как из сухого дерева источает слезы Царица Небесная! Не суть бо слезы, но милостивое знамение Матерней молитвы к Сыну своему и Богу нашему. Сице являет Пресвятая Богородица предстательство и заступление людям безнадежным». После этого чуда какое-то затмение, какой-то неописанный страх внезапно напал на осаждающих, так что они в смятении не стали отличать своих от неприятелей и, пуская стрелы, взаимно поражали друг друга. Новгородцы же, ободренные чудом от иконы Богоматери и словами любимого Святителя своего, незамедлили воспользоваться крайним смятением и расстройством в неприятельских рядах; они дружно и смело устремились на врагов и победили полки их помощию Пресвятой Богородицы. Суздальцев взято было Новгородцами в плен так много, что за каждого из них давали только по две денежки. В воспоминание такой чудной победы, бывшей днем избавления для Новгорода и днем наказания для врагов его, Святитель Илия тогда же установил торжественный праздник, который на все будущия времена положено совершать не в самый день события 25 Февраля, а 27 Ноября в день памяти Св. мученика Иакова Персянина, соименного знаменитому посаднику Иакову или Якуну, при котором Новгород спасен от осады Суздальской и самая икона прославлена чудом.

Великий Князь Суздальский Андрей Боголюбский не простил бы Новгородцам и этого поражения Суздальцев, особенно впоследствии, как не простил им за битву при Беле-озере и в окрестностях Смоленска и Полоцка, если бы мудрый и доблестный Святитель Илия не исходатайствовал у Боголюбского мира Новгороду, и не испросил бы у него сына его Георгия на княжение в Новгороде, где смуты и междоусобия продолжались. Для этой цели, то есть, для умиротворения Боголюбского и прекращения смут и междоусобий между князьями Новгородскими, добрый пастырь должен был предпринимать путь в землю Суздальскую, где и достиг того, что нужно было для спокойствия своей паствы. Князь Андрей – недавно заклятый враг Новгорода сделался, после сего, искренним его другом. И после страдальческой кончины Благоверного Князя Боголюбского, убитого изменнически своими родственниками, когда, по случаю частой смены князей то из рода Суздальского, то из других домов княжеских, междоусобия, тревоги и смуты возобновлялись в Новгороде, Святитель Илия всеми мерами умирял народ и умилостивлял князей, сохраняя постоянную любовь их и народа к себе. В тоже время Святитель Христов, не смотря на смуты народные, не забывал об украшении своего кафедрального города святыми храмами Божиими, освящая сооружаемые именитыми гражданами и сам, созидая некоторые церкви на свое иждивение: он обновлял своим усердием те, которые были истребляемы частыми пожарами. Кроме своей Благовещенской обители, которую не прекращал украшать во все продолжение святительства своего, им основано было еще семь новых церквей: первая во имя Спаса над вратами любимой обители и другая над вратами кремлевскими. Память ангела своего, пророка Илии, почтил он также особенным храмом и соорудил еще четыре: во имя трех отроков Вавилонских, преподобного Феодора, игумена Студийского, четверодневного Лазаря и Святителя Николая чудотворца. Но заботясь о благолепии храмов, не забывал он и живые на земле храмы Божии, – убогую братию во Христе, для которой был особенно милостив, снабжая ее одеждами и питая от своих щедрот. – Кроме сего, он занимался составлением церковных правил, сохранившихся до настоящего времени, а, может быть, и писанием летописи своего времени.

Такая благоплодная и богоугодная жизнь Святителя не могла укрыться от врага рода человеческого диавола, – не могла не возбудить в нем зависти к угоднику Божию, по которой сей последний и подвергся разним искушениям от него – духа злобы. Но так как Святителю Христову дана была от Господа власть над духами нечистыми или бесами; то он силою этой власти отразил, от себя все бесовские искушения, которые суть следующия: – прежде всего искупитель начал плескать воду в келейной умывальнице Святителя, чтобы отвлечь его от молитвы; но Святый, уразумев бесовское мечтание, оградил знамением крестным сосуд и в нем заключил врага, как бы связанного узами железными. Узник вопиял человеческим голосом о свободе, обещая никогда более не тревожить Иоанна лестными мечтаниями; но угодник Божий, чтобы наказать его безрассудную дерзость и обратить ее во славу Божию, повелел узнику в туже ночь перенести его в Св. град, к церкви Гроба Господня и на рассвете возвратить опять в свою Новгородскую келлию. Повиновался слову Святительскому разрешенный от уз диавол и рабски исполнил повеление человека Божия, вооруженного знамением крестным. Быстро перенесенный бесплотным, – который несравненно менее плотяного связан временем и пространством, – пред врата храма Иерусалимского, Святитель благоговейно преклонил колена на священном праге их и внезапно сами собою отворились врата, дабы дать человеку Божию возможность таинственно довершить столь дивно начатое странствие и поклониться живописному гробу и животворящему древу креста; сами собою возжглись также лампады, когда Святитель, с благодарными слезами облобызал священный камень гроба Господня и опять угасли, при выходе его из Св. вертепа, и затворились за ним двери храма Воскресения. Чудно совершив желаемое, очутился Святитель на рассвете в Новгородской своей келлии.

Раздраженный таким невольным уничижением, злобный враг рода человеческого старался всячески найти случай к отмщению и вреду святому мужу. И вот однажды услышав, как Святитель, в искренней беседе с духовными лицами своей паствы, рассказывал для их назидания, не называя себя, о своем таинственном странствии, как бы приключившемся с другим, – диавол навел на него новое искушение и старался бросить тень подозрения на его чистую жизнь; но и это обратилось только к большей славе Святителя. Различными привидениями женских лиц начал он смущать приходивших за благословением к своему пастырю, дабы они могли подумать, что в келлии его таится действительно женщина; однажды, при многочисленном стечении, в образе девицы, вышел из келлии искуситель и, преследуемый народом, исчез внезапно за палатами Архиерейскими. Поднялась шумная молва, в толпе, обступившей палаты, и когда вышел Архиепископ спросить чад своих духовных о причине смятения, – они с воплем на него устремились, осыпая всякими ругательствами, как блудника и даже отважились, без всякого испытания, совершить над ним суд народный: с бесчестием повлекли его к великому мосту и, спустив на Волхов, посадили на безвесельный плот, чтобы река унесла от них, по течению волн своих, недостойного, по их мнению, пастыря, соблазнявшего свою паству.

Радовался лукавый видимому поруганию над святым Архипастырем, который нисколько не унывал при таком неправедном уничижении, надеясь вполне на правду Божию, которая, действительно, оправдала невинного мужа святого и посрамила козни диавольские. Плот, поднявший Святителя, вместо того, чтобы следовать по течению реки, внезапно пошел против него, не смотря на то, что самая большая быстрина кипела под Волховским мостом. Сила Божия повлекла плот за три поприща от великого Новгорода по направлению древнейшей обители Юрьевской и той новоустроенной обители Благовещенской, из которой он был некогда, неволею, вызван на кафедру Софийскую. – Ужаснулся народ и, познав свою неправду, изменил слепую ярость на слезное раскаяние; бросая свои одежды, с воплем бежал он вдоль по берегу, взывая о помилования к оскорбленному пастырю ради своего неведения. Святитель же незлобивый, как некогда первомученик Стефан, плывя по водам, вопреки их течения, молил Господа о своей пастве, да не поставит ей во грех его осуждения. Близ Юрьева монастыря пристал он к берегу и там торжественно встречен настоятелем обители, который предварен был одним блаженным юродивым о чудном пришествии Святителя. На этом месте воздвигнут, был крест каменный, в память дивного события и со славою возвратился Илия на Софийскую кафедру. Тогда еще с большею ревностию Святитель начал поучать других из собственного опыта и остерегаться козней диавольских, причиною коих было всего более таинственное его странствие в Иерусалим.³

Наконец, после нескольких лет, проведенных в неусыпных трудах учительства и в предостережениях от искушений диавольских, а также в посте, молитве и бдительной заботе о своей пастве, непрестанно волнуемой смятениями гражданскими, при частой перемене посадников и князей, Святитель Христов, при изнеможении сил телесных, чувствуя приближение своей кончины, пожелал восприять великий Ангельский образ, как предсмертное себе напутствие, и принял, вместе со схимою, прежнее мирское имя свое Иоанна, под коим прославился впоследствии, когда был причислен к лику святых Божиих. Но, впрочем, прежде, чем облекся в схиму, по просьбе князя и духовенства, благословил он брата своего Григория восприять, после него, Архиепископский престол великого Новгорода и еще однажды всенародно поучил свою паству православно веровать во Святую Троицу и непрестанно воспоминать: как избавил их Бог от нашествия неприятелей заступлением Пречистой Богоматери. «Господь, говорил он, невидимою силою создавший мир, иногда и видимыми знамениями помогает верным, как и в сем случае, иконою Богоматери, да с несомненною верою покланяемся честным иконам, воздавая тем честь их первообразу». Заповедовал он также народу повиноваться Князю; ибо всякий, противляющийся власти, противится Богу и не предаваться иноверным властителям, обещая благоденствие за взаимную любовь, потому что знал непостоянство Новгородцев. Всех отпустил Святитель с благословением и тогда, совершив вполне пастырский свой долг, стал единственно радеть о душе своей, приготовляясь еще более последними днями временного жития к нескончаемой жизни. Наконец, престарелый Святитель, правивший паствою двадцать лет, мирно отошел к Господу, его возлюбившему и им возлюбленному паче всего, – 1186 года Сентября 7 дня и с великою честию, посреди общего плача народного, погребен был в северном притворе Софийского собора, где после устроен Предтеченский придел.

Святые мощи Архиепископа Иоанна, а до принятия схимы Илии, находились в земле 253 года и открыты по следующему случаю: В 1440 году, – при державе Благоверного великого Князя Московского Василия Васильевича Темного, при Архиепископе Новгородском Евфимии и Митрополите Всероссийском Фотии, когда происходило какое-то исправление в Предтеченском приделе, устроенном на том месте, где погребен был Иоанн, – внезапно упал камень сверху и так сильно ударился в крышу близстоявшей каменной гробницы, что в ней сделалось отверстие; гробница же была без надписи и давно уже все забыли, кто в ней покоится. Когда донесено было об этом произсшествии Архиепископу Евфимию: то он поспешил в церковь, приказал отвалить каменную доску, в которой образовалось отверстие, причем весь храм наполнился благоуханием и, заглянув в гробницу со свечою, с радостным изумлением увидел в ней неведомого Святителя, в схиме иноческой, к которому не прикоснулось тление. «Разумею, сказал он предстоящим, что здесь почивает великий раб Божий». После того он приказал снова покрыть гробницу и, возвратясь в келлию, начал усердно молить Господа о том, чтобы он открыл ему, – кто сей лежащий в гробнице? И вот однажды, ночью, явно предстал Архиепископу Евфимию виденный им во гробе старец и сказал: «не ужасайся, раб Божий; я тот лежащий во гробе, о котором ты молился. Архиепископ Илия, в схиме же Иоанн, сподобившийся послужить чуду Пресвятой Богородицы, честного ее Знамения. Господь послал меня к тебе, да устроишь память представившихся и погребенных в храме премудрости Божией Князей Русских, Святителей великого Новгорода и всех православных христиан в 4-й день Октября месяца, и поминовение сие да будет всегдашним; потому что тебя избрал Бог достойным строителем церкви и дела твои угодны Ему. Заповедуй творить сие поминовение и после твоего преставления. – Я же буду молиться Христу Богу о всех христианах, и сам ты будешь причтен вместе с ними в царствии Божием». Сказав сие угодник Божий, сделался невидим. Святый же Евфимий пробыл всю ночь без сна, радуясь, что сподобился такого видения и открытия. Дождавшись утра, Архиепископ Евфимий поведал об этом видении священнослужителям Софийского собора и вместе с ними, взошел в придел Св. Иоанна Предтечи, поклонился обретенному гробу, воздавая, соборне, благодарение Святому за то, что он благоволил им открыться. – С этого времени сделался известным гроб Святителя Иоанна и доныне видим мы честные и многоцелебные мощи его, неоскудно подающия исцеление притекающим к его раке. – В это же время Архиепископ Евфимий установил память преставившимся Князьям Русским: Владимиру, который создал храм Софии премудрости Божией, матери его Княгине Анне и сродникам их, лежащим в том же храме, также Архиепископам великого Новгорода и всем православным христианам в 4-й день Октября месяца, как ему было открыто в видении. И такое установление Архиепископа Евфимия, заведенное им по заповеди угодника Божия Святителя Иоанна, продолжается и до ныне неизменно.

Теперь, после сказания о мощах Святых угодников Божиих, почивающих открыто, следует говорить о мощах Святых Святителей, почивающих

О некоторых из Святителей Новгородских, почивающих под спудом, к сожалению, кроме имен их, времени вступления на святительскую кафедру и кончины их, сохранились весьма не многие сведения: даже каменные надгробицы над останками или мощами их не все уцелели, а большая часть их заменена надписями икон на стенах. – И из оставшихся в целости надгробниц надлежащий вид имеет, можно сказать, только одна надгробница над останками Святителя Григория; так как над нею поставлена рака с изображением Святителя в рост. – Притом же эта надгробница – в особой пещере, находящейся под ракою мощей Святителя Иоанна, брата Святителя Григория. Другие же каменные надгробницы лежат в двух папертях собора Миртириевской или Златой и Корсунской наравне с помостом или полом собора и не могут быть замечены поклонниками святыни, если не будут им указаны кем-либо из служащих при соборе.

Вот имена Святителей, почивающих под спудом, и некоторые сведения о них, начиная с Святителя Григория, гробница коего, по упомянутым причинам, посещается также усердно, как и гробницы святых почивающих открыто.

1) Святой Архиепископ Григорий, в мире Гавриил, родной брат и преемник Святителя Иоанна. Какой духовный сан имел Григорий при жизни Святителя Иоанна, – об этом не сохранилось сведения. Известно только то, что он вместе с Иоанном, братом своим, подвизался в иночестве не только при устроении обители Благовещенской, но и разделял с ним труды по управлению паствою. После же кончины знаменитого брата своего, который своею теплою молитвою избавил великий Новгород от Суздальской осады, Григорий был избран во Архиепископа Новгороду. Князь Новгородский Мстислав, по глубокому уважению к памяти преставившегося Святителя Иоанна, посоветовавшись с духовными чинами и именитыми гражданами великого Новгорода, поспешил послать брата его Григория в Киев к благочестивому Митрополиту Никифору и великому Князю Рюрику Ростиславовичу. С любовию он там был принят всеми и рукоположен в Святительский сан. По прибытии в Новгород Святой Григорий утешал паству своим кротким правлением только шесть лет. Любимый Новгородцами, Святитель Григорий не вступался, как видно, в дела народного веча и политику его с Всеволодом Георгиевичем, великим Князем Владимирским, который, подобно Боголюбскому, домогался добыть волю над Новгородом. Григорий был современником преподобному Варлааму Хутынскому, которого он посвящал в игумена. В летописи значится, что в первое лето Архиепископства Григорьева, однажды, во время крестного хода из Софийского собора в церковь Св. Архистратига Михаила, ударил гром страшный и молния зажгла деревянную церковь Архистратига; но, по молитвам Св. Архистратига Михаила и Святителя Григория, уцелела церковь и все люди спаслись из пламени. – Святой Григорий скончался 24-го Мая 1195 года и погребен подле великого брата своего Иоанна в северном притворе, где ныне Предтеченский придел. Мощи его обретены 1558 г. и ныне почивают в пещере под помостом и гробницею Святителя Иоанна, куда опускаются по лестнице. На гробнице Св. Григория, как уже было сказано, положено изображение его в рост, к которому и прикладываются все поклонники святыни.

2) Блаженный Иоаким Корсунянин, первый Епископ Новгорода. Он прибыл в Новгород вместе с Равноапостольным Князем Владимиром из града Корсуня и первый рассеял тьму язычества в Новгороде с помощию дяди, Великокняжеского воеводы Добрыни и многих священников, прибывших с ним, ревностно сокрушая кумиры и разрушая требища идольские. – Святитель не устрашился поднять руку даже на грозного Перуна, пред коим благоговел народ языческий, Подобно тому, как в Киеве низринут был истукан с вершины холма своего в мимо текущий Днепр, так и в Новгороде мужественным пастырем низринут был Перун в шумный Волхов, где, по его распоряжению, били его палицами, чтобы отвратить народ от мнимого Божества. – Но здесь явилась последняя лесть диавольская. Бездушный истукан, как бы одушевленный демоном, возопил человеческим голосом, оплакивая свое падение: «горе, мне, ибо я впал в руки немилостивым судиям». Но уже лесть сия никак не могла поколебать обратившихся к истине. Утром Перун очутился на истоке Волхова из Ильменя и опять был отринут от берега в пучину. На этом месте сооружена впоследствии малая обитель во имя Рождества Богоматери, которая доселе носит имя Перуна, по давнему прозванию сего урочища. По просвещение многих Новгородских славян-язычников христианскою верою Иоаким занялся устроением церквей в Новгороде. Первою из построенных им церквей считается церковь во имя его Ангела Богоотца Иоакима и Анны, которая была близ его Архиерейского дома. В ней то, до построения каменного Софийского собора, совершалась Божественная служба. – Церковь сия находилась хотя и подле нынешнего собора, но не на том месте и не в том виде, в каком теперь находится придельная Иоакимовская церковь. В один же с этою Иоакимовскою церковию год, Святителем Иоакимом устроена была Софийская соборная деревянная (дубовая) церковь о 13-ти верхах, которые знаменовали Спасителя с 12-ю Апостолами. Она построена была на конце Епископской улицы над рекою Волховом, где после был Борисо-Глебский храм, что в каменном городе или околотке. Церковь Софийская стояла 50 лет до 4-го Марта 1045 года и в это время сгорела. – Полагают, что церковь сия находилась близ существующей ныне обыденной церкви Андрея Стратилата. Кроме устроения сих церквей, Святителю Иоакиму приписывают составление древней летописи Новгородской, которая, впрочем, более известна под именем пресвитера Иоанна. О других же деяниях его не сохранилось сведений. Блаженный Иоаким Корсунянин рукоположен в сан Святительский в 985 году, а скончался в 1030 году и погребен был в первой из сооруженных им церкви Иоакимовской, из которой мощи его в 1699 году перенесены и положены в Мартириевской паперти, на левой руке, при входе в собор южными вратами, где и почивают до ныне.

3) Блаженный Епископ Лука, но прозванию Жидята, как муж ученый, перевел с Греческого на славянский язык много книг церковных и оставил по себе назидательное поучение к своей пастве, которое сохранилось до наших времен. В особенности же он приснопамятен тем, что не только принимал горячее участие в построении нынешнего каменного Софийского собора, но и освящал оный в 1052 году 14-го сего Сентября месяца. – Летописи говорят, что, по приказанию Епископа Луки, Цареградские иконописцы в главном куполе собора до трех раз переписывали или исправляли икону Господа Вседержителя, стараясь изобразить Его с благославляющей рукою, но каждый раз Господь чудесно являлся на иконе с сжатою десницею или правою рукою. Наконец в 4-й день от сего образа Господня был голос к иконописцам: «не пишите Меня с благословящею десницею, но напишите – с сжатою; ибо в сей моей руке держу я весь великий Новгород, и когда распространится рука Моя, будет граду сему скончание».

В последние уже годы своего святительства праведный Епископ Лука по какому-то доносу своего неверного служителя Дутика был вызван в Киев на суд к Митрополиту Ефрему и там пробыл в заключении три года. По оправдание же своем, он, на возвратном пути из Киева в Новгород, скончался на реке Копыге 15-го Октября 1059 г. и был погребен за алтарем Софийского собора. – Месть Новгородцев, разразившаяся над клеветником Дутиком, доказала, – какою любовию пользовался добрый пастырь у своей паствы, которою он правил с 1035 но 1059 год. – В 1558 году, при копании рва, для распространения Иоакимовского придела, обретены были мощи сего Святителя и перенесены, при Архиепископе Пимене, в Мартириевскую паперть Софийского собора, где и почивают до ныне.

4) Блаженный Архиепископ Мартирий. Как урожденец Старой Руссы, прозванный Рушанином Мартирий был игуменом Старорусской обители. – Когда же, по кончине Святителя Григория, возбудилось в народе недоумение о том, – кого из трех предполагаемых лиц избрать на его место: тогда Князь Ярослав, по совещании с посадниками, игуменами и клиром соборным, положил три жребия на престол Св. Софии и послал с Веча народного слепца во храм взять один жребий, который бы указал им волю Божию: жребий выпал на Мартирия. И вот вывели его из обители Старорусской, возвели на сени владычния и послали для посвящения в Киев. – Принятый с честию великим Князем и Митрополитом, Мартирий вскоре был возведен в сан Епископа Новгорода, куда и прибыл 16 Января 1149 года. На другой год святительства Мартириева приключился в Новгороде страшный пожар, который истребил много церквей на торговой стороне, и от которого сгорело не только множество частных домов, но даже и самое городище великокняжеское. Ежедневно загоралось в нескольких местах; так что люди от страха выходили жить в поле и их должен был успокаивать добрый пастырь. – В этот несчастный год освятил он церковь Св. Апостола Филиппа, сооруженную усердием граждан и сам соорудил каменную церковь Богоматери над вратами кремля, а на следующий год, на открытом поле, за вратами города, основал девичью обитель Воскресенскую, на Людином конце. – И после, почти каждый год благочестивый Мартирий ознаменовывал построением новых храмов. Так, с помощию двух посадников, он поставил церковь Афонасия и Кирилла в монастыре на Лубянице и сам устроил посреди города обитель во имя Святителя Николая, а в Плотницком конце, также в монастыре, поставил церковь Св. Евфимия. Не забыл Блаженный Мартирий и бывшей обители своей Старорусской, где имел утешение воздвигнуть каменную церковь Преображения Господня. Веселился духом владыка Мартирий, что возмог устроить тем вечную память себе и честную обитель всем христианам, почему и молился в день освящения храма со всем усердием, взывая так: «Господи Иисусе Христе, призри с небесе и виждь, и посети виноград сей и утверди, егоже насади десница твоя; если кто с верою помолится в храме сем, услыши молитву его и отпусти ему грехи молитвами Богородицы и всех твоих святых». – Архиепископ Мартирий святительствовал с 1193 г. по 24 число Августа Месяца 1199 года. В этот день владыка скончался от приключившейся болезни на озере Селигере, чрез которое он держал путь к великому Князю Всеволоду, по его вызову, вместе с сыном его Ярославом, посадниками и другими лучшими людьми. Честное тело его было привезено посадниками в Новгород и, посреди общего плача, погребено в устроенной им из прежнего притвора и названной по его имени Мартириевской паперти; где до ныне и почивает.

5) Святый Архиепископ Аркадий. О сем Святителе известно только то, что он избран был на Софийскую кафедру из настоятелей обители Новгородской и пребывал на этой кафедре с 1157 г. по 12-е Сентября 1165 года; для других же сведений о сем Святителе не сохранилось источника, то есть жития его. Память Святителя Аркадия, почивающего в Мартириевской паперти, совершается 4-го Октября, обще со всеми Святителями Новгородскими.

6) Блаженный Архиепископ Симеон, называвшийся в иночестве Сампсоном. – Сей Святитель поступил на кафедру Софийскую, после добровольного удаления владыки Иоанна, в 1415 году, когда уже немного времени оставалось Новгороду пользоваться своею самобытностию. Симеон был рукоположен в Москве Св. Митрополитом Фотием и умел заслужить любовь народную во дни кроткого своего святительства. – Он был свидетелем многих бедствий. При самом начале его правления страшный мор опустошил Новгород, Псков и все окрестности; столько было умирающих, что не кому было хоронить их; кто только мог, спешил постригаться в иноки или монахи. – Владыка Симеон обходил со крестами весь Новгород, останавливаясь во многих церквах и обителях для коленопреклоненной молитвы о престании гнева Божия. По древнему обычаю поставили в один день две обыденные церкви для прекращения мора, а именно: Великомученицы Анастасии и пророка Илии, из коих первую освятил сам владыка Симеон. На следующий год погребал он бывшего Архиепископа Иоанна, который жил на покое в Деревяницком монастыре. В великом Новгороде возникали по временам смуты; так, по частной распре возгорелась жестокая брань и поднялась торговая сторона на Софийскую; общий набат раздавался по всему Новгороду, бушевали и стихии, как бы в отголосок бури народной; от грома к молнии загорались домы, а между тем народ, с оружием в руках, стремился c обоих сторон на Волховский мост, чтобы там решить свою распрю. – Ужас распространился по всему городу, многие бежали укрываться в церкви, снося туда свои имущества. Услышав о междоусобии чад своих, Владыка Симеон пролил горькие слезы и велел собраться всему клиру. В это время находился духовник владыки Юрьевский Архимандрит Варлаам, который, по приказанию Святителя, должен был идти с прочим клиром в Софийский собор. Здесь владыка Симеон первоначально со многими слезами помолился в святом алтаре, а потом, облекшись в священные ризы и взяв животворящий крест и икону Пречистой Богоматери, пошел со всем собором или клиром на высокий мост. – По всему пути была страшная теснота от ратных; но добрые люди молились, чтобы Господь укротил смятение по молитвам Святого владыки, и, припадая к стопам его, просили, чтобы он умиротворил междоусобие. Владыка, став посреди моста, начал благословлять на обе стороны; умилился народ, видя плачущего Святителя, и стал кланяться знамению крестному; пришли посадские и тысяцкие с торговой стороны, прося умирить также народ; они согласились на мир с тем только условием, чтобы владыка велел и своей стороне, Софийской, разойтись по домам; таким образом, прекратилось волнение народное и все благословили Господа и мудрого владыку. В тот год поставлены были четыре церкви каменные в Новгороде, а на следующий год выгорело их более двадцати в двух концах Славянском и Плотницком; ибо страшные были грозы. Кроме сего, от наводнения размыло великий мост Волховский; многие церкви и обители стояли как бы на островах, и много потонуло народа; были и страшные землетрясения, а потому и стремились все в храмы умолять Господа о прекращении сих бед. Владыка Симеон со всем собором воссылал теплые молитвы в храме Св. Софии, чтобы миновался гнев Божий за грехи людей. Это все происходило весною, а летом того же 1421 года Июня 15 дня скончался благочестивый Симеон после шестилетнего святительства и был погребен в Мартириевской паперти Софийского собора, где почивает и теперь.

7) Блаженный Митрополит Афоний. Сей Святитель, возведенный на Софийскую кафедру в 1635 году, а сошедший на покой, по преклонной старости и лишению зрения, скончался 6-го Апреля 1953 года в Хутыне монастыре, где сначала и был погребен, а потом, спустя 11 недель по кончине, мощи его перенесены в Новгород и положены в Мартириевской паперти Софийского собора. Летописец замечает, что в день перенесения мощей сего Святителя из Хутынского монастыря в Новгород для погребения разрешилась жестокая засуха проливным дождем. – Над гробом сего Святителя Новгородцы часто просят служить панихиды.

8) Блаженный Архиепископ Антоний, по мирскому званию Добрыня Янренкович. – Происходя из рода именитых граждан Новгородских, Добрыня, после долголетнего странствования по святым местам, откуда принес много святыни, и даже кусок от камня гроба Господня, – сделался иноком Хутынского монастыря, под именем Антония. Когда мятежное вече Новгородское удалило Архиепископа Митрофана с Святительской кафедры и сослало его на жительство в Торопецк; то на его место, в Святители был общим голосом избран этот инок Антоний и отправлен в Киев для рукоположения. Новопроизведенный Архиепископ Антоний возвратился из Киева в Новгород тогда, когда он колебался духом между князьями южной России и великим княжением Владимирским. Князь Мстислав был в то время отозван на юг и Новгородцы призвали к себе, на место его, Князя Ярослава сына Всеволодова, который с честию был встречен владыкою Антонием; но когда, по случаю возникшего голода, Ярослав оставил Новгород и водворился в Торжке: то возбудилось на него неудовольствие граждан; они послали звать к себе опять бывшего своего Князя Мстислава. Раздраженный Ярослав захватил с собою до двух тысяч именитых мужей Новгородских и разослал их по своим городам, где многие умерли от голода. Возвратившийся Мстислав созвал вече на двор Ярославов и одушевил народ выручить своих братьев: «да не будет Торжок Новгородом, ни Новгород Торжком, говорил он, но где Св. София, там и великий Новгород». Возгорелась жестокая брань с Суздальцами, которая разрешилась знаменитою Липецкою битвою, бегством Ярослава и низвержением брата его великого Князя Георгия с престола Владимирского. Чрез год Мстислав поклонился Св. Софии, чтобы идти добывать себе Галичь, хотя и умоляли его Новгородцы не оставлять их. Они вызвали из Смоленска Князя Святослава, сына великого Князя Мстислава Киевского; но возникли смуты между князем и посадниками; зашумело бурное вече, восстала Торговая сторона на Софийскую и полилась кровь. Владыка Антоний с большим трудом мог умиротворить враждующих знамением крестным; однако граждане не хотели выдать Князю посадника своего Твердислава, и Святослав вынужден был удалиться; великий Князь Киевский прислал и второго сына своего Всеволода на место изгнанного.

Вскоре беспокойные граждане обратили неудовольствие свое на Святителя и начали сменять владык своих, как и князей. Бывший Архиепископ Митрофан находился уже в Владимире, где снискал себе милость великого Князя. Владыка Антоний, не ожидая против себя никаких козней со стороны народа, освятил церковь Великомученицы Варвары в основанной им девичьей обители и поехал обозревать епархию свою в Торжок, когда граждане внезапно призвали на его место Митрофана и послали сказать, чтобы шел, куда ему угодно; но Антоний, уверенный в своей правде, возвратился в Новгород и водворился в обители Спасской в Нередицком конце. Тогда Князь и посадники, не зная как решить между двумя владыками, велели им обоим идти судиться в Киев, отпустив с ними двух старших пресвитеров, в качестве поверенных от народа. Митрофан, как прежде поставленный был возвращен на кафедру Софийскую, но, уважая добродетель Св. Антония, Митрополит Матфей удержал его при себе и дал ему южную епархию Перемышльскую, на которой оставался более трех лет, до кончины своего соперника.

Между тем, Всеволод сын великого Князя Киевского, тайно бежал из Новгорода и брат великого Князя Владимировского Ярослав призван был опять на короткое время княжить в Новгороде. В бытность его скончался владыка Митрофан и, вопреки прав Антония, возведен на сени владычния простой инок из Хутыня монастыря, но не успели дослать его для посвящения в Киев, потому что в Новгороде опять возникло смятение; удалился Ярослав и вызываем был Михаил Черниговский, который не хотел оставаться, и опять водворился на Городище брат великого Князя Владимирского. В это тревожное время явился из Перемышля владыка Антоний. – Новгородцы, обрадованные его появлением, свели не посвященного Арсения в Хутынь, и все единодушно пристали опять к законному своему пастырю.

Между церковными деяниями владыки Антония упоминается о заложении им церкви Св. Иакова в Неревском конце и росписании храма сорока мучеников. – Не более трех лет пребывал Антоний у Св. Софии; удручаемый болезнию, он добровольно отказался от кафедры и удалился, по своему обету, в Хутынь, откуда опять был выведен инок Арсений на владычние сени и уже на сей раз послан в Киев для посвящения. Но не прошло и года, как взволновался народ против своего пастыря кроткого и молитвенного, по случаю осенних непогод, продолжавшихся до дня Святителя Николая (до 6 Декабря) как будто бы он был причиною или виною оных. Народ с шумного веча устремился на владычний двор и едва не умертвил Арсения. «От чего стоит так долго тепло? вопияли безумцы; он выпроводил в Хутынь владыку Антония, дав за сие неправедную мзду Князю». Изгнанный со двора Архиерейского Арсений успел затвориться в храме Св. Софии и тем только спасся от смерти; но домы родных его бояр были разграблены и некоторые из них были убиты.

Тогда Антоний, уже немой, выведен был силою из Хутыня и поставлен опять на свою кафедру. Так тревожно было святительство в Новгороде! Но так как старец Антоний был уже не в силах управлять делами церковными: то приставили к нему двух именитых мужей для помощи и совета. На следующий год, когда от смут народных бежали дети Ярославовы к отцу своему, прибыл в Новгород Князь Михаил Черниговский, который и предложил гражданам избрать себе нового владыку из игуменов или священников; ибо тяжелая болезнь одолела Антония. Князь указывал на благоговейного инока Юрьевской обители Спиридона; но граждане хотели Епископа Волынского Иоасафа, или кого-либо из греков; положили, по древнему обычаю, три жребия на престол Софийский и выпал жребий Спиридона, который и послан для рукоположения к Митрополиту. Когда прибыл в Новгород новопроизведенный Епископ Спиридон: то граждане отпустили болящего Антония в Хутынь, чтобы там он в мире окончил дни свои. Пробыв после сего три года в Хутынском монастыре, Архиепископ Антоний, возведенный в сей сан в 1211 году, скончался 1238 г. Октября 8 дня и погребен в западной паперти Софийского собора, известной ныне под именем Корсунской.

9) Блаженный Архиепископ Василий, в мире Григорий, по прозванию Колейка или Колека, бывший священник церкви Святых Бессребренников, что на Холопьей улице. Сей Святитель вступил на Софийскую кафедру, после добровольно-отказавшегося от оной и принявшего схиму Архиепископа Моисея, по единодушному избранию клира и народа, который принудил его принять монашеский или иноческий чин с именем Василия и возвел его, по обычаю, на сени владычного дома. По сказанию летописи, Василий был муж преподобный, смиренный, кроткий и бессребренный, подобно Святым Косьме и Дамиану, которым служил много лет в священстве, – муж, вполне оправдавший выбор клира и народа своими пастырскими подвигами. Вступив в управление Новгородскою паствою еще до возведения в Святительский сан, Василий управлял оною целый год, – доколе не приглашен был Митрополитом всея России Феогностом, странствовавшим тогда по южной России, в Владимир-Волынский для посвящения. Прежде, нежели отправился на Волынь, нареченный владыка уже предпринял дело Государственное, заложив каменный город вокруг всего Новгорода по Софийской стороне, который начал от церкви Св. Владимира и довел сперва до храма Богоматери и далее до церкви Бориса и Глеба. Не смотря на это, Василий не сразу, по прибытии во Владимир и не без затруднений, получил сан Святительский. Явились к Митрополиту посланники от великого Князя Литовского Гедимина и княжившего временно во Пскове Князя Александра Тверского, сына мученика великого Князя Михаила, убиенного в Орде. От имени всех князей Литовских просили они Феогноста назначить им во Псков особого Епископа и привели даже с собою для рукоположения некоего инока Арсения; но Митрополит не решился нарушить давних прав кафедры Новгородской, освященных временем и благословением Патриаршим, потому что Псковитяне хотели преступить крестное целование свое Св. Софии. Гедимин, хотя язычник, уважил решение главы духовенства Русского. – И тогда Митрополит Феогност рукоположил Василия во Архиепископа Новгородского после праздника Успения Пресвятой Богородицы. В посвящении Василия в Святительский сан, кроме Митрополита, принимали участие пять Епископов: Полоцкий, Владимирский, Галицкий, Перемышинский и Холмский; великое и таинственное священнодействие сие ознаменовано было явлением на небе светлой звезды над церковию, в которой оно происходило. Отпущенный с честию от первосвятителя новопосвященный Архиепископ Василий на пути в Новгород находился в следующей опасности. Некто Феодор, Князь Киевский (из дома Олельковичей) благоприятствовавший князьям Литовским, как данник Гедиминов, погнался вслед за владыкою Новгородским с своими баскаками и едва не настиг его в Чернигове. Ужо разнеслась молва в великом Новгороде, что владыка его взят в плен Литовцами и уныли духом все граждане; а потому очень велика была их радость, когда благополучно возвратился к ним Святитель Василий.

При самом начале святительства Василиева, великий Князь Иоанн Калита обнаружил свое негодование против Новгородцев тем, что не хотел посетить своей отчины, не смотря на приглашение всех именитых граждан, – и это очень встревожило и озаботило владыку Василия. Довершив в два года начатое строение городской стены, он в тоже время обратил пастырское внимание на обновление своего кафедрального собора и, покрыв его свинцом, поставил на главе новый большой крест. Стараясь о мире, Святитель, сам ходил с послами Новгородскими в Переяславль убеждать великого Князя и предложил ему в дар до 500 руб., чтобы признал, хотя некоторые только права Новгородцев; но не успел в своем ходатайстве. По возвращении в Новгород Архиепископ Василий посетил и другую свою епархию Псков, где уже семь лет не бывали владыки и с любовию был встречен во Пскове. – Там восприял он от святой купели сына Князя Псковского Александра и имел утешение принять у себя – в Новгороде – новокрещенного из язычников сына великого Князя Литовского Нариманта, нареченного Глебом, который пришел поклониться Святой Софии и послужить великому Новгороду, как начальник его дружин.

В то самое время, как схимник Мойсей, бывший владыка Новгородский, заложил церковь в обители Деревяницкой, Святитель Василий заложил церковь в Зверином монастыре и потом, вместе с посадником и тысяцким, по воле Новгородцев, заложил каменный город и по другую сторону Волхова, на торговой стороне, от церкви Илии пророка до церкви Св. Павла. – На месте бывшего терема он поставил новую Входо-Иерусалимскую церковь, которую в последствии расписал художеством мастеров Греческих и устроил медные великолепные врата, в западном притворе Св. Софии, известные под именем Корсунских. – При такой пастырской деятельности, Архиепископ Василий должен был ездить в Москву к великому Князю Иоанну Данииловичу, который, имея нужду в Новгороде против своих недругов, склонился, наконец, к миру, почему и пригласил к себе владыку, как мужа государственного, которого и принял с честию. – В тоже время добрый пастырь был очень озабочен умиротворением граждан, между коими возникли домашние крамолы; одна сторона восстала на другую – Торговая на Софийскую и Софийская на Торговую.– И если бы доблестный Святитель не стал с крестом в руках посреди враждующих и не обратился бы к ним, с кротким словом увещания: то неминуемо должно было бы последовать ужасное кровопролитие. Он же должен был заняться сооружением нового моста на Волхове; так как прежний мост, соединяющий обе стороны Новгорода, обрушился.

Много должен был скорбеть Святой Василий и по следующим обстоятельствам: Граждане, собрав шумное вече, заключили одного любимого Святителем Архимандрита Иосифа в церкви Святого Николая, что на торгу, куда тот укрылся и стерегли его, как пленника день и ночь, так что с трудом мог освободить его владыка. Кроме сего, Псковитяне, нарушив древние права Архиепископов Новгородских, отказали Василию в пошлинах за суд владычний; когда он, по обычаю, посетил Псков; кроткий пастырь вынужден был наложить запрещение на непокорный город, чтобы тем привести в послушание его жителей. С другой стороны давно уже продолжалась война у великого Новгорода со Шведами за порубежные земли; после нескольких кровопролитных сечь решились совещаться о мире. Отправлено было посольство к Королю Шведскому от имени владыки и посадника для заключения мира по старым грамотам; но ревностный пастырь, не хотел выдать под иго Шведское православных корелов, которые приняли исповедание наше в продолжение войны, чтобы не потерпели насилия в своей вере. Тяжка была тогда година для всей России от насилия Ордынского; под мечем Татарским погиб в Орде уже третий Князь Тверский Александр, вызванный из Пскова.

Кроме сего, страшный пожар в Новгороде истребил весь Наревский конец; пламя проникло чрез Чудинскую улицу внутрь кремля и сожгло дом владыки, храм Св. Софии и все, что было внутри города. Загорелся и Людин конец и Славянский; такое страшное было истребление, что, казалось, настал уже конец всему Новгороду; пламя перешло чрез Волхов, неудержанное водою, и вспыхнула вся Торговая сторона. Ничего неуспевали выносить из церквей и домов и, если что спасали, вынесши в поле, то грабили злые люди, которых не удерживали ни страх Божий, ни бедствия их собратий. Мост на Волхове сгорел по сваи до самой воды; владыка должен был вновь его строить, хотя сам оставался бездомовным, и опять покрывать свинцом Святую Софию и украсить ее иконами.

При таких столь трудных для Новгорода обстоятельствах, едва не возгорелась у него война с новым великим Князем Московским Симеоном Гордым, сыном Калиты, который обременял Новгородцев налогами. Владыка Василий ходил к нему для примирения в Торжок и принял от него наместников в Новгород. В ту же зиму приехал к Св. Софии Митрополит Феогност и посещение его показалось весьма тягостно по чрезвычайным расходам, с которыми оно было сопряжено, когда город еще не оправился от пожаров. Однако владыка Василий успел уже поставить себе новый терем, где принимал Митрополита и имел утешение поместить в нем малолетнего крестника своего Михаила Тверского, сына убитого в Орде князя Александра, который пришел к крестному отцу учиться грамоте, по патриархальному обычаю того времени.

Ревностно озаботился Архиепископ Василий обновлением Новгорода после пожара, – заложил новую церковь Благовещения на княжеском городище и еще три других на месте сгоревших, на Торговой стороне, и выписал из Москвы хорошего мастера, чтобы слить большой колокол для Св. Софии. – А так как, от времени до времени возобновлялись пожары, то, для утоления гнева Божии, Св. Василий положил трехдневный пост на всех граждан и сам с крестом обошел весь город, страждущий по грехам народа. – Возникло еще другое пламя, – пламя раздоров, – опять восстала одна сторона на другую и с большим трудом умиротворил их владыка, сам он явился на шумное вече, не страшась бури народной, и по слову его, посрамлен был диавол и возвеличился крест. Современный летописец, говоря вообще о подвигах Святителя Василия и в частности о построении им многих храмов, выражается так: «дай ему Господи много лет пожить на сем свете и на том поставь его одесную себя; ибо много он потрудился для церкви твоей».

И, действительно, едва ли кто из других владык Новгорода позаботился более Василия и о церквах и о самой области Новгородской, словом и делом ограждая свою паству.

В 1346 году владыка Василий поехал к Князю и Митрополиту, чтобы пригласить Симеона Гордого в отчину свою – великий Новгород; по приглашению его приехал Симеон в великом посту и гостил в Новгороде три недели; он с любовию был принят гражданами, в сердцах которых жива была память Святого прадеда Его Александра Невского, столько раз осенившего щитом своим великий Новгород. Когда владыка Василий был в столице для приглашения Князя, Митрополит Феогност пожаловал ему крещатые ризы, которые были тогда особым отличием старейших Архиепископов и посылаемы большею частию от патриархов. Другое отличие получил Василий от самого патриарха Константинопольского, – это белый клобук. Право носить белый клобук перешло от Архиепископа Василия на всех его преемников Новгородских, а от них, чрез Митрополита Макария, поступившего с кафедры Святой Софии на кафедру всея России, ко всем Митрополитам и Патриархам Русским.

Известно, что в Греции белые клобуки носимы были теми Святителями, которые поставлялись из белого духовенства, хотя обычай сей, давно оставлен теперь на востоке; быть может, по сей причине, такой клобук послан был от Патриарха Василию, как избранному из приходских священников; он и доселе хранится в соборной главе, где ризница Софийская. Василий, вероятно, был лично знаком Патриарху Филофею, потому что, будучи еще священником, странствовал по Востоку и посетил Иерусалим.

Архиепископ Василий славился разумом и познаниями Богословскими, какие можно было иметь в том веке; образцом их осталось письмо его о земном рае к Епископу Тверскому Феодору, заимствованное им, вероятно, из преданий народных, во время странствования на Востоке. Однако сам он избегал бесполезных прений Богословских. Однажды Магнус, Король Шведский, прислал людей своих в великий Новгород с такими словами: «пошлите на съезд своих философов, а я пошлю своих·, пусть они поговорят между собою о вере, ибо я хочу слышать, – какая вера лучше? Если ваша, – то я перейду в нее; если же наша, – то вы к ней обратитесь, и все мы будем, как один человек; если же не хотите единства, то я пойду на вас с всею моею силою». Так надменно говорил Магнус, один из ревностных поборников власти Папской. Но владыка Василий и посадник Феодор Даниилович и тысяцкий Авраам, и все Новгородцы отвечали, по совещании между собою, так: «Если хочешь узнать, какая вера лучше, – наша или ваша, – пошли в царьград к Патриарху; ибо мы от Греков приняли православную веру, а с тобою не хотим спорить о вере, если же между нами есть какая обида, то о том посылаем на съезд людей наших. «Действительно к Магнусу был послан тысяцкий с боярами; они пришли в город Ореховец; оттуда один из бояр пошел к Магнусу спросить от имени великого Новгорода: «какую обиду от него имеет?». Король отвечал: «обиды нет никакой, но если не идете в мою веру, – иду на вас со всею моею силою». Отпустив послов. Магнус стал осаждать Ореховец, где они затворились, а Ижерцев послал крестить в свою веру, поражая мечем не хотевших исполнить его воли. Новгородцы, по совету владыки, послали против Шведов малую дружину для защиты своих единоверцев, православных корелов и, с помощию Богоматери, при кликах: Св. София! победили немцев. Они просили помощи у великого Князя Московского; но Князь, обещаясь вступиться за свою отчину, медлил и послал только брата своего Иоанна с малою ратью. Иоанн пошел на Магнуса; но когда услышал, что уже взят Ореховец, удалился, не приняв, ни владычнего благословения, ни Новгородского челобитья. Тогда Новгородцы одни решились стать за себя и за православие на севере Руси. Приступив смело к Ореховцу, они силою честного креста и помощью Князей мучеников – Бориса и Глеба, уже поборавших однажды их Благоверному Князю Александру против Шведов на берегах Невы, взяли Ореховец с бою и, освободив из него своих собратий, пошли далеко до Выборга, везде поражая Немцев.

Владыка Василий и в этот раз ревностно одушевлял своих пасомых к защите православия и сохранению духовного мужества во время постигших их бедствий и скорбей, хотя силы его, заметно, уже слабели и дни дорогой жизни его близились к концу. Сперва умолили его Новгородцы, бояре и черные люди, чтобы он ехал в Ореховец. «Нарядить там костры» и он исполнил их желание; потом пришли Псковитяне просить его, чтобы он благословил их город, где тогда свирепствовал сильный мор. Это была, так называемая, черная смерть, которая опустошила в 1352 году Россию и всю Европу; от ней скончались, и Князь великий Симеон Гордый и Митрополит Феогност и множество погибло народа; признаком болезни было то, что, если кто харкнет кровью, тот чрез три дня непременно умрет. «По всему лицу земли ходила казнь сия, а не в одном только Новгороде, говорит летописец, и кому Бог повелел, тот умирал, а кого Бог сохранял, тот был наставляем болезнию, чтобы и в прочие дни старался жить о Господе – целомудренно и честно. – Поэтому послы из Пскова говорили своему владыке так: «Богу в Святой Троице, угодно было, и судил Господь детям твоим, Псковитянам, жить еще дотоле, пока увидят тебя, нашего Господина у Святой Троицы и ты бы благословил нас детей твоих, Псковитян. Тронулся владыка такою умилительною их любовию и не медля, хотя с опасностию жизни, поехал благословить их во Пскове, взяв с собою Архимандрита Никифора, игуменов и священников. Там служил он в соборе у Святой Троицы, потом в обители Богородицы на Снетной горе, служил в церквях Архангела Михаила и Иоанна Богослова и вторично у Святой Троицы в соборе, а потом обошел весь город со крестами. И это был последний подвиг пастырской деятельности и любви к пасомым Архиепископа Василия. – Благословив детей своих, Псковитян, Василий поехал обратно в Новгород; но едва только достиг селения Прощенника, сильно разболелся; его повезли в обитель Архангела Михаила, что на устье реки Узы, впадающей в Шелонь, но здесь он и скончался 3 Июля 1352 года, на память Святого мученика Иоакинфа, как бы в знак оного, что и он, как мученик, страдавший всю жизнь за паству, положил за нее душу свою. День спустя, с великим плачем, повезли многотрудное тело его в Новгород, где также со слезами встретил его народ, искренно любивший за все его благодеяния. – Вызвали из Сковородской обители схимника Моисея, как бывшего владыку, и он проводил усопшего своего собрата совсем освященным собором и всеми людьми Новгородскими до места его упокоения, – до западной паперти Софийского собора, называемой Корсунскою, в которой тогда был погребен и где до ныне почивает.

Примечание. Кроме описанных выше трех Благоверных Князей, одной Княгини и одиннадцати Святителей Новгородских, причтенных к лику Святых угодников Божиих и почивающих поверх земли и под спудом, еще многие приснопамятные Святители Новгородские и некоторые из князей и посадников, служивших Новгороду, покоятся в Мартириевской и Корсунской папертях, а также в Предтеченском приделе и других неизвестных местах Софийского собора, а именно:

1. В Мартириевской паперти почивают след. Святители:

2. В Корсунской паперти почивают след. Святители:

3. В приделе усекновения честной главы Иоанна Предтечи:

Из Князей, погребенных в Мартириевской паперти, известны следующие:

1. Князь Мстислав Ростиславович, внук великого Князя Юрия, т. е. Георгия Владимировича, правнук Мономаха, скончавшийся † 1178 г.

2. Князь Василий Мстиславович, сын Князя Мстислава Андреевича, скончавшийся † 1218 г.

3. В соборе также погребен в 1095 г. Князь Изяслав, сын Мономахов, но в каком именно притворе, неизвестно; а в придельной церкви Архидиакона Стефана, находившейся у северной стены собора, погребена Княгиня Александра, супруга Св. Благоверного Князя Новгородского Владимира Ярославича, скончавшаяся в молодых еще летах.

4. В Богословском приделе погребен наместник Новгородский, боярин и воевода Князь Михаил Петрович Котырев-Ростовский, скончавшийся 1606 г. один из немногих бояр, не присягавших Лжедимитрию. Подле него погребена супруга его княгиня Домникия, дочь князя Димитрия Полоцкого, скончавшаяся за два дня до мужа своего, от моровой язвы.

Из посадников, погребенных в северной или Корсунской паперти собора, известны следующие: Степан Твердыславич и Михаил, убитый в сражении с Ливонскими рыцарями в 1268 году.

Премилосердный Господь, дивный во святых своих, являл силу Свою не только чрез выше описанных Святых угодников Новгородских, но и чрез иконы чудотворные. Таковых икон в Софийском соборе считается четыре, а именно:

1) Первая по времени и особенно возбуждающая благочестивое любопытство в поклонниках святыни, есть икона Господа Вседержителя с сжатою рукою в главе или куполе Софийского собора на своде. Она написана Цареградскими или Греческими иконописцами в то время, когда был устроен Софийский собор (1045–1052). Написание ее сопровождалось следующим чудом или знамением: Иконописцы или художники изобразили Спасителя с благословящею рукою; но на другой день она оказалась сжатою. Епископ Лука приказал переписать ее снова благословящею; приказание было исполнено; но на другой день тоже десница или правая рука опять была сжатою. Исправлена была икона, по приказанию того же Епископа, и третий раз; но опять Спаситель чудесно явился на ней с сжатою десницею. – При виде такого чуда, недоумение и страх объял писавших святое изображение, и, наконец, в четвертый день, когда они размышляли о таком необыкновенном происшествии, вдруг от образа или иконы послышался следующий голос: «писари, о писари! не пишите Меня с благословляющей рукою, но напишите Mеня с рукою сжатою; ибо в сей руке Я держу великий Новгород, и когда онa разогнется, тогда наступит граду конец. – В летописи говорится о мере сего чудотворного образа и времени писания его так: мера тому Спасову образу: от венца до пояса пол – 4 сажени, а около венца 43 пяди, носу длина пол – 4 пяди, устне полторы пяди, очи пол – 2 пяди, руки сжатая длань 6 пядий, a простертая длань 8 пядий, подпись: Иисус Христос по 14 пядий, Архангелы и Херувимы по окны написаны стоящие по 16 пядий, а пророки написаны промеж икон стоящие по 18 пядий мерных, а внутри главы кругом, где окна, 12 сажен, от Спасова образа ото-лбу до моста церковного 15 сажен мерных. А писали Спасова образа годищное время и более». (Нов. III лет. под 6635 г. стр. 211.)

2) Другая чудотворная, в сребропозлащенной ризе, икона или образ Святой Софии, от которой получил свое название собор, занимает второе место в главном иконостасе, по яровую сторону царских врат.

Греческое слово София, означающее по русски – премудрость, не есть имя человеческое, каким, например, называются Св. мученицы, воспоминаемые церковью 17 и 18 чисел Сентября месяца. – Здесь словом София означается Премудрость Божия, – одно из свойств или совершенств всесовершеннейшего Бога, которому она в высшей степени принадлежит также, как и другие свойства, каковы: благость, всемогущество, вездесущие, праведность или правосудие и т. п. Так как Премудрость Божия особенно проявилась в воплощении одного из лиц Триединого Бога или Пресвятой Троицы, – Сына Божия: то икона и представляет собою Его, Сына Божия, по Божеству и по человечеству, как Христа – Божию Силу и Божию Премудрость, – воплотившуюся. Иначе можно сказать, что икона представляет предвечное пребывание Иисуса Христа, как Сына Божия, на небе с Богом Отцом, воплощение от Пречистой Девы, ходатайство о роде человеческом и наконец, вечное Его царство на небе; почему сия икона и носит название – не просто Св. Софии, а Софии – Премудрости Божией. Икона Софии – Премудрости Божией, с приделанными каймами и нижнею приставкою, в вышину 3 арш. 5 ½ верш., а в ширину 2 арш. 2 ½ вершка. На средине иконы изображен крылатый Ангел огненного вида, в царском венце с крестом на верху, в царском далматике с орарем, сидящий на золотом престоле, подпертом 7-ю столпами. В правой руке Ангела скипетр с крестом на верху, в левой – свиток, под ушами «тороцы» или слухи. По сторонам Ангела стоят: Божия Матерь в червленой одежде, держащая при персях Божественного младенца и Предтеча, покрытый власяницею и держащий в левой руке свиток, на котором написано: се Агнец Божий и проч. Над главою Ангела, сидящего на престоле в небольшом огненном круге, представлен Спаситель в червленом Хитоне, с голубою хламидою, благословляющий обеими руками; от главы Спасители по обе стороны простирается зеленая полоса, наподобие радуги, а выше ее звездное голубое небо, на котором, над самою главою Спасителя, стоит четвероножный золотой престол с раскрытою на нем книгою, вероятно, Евангелием; с обеих сторон сего престола припадают к нему по три крылатых Ангела. На кайме сребропозлащенной ризы и, вероятно, на кайме самой иконы с четырех сторон изображены праотцы, пророки и апостолы. На нижней приставке (в ¾ арш.) к образу вычеканены тропарь и кондак Софии Премудрости Божией. – В 1542 году 1-го Августа, – в день прибытии в Новгород на кафедру Архиепископа Феодосия, от сей иконы совершилось чудо, о котором в Новгор. III летописи сказано так: и в то время Премудрость Божия простила жену, – очима была больна. О давнишнем благоговении к иконе Софии Премудрости Божией, написанной, как полагают, во время построения Софийского собора, свидетельствуют, между прочим, слова летописи в 1519 году: – Князь великий Василий Иванович, едучи в Москву, велел устроить в Новгороде свечу негасимую пред Софиею Премудростию Божиею день и нощ, по старине, как было прежде. О написании же сей иконы во время построения собора знаменитый Благовещенский священник Сильвестр в своей челобитной говорит так: «как великий Князь Владимир Ярославич повелел в Новгороде поставить церковь камену Святую Софию Премудрость Божию по Цареградскому обычаю, икона Софии Премудрости Божией тогдаж написана». (Акты Арх. экспед. Т. 1, № 238 стр. 248.) Таковое мнение подтверждается отпечатком древности и греческим пошибом иконописания, сохранившимися доселе, несмотря на возобновления, коим подвергалась сия икона.

Храмовое празднество Софии – премудрости Божией совершается в день Успения Богородицы, послужившей воплощению Сына Божия – Божией премудрости; но имеется в соборе и особая рукописная служба Софии премудрости Божией.

3) Третья в соборе икона чудотворная – есть икона Спасителя, сидящего на престоле, писанная на кипарисе и занимающая первое место в главном иконостасе, по правую сторону царских врат. Эта икона есть список с древнего образа, приписываемого Греческому Императору Мануилу, известного под именем «Золотой рясы или ризы», и присланного в Новгород Владимиром Великим из Корсуни, почему и носит название иконы Корсунской. Она в вышину 3 арш. 5 ½ верш., а в ширину 2 арш. 2 ½ вершка. На иконе Спаситель в левой руке держит раскрытое Евангелие, в котором на одной стороне написаны Греческие слова, которые в Русском Евангелии переведены так: «Я свет миру; кто последует за Мною, тот, но будет ходить во тме, но будет иметь свет жизни». (Ин.8:12) Правая рука у Спасителя опущена вниз и распростертым указательным перстом Он указывает на конец правой стороны Евангелия. Около главы Спасителя надпись: I. X., а пониже другая – Господь Вседержитель. По сторонам Спасителя на кайме, в клеймах, изображено на правой стороне Благовещение и Рождество Христово, на левой стороне – Введение во храм Пресвятой Богородицы и Богоявление Господне. На кайме ризы с четырех сторон вычеканены в клеймах: депсус, праотцы, пророки и апостолы. О времени написания 4 иконы Спасителя, имеющей большое сходство с подлинником, и чудесах от ней не сохранилось сказаний в летописях.

4) Четвертая в соборе икона чудотворная есть икона Св. исповедников: Гурия, Самона и Авивы. Эта весьма древняя икона, стоявшая первоначально в самом соборе, в 1411 году перенесена в особый придел, посвященный памяти Св. исповедников, который пристроен к юго-западному углу собора по случаю знамения от иконы Св. исповедников. Об этом Знамении в Новгород. 1-й летописи под 1410 годом сказано: сотворися знамение в Святой Софии от иконы Св. мучеников Гурия, Самона и Авива, месяца Декабря 21 дня. А в Новгородской III-й летописи объясняется, что знамение от иконы было о судех церковых при Архиепископе Иоанне, устроившем, ради него, церковь у Софии со владычного двора. Архиепископ Иоанн III в своем послании советует Новгородцам приносить очистительную присягу пред этою иконою, от которой было знамение, оправдывающее правых и обличающее виноватых. Вот самые слова Святителя, заключающиеся в его послании по этому поводу. «Слышу я, говорит он, что у нас, по случаю великой и малой пропажи, ходят ко кресту: это делаете вы не по Божию закону. Здесь дал нам Бог знамение Св. исповедников Гурия, Самона и Авива диакона, так что, Божиею милостию, многие правые оказываются правыми, а виноватые подпадают казни. И мы послали к вам икону тех Св. исповедников в церковь Божию: то, что вы ходили ко кресту, мы вам возбраняем; но ходите к знамению Божиих Св. исповедников». (См. Хр. чт. за Январь месяц 1857 г. стр. 44 и 45 или рукоп. служ. Новгород. Соф. библиотеки ХVI в. в 4-ку, № 72, стр. 114–116.)

Примечание. Кроме сих четырех чудотворных икон, в Софийском соборе замечательны по древности и особому местному чествованию и другие иконы, каковы, например: храмовая икона Успения Божией Матери, стоящая на первом месте по левую сторону царских врат, ведущих в главный алтарь собора, Корсунская икона Божией Матери, находящаяся в Мартириевской паперти на стене, Корсунская же икона Св. Апостолов Петра и Павла, стоящая на правой стороне иконостаса, при входе в придел Богоотец Иоакима и Анны над сводом на стене и сим подобные иконы, находящиеся и в приделах собора; но подробное сказание о них считаем невходящим в пределы нашей статьи, которая и без того вышла довольно обширна, вопреки нашему предположению.

Церквей, ознаменованных чудотворными иконами, в Новгородском кремле находится две: 1-я во или Святителя Иоанна Архиепископа Новгородского, 2-я Покрова Пресвятой Богородицы.⁶ Часовен в самом кремле также две: 1-я Спасителя и 2-я чудотворца Николая, да одна 3-я часовня Чудного Креста вне кремля, в нескольких шагах от него.

1) Церковь во имя Святого Иоанна Архиепископа Новгородского, принадлежащая Архиерейскому дому и находящаяся во дворе оного в самом близком расстоянии от собора, особенно от западных врат оного. Эта церковь устроена из залы прежней грановитой палаты, этого замечательнейшего древнего здания. – Среди ее стоит кругловатый каменный столб и от него идут 4 отдельные свода, которые украшены разводами из трехугольных граней обтесанных из кирпича. Размеры церкви внутри, без стен, в длину 6 саж. 10 верш., а в ширину 6 саж. 4 ½ верш., а в высоту от пола до верхней части 4 арш. 3 вершка, а до начальных сводов или арок 2 арш. 2 верш. – Под этими сводами совершились некогда следующие два грозные события: великий Князь Василий Иоаннович велел собраться сюда Псковичам, боярам, посадникам и купцам именитым, обещав, что 6-гo Января 1510 года рассмотрит их жалобы на своего Псковского наместника. Ничего не зная, Псковичи собрались, в ожидании своего Государя или Князя, который для этого нарочно приехал в Новгород; но вместо Государя явились бояре и объявили, что вече и права Пскова не должны существовать. За тем совершилось падение Пскова. Здесь же 2-го Февраля 1570 г. Архиепископ Пимен угощал царя Иоанна IV, и вдруг за обедом царь велел схватить и ограбить Архиепископа, бояр и слуг; мучить и убивать жителей, грабить Софийский собор, церкви и монастыри. За тем последовал страшный погром Новгорода. Одним сломом следует сказать, что здесь некогда страшно билось сердце великого Новгорода, а теперь оно, напротив, может находить постоянное успокоение и отраду в существующей, на месте палаты, церкви во имя Святителя Иоанна, в которой непрерывно, в течение года, совершается суточное Богослужение. Здесь же, где, позади церкви, находятся келлии Святителя Иоанна, состоящие из двух небольших комнат, из коих одна замечательна тем, что в ней Святитель уединялся для молитвы, а другая – расписана изображениями, относящимися к чудному ночному путешествию его в Иерусалим, – верующий христианин может почерпать назидание и поощрение к духовным подвигам, необходимым для снискания вечноблаженной жизни за пределами гроба. Но всего дороже то, что в сей церкви имеются следующие две чудотворные иконы:

Одна из них чудотворная икона Спасителя находится, впрочем, не в самой церкви Иоанна Архиепископа, а в притворе или сенях, по правую сторону дверей, ведущих в нее, и изображена на каменной стене в нише. – Мерою икона в вышину 1 арш. 14 вершков, а в ширину 1 арш. 8 верш. На иконе след. надписи: Греческая ο ὤν (сущий) и Русская: Иисус Христос, Господь Вседержитель. Правая рука у Спасителя приложена к персям (груди) с разгнутыми и обращенными к верху перстами, наподобие благословляющей руки. В левой руке Евангелие, разгнутое на словах: «судии, имжо судом судите, судится и вам; не на лица зряще судите сынове». Эта икона Спасителя есть именно та, пред которою Святитель Иоанн молился во время осады Новгорода Андреем Боголюбским и от которой слышал он дивный голос, повелевающий для спасения города вознести чудотворную икону Знамения Божией Матери на стену городскую пред лицо ожесточенных Суздальских войск. – Об этом чуде, бывшем от образа, а равно и о времени написания сего образа имеется над ним следующая летописная надпись: «лета от рождества 1170 года 24 Февраля стоящу Святителю Иоанну на молитве пред сею иконою Иисус Христовою и со слезами молящуся о избавлении Новаграда от нашествия супостатов, слыша от иконы глас, глаголющий ему: иди в церковь, еже есть на Ильине улице, и тамо вземши образ Богородицы, вознеси на стены града противу супостатов, и узриши спасение граду. – Далее написаны тропарь и кондак Спасителю, и потом надпись: «образ с 1116 года по летописи» то есть, известен. Действительно, к 1116 году можно относить написание сей иконы потому, что в этот год великим Князем Мстиславом Владимировичем построен каменный город или кремль в большом и лучшем виде, а, стало быть, и грановитая палата, где написана сия икона, сделавшаяся известною чрез 53 года (1169).

Другая чудотворная икона или образ, находящийся в иконостасе церкви Святителя Иоанна, есть список с Тихвинской иконы Богоматери, поступивший из одного помещичьего дома и почитаемый чудотворным с 1722 года.

2) Покровская церковь. – Она стоит в юго-западной стороне от Софийского собора близ прежнего острога или тюрьмы и считается, по преданию, придворною церковию Князей Новгородских; основана она в 1305 г. посадником Семеном Климовичем и вновь перестроена посадником же Григорьем Якуновичем в 1389 году. В ней, кроме главного храма во имя Покрова Богородицы, имеются еще два придела, из коих один в честь Рождества Иоанна Предтечи, а другой – в честь Святители и чудотворца Николая. – Святыня, которою ознаменована Покровская церковь, есть следующая:

Чудотворная храмовая икона Покрова Пресвятой Богородицы, написанная в XY веке. Мерою икона в вышину 1 ½ арш., а в ширину 1 арш. 1 вершок, в сребропозлащенной ризе. Эта икона прославлена чудесным знамением в то время, когда она находилась еще в обыденной деревянной церкви во имя Св. мученицы Анастасии, у Софийского собора, устроенной в 1418 году, во время Анастасиинского мора. Вот как говорится в Новгород. 1-й летописи под 1418 годом о бывшем знамении от сей иконы: «бысть знамение в церкви Святой мученицы Анастасии: идяше от иконы Святой Богородицы Покрова, аки кровь, но обе стороны ризы ея, месяца Апреля в 19». Хотя письменных известий о перенесении иконы Покрова Пресвятой Богородицы из упомянутой обыденной в Покровскую церковь не сохранилось; но, не смотря на это, она почитается здесь издавна чудотворною.

Примечание. В кремле, кроме Покровской находятся еще церкви: Входо-Иерусалимская, или теплый собор, и Св. Андрея Стратилата, что за присутственными местами и соборными церковными домами, называемая обыденною, т. е. построенною по обету, в один день. – На Архиерейском же, собственно, дворе сего кремля, кроме церкви Св. Иоанна, Архиепископа Новгородского, находится еще церковь Преподобного Сергия Радонежского, с Евфимиевскою башнею или часозвонею, а также крестовая церковь Благовещения при Митрополичьих комнатах. – Но так как в сих церквах не имеется чудотворных икон: то подробное описание сих церквей считается не подходящим под принятый план.

1) Спасская деревянная часовня, пристроенная к южной городской стене кремля, где была прежде церковь Преображения Господня, основанная в 1426 году над градскими воротами, носившими название Спасских.

Главнейшая святыня сей часовни есть древняя чудотворная настенная икона Спасителя. О времени явления и чудесах от этой иконы, к сожалению, не сохранилось сказания у летописцев. – В кратком историческом описании святыни Новгородской за 1850 год – А. Цветкова на стр. 42-й упомянуто, что сказание об этой иконе можно читать в рукописи, хранящейся в самой часовне, но по справкам таковой рукописи в часовне не оказалось.

Под Спасскою часовнею имеется колодец, почитаемый священным, в котором усталый странник всегда найдет студеную воду для утоления жажды.

2) Никольская часовня, каменная, пристроенная также к северной стене кремля, где была прежде церковь Св. Равноапостольного Князя Владимира, основанная в 1311г. над кремлевскими воротами, которые по сей церкви назывались Владимирскими.

Важнейшая и особенно чтимая святыня сей часовни есть чудотворная икона Святителя Николая в рост, написанная на стене с наружной стороны, обращенной к реке Волхову. О времени явления и чудесах от сей иконы в летописях также ничего не упоминается. Из надписи же на большом кресте, вделанном в стену ниже чудотворной иконы можно предполагать, что крест сей вделан в стену в честь чудотворной настенной иконы Святителя Николая, находившейся с древнейших времен над этим крестом. Надпись сия следующая: «Господи, спаси и помилуй раба своего Симеона грешного черньца Оркажа монастыря, Аминь. Поставлен святой крест си в лето 6752 (1244) месяца Августа в 15 день на память Святая Богородица Успение Владычица».

3) Часовня Чудного Креста. Эта часовня хотя и не состоит в самом кремле или не принадлежит к нему, но находится почти у ворот его при конце Волховского моста, на левом берегу реки Волхова. На сем месте часовня существует с тех нор, как устроен мост (1830 г.), по повелению Императора Николая 1-го. Прежде же, когда мост был выше и проходил от Михайловской улицы, что на Торговой стороне, к Троицкой церкви на Софийскую сторону, часовня сия стояла почти напротив часовни преподобного Арсения. Тогда и в кремль входили чрез Спасские ворота.

Важнейшая и известнейшая святыня сей часовни есть так называемый Чудный крест. Наименование Чудного усвоено сему кресту по особенным его знамениям над Новгородцами. Сведения об этих знамениях хотя и не сохранилось в летописях или записях; но нельзя сомневаться в явлении их, основываясь на общем предании, и почитании сей святыни в Новгороде, как видно будет далее.

Чудный Крест имеет осмиконечное очертание и вырезан из липового дерева по образцу древнего Греческого искусства. Вышина креста 3 аршина 8 вершков; средний поперечник 2 арш. 2 вершка; верхний 1 арш. и 3 вершка; нижний косвенный 1 арш. 5 ²/₄ вершков, широта креста 7 ²/₄ вершков. Посредине креста изображено резное Распятие Господа нашего Иисуса Христа: на правом конце главного поперечника вырезаны грудные изображения Богоматери и Марии Магдалины; а на левом Иоанна Богослова и Логина Сотника с надписями: Мр. Фу, Мироносица, Иван Логин. Выше изображения Спасителева надпись: «Распятие Господне». На верхнем поперечнике изображены два Ангела с распростертыми крылами, сверху взирающие на Распятого; по концам сего поперечника в голубых кругах подпись резными буквами IC. ХС, а на самом верхнем конце креста: Царь славы. На косвенном нижнем поперечнике, по концам оного: НИКА, ниже сего подножия Голгофа, а потом вырезана надпись выпуклыми буквами: «в лето 7056 (1547) Сентября при Царе и Государе великом Князе Иване Васильевиче всея Руси и при Архиепископе Феодосие великого Новгорода и Пскова поставлен бысть крест сей повелением раба Божия Петра Невежина на мосту».

Эта последняя надпись свидетельствует не о первоначальном сооружении Чудного Креста, а о возобновлении и перенесения его на новое место в 1547 году. Летописи упоминают о существовании сего креста ранее этого года. Там говорится, что в 1418 году блаженный Архиепископ Симеон молился у креста на мосту во время страшного междоусобия Новгородцев, а блаженный Архиепископ Серапион в 1508 г., совершил молебное пение пред Чудным Крестом, когда жестокий пожар истреблял Новгород. Предание же уверяет, что Чудный Крест водружен Святым Владимиром, (но неизвестно, – которым – Князем ли Новгородским, нетленно – почивающим в Софийском соборе или Равноапостольным его дедом?), что он был скрыт или затерян при нападении Полоцкого Князя Всеслава Брячиславича, а потом был обретен и поставлен у реки Волхова в 1069 г. при Епископе Феодоре, о каковом обретении упоминается в Новгородских летописях так: в лето 6577 (1069) Октября в 24 день обретеся крест честный Володимир у Святой Софии в Новгороде, при Епископе Феодоре. С этого-то времени, вероятно, и сделался крест предметом особого почитания у всех Новгородцев, которое они выражали и сами непосредственно и при посредстве своих, как уже было сказано, святителей. При часовне Чудного креста делались торжественные встречи великим князьям и царям; здесь же издревле останавливаются крестные ходы для совершения литий, чтения Евангелия и осенения крестом; к святыне Чудного креста и доселе прибегают Новгородцы с особенным усердием и благоговением.

***

Теперь предположенная нами главная задача памятной книжки закончена. Думается, что всякий из прочитавших ее согласится с тем, что Софийский собор есть действительно обильнейший кивот или вместилище нетленных мощей и чудотворных икон. А так как почти каждый из посетителей собора не оставляет не посещенными и состоящих при нем церквей и часовен, ознаменованных только чудотворными иконами: то нельзя не согласиться и с тем, что собор и эти церкви и часовни вместе составляют как бы один – нераздельный и важнейший из пунктов Св. мест Новгородских. Остается только желать, чтобы сия книжка послужила к большему увеличению числа притекающих к сему святому месту и чтобы они воздавали чествование святыни более разумно, с пониманием значения тех знаков чествования, которые обыкновенно приняты при посещении святыни. А для того, чтобы желание это было более надежно, считаем неизлишним присоединить объяснение значения знаков, употребляемых для воздаяния чести святым мощам угодников Божиих и святым иконам.

Православные христиане пред святыми иконами и мощами совершают во 1-х крестное знамение, сопровождаемое поклонами. Крестное знамение, совершаемое на себе христианами, с апостольских времен служит видимым знаком наших молитв к Богу и святым его. Оно означает, что мы обращаемся к Богу чрез святых его в надежде не на свои заслуги, а на ходатайство Иисуса Христа, пострадавшего и умершего на кресте за наши грехи. Для крестного знамения христиане слагают три первые перста правой руки, то есть большой и два ближайшие к нему (указательный и средний). Таким сложением трех перстов во едино, они выражают свою веру в то, что Бог един и вместе троичен в лицах – Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой, но так что не три Бога, а один Бог Триединый или Пресвятая Троица единосущная и нераздельная, устроившая наше спасение; наклонением же двух последних перстов к ладони напоминают себе снисшествие с неба на землю второго лица Св. Троицы – Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа, который, будучи Богом, принял на себя наше человеческое естество или природу, и таким образом есть Бог и человек вместе или Богочеловек; короче можно сказать, что два последние пальца, пригнутые к ладони, означают в Иисусе Христе два естества или две природы – Божескую и человеческую. – Такое перстосложение есть как бы сокращение всей веры нашей. Оно напоминает о двух основных догматах веры: о троичности лиц в едином Боге и о воплощении Сына Божия, сшедшего с небес и пожившего между человеками, но никогда не престававшего быть истинным Богом. Самое же крестное знамение заключает в себе такую мысль: касаясь руками чела или лба, мы посвящаем Богу все свои мысли, полагая крест на груди, приносим Богу в жертву сердце свое, все чувствования и все желания свои; знаменуя плеча или рамена – изъявляем готовность служить ему всеми своими силами. А это – есть сокращение почти всей деятельности христианской. – Вот как таинственно и поучительно крестное знамение. Кроме сего, знамение креста, с верою сделанное рукою есть то же самое, что имя Иисуса Христа распятого, с верою произнесенное. Надобно только креститься со всею правильностию и благоговением. Как грешно искажать имя Иисуса Христа, так грешно и креститься неправильно, кое-как, делая рукою на груди какое-то торопливое, беспорядочное движение, не имеющее никакого значения. Кто пренебрегает крестом или стыдится креститься, тот недостойный христианин, тот не желает исповедовать Христа и веру свою в него; Христос за то постыдится его, от него откажется. – Поклоны, совершаемые при молитвах или при крестном знамении, видимо выражают наше благоговение и почитание пред Богом и Его святыми. По большей или меньшей силе наших чувств и поклоны бывают различные, а именно: поклон простой или поясной; он означает наше смирение, то есть, что мы прибегаем к Богу и святым Его в сознании своего недостоинства и в чувстве благоговения к ним. Коленопреклонение выражает большую степень смирения: что мы считаем себя крайне греховными пред Богом и святыми Его и просим у них милости и прощения. Падение на землю означает самое глубочайшее смирение наше, что мы не смеем и смотреть на небо, а повергаемся в прах пред Богом и святыми Его, сознавая все свое ничтожество. Это последнее поклонение вполне приличествует Богу, который един собственно Господь и владыка всего. Православные христиане, во 2-х, лобызают или целуют святые иконы и мощи; – это в знак любви и примирения со святыми, которых оскорбляет жизнь наша, исполненная неправды и порока. Пред иконами и мощами, в 3-х, возжигают свечи и масло; и сие совершается не без глубокого основания; ибо Сам Бог некогда повелел Моисею поставить светильник пред ковчегом, который вообще был как бы престол Божий, где открывалась первосвященнику воля Божия для сообщения народу. В духовном же смысле этим действием богопочтения выражается сердце наше, пламенеющее любовию и усердием к святыне. Пред иконами и мощами, в 4-х, воскуряется фимиам или ладан; – таков был обычай еще в ветхозаветной церкви; им означается возношение, подобно дыму кадильному, молитв наших к Богу и святым, живущим на небе. Пред иконами и мощами святых угодников Божиих православные христиане просят священослужащих совершать, в 5-х, молебны или молебны пения⁷. Молебен есть такое священнодействие, в котором христиане по особенным нуждам или обстоятельствам своего состояния, молят Господа или Пречистую Матерь Его и святых о ниспослании им небесной милости, или о принятии их хвалы и благодарения. – На таковом молебне, по благословении начала священнодействующим, читается псалом 142: Господи услыши молитву мою; потом поется: Бог Господь и явися нам, и тропарь тому, кому совершается молебное пение; за тропарем следует, канон с эктениями по 3 и 6 песни, после которой читается Евангелие. По окончании канона (с запевами) читается: святый Боже…, и молитва Господня: Отче наш…, поется кондак, произносится краткая сугубая эктения, иногда читается священнодействующим молитва и бывает установленный отпуст. (Во время прикладывания ко кресту поется иногда и величание.) С молебном соединяется иногда акафист, который, по словозначению есть богослужение неседальное, совершаемое христианами при благоговейном стоянии; он состоит из 25-ти священных песней, называемых кондаками и икосами, и особенно исполнен хвалы и благодарения. – Над могилами почивающих в соборе святителей, христиане просят, в 6-х, совершать панихиды и литии. Панихида есть сокращение погребения, и содержит моление о прощении грехов и упокоении душ преставшихся. Чин совершения весьма сходен с чином погребения младенческого. Лития же есть собственно последняя часть панихиды и состоит из трисвятой песни, молитвы Господней, некоторых тропарей и отпуста⁸. Наконец, в 7-х, поскольку святые мощи суть сокровище, превосходнейшее всех благ земных, и поскольку и святыя иконы суть приобретение для христианина необходимое, утешительное и радостное: то важнейшею обязанностию почитается – благоговейно украшать, как гробницы и самые храмы, в которых почивают мощи угодников Божиих, так и святыя иконы их. – В священном писании читаем, что ковчег завета окован был всюду златом, в нем же стамна златая, имущая манну. (Евр.9:4). Вот наружные виды или знаки чествования святых икон и мощей угодников Божиих. – Все они, как указанные нам самим Богом, спасительны для нас, но только тогда, когда соединяются с внутренними знаками чествования, каковы суть: вера истинная, любовь искренняя, упование непреложное, сознание своей греховности и паче всего ревнование или старание подражать учению и благочестивой жизни тех, коих нетленные останки и лики или иконы представляются глазам нашим. Ибо, по судьбам Божиим явление чудотворных икон и в особенности мощей угодников Божиих между другими целями имеет и ту, чтобы осязательнее нагляднее, так сказать, уверить нас, что путь их добродетелей и подвигов есть угодный Богу путь, – путь правый и спасительный, и тем сильнее вызвать нас к подражанию, ко вступлению в этот путь, к верному, неуклонному последованию по нему. Даже, можно сказать, что в добродетелях святых, явленных нетленными останками известному месту и области, между прочим, Господь заключает напоминание того, каких добродетелей нет, или какие добродетели оскудели в той области и каких он хотел бы от обитателей ее. Прилагая это соображение к себе самим, не должны ли мы с особенным тщанием и сколько возможно чаще обновлять память добродетелей и подвигов наших святых угодников Божиих, почивающих в соборе посредством чтения житий их и чрез это чтение, как чрез зеркало, поверять образ и собственной нашей жизни?! И если бы жизнь наша оказалась в этом зеркале слишком безобразно: то мы не можем упадать духом и отчаиваться в ее исправлении, при помощи таких великих предстателей пред престолом Божиим, каковы суть святые угодники Божии, обитающие около нас. Когда святый Божий, к которому мы прибегаем с нашими молитвами, не присущ среди нас своим святым телом: то общение наше с ним чисто духовное, общение молитвы, веры и любви, всегда, конечно, действенное и даже чудодейственное, если оно только искренно, тепло и несомненно. – Нечто иное, нечто особенное бывает, если Св. молитвенник о нас обитает среди нас и святым своим телом. Здесь не только вера зрит, но и око видит, не только касается дух крыльями молитвы, но и осязают руки наши, не только объемлет любовь, но и лобызают уста наши заступника нашего. Здесь чувствуешь, что находишься близ самого источника помощи, и что источник помощи находится близ тебя. – Не с трепетом ли особенного благоговения ты приступал, христианин, если только приступал к раке мощей, когда приходил с горем в сердце, с прошением на мысли, с молитвою на устах? Не думалось ли тебе тогда, что ты находишься в особенном присутствии Божием, как бы на месте самого действия чудодейственной силы, как бы в личном присутствии органа этой силы небесного заступника твоего? Не билось ли сердце твое особенным образом от ожидания чудесного дара, когда уста твои касались святыни мощей? И трепет твоего ожидания никогда не будет напрасен, если только вера твоя будет равна твоему ожиданию. Не мертвенные останки – телеса святых, это не безжизненные кости, служащие простым напоминанием о жившем когда-то человеке. – Нет, полны жизни гробы святых, пишет Св. Ефрем с голоса вселенской церкви, святым мощам присуща чудодействующая благодать Св. Духа, в костях святых обитает Бог. – Вседействующею благодатию Св. Духа именно совершается то, что полнота божественной жизни и силы, которою преисполнена была душа праведника, проливается в самое его тело, даже в деки его гроба и отсюда и благоухает, и течет и на других и животворит достойных того. Если тень проходившего Апостола Петра, падавшая на болящих, исцеляла их; (Деян.5:15) если убрусы и главотяжи Апостола Павла в отсутствии его изгоняли бесов, подавали здравие страждущим: то что непонятного или удивительного для верующего ума в том, что телеса святых, наслаждающихся уже небесною жизнию, и сохраняют, и сообщают другим силу сей жизни.

Кроме сего, явление останков Святых Божиих есть видимый залог Божия и, осмелимся сказать, особенного благоволения к этой земле, народу и граду, в которых они открываются. Не помыслим, однакож, горделиво при сем, будто наши добродетели заслуживают нам от Бога эту благодать. Нет! будем смиреннее думать о своем достоинстве и понимать дар Божий иначе. Бог открывает свою высокую силу чрез посредство телес святых к известной стране, народу, граду или обители, и тем являет особенное свое благоволение к этой стране и граду; но не ради добродетелей собственно сего народа и страны, а ради заслуг сих же самых святых, то есть, ради своего особенного благоволения к ним, Он благоволит милостию своею к нам. Священное писание учит, что мир стоит святыми, что ради святых Бог хранит мир (Ис.6:13). Сам Бог возвестил, что он совершенно определил истребить Израильский народ в пустыне и только вследствие молитв верного раба своего Моисея отменил определение гнева своего. Так было в ветхозаветные времена, так было тогда, когда святые Божии были еще на земле, еще в теле (Исх.32:33). Но в новозаветные дни Господь делает более сего. Не только внемлет молитвам святых своих, когда они пребывают с ними в мире; не только милует и спасает нас ради их и ради своего благоволения к ним, когда они отходят из мира; но в ближайшее засвидетельствование сей истины, в непосредственное удостоверение нас дает и видимые залоги ее, даруя нам нетленные телеса святых и в них источник своей чудодейственной силы и милости. – То же самое почти, что мы высказали о нетленных останках или телесах святых угодников Божиих, следует разуметь и относительно чудотворных икон. – И сим иконам, по тому же благоволению Божию, присуща особенная благотворная, и даже чудотворная сила, врачующая душевные и телесные недуги с верою притекающих к ним. И эти иконы служат как бы особенными проводниками благодати Божией для молящихся пред ними. И пред сими иконами истинные молитвы наши бывают как будто успешнее, нежели пред другими иконами. – При таких видимых залогах особенного к нам грешным благоволения Божия и источниках помощи, явленных в чудотворных иконах и нетленных останках Св. угодников Божиих, можно ли нам коснеть на распутиях мира, – не идти путем благочестия к вечному спасению. Живя с добродетельными людьми, или находясь в присутствии их, самые порочные люди некоторым образом переменяют свой нрав, делаются скромнее и воздержнее в словах и поступках. Ужели пребывание и сожитие с нами Святых Божиих, чрез сии нетленные останки, может не производить на нас спасительного действия, не поучать и не поощрять нас к святой и благочестивой жизни. Святыми угодниками Божиими, нетленные останки коих видим пред собою, всякая добродетель осуществлена, олицетворена, всякое духовное совершенство показано на опыте. Дерзнем ли указывать на трудность пути, на немощь природы своей, когда сей путь углажен и уровнен множеством путников, когда мы имеем таких благонадежных руководителей. – А потому, по слову Апостола, толико имуще облежащь нас облак свидетелей, терпением да течем на предлежащий нам подвиг, дабы шествуя неуклонно по стопам святых Божиих, и нам достигнуть нетления и вечной славы за пределами гроба.

Вот те наружные и внутренние знаки, которыми должно сопровождаться надлежащее и спасительное чествование чудотворных икон и мощей святых угодников Божиих. – Да оказывается же таковое чествование описанной нами святыне не только теми поклонниками, которые уже обыкли притекать к ней, но и новыми, – которые, надеемся, будут привлекаться к сей святыне, но мере распространения сей книжки между грамотными простолюдинами обширной губернии Новгородской, тем более что, при настоящем устройстве путей сообщения, таковое привлечение весьма удобно и для не близких к святыне православных обитателей. – Те и другие поклонники с верою простого сердца, с благодарным чувством и дерзновенною надеждою да прибегают к Богу чрез святых Его, да вопиют к Нему чрез них о помощи, смиренно исповедуя, что наши молитвы, по нашим неправдам, нечисты и греховны для того, чтобы слух Божий внимал им непосредственно. Вместе с сим поклонники святыни да остерегутся далее пределов простирать к ней свое упование, твердо памятуя, что как чудотворные иконы так и мощи Св. угодников Божиих не сами по себе творят чудеса, а оказывают верующим чудесную помощь по той силе и мере, какую даровал и подает им Господь Бог. – По сему, к Нему- то, значит, главным образом восходят собственно и все наши молитвы, все наши благодарения и славословия и все Св. празднования; на Него, стало быть, – на Его всенощную силу или благодать, мы паче всего должны уповать или надеяться при поклонении описанной святыни, а не на самые иконы и мощи, – на вещество их. – Это должно твердо помнить каждому православному христианину, чтобы не впасть в грех против двух первых из десяти заповедей Божиих, воспрещающих многобожие и идолопоклонство.

Примечания:

1. Кроме описанных нами в сем отделе и выше чудотворных икон, есть еще в Новгороде и его окрестностях несколько икон, почитаемых издавна чудотворными, но таких, о которых не сохранилось записей. К числу таковых икон относятся следующие: храмовая икона Успения Божией Матери в Успенской церкви бывшего Холмова монастыря; 2) храмовая икона Св. Николая чудотворца в чудесах в Николаевском Вяжицком монастыре; 3) Мирожская икона Божией Матери, известная под именем Знамения в Девятиином женском монастыре; 4) икона Рождества Пресвятой Богородицы храмовая в церкви упраздненного Перынского монастыря (где ныне скит); 5) икона Введения Божией Матери в Введенской церкви, что близ Хутынского монастыря; 6) Тихвинская икона Божией Матери в Тихвинской градской церкви, принадлежащей к военному ведомству и 7) копия с чудотворной иконы Коневской Божией Матери в Деревяницком монастыре.

2. Назван по надписи чудотворным еще образ Св. Николая Чудотворца, находящийся над входом в крестовую Св. Иоанна Архиеписковскую церковь, что на Архиерейском дворе.

Примечание: Кроме сих святых угодников Божиих в полном телесном составе своем почивающих, имеются еще в некоторых соборах и церквах Новгородских частицы мощей других угодников Божиих, – так: 1) в Софийском соборе, в особенном кивоте, устроенном наподобие гробницы или раки, сохраняется несколько частиц Св. мощей разных угодников Божиих, каковый кивот, переносится в теплый собор или Входо-Иерусалимскую церковь на время служения в ней и там стоит у самого иконостаса по левую сторону царских врат, под местным образом Божией Матери. 2) В женском Девятинском монастыре сохраняется часть мощей Св. великомученицы Варвары, перенесенная 10-го Октября 1786 г. из упраздненного и приписанного к Десятинской обители Варваринского женского монастыря. 3) В церкви Св. Феодора Стратилата, что на Софийской стороне, – часть мощей его, перенесенная из Софийского собора в 1800 году при Митрополите Гаврииле; 4) в Тихвинской военного ведомства церкви, что на Софийской стороне, сохраняются части мощей Св. чудотворцев Косьмы и Дамиана.

Вот сколько еще находится чудотворных икон и мощей Св. угодников Божиих в разных пунктах святых мест Новгородских. Но ни один из сих пунктов не обладает таким обилием сей святыни, каким – пункт кремлевский, к которому принадлежит Софийский собор и состоящие при нем церкви и часовни; а потому этот обильнейший святынею и важнейший из всех пункт особенно и первые да посещается поклонниками святыни, тем более, что он состоит на, самом удобном для всякого пришельца или посетители Новгородского места, а потом уже и другие пункты Св. мест Новгородских, о которых, равно как и о святыне их, сообщены верные и самые необходимые сведения, – если только будет усердие. Для того же, чтобы посещение и поклонение святыне мощей угодников Божиих и чудотворных икон было благоплодно или спасительно для посетителей и поклонников, да памятуют они и соблюдают то, что было об этом предмете сказано выше, – по окончании Описания святыни Софийского собора и состоящих при нем церквей и часовен, наипаче же ту истину, что как не почитать святые иконы и мощи угодников Божиих, так и боготворить те и другие, почитать их богами, есть равно тяжкий грех. Святая церковь предает отлучению от общества верующих тех, которые или святому или ангелу, или иконе или кресту или мощам святых... или чему другому... воздают такую честь, которая прилична Единому в Троице Богу.

Примечание: К святыне Новгородской, в обширном смысле, можно отнести нетленные мощи Св. угодников Божиих и чудотворные иконы находящиеся не в одном только Новгороде и его ближайших окрестностях, но и в дальних пределах или уездах Новгородской Епархии, о которых, конечно, было бы полезно хотя краткое сказание; но так как оно не было ранее предположено: то и помещается здесь только перечень сей святыни.

Из мощей, находящихся в Новгородской Епархии, но не описанных в сей памятной книжке, суть следующие:

1) Мощи Иакова и Иоанна, отроков Менюшских, почивающие в приходской Троицкой церкви бывшего Менюшского монастыря в 40 верстах от Новгорода; 2) мощи преподобного Антония Леохновского, почивающия также в приходской церкви упраздненного Леохнова монастыря, а ныне Села, в 50 верстах от Новгорода за Ильменем; 3) мощи Св. праведного Иакова Боровичского, почивающие открыто в Валдайском Иверском монастыре, состоящем в 150 верстах от Новгорода и в 3-х от г. Валдая. Часть мощей Св. Иакова находится в Боровичском Свято-Духове монастыре, состоящем в 18O верстах от Новгорода; 4) мощи преподобного Константина, почивающие под спудом в бывшей Коспиской обители, состоящей в 3-х верстах от г. Старой Руссы; 5) мощи преподобного Феодосия и Афонасия, почивающие под спудом в Воскресенском соборе города Череповца; 6) мощи преподобного Антония Дымского, почивающие под спудом в храме Св. Антония Великого, в Дымском монастыре, находящемся в 15 верстах от города Тихвина; 7) мощи преподобного Евфросина, почивающия под спудом в Благовещенской церкви, упраздненной Спиозерской пустыни, состоящей в 60 верстах от г. Устюжны; 8) мощи преподобного Антония, почивающия под спудом в часовне, бывшей Антониевой пустыни, Череповского уезда, в 496 верстах от Новгорода на берегу озера Черного в 2 верстах от Шексны; 9) мощи преподобного Мартирия, почивающия под спудом в Зеленецком монастыре, находящемся в 60 верстах от г. Тихвина и 18O от г. С.-Петербурга, посреди лесов и болот на острове, именуемом Зеленым; 10) мощи преподобного Кирилла Белоезерского, почивающие под спудом в Кирилле-Белоезерском первоклассном мужском монастыре в г. Кириллове, находящемся в 599 верстах от Новгорода; 11) мощи преподобного Кирилла Новоезерского, почивающие под спудом в Новоезерском Кириллове монастыре, отстоящем от Белоезерского монастыря в 30-ти, а от Новгорода в 635 верстах; 12) мощи преподобного Зосима, почивающие под спудом в посвященном его имени приделе Благовещенской церкви упраздненного Ворбозомского монастыря, на острову озера Ворбозомского в 20 верстах от г. Белозерска; 13) мощи преподобного Нила Сорского, почивающие в основанной им Нилосорской обители в Белозерском уезде, которая приписана к Кириллову-Белозерскому монастырю.

Из чудотворных икон особенно замечательная и досточтимая суть следующие:

1) Иверская икона Богоматери, находящаяся в Иверском Валдайском монастыре. – Помилование Божией Матери, явленное чрез сию икону в разных случаях, особенно во время последней эпидемии или холеры, было причиною учреждения, в Высочайшего разрешения, двух крестных ходов с сею чудотворною иконою, из коих один бывает в городе Валдай, а другой в город Боровичи и состоящия на пути селения Боровичского и Валдайского уездов.

2) Тихвинская икона Богородицы, находящаяся в Тихвинском Успенском мужском монастыре, состоящем в городе Тихвине в 197 верстах от Новгорода и 252 – от С.-Петербурга. – Эта икона явилась в 1383 году во дни победоносного Великого Князя Димитрия Иоанновича при Московском Митрополите Пимене и Новгородском Архиепископе Алексие.

В случае потребности нового издания памятной книжки о Новгородской святыне, вместо перечня, могут быть помещены в ней сказания и о сих чудотворных иконах и мощах Св. угодников Божиих, а также приведены в лучший порядок и дополнены сведения об описанной уже в книжке святыни, почему и самое заглавие книжки может быть изменено.